Сакуса Киёми [Заморожен]

Из мыслей девушку вырывает непонятный звук, доносящийся со стороны коридора. Кто-то громко захлопывает ящик с обувью, а потом тихо ругается на свою неаккуратность.

Мама.

В этом доме всё всегда прекрасно слышно: каждый шорох и шаг можно расслышать в любой из немногочисленных комнат. Ещё одно отличие от их старого жилища.

Наверное, именно поэтому Мэй и выбрала это место после их возвращения в родной город.

- Мам, - Т/и останавливается в начале небольшого коридорчика, наблюдая за тем, как женщина суетливо пытается застегнуть простенькие босоножки на своих ногах, то и дело отвлекаясь на прядку волос, которая постоянно спадает на лицо, стоит только нагнуться вниз, - Всё хорошо?

- Да, солнышко, - Мэй поднимает глаза на дочь и тянет губы в доброжелательной улыбке, стараясь совладать с дрожащими руками, - Давно встала? У тебя есть планы на день? Если что - можешь позвать свою подругу в гости. Я на работе чуть подольше задержусь, надо отработать несколько часов за воскресенье.

Т/и сжимает губы в тонкую полоску, не отрывая взгляда от потуг матери.

Работа. Очередной «бонус», оставшийся после лечения в клинике. Да ту забегаловку, где горбатиться мать и работой назвать сложно. Место, куда постоянно спихивают всякий сброд после небольшого курса реабилитации, чтобы было удобнее следить за динамикой пациента.

Радует только тот факт, что осталось работать там недолго - в конце августа, если мама не даст усомниться в своей трезвости и добросовестном выполнении обязанностей, ограничения будут сняты. Закончатся и обязательные собрания, и необходимость работать в ненавистном месте.

- Давай помогу, - врывается уже на ходу: Т/и подходит ближе и опускается на колени, мягко отстраняя женские ладони. Застежка поддаётся не с первого раза, но спустя несколько секунд босоножки аккуратно обхватывают ноги, а школьница возвращается в вертикальное положение и отходит на шаг.

Про дистанцию забывать не стоит.

- Ох, спасибо, малыш! - Мэй, кажется, на этот раз улыбается уже искренне, - Ты у меня такая хорошая! Ладно, я побежала, да?

- Хорошо, буть аккуратнее по дороге, - говорит заученную фразу почти на автомате, неосознанно цепляясь пальцами за края свободных домашних шорт. Сжимает тонкую ткань, наблюдая, как мама открывает входную дверь и проскальзывает на улицу, напоследок одаривая дочку легким взмахом руки.

В доме повисает звенящая тишина.

Уже такая родная.

Коридор полностью пустеет, когда Т/и уходит к себе.

Переносить эту тишину легче, когда знаешь, что никого, кроме тебя здесь нет.

***

-Выходи.

Т/и торопливо складывает в небольшую сумку телефон и парочку масок. Так, на всякий случай.

В крайний раз окидывает своё отражение в зеркале быстрым взглядом. Легкое платье - чуть длиннее, чем в прошлый раз - не стесняет движения и создаёт мнимое чувство комфорта. Это одно из любимых - с удлинёнными свободными рукавами и простенькими рюшами на подоле юбки.

Такие удобно перебирать пальцами, когда желание чем-то занять руки накрывает с головой.

- Вперёд, - глупое напутствие самой себе звучит смешно в пустых стенах, но от него становится чуть легче, будто необходимой уверенности становится чуть больше.

Чтобы обуться и выйти за пределы дома, требуется всего несколько секунд, потом еще немного, чтобы закрыть входную дверь и проверить её. Ровно три раза.

Всё это - не оборачиваясь, чтобы не начать нервничать раньше времени. Но Т/и спиной чувствует внимательный взгляд темных глаз, как и присутствие их обладателя рядом.

- Достаточно проверить один раз, если ты не знала, - спокойный голос Сакусы звучит неожиданно громко после тишины дома, - Когда-нибудь дверная ручка сломается.

Девушка улыбается краешком рта, понимая, что Оми заметил это ещё в прошлый раз - ещё одну въедливую привычку дёргать дверную ручку несколько раз подряд. От этого, неожиданно, внутри становится теплее.

- Спасибо за совет, - она оборачивается и спускается с невысокого крыльца, становясь в паре метров от парня. Неизменная маска занимает своё место на лице, но скоро опускается на подбородок, открывая тонкие красивые губы, - Привет.

- Привет.

Они замирают в молчании, пробегаясь похожими изучающими взглядами по друг другу.

Словно знакомятся с собственными образами заново, сопоставляя с теми, что сохранились в сознании.

- Красивая, - вырывается у Киёми спустя минуту переглядок. Но он тут же исправляется, заметив удивлённый девичий взгляд, - Ткань у платья красивая.

- Ага, - неуверенно тянет Т/и, чувствуя, что смущение начинает пощипывать щеки, - Спасибо.

- Второй раз за пять минут благодаришь, - он отворачивается, первым прерывая их гляделки, - Что за место ты хотела показать?

- Место? - непонятливо переспрашивает девушка.

- В сообщении ты написала, что можешь показать своё любимое место, - терпеливо поясняет волейболист, - Что за место?

После этих слов все мысли из головы чудным образом улетучиваются, а все знакомые места забываются.

Токио - поистине огромный город.

Что-то же выбрать можно?

- Хамарикю, - Т/и выпаливает первое, что приходит в голову, - О, ну, то есть.. Сады Хамарикю. Говорят, в это время там меньше всего народу.

Сакуса задумчиво хмурится, вспоминая, где он мог слышать это название. Вроде, Комори как-то раз был там с парнями из команды и потом в красках описывал все свои эмоции от посещения садов.

- Это те, что в районе Тюо?

- Да! - девушка удерживает себя от желания хлопнуть в ладоши, обрадовавшись тому, что Киёми знакомо это место, - Ты был там?

- Нет, - бросает уже на ходу, направляясь в противоположную от дома Т/и сторону, - Только по слухам знаю.

Школьница семенит следом, быстро нагоняя аса, который толком и не торопится.

Они плавно выходят на более оживленную улицу, где дорога разделяется на проезжую часть и тротуар для пешеходов.

Оми натягивает маску обратно на лицо и неосознанно отстраняет Т/и подальше от края.

Да, совершенно неосознанно.

- Специально выбираешь места, до которых надо добираться на метро? - насмешливо спрашивает Киёми и краем глаза смотрит за тем, как девушка вспыхивает недовольством.

- Что? Нет! - упрямо заявляет она, - В прошлый раз место выбирал ты! И нам тоже пришлось ехать на метро.

- То была вынужденная мера, - он останавливается перед пешеходным переходом, после которого следует спуск на станцию, и дожидается разрешающего сигнала, двигаясь чуть ближе к девушке, чтобы не задевать других людей, - А сейчас есть выбор.

- Тогда тоже был выбор, - Т/и проделывает тоже самое, кожей ощущая, что между их ладонями остаются жалкие сантиметры, - И тоже было метро.

Так и проходят минуты ожидания и спуска в подземку: за незатейливыми разговорами и пустяковыми перепалками.

И им двоим сразу становится легче. Легче говорить, легче идти рядом и легче чувствовать слабое тепло рук друг друга.

Им, кажется, становится легче дышать.

***

Итак...

Снова.

Токийское метро - жуткое место.

Т/и готова повторять это сотни раз подряд. И вопрос не только в восприятии этого места, но и в людях, которые заполняют его со всех сторон.

Или, проще говоря - огромном количестве этих людей.

Которые образуют ужасающую давку.

- Надо было пешком идти, - цедит Сакуса, чувствуя, как чужие локти пихают его в бока, а перед глазами пляшет разноцветное пятно из чужих макушек.

- Мы бы не дошли, - голос Т/и слышится откуда-то сбоку, заглушаемый шумом разных звуков: от разговоров до мерного стука рельсов, - Ну, я бы точно не дошла.

Её неумолимо сносит живой волной, которая движется из стороны в сторону, толкая девушку всё дальше от волейболиста. Люди сходят с вагонов и входят в них, но, кажется, количество тел не уменьшается, а наоборот, только растёт.

И куда все торопятся в такое время?

- Простите, - школьница сбивчиво извиняется перед незнакомой женщиной, которой нечаянно наступает на ногу.

Проходит всего пара секунд: вот Т/и наступает на чужую конечность, вот поворачивается, встречаясь с недовольным взглядом, извиняется и разворачивается обратно.

Пара. Секунд.

Но силуэт Киёми исчезает.

Растворяется в толпе, смазываясь в других фигурах. И даже его немалый рост не помогает: девушка упорно не видит знакомую кудрявую голову в сотне чужих. Она скачет взглядом с одного человека на другого, разыскивая в их лицах хотя бы один намек на привычную маску и нахмуренные темные брови.

Нет. Ничего.

Ниточка страха натягивается внутри, точно от горла до сердца. Словно острая тетива оборачивается вокруг, сдавливая в болезненных тисках.

- Сакуса-кун? - на пробу зовёт Т/и, не переставая смотреть по сторонам, - Сакуса? - второй раз, уже чуть громче и надрывнее, так, что некоторые начинают оборачиваться на звук её голоса, - Киёми?!

Совсем панически, стискивая подол юбки в мокрых ладошках и вслушиваясь в собственное гулко стучащее сердце.

- Тише ты, - широкая ладонь накрывает сначала тонкое запястье, а потом скользит дальше, выпутывая девичьи пальцы из ткани, - Я здесь.

Он становится сзади, одной рукой сжимая руку девушки. Прикрывает от других, но всё равно обхватывает узкую ладошку, чтобы Т/и не снесло ещё раз.

Держит крепко и надежно, наплевав на отсутствие перчаток и влажность рук.

- Спасибо, - выдавливает из себя школьница, сжимая мужскую ладонь в ответ. Страх медленно выветривается, а ниточка ослабляется, позволяя вздохнуть полной грудью, - Я почти потерялась, - надтреснуто произносит она, понимая, насколько двояко это звучит.

- Да, я заметил, - Киёми слегка подталкивает её вперёд, двигая в сторону полупустого вагона, - Не теряйся больше.

И в этих простых словах слышится трепетное:

Никогда не исчезай.

***

- Метро уже можно считать десятым кругом ада, - Т/и разводит руки в стороны и тянется, вдыхая свежий уличный воздух.

Они убили целых два часа на толкучку в подземке и саму поездку, но к своей цели в виде Садов Хамарикю всё-таки прибыли. Благо, в вагоне, который ехал по нужной ветке, оказалось не так много людей, так что никаких проблем это не вызвало.

Но, Сакуса, почему-то, не отпускал чужую ладонь всё это время.

Киёми хмыкает на слова девушки и стягивает с лица одноразовую маску, отправляя её в ближайшую урну. Даёт себе немного времени, чтобы легкий ветер успел мягко огладить острые скулы и тонкие губы, а потом натягивает новую маску обратно на законное место. Делает это спокойно и уверенно, словно не замечает внимательного взгляда школьницы, которая замирает в молчании, увлечённая процессом разглядывания бывшего друга.

- Долго смотреть будешь? - вопрос заставляет Т/и встрепенуться и начать судорожно перебирать собственные пальцы, усиленно делая вид, что ей нет никакого дела до точеного профиля парня, - Уже передумала показывать своё любимое место?

Девушка на одно мгновение зажмуривается, силясь выкинуть из головы чужой образ, а потом вновь открывает глаза, растягивая губы в улыбке.

Никаких «любимых мест» во всём Токио у неё нет. Если не считать, конечно, комнаты Наны, её объятий и собственного пустого дома.

- Не передумала, - бросает Т/и и движется в сторону небольшого мостика, который отделяет арку подземки и предполагаемый вход в Сады. Сейчас надо хотя бы найти путь, чтобы попасть в ограждённое пространство Хамарикю, а после этого можно будет уже придумать, что рассказать Сакусе в качестве истории про то, как она нашла это место, с первого взгляда влюбилась в просторные дорожки, шелестящие деревья и общее отсутствие людей. И так далее, и тому подобное.

- Стой, - Оми окликает её сразу: стоит только школьнице двинуться в сторону, - Вход там, - он указывает в противоположную сторону, скептично выгибая темную бровь, - Так давно здесь не была, что успела забыть?

Мужская насмешках вызывает ярко-розовые пятна смущениях на щеках, которые плавно перекатываются на шею.

Т/и что-то неразборчиво бурчит себе под нос и разворачивается, направляясь в сторону, куда показал Киёми.

У этого входа собралась небольшая группа людей: туристов, вероятно. Но их не так много, чтобы можно было начинать паниковать или хвататься друг за друга в страхе потери.

И, не то чтобы очень хотелось, конечно.

Так, где-то на периферии сознания тепло чужой ладони всё ещё остаётся ласковым касанием на девичьей руке.

Т/и отвлекается от бесцельного разглядывания большого объявления при входе и тянется к своей сумке, чувствуя, как телефон в одном из карманчиков заходится знакомой вибрацией.

Сакуса трется где-то рядом, старясь избегать толпы, но не отходить слишком далеко.

| телефон Т/и; переписка с Наной |

Т/и прикусывает нижнюю губу, ещё раз перечитывая сообщения Наны.

Неприятный осадок внутри растёт ещё больше, давя своей тяжестью на грудь. Девушка толком не может понять, что на самом деле чувствует, но одно знает точно - Мията не желает ей ничего плохого, просто по-другому не умеет.

Потом надо будет обязательно с ней поговорить.

- Кто это? - Сакуса напоминает о своём присутствии коротким вопросом, замечая недовольное выражение лица Т/и.

- А? - девушка торопливо убирает телефон обратно в сумку и переводит взгляд на Киёми, - Да так, мама написала. Прости, что отвлеклась.

Лгать парню совсем не хочется, но говорит правду - тоже не вариант. Кажется, он не особо терпит компанию Наны, поэтому с их тесным знакомством можно и повременить.

- Идём, - Оми больше ничего не говорит, направляясь вглубь Садов.

Т/и в последний раз поворачивается, чтобы увидеть, как высокая фигура Наны скрывается за поворотом, оставляя после себя неразбериху чувств и небольшое облачко дыма от сигарет.

Она начала курить чаще.

- Погоди! - школьница протискивается между туристов, нагоняя Сакусу уже на широкой тропинке, котороя ведёт их всё дальше и дальше.

Ещё один силуэт, скрывающийся в толще древесных стволов, остаётся незамеченным.

***

Последние лучи заходящего солнца мягко опускаются на вымощенную камнем дорожку и играют рыжеватыми бликами на водной глади небольшого пруда.

Т/и с замиранием сердца наблюдает за всей красотой, улавливая тонкую нить чистого волшебства, которое создаёт сама природа. Смотрит по сторонам, впитывая в себя каждую мелочь: от высоких деревьев, которые удивительно хорошо гармонируют с фоном из небоскребов, до размеренной мелодии, создаваемой птицами, прячущимися в густой листве, которая сливается в одну неповторимую песню, мешаясь со звуками неугомонного Токио.

- Здесь.. - Сакуса идёт чуть позади, пропуская девушку вперёд: так, чтобы наблюдать за ней издалека, - Не так плохо.

- Здесь просто чудесно! - она разворачивается на пятках, не скрывая следов восхищения на своём лице, - Ой, то есть, я рада, что тебе здесь понравилось, - вовремя вспоминает, что, вообще-то, это место должно быть её любимым, и, по идее, это Сакуса должен восхищаться, но сдержать рвущийся наружу порыв не получается:

- Так красиво! Город всего в нескольких минутах ходьбы, но, кажется, что это другой мир! Без машин, ярких вывесок и кучи людей. Я бы хотела остаться тут подольше...

- До закрытия ещё час, - Оми замечает удивление на девичьем лице и сразу же поясняет, - При входе написано было.

Он хочет ещё добавить, что «ты и сама должна это знать, раз часто здесь бываешь», но и слова сказать не успевает, теряясь в широкой улыбке Т/и.

Мысли разбиваются о её светящиеся глаза: яркие и наполненные детским счастьем.

Такие красивые-красивые, что дышать становится больно.

- Тогда мы обязаны обойти сад полностью! - девушка уверенно кивает своим словам, разворачиваясь обратно: лицом к тропинке. Чуть замедляется, чтобы поравняться с Сакусой, а потом идёт уже нормально, временами подстраиваясь под широкий шаг волейболиста, - Как.. как ваши тренировки? Вроде, летние соревнования будут в начале августа, да?

- Да, - утвердительно отвечает Киёми, вспоминая, сколько свалилось с приходом лета и предстоящих соревнований: тренировки начали проводиться чуть ли не каждый день, не давая нормально насладиться заслуженным отдыхом, а давящая атмосфера в команде только усугубляла ситуацию, - Тренировки - терпимо. Цукаса собирается покинуть пост капитана после соревнований, поэтому и наседает больше обычного.

Т/и задумчиво скользит взглядом по аккуратным камешкам, из которых состоит дорога под ногами, и, спустя пару мгновений, продолжает разговор:

- Хочешь стать следующим капитаном, Сакуса-кун?

- Скорее всего, так и будет, - сухо замечает ас, понимая, что да, вероятно, на последний год в старшей школе ему придётся взять на себя ответственность за всю команду, - Комори больше бы подошёл на эту роль.

- Комори-кун? - школьница в красках представляет либеро в роли капитана и соотносит сложившийся образ с действительностью, - Может быть.. У него очень хорошо получается подбирать нужные слова, - она приглушённо смеётся, припоминая, сколько раз речи Мотои били прямо в цель, - У него же скоро день рождения? Уже думал о том, что будешь дарить?

- Мы не дарим друг другу подарков. Слишком много мороки с выбором.

- Оу.. - разочаровано тянет Т/и, - Ну, а хотя бы празднуете?

- В семейном кругу, - Сакуса с содроганием вспоминает подобные посиделки их семей: абсолютно странное мероприятие, которое повторяется из года в год, - Думаю, в этом году он решит отпраздновать с друзьями. Восемнадцатилетние же.

На этом их разговор прерывается: каждый углубляется в свои мысли, переваривая сказанное и услышанное.

Дорожка тянется дальше, огибая садовые растения, которые заполняют Хамарикю тихим шелестом листьев. Солнце полностью закатывается за горизонт, позволяя уличным фонарям продолжать свою работу: освещать путь молчаливой парочке. Кажется, что они остаются здесь совершенно одни; туристов, которых им посчастливилось обогнать ещё в начале пути, поблизости не наблюдается.

***

Сакуса раз за разом возвращается к случаю в метро: к ненавистной толпе и дрожащей фигурке Т/и, пойманной в ловушку из тел, к её узкой ладошке, которая так правильно лежала в его ладони, и к давно забытому чувству покоя, которое разливалось внутри каждый раз, стоило только осознать, что вот она: рядом, целая и невредимая.

Т/и же усиленно отдаляет каждую мысль: размышления о поведении Наны, воспоминания о поездке в метро и тревожные звоночки разума, напоминающее о маме.

На неё наваливается всё и сразу, не позволяя насладиться одним и забыть другое.

Но она с уверенностью может сказать, что сегодняшний день останется в памяти надолго.

Если не навсегда.

- Пришли, - Т/и останавливается на месте, завидев, как из-за толщи разносортных деревьев показывается краешек выхода. Потерянная группа туристов находит себя именно там: некоторые фотографируются на память, скалясь в объектив камер, пока остальные терпеливо дослушивают последние слова экскурсовода.

Уходить совершенно не хочется.

- Если ты продолжишь просто стоять, то нас закроют тут на ночь, - как бы невзначай бросает Сакуса после пары минут стояния на месте.

- Было бы прекрасно, - отвечает девушка, понимая, что домой возвращаться тоже не хочется, - Прости, я просто шучу. Идём.

Они выходя за пределы Садов в самый последний момент: решетчатые ворота закрываются за их спинами.

- Вот и всё, - подытоживает Т/и, разворачиваясь лицом к Киёми, - Спасибо, что согласился пойти со мной. И спасибо за.. метро. Я и вправду испугалась тогда.

- Не за что, - Оми внимательно следит за эмоциями спутницы, улавливая момент, когда почётное место на её лице занимает легкая грусть, - Нам ещё обратно ехать, если ты не забыла.

- Нет, - девушка коротко мотает головой, - Я в другую сторону, - указывает куда-то в сторону, разрывая зрительный контакт с обладателем темных глаз, - Надо забрать маму с работы. Спасибо ещё раз.

И срывается с места первой, боясь, что пройдёт хотя бы одна секунда - и она передумает. Позволит себе задержаться в компании Киёми на несколько долгих минут.

Сакуса провожает её долгим взглядом, путаясь в собственных мыслях.

Не делай того, о чем потом будешь жалеть.

К удивлению, причин для сожаления не находится.

-Ты ещё не успела далеко уйти?

-Стой на месте, я подойду к тебе. Слишком поздно, чтобы таскаться одной.

Сообщение контакту Сакуса-кун🏐🦫

Сакуса-кун, не стоит. Я сама дойду.

Доставлено в 21:48.

-Успокойся и подожди меня.