8 часть
---
Весь день я проспала в своём номере.
Разбудил меня стук в дверь. Я открыла глаза — за окном уже темнело. Посмотрела на телефон. Семь вечера. Семь сообщений от Ани, три пропущенных от Стаса и одно от Олега.
Я села на кровати, потёрла лицо. Голова была тяжёлая, но выспалась я отлично.
— Кто там? — крикнула я.
— Я, Стас. Ты жива?
— Жива-жива, — ответила я, зевая во весь рот.
Пошла открывать дверь, на ходу поправляя растрёпанные волосы. Стас стоял в коридоре с пакетом еды и странным взглядом.
— Ты чего весь день не выходила? Аня тебя обыскалась.
— Спала, — честно сказала я и потянулась. — Всю ночь не спала, вот и вырубилась.
— Из-за чего?
Я пожала плечами. Не говорить же ему, что я думала о каком-то парне до утра.
— Просто не спалось. А потом меня вырубило, и всё.
Стас вошёл в номер, поставил пакет на стол.
— Ты хоть ела?
— Не успела — уснула.
— Вот, я принёс. Ешь.
Я открыла пакет — там был йогурт, булочка и яблоко. Запахло вкусно. Я откусила кусок и чуть не застонала от удовольствия. Я правда ничего не ела с утра.
— Аня просила передать, что завтра забеги финальные, — сказал Стас. — Она хочет, чтобы ты пришла поболеть за неё и за Филиппа.
— Приду, — кивнула я. — Обещаю.
— И ещё, — он помолчал. — Олег спрашивал.
Я прожевала булку.
— Про что?
— Сказал, что ты не отвечаешь. Я сказал, что ты спишь. Он кивнул и ушёл.
— Ладно, — сказала я как можно равнодушнее, хотя внутри всё перевернулось.
Стас посидел ещё немного, спросил, не болит ли у меня ничего, убедился, что я жива и ем, и ушёл.
Я доела булку, запила йогуртом и взяла телефон.
Открыла сообщение от Олега. Одно-единственное. «Ты где пропала?»
Я написала: «Спала весь день. Не спала ночь».
Олег ответил через минуту: «Из-за чего?»
Я подумала и написала: «Думала».
Олег: «О чём?»
Я: «О разном».
Олег: «Понятно. Завтра придёшь?»
Я: «Да. Аня просила».
Олег: «Только из-за Ани?»
Я зависла. Сердце застучало быстрее. Написала: «Не только».
Олег: «Понятно».
И больше ничего. Я сидела, смотрела в экран и улыбалась как дура.
Потом открыла сообщения от Ани. Там была целая поэма про то, как она гуляла с Филом, как он держал её за руку, как они смеялись. Я прочитала всё, улыбнулась и написала: «Завтра расскажешь подробнее. Я спала».
Аня ответила смайликами и сердечками.
Я положила телефон, залезла под одеяло и уставилась в потолок.
Выспалась. Сытая. Живая.
И завтра увижу Олега.
Я закрыла глаза и улыбнулась в темноте. Спать я больше не хотела — выспалась за весь день. Просто лежала и думала.
Целый день проспала. А всё равно устала. Но уже по-другому.
Я написала Ане:
— Ань, приди ко мне, рассказать кое-что нужно.
Ответ последовал мгновенно:
— Бегу.
Через несколько секунд Аня уже сидела на моей кровати. Запыхавшаяся, в той самой футболке, в которой гуляла с Филом, щёки красные, глаза любопытные до безумия.
— Что случилось? — выпалила она. — Ты заболела? Стас ругался? Родители звонили?
— Нет, — я покачала головой. — Всё нормально. Просто... я не знаю, как сказать.
— Ника, ты меня пугаешь, — Аня взяла меня за руку. — Говори уже.
Я вздохнула глубоко, посмотрела в потолок, потом на неё, потом снова в потолок.
— Что делать, если я влюбилась, но при этом мы даже почти не общаемся?
Тишина.
Аня замерла. Глаза у неё стали огромные.
— Что? — переспросила она шёпотом.
— Влюбилась, — повторила я тихо.
— В кого?
Я молчала.
— Ника, в кого?
— В Олега, — выдохнула я.
Аня открыла рот. Закрыла. Снова открыла.
— Я знала! — закричала она наконец. — Я знала, я знала, я знала!
— Тише ты! — я зажала ей рот рукой. — Услышат же!
Аня отодвинула мою руку, но зашептала:
— Ты серьёзно?
— Серьёзно.
— С какой это поры?
Я пожала плечами.
— Сама не знаю. Сначала он мне показался просто... ну, обычным. Молчаливым. А потом я заметила, как он на трассе двигается. Как сосредоточенный. Как на меня посмотрел, когда я сказала «ты молодец». Как написал «спокойной ночи». Как...
— Стоп, — перебила Аня. — Он тебе написал «спокойной ночи»?
— Написал.
— Ого, — протянула она. — Олег Прокудин написал девушке «спокойной ночи». Это что-то значит.
— Или ничего не значит, — сказала я. — Он просто вежливый.
— Олег — вежливый? — Аня усмехнулась. — Ника, он с девушками вообще не разговаривает. После той истории с Линой он молчун. А с тобой — разговаривает. И акк в телеграме дал. И «спокойной ночи» написал. И спрашивал, где ты, когда пропала.
— Откуда ты знаешь?
— Стас сказал. А Стасу Олег сказал. Он у него спрашивал, в порядке ли ты.
Я закрыла лицо руками.
— Это ничего не значит.
— Это значит всё, — твёрдо сказала Аня. — Но главное — ты ему нравишься или нет?
— Я не знаю, — пробормотала я из-под ладоней.
— А ты хочешь узнать?
Я убрала руки и посмотрела на неё.
— Как?
Аня улыбнулась.
— Завтра последний день съёмок. Потом ты уедешь. У тебя есть один день, чтобы понять — ему ты нужна или нет.
— И что делать?
— Будь собой, — сказала Аня. — Просто рядом. Смотри на него. Улыбайся. Если он ответит — значит, не зря. Если нет... — она вздохнула. — Значит, не судьба.
— А я не умею быть собой, — тихо сказала я. — Я всегда была отличницей. Удобной девочкой. А тут...
— А тут ты просто Ника, — перебила Аня. — Которая не спала ночь, потому что думала о нём. И которая спросила у подруги совета. Слушай себя. И делай, что хочешь. Хочешь — подойди к нему. Хочешь — напиши. Хочешь — просто смотри издалека. Но не упусти момент. Потом жалеть будешь.
Я кивнула.
— Ты права.
— Я всегда права, — улыбнулась Аня. — Ладно, давай спать. Завтра важный день.
— Ага, — я легла на подушку.
Аня выключила свет, но не ушла к себе. Легла рядом, натянула одеяло.
— Ника?
— М?
— Ты очень смелая. Я бы не смогла признаться, что влюбилась.
— Ты же первая сказала про Филиппа, — напомнила я.
— Это другое. Ты меня вытащила. А сама справилась сама.
— Не справилась, — сказала я в потолок. — Я просто поняла.
Мы замолчали.
За окном темно. Тишина.
— Ань?
— М?
— Спасибо.
— За что?
— Что ты есть.
Она улыбнулась и сжала мою руку.
— Всегда пожалуйста.
Я закрыла глаза.
Завтра я его увижу. И, может быть, пойму, что делать дальше.
А может, ничего не пойму.
Но хотя бы попробую.
Аня засветилась вся. Села на кровати по-турецки, поджала ноги, закинула волосы за уши и начала.
— Это было... — она вздохнула, подбирая слова. — Не знаю даже. Лучше, чем я думала.
— Рассказывай по порядку, — я повернулась к ней на бок.
— Ну, мы встретились после обеда у выхода. Он ждал меня, опершись на скамейку. В руке телефон крутил, но как увидел меня — сразу убрал. Улыбнулся. Сказал: «Ну наконец-то, я уж думал, ты передумала».
— И что ты?
— А я сказала: «Я никогда не отказываюсь от прогулок». Потом мы пошли к набережной.
— Там красиво, — заметила я.
— Да. Солнце уже не сильно пекло, ветерок. Мы шли медленно. Фил сначала молчал, а потом спросил: «Ты чего такая напряжённая?» А я и правда напряжённая была. Внутри всё тряслось.
Ника. Я его люблю уже сто лет, а тут мы просто идём рядом, как будто ничего не изменилось... но изменилось. Всё изменилось.
— Что ты ответила?
— Сказала: «Просто не выспалась». А он сказал: «Врёшь». И посмотрел вот так — прямо в глаза, долго. Я аж дыхание затаяла.
Аня замолчала, уставилась в стену.
— Дальше что? — поторопила я.
— А потом он взял меня за руку. — Аня показала свою ладонь, будто там остался его след. — Не в любовном смысле. Просто взял. Как будто мы всегда так ходили. И сказал: «Седова, ты можешь быть собой. Я же не кусаюсь».
— Добрый он, — сказала я.
— Очень, — кивнула Аня. — Мы пошли дальше. Он рассказывал про своих собак, у него их две, знаешь? Одна смешная, всё время куда-то лезет. А вторая серьёзная, как он сам. Я смеялась. А потом он спросил про меня. Честно, я такого не ожидала. Он всегда был компанейским, но никогда не лез в душу.
— А тут полез?
— А тут да. Спросил, почему я не с кем не встречаюсь. Я растерялась, ответила что-то невнятное. А он улыбнулся и не стал давить. Сказал только: «А ты, оказывается, застенчивая». Как тебе это?
— Это хорошо, — ответила я. — Он тебя заметил. Как человека.
— Вот и я думаю, — Аня покраснела. — Потом мороженое купили. Он заплатил за меня. Я сказала, что в следующий раз я угощаю. А он ответил: «Договорились». Договорились, Ника! То есть он хочет, чтобы был следующий раз.
— Хочет, — подтвердила я.
— И обратно мы тоже шли медленно. Расстались у отеля. Он сказал: «Спокойной ночи, Седова». И потрепал меня по голове. Как маленькую.
— Не как маленькую, — поправила я. — Ласково.
— Может быть, — Аня улыбнулась. — Я даже не мылась сегодня. На мне его запах остался.
— Аня, ты ненормальная.
— Знаю, — она засмеялась. — Но я счастливая. Спасибо тебе, Ника. Если бы не ты...
— Это не я, — перебила я. — Это вы сами. Просто пришло время.
Аня взяла мою руку.
— И у тебя придёт время. С Олегом.
— Не знаю, — ответила я. — Посмотрим.
— Посмотрим, — повторила Аня и сжала мою ладонь.
Мы лежали в темноте, и я думала: у Ани получилось. У неё есть надежда. Может, у меня тоже когда-нибудь будет. Может, уже есть.
Я закрыла глаза и улыбнулась в подушку.
Завтра я увижу Олега.
И, может быть, скажу ему хотя бы «привет». Не как обычно. А по-особенному.
Как Аня — Филу.
Я умею. Я смогу.