Глава 12: Ошибки прошлого несут вред настоящему
Выпросить к стражника карандаш с листком оказалось чуть труднее, чем растворить метровый слой льда зажигалкой. И даже Аня, обладающая клеймом "Блуд", не смогла убедить холодного, как погода на улице, белоглазого, принести им эти злосчастные предметы. Пришлось воспользоваться всеми силами женской красоты и выбросить гроши свои самолюбия в бездну отчаяния ради благого дела. После нескольких десятков минут, стражнику надоело столь обильное количество внимания противоположного пола, и он, смирясь со своим положением, с самым хмурым выражением лица принёс команде небольшой кусочек пергамента и карандаш, немного кривля нос, когда Стейси вымолвила брезгливое "Спасибо", и ушел на свой пост.
Со второй поставленной задачей справились они на ура. Лина просто свернула бумажку в самолётик, который благополучно приземлился недалеко от камеры напротив, где мистер Кэрол, протянув тонкую руку сквозь решётку, не касаясь её самой, смог перетащить оригами сам в каморку. А, благодаря меткости Пита, карандаш был переброшен ровно через прутья в помещение Гувена. Последний тут же принялся за работу. Черкал что-то на пергаменте, вытягивал графичные линии, перерезая ими чуть желтоватую бумагу. Джейн с каким-то забвением следила за, изредка подрагивающей, верхушкой карандаша.
На листе уже начали виднеться круги, что-то напоминающее лестницу, вырисовывались стражники — каждый на своём месте, с которого они обязаны не сходить, а так же местонахождение вещей всех заключенных. Они оказались в самом центре тюрьмы. Прошло около пятнадцати минут, прежде чем Кэрол заново свернул пергамент в оригами самолётика по уже продавленым линиям и перекинул его в противоположную камеру. Туда же полетел и карандаш.
По расчётам Стейси и Эммы, один из, охраняющих стальную дверь снаружи стражников делал обход по коридору между камерами каждые полтора часа. А последний раз осмотр проводился примерно двадцать минут назад, если Лина не сбилась со счета секунд, которые она отсчитывала для точно определения прошедшего времени. Поэтому, решив, что никто за стальной дверью их не услышит, команда спокойно спрашивала нужные сведения у Кэрола Гувена — незнакомца из камеры напротив.
— И так, — начал объяснять он. — Самый лёгкий способ обычно оказывается слишком трудным. Поэтому я вам расскажу про не трудный, но и не простой способ выбраться из Танкерхелла. Видите чёрное пятно в центре. — Пит ткнул карандашом в пятно, про которое говорил старик. — Это Бездна Окаянства. Там сейчас находятся все отобранные стражниками вещи и ваши в том числе. Если спуститься в эту пропасть, то через неё можно будет пройти к подземной реке. Ни её, ни Бездну никто не охраняет.
— Стоп, а как мы спустимся в эту дыру? — задала Джейн вопрос, который бесспорно возник у каждого.
— Весь этот мир основан на иллюзиях. Ваши татуировки, или как из называют в народе, Экви́лиумы, только и делают, что приносят вам неприятности. На вас клеймо, которое смыть можно будет, только когда вы попадете обратно — на Землю.
— Мы что, на другой планете?! — поразилась Эмма. И её удивление перенял каждый. Невозможно.
— Нет. Просто это, по сути, другая реальность. Но сейчас не об этом. Вас будут опасаться и это вполне оправдано. Эти тауровки означают вашу истинную суть, они таят некую силу, которая впоследствии может выплеснуться сильными эмоциями. Это поистине уникальное проклятье. Вы — не грешники, просто смертные, которые попали под горячую руку Творца, а он уже определил, кем вы являетесь в этом культе личностей. Странно, неправда? Кто-то решает всё за тебя, не давая выбора: выжить или умереть. Это не странно — это печально, — подавлено усмехнулся, но вскоре опять стал серьёзным, быстро изрекая мысли. — Вы либо никто, которые погибните от первой волны ужаса, нагоняемого мицилами, либо бойцы, которые дойдут до Лестницы, проходясь по головам других. На вашем месте я бы выбрал второй вариант. Он более надёжный. Но не забывайте, что вы одно целое.
Гувен выдержал небольшую паузу, намекая, что рассказ закончен. Но никто так и не шелохнулся. Джейн даже затаила дыхание. Мысль о том, что они просто шестёрка неудачников, которые попались «под горячую руку Творца» не давала покоя. Рассказ Кэрола казался сумбурным бредом сумашедшего. Немыслимо, но Джейн ему верила. Эта реальность и правда напоминала иллюзию, созданную умелым фокусником, и по щелчку его пальцев всё развеется, а их выставят клоунами в этом цирке. Но кое-что Джейн знала наверняка: идти по чужим головам она не любит, зато в её вкусе совмещать плохое с хорошим. Будет кидать проголодавшимся дворняжкам кости своих врагов, а после сделает из них трон.
Странно, но ведь, по мнению Дженнифер, сейчас её подруги рассуждали совсем наоборот. Они были готовы пробежаться по черепным головкам всех, кто помешает вознестись до самого Обителя Творца. И даже миролюбивый Пит пойдёт с ними вровень. И это пугало. Пугало то осознание, что в какой-то решающий момент, они все просто смогут бросить её гнить на земле, если того потребуют взамен на свободу. Отгоняя навязчивые мысли, Джейн резво встала и достала из кармана широких штанов стянутые у стражника ключи от камер. При каждом движении они громоподобно звякали, из-за чего доставляли уйму неудобств.
— Я считаю сейчас самый подходящий момент, чтобы бежать, — властно сказала девушка, складывая руки на груди. И вот опять связка ключей издала звон.
— А думаю, что ты права. — Пит поддался вперёд, чтобы встать с холодного пола. За ними потянулись и остальные, каждый вставляя свою мотивирующую реплику и с победоносными ухмылками на устах.
И прежде чем переступить через порог уже открытой тюремной камеры, Джейн послала Кэролу Гувену благодарную улыбку. Почему-то казалось, что именно этому человеку не нужны часовые рассказы о том, как сильно ты признателен и останешься вечным должником. Для старика было бы достаточно, чтоб о нём помнили, а Джейн уж точно не забудет. И памяткой останется маленький рисуночек созданный Кэролом в левом верхнем углу карты.
В противополодном направлении от той стены с железными дверями, от которой их и привели, находилось небольшое смежное окошко, через которое с лёгкостью мог прочесть человек. По словам Гувена, там распологался отдел с пустующими камерами заключения, где отбывали срок особо опасные преступники. Пробравшись через окошко команда оказалась в, плавно уходившем за угол, коридоре. Камеры и правда оказались пусты, хоть и каждая из них была заперта.
— Не забывайте, нам нужно действовать тихо и осторожно, но быстро, — сказал Пит, когда они, лёгкой трусцой добежали до другой железной двери.
По рисунку картографа стражников в этом крыле тюрьмы не наблюдалось, поэтому ребята с лёгкостью попали в лабиринт из коридоров, пройдя который они попадут в Бездну Окаянства. Но была одна трудность: именно с этой части Танкерхелла было пруд пруди белоглазых, который, по теории, должны встречаться каждый второй поворот. Но Джейн надеялась, что на практике будет не так, а возможно даже проще. Ведь оценить по достоинству охраняемость тюрьмы компания, к сожалению, не успела. Но и оставаться на демонстрирующую экскурсию никто не хотел. Потому просто беззвучно ступали на бетонный пол, вжимаясь в стену, когда слышали тяжёлые шаги стражников.
Полумрак, создаваемый в лабиринте, давал приемущество сбегавшим из тюрьмы. Они будто играли в колесо фортуны, подсказывало сознание Дженнифер. Ставили на местонахождение, охранявших Танкерхелл, стражников, и надеялись на удачу. Угадал — можешь идти за следующий поворот, ошибся — думай как выбраться из этого дерьма. Пару раз они даже попались на глаза одному из охранников, но, из-за, опять же, создаваемого полумрака, вовремя смогли зайти в тень, а белоглазый, видно, списал всё на маленькие шалости человеческого мозга, который умел выдумать то, чего на самом деле не было. Так, например, когда Джейн остаёться в каком-то помещение одна, ей всегда мерещиться разные фигуры людей и слышаться шорохи, которые заставляют её либо включить музыку, либо телефон, планшет и так далее, чтобы просто не чувствовать себя не одной, когда знаешь, что ты единственный человек в помещение. Вроде девушка даже читала об этом. Но как точно называется этот психологический термин с ходу Джейн сказать не сможет.
Завернув за ещё один поворот, вслед за Питом, который вызвался проводить их по лабиринту и держал в руках карту Гувена, Джейн, как и остальные, с внутренним ликованием, обнаружила дверь, которая вела точно к Бездне Окаянства. Стейси, которая обогнала парня, дёрнула за стальную ручку, но безуспешно.
— Она заперта, — полушепотом промолвила девушка; её голос дрогнул.
К двер поспешно подошла Аня. Они теряли драгоценные секунды. Стражник мог с минуты на минуту появиться из-за поворота, отчего их афера будет раскрыта.
"Нет, нет, нет", — молили сознание Дженнифер.
Но, что-то прошептав себе под нос, прикрывая глаза ресницами, дверь с невыносимо громким скрипом, который наверняка услышали все белоглазые охранники в тюрьме. Переглянувшись в абсолютной тишине и осознав, что, именно в данный момент, времени больше не осталось, все друг за другом с разбега залетели за порог.
Их встретила пустота. Как только Пит заново захлопнул дверь, а Аня что-то нашептала на неё, Бездна лишилась последнего луча света.
— Дверь сможет задержать их не больше, чем на полчаса, — небрежно бросила она и разрезала рукой воздух, после чего в ладони образовался переливающийся светом шар, который сразу осветил лица стоящих вблизь неё Лину и Эмму. Стейси, Пит и Джейн прошли чуть вперёд из-за чего свет лишь немного погладил их спины.
Раньше у Дженнифер складывалось ощущение, что в их команде Аня лишняя и бесполезная. Сейчас же бесполезной Джейн считает только себя, угнетенную от страха следующего дня.
— Нам хватит. — Идя немного впереди самой девушки сказала Стейси и чуть не напоролась на край отступающей от стен скалы, вымолвив "ах". Камни со свистом полетели в Бездну. По приглушённому шепоту Пита, Джейн поняла, что это именно он спас её от падения вниз.
— Что делать дальше? — Лина надеялась, что этот вопрос задаст хоть кто-нибудь из окружающих её людей.
— Я не знаю. — Эмма сказала это, тяжело вздохнув. Видно, она и правда не знала, как поступать дальше.
— В своей тираде Кэрол сказал, что этот мир основан на иллюзиях, — она сказала это как-то случайно, невзначай. И только спустя пару секунд до нее дошёл смысл этих самых слов.
Бесспорно это был риск. С точностью сделанное можно назвать безумием. Но Джейн, с рьяной уверенностью на успех неозвученного плана, подошла к краю Бездны совсем близко. Гляну вниз, встречаясь с такой же темнотой. Но только она было будто гуще и осязаемой. Ком страха перед неизвестностью последствий встал в горле, не позволяя сглотнуть. Сзади послышался голоса других, но вокруг Джейн словно был некий вакуум, отчего голоса стали приглушенными. А потом ей стало плевать с высокой колокольни. Дженнифер представила лестницу. Винтовую. Её перила были окутаны ветвями алюминиевой лозы, а узкие ступени уходили спиралью вниз. И она сделала шаг в неизведанную пустоту.
Удивительно, но ничего не произошло. Джейн с полной уверенностью, что у неё под ногами невидимая винтовая лестница и с надеждой на светлое будущее, ступила дальше. Шаг, ещё шаг. Пройдя три ступеньки, девушка обернулась, встречаясь с изумленными взглядами другими.
— Как...как ты это сделала? — полушёпотом произнесла Лина, но из-за наставшей тишины ее голос казался невыносимо громким.
— Ил-лю-зи-я, — по слогам ответила Джейн, хищно скалясь. К девушке кинулась Эмма, вырвавшись из удерживающей её приобнятой руки принадлежавшей Ане. В глазах чистотой сияла уверенность в дальнейших действиях. Джейн завороженно смотрела на оживившихся сокомандников, а потом, резво развернувшись, побежала вниз по ступеням, не забыв выкрикнуть обязательное: "Кто последний, тот потащит первого на руках до выхода из подземелья через реку!". Ребячество, но такое необходимое. А первой, к слову, бежала сама Джейн.
Создаваемый от бега лёгкий ветер развивал тёмные, казавшиеся чёрными в сгущающемся мраке, волосы Дженнифер. Темноту прорезал, всё ещё находившийся на ладони Ани, огненный шар, которым она изредка перекидывалась с Линой. Раздался свободный возглас Стейси, а Эмма, бегом спускающаяся рядом с ней, хохотнула. Пит же гнался за Джейн в попытках настичь и перегнать девушку. Их уже не волновали стражники, всё ещё выдающиеся пробраться сквозь дебри, видно, неизведанной им магии. Ставшие спустя значительно небольшое время друзьями, команда попросту позабыла про них.
Сквозь мглу Бездны Окаянства Джейн смогла разглядеть, отчего-то освещённую синевой, гальку, когда чуть прищурила глаза, при этом не сбавляя ход, и через пару мгновенний спрыгнула на мелкие камни, чуть не подвернув ногу. Резко стало слишком светло. Рядом послышался звук удаляющихся друг об друга камней, означающий, что рядом кто-то приземлился. Повернула голову и увидела возле себя озирающуюся по сторонам Лину, уже после которой прибыли остальные. Их груди тяжело вздымались от попыток набрать в лёгкие побольше воздуха. И Джейн полностью разделала их усталость.
Как оказалось Пит не успел лишь на долю секунды, в последствии чего оказался последним из бежавших.
— Ничего, я сжалюсь над тобой. Понесешь меня только через реку, — ухмыльнулась Джейн, но голос был хриплым и надрывистым. Согнувшись и уперевшись руками в колени, она пыталась отдышаться.
И только сейчас девушка смогла оглядеться вокруг, когда замыленные от темноты глаза смогли привыкнуть к, будто ослепляющей своим блеском, голубизне. Пред ними была так называемая пещера, которая и должна была привести их к свободе. Дно Бездны Окаянства оказалось поистине уникальным местом. Темноту уходившего вдаль пространство разрезали светящиеся сталактиты и сталагмиты, словно крыльями, скрывавшие поверхности от тьмы, которая так и норовила утащить кусок земли в свои полноправные владения. Эту синеву, исходившую от камней, не было заметно с верху, так как над пещерой нависал грузный «потолок», скрывающий её от любопытных глаз. Посреди подземелья было кристально-чистое озеро, на поверхности которого кружились светлячки, излучая из своего пузичка такой же голубой свет. По берегам, удерживающим водную гладь в своих оковах, было особенно много кристальных камней, — сталагмитов и сталактитов — которые окутывали грузные тёмные металлические цепи. И, будто создавая арку, камни не возвышались только посредине, но через боковые сталагмиты были протянуты, чуть обвисшие от собственной тяжести, соединённые друг с другом кольца.
— Это бесподобно, — отчего шёпотом выдала Аня, с открытым ртом разглядывая окру́гу.
— Да. — Лину хватило лишь на пару букв. Остальные так и не смогли вымолвить хоть что-то внятное.
Первым из оцепенения смог вырваться Пит.
— Что делать дальше? — Его голос отразился эхом. — Он не предупреждал нас, что здесь будет озеро.
— Давай не будем забывать, что Кэрол здесь не разу не был, — произнесла Джейн, деловито сложив руки на груди.
— Я читала про это, — вдруг сказала Лина и немного подалась вперёд, смотря в глаза Дженнифер. — Это Кривое зеркало. Такое озеро, через которое можно увидеть другую сторону. Если погрузиться в него, то вынернешь ты уже в ином месте, полностью отличным от изначального. Я поняла это, когда увидела вир — светлячков.
— Значит нам нужно просто окунуться в это озеро? — заинтересовавшись, уточнила Эмма.
— Да, — пожимая плечами, спокойной ответила Аня, которая уже, видно, тоже слышала упоминание Кривых зеркал.
Стейси с опаской посмотрела на Лину, потом на Аню, а после перевела взгляд на озеро, всё ещё мерцающее голубизной. Первой довериться девушкам решила Эмма и, звякая галькой, осторожно пошла к Кривому зеркалу. Остальные с нескрываемым интересом наблюдали за действиями девушки.
После того как она ступила по щиколотки в воду, с ее стороны послышалось недовольное: "Холодная", на что Джейн лишь усмехнулась в уме. Виры, тихо жужжа крылышками, расступили в стороны, будто повторяя круги, разошедшиеся по воде. Но когда она зашла в воду по пояс, а потом, ступив ещё один шаг, провалилась в никуда, из Дженнифер вырвался нервный смешок. Прошли секунды, минуты, столетия — Джейн, даже если сильно захочет, не сможет сказать. Девушка перевела взгляд на остальных и встретилась с обсалютно разными глазами, но такими схожими эмоциями в них. Страх неизвестности, но больше во взгляде было уверености. И это приободрило. Потому Джейн пошла следом за провалившейся в неизвестность Эммой. Сзади послышался звук мелких камешков, что кто-то из оставшихся отправился за ней, но вскоре остановился.
Вода и вправду оказалась холодной до жути. Джейн предворительно сняла с ног ботинки, держа их в руках над поверхностью воды, но носки не особо спасли девушку от ледяной воды, а лишь усугубили ситуацию. Тонкая ткань прилипла к ступням. Как только Джейн зашла в воду по пояс, кроме сводящего от холода чувства, в ногах начало мелкое покалывание, на которое девушка не обратила внимание, подумав, что это вызвано температурой озера. Но с каждым шагом ноющая боль усиливалась. Пройдя половину пути и погрузившись в воду почти до груди, ощущения стали невыносимыми. И самое жуткое и несуразное в её ситуации, было то, что банально спросить нормально ли такое поведение тела в Кривом зеркале, Джейн не могла. Тело не повиновалось мозгу. Ноги сами вели в глубь дальше, усиливая боль, а рот мог раскрываться и закрываться в беззвучном крике помощи, как у рыбы, выброшеной на берег. В груди начало зарождаться такое знакомое чувство, которое было, будто неправильным, вырванным из другого контекста. Страх. Но вот по какой причине он настиг Джейн со спины и стиснул в своих крепких объятьях, было неизвестно. Боль только усиливалась с каждым шагом, а, тянущийся внутри живота липкими нитями, нарастающий ужас немного притормаживал движения. А потом... — ничего. И это самое противное.
~*~
Очнуться от сладко-приторного запаха сладкого чая в мягкой постели было не тем, что произошло на самом деле, хотя и очень хотелось бы.
Пробуждение настало от упавшей на нос, холодной снежинки. Потом был запах. Тот противный, забивающий нос аромат грязным носков, пота и грязи. Но сквозь них ощущалось и свежее благоухание цветов, тонкими струйками пробивавшееся сквозь стены смрада.
Джейн, постанывая, перевернулась на спину. Всё тело ныло, икры на ногах сводило судорогой. Недалеко послышался кашель, и некто пробубнел себе что-то под нос. Сквозь неимоверные усилия Джейн смогла подняться на ноги и чуть не покатилась кубарем с горы состоящей из чужих сумок и личных вещей. Прищурив глаза, огляделась и заметила, что все, охая, пытаются встать.
— Где мы? — хрипло выдавила Эмма, стоя на коленях и оглядываясь. — И это, черт тебя подери нормально, что мы очнулись полудохлыми?
— Тело обычного смертного плохо переживает такую транспортировку. — Лина уже встала и пыталась откашлять ком в горле. — Катитесь в Эстрем со своими телепортациями.
— Что? — в недопонимании скривила лицо Стейси.
— Одно из ругательств и устоявшейся выражение в Полисфире, — пояснила Аня, до боли сдавливая бок и втягивая в себя воздух через зубы. Она наконец смогла встать ровно, перестала рвано дышать.
— А вы не думаете, что нам стоит отсюда выбираться? — Пит явно был недоволен их мешканьем. Сам-то уже встал и, с бодреньким видом, сложил руки на груди, постукивая ступней по чьей-то сумке.
Вместо какого-либо ответа все разом уставились на спуск с горы и, словно марионетки, начали медленно спускаться ничего не сказав. Несколько раз Джейн даже чуть не упала с тянущейся всё ниже и ниже, будто бесконечной, горы. Как тут некто сзади притворно рассмеялся.
— Так, так, так, — по спине пробежали мурашки, когда такой до боли знакомый голос протянул три коротких слова, после того как мимолетный смех утих. — Занятно. Очень занятно.
Обернувшись назад, Джейн поняла, откуда знает этот тембр. Окутал холод, навеянный даже не размеренно витавшими в воздухе снежинками.
Два стражника окружали парня в белых одеяниях, которого они видели на площади, когда только пришли в Роднес. Он величественно возвышался на горе чужих вещей: одежде, сумках; ему будто вкололи стержень в спину.
И тут все осознали, что они вляпались.