Чуждая Жизнь

Следующие два дня прошли как в тумане. Лëжа в кровати, я иногда пыталась запихнуть в себя еду, которую заботливо приносила приехавшая тëтушка. Мне не хотелось еë расстраивать – всë-таки она потеряла свою сестру и выглядела не лучше меня, поэтому я натягивала улыбку и усердно пихала содержимое тарелок за обе щеки, еле сдерживая тошноту. Кроме того, тётушка все выходные занималась оформлением опекунства надо мной. Я не представляю как она выдерживает всю бумажную волокиту в таком состоянии...

* * *

В следующий день меня пинком вытолкнул противный писк десятого будильника. Первые секунды голова будто трещала по швам и, несмотря на то, что я старалась вставать плавно, в глазах потемнело. Меня пошатывало, как пьяную, а быстро темнеющая фиолетовая завеса в глазах вскоре и вовсе заставила ослепнуть. Опустившись на колени, я пригнула голову к полу, сделала глубокий вдох и выдох. Обычно такой метод быстро помогал и сегодня он также не подвëл: через минуту очертания предметов снова стали ясными. Опираясь на стену, я привстала и направилась в ванную.

Закрыв дверь, взглянула на себя в зеркало и ожидаемо не нашла ничего хорошего. Сложив руки в лодочку, набрала в них холодной воды и умылась. Оставив ладони на щеках, я разглядывала в зеркале уставшее лицо. Взгляд прошёлся и по запястьям. Внезапно сердце оборвалось: я не нашла мамин браслет на левой руке. Судорожно оглядела всю ванную, посмотрела под ковриком и душевой кабиной. Пусто. Подступала новая истерика и руки предательски задрожали. Глаза стало больно пощипывать. Хотелось рухнуть на пол и никогда больше не вставать.

Вернувшись в комнату и поминутно смахивая то и дело проступающие слезы, я проискала серебряный браслет во всех возможных углах, на кровати, под ней, под матрацем, однако было ясно – браслет я больше не увижу. Полностью опустошённая потерей, я закрыла лицо руками, сев на пол. Глаза обжигало, но слëз не было. В комнату стучалась тётушка:

— Эллиса, собирайся! Ты опоздаешь в школу!

Преодолев себя, я оделась и закинула пару тетрадей с учебниками в рюкзак. Единственная мысль заставляла двигаться: «Я должна успешно закончить школу в следующем году, ради папы и мамы».

Спустившись вниз, подошла к входной двери. Тётушка Майя окликнула меня:

— А как же завтрак? — она всплеснула своими пухленькими ручками и еë миловидное лицо, приняло такой вид, будто я решила идти в школу совершенно нагой, а не просто отказываюсь от еды.

— В школе поем, — напоследок пытаюсь выдавить из себя подобие улыбки. Тётушка отвечает мне такой же натянутой. Тёмные круги под глазами выдают еë последние бессоные ночи. В ту же секунду я чувствую, как жалость смешивается с горечью, оседая где-то глубоко в горле. Вроде бы и понимаю что помочь тëтушке сейчас не в состоянии, но сердце кровью обливается, когда я вижу как ей плохо.

Моя ладонь автоматически трëт кончик носа и я закрываю за собой дверь. Иду вдоль домов, вниз по дороге. Погода такая же серая и холодная. Благо без дождя. Да уж... Это лето не такое, как в прошлом году. Где долгожданные солнце и жара?

Вдруг всплывшее воспоминание заставляет меня вновь помрачнеть. Перед глазами вижу ослепительные лазурные гребни волн, я поворачиваюсь в сторону радостных возгласов мамы: еë пушистые белëсые волосы нежно трепит соленый ветерок. Одной рукой она их придерживает, а другой машет мне – зовёт купаться. Мамин смех застывает в голове, сверкая гранями мягкого тембра. Ещë миг и перед глазами остаëтся только еë широкая улыбка и дымчатые счастливые глаза.

Отвлекшись от воспоминаний о прошлом лете, я оглядываюсь на проезжающую слева машину. В надежде заглушить наступающие чувства, заставляю себя переключиться на жалкие фантазии о том, как, наверное, тепло сейчас еë пассажиру внутри, и как быстро я могла бы добраться до школы, будь у меня это чудо техники.

Наконец оказавшись в школе, с трудом нахожу расписание. Узнав нужный кабинет, скорей бегу на третий этаж и вскоре оказываюсь в замешательстве среди одноклассников, которые совсем не стесняясь пожирают меня десятками взглядов. Терзающий вопрос: куда же сесть? К облегчению, слышу, что меня зовут:

— Эллиса, садись с нами! — Вики и Мишель машут руками.

Я неловко вхожу вглубь класса и присаживаюсь напротив девочек. Парты составлены по двое, таким образом всего здесь четыре места. Только я присела, как в коридоре уже звенит звонок. Через минуту класс затих и поприветствовал учителя. Начался урок английского.

На протяжении всего занятия, я ощущаю, как Мишель буквально прожигает меня своим взглядом.

— Выглядишь очень уставшей.

Наигранно усмехнувшись, как ни в чем не бывало спрашиваю:

— А как по-другому должен выглядеть рано встающий человек?

К разговору подключается и Вики:

— Серьёзно, Эллиса, ты похожа скорее на зомби, чем на человека. Что произошло?

Сейчас мне не хотелось говорить о том, что я фактически осталась сиротой.

— Извините, но я пока не готова рассказывать об этом.

— Тогда расскажи, куда ты пропала с вечеринки в прошлую пятницу?

— Мне срочно нужно было домой, — я всë ещë старалась отвечать практически безэмоционально. Что-то внутри запульсировало. Ещё чуть-чуть и что-то произойдёт.

Мишель неудовлетворённо пожала своими плечиками и закатила серо-голубые глазки:

— Да от тебя ничего не добьёшься, — капризным тоном закончила та.

«Да с какого такого хрена я должна вообще отчитываться перед тобой? Мы знакомы лишь день!» — гнев уже вскипал, однако самоконтроль оказался сильнее и быстро охладил меня так, что внешне удалось сохранять невозмутимость до конца урока.

Со звонком все ринулись на завтрак. Пока Мишель занимала место за столиком, мы с Вики стояли в пёстрой нескончаемой очереди.

— У тебя явно случилось что-то серьёзное, — проницательно начала Вики, — я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Если всё-таки захочешь поддержки – звони мне. Я выслушаю, — девушка коснулась моей руки, как бы намекая на то, что я не одна и могу довериться ей. Но стоит ли рискнуть и поделиться своими переживаниями?

Не успела я окончательно решить стоит ли доверять Вики, как толпа пошатнулась и впереди стоявший человек чуть не упал не меня. Вскоре за людьми мелькнуло лицо знакомого парня с тёмными, практически угольными волосами. Как его там зовут..?

— Вильям, возьми мне картошку фри, — послышалось со спины.

— Без проблем, — наглому парню наконец удалось полностью влезть в очередь. Возмущение людей прокатилось эхом по столовой.

— Опять ты за своë, — насупившаяся Вики дёрнула Вильяма за рукав рубашки.

— Вообще-то мне друг здесь занимал, — брюнет хи́тро ей подмигнул и самоуверенно подхватил под руку, отчего та возмущённо дёрнулась, скривив губы:

— Нахал! — надулись веснушчатые щеки Вики.

— Зануда, — дразня ответил тот.

Неловко прокашлившись, я привлекла внимание парня и к себе:

— Эллиса? Верно?

— Да, привет.

— Ловко ты смылась с вечеринки в ту пятницу. Я бы тоже сбежал, если б только знал какую истерику закатит Крис, — усмехнулся Вильям.

— Истерику?

— Ага, видела бы ты с какой яростью она посуду швыряла. Я еле съебался оттуда.

— Снова с Алексом поссорилась? — выдвинула предположение Вики.

— Хз, Алекса в пятницу не было, а орала она на нас, мол мы все совсем охуели. Затирала, что мы типо обокрали еë. Крис реально свихнулась— парень поправил белый воротник рубашки и пошëл брать еду.

Страх причастности к чему-то плохому нарастал с каждой новой фразы знакомых и заставлял чувствовать себя ещё хуже: в пятницу я явно оказалась не в том месте и не в то время. Обрывки событий того дня пронеслись кинолентой.

«Ещё не хватало, чтобы меня в краже обвинили...»

Взяв фруктовый салат и шоколадный кекс, я направилась к столику, который занимала Мишель. На моë удивление к нам подсел не только Вильям, но и Люк. Поздоровавшись со всеми, я села рядом с Вики.

— Кто-нибудь знает где Кристи? — вопрос Вильяма вроде бы был адресован ко всем, но его холодные глаза остановились на Мишель. Та, будто совсем ничего не слышала, проигнорировала его вопрос и увлечённо продолжала разглядывать что-то вдалеке столовой.

— Мишель, давай колись, — не вытерпел Вильям, — вы как будто не дружите всю жизнь.

Обречённо вздохнув, Мишель повернулась к столу. Поправив кудрявое блондинистое карэ, она нехотя ответила:

— Мы поругались. Она обозвала меня крысой и выставила за дверь после того, как вы ушли, — Мишель глотнула вишнёвый сок, а затем добавила, грустно усмехнувшись, — а я ещё пыталась разобраться в том, что произошло и понять еë.

— Забей, ты же её знаешь. Поистерит и успокоится, — Люк попытался ободрить еë, но та лишь поджала губы и уставилась к себе в тарелку. Парень зыркнул на Вильяма, как бы обвиняя того в том, что Мишель погрустнела.

Настроения разбираться в произошедшем у меня совершенно не было, поэтому я старалась быть тише воды и ниже травы, продолжая накалывать вилкой фрукты. Мысли неминуемо возвращались к смерти матери и я ничего не могла с этим поделать.

Из размышлений меня выдернули щëлкающие пальцы Люка напротив моих глаз.

— Ку-ку, Эллиса, ты как язык проглотила.

— М?

— Ты чего кислая такая?

«Да что ж вы пристали. Неужели так сложно оставить меня в покое?» — градус моей раздражительности снова стал медленно, но верно повышаться. Держаться сильной было очень сложно. Однако ответить Люку постаралась как можно вежливее:

— Да так, сложности в семье, — нервно выдохнув, я уже было понадеялась, что на этом расспросы наконец-то закончатся, но Люк так и лез со своей навязчивой заботой:

— Оу, я могу как-то помочь или поддержать тебя?

— Нет, Люк, боюсь нет, спасибо, — закусив щеку, я посмотрела на время. Однако, к большому сожалению, до урока ещё было 12 минут.

Вдруг Вильям резко подскочил с зеленого стула и его лицо засияло от искренней улыбки. В свою же очередь сначала Люк недовольно покосился на друга, а затем и на приближающегося парня, заламывая костяшки пальцев.

— Алекс, ну наконец-то. Тыщу лет не виделись, — Вильям похлопал по плечу неизвестного в чёрном объемном худи. Взъерошенные каштановые волосы Алекса красиво отливали огненно-рыжим на свету. Он ответил ему дружеским рукопожатием. Насколько я помню Алекс и Вильям вроде ссорились тогда в группе? Так быстро помирились... Похоже им это не впервой.

Сначала я без интереса смотрела на "легендарную" встречу друзей. Однако, когда подошедший парень обернулся к нам лицом, сердце ушло в пятки. Подавившись кексом, я с диким кашлем бросилась пить колу. Как на зло легче не становилось. Вики положила руку на моё плечо:

— Эллиса, тебе принести воды?

— Кх... Нет... Кх-кх, сейчас пройдет.

Через силу я глянула на Алекса ещё раз, чтобы убедиться в том, что мне и правда не показалось. Светло-карие глаза парня тоже юркнули по мне, однако он и бровью не повёл, спокойно присоединившись к нам.

— Ну ты и напугала, я думала ты сейчас реально задохнешься, подруга, — в обычный день, я бы обрадовалась, что за меня так беспокоятся, но сейчас мне было совсем не до этого. В голове проигрывалась первая встреча с Алексом. Да, это точно он угрожал мне на вечеринке.

Пока я пыталась прийти в себя от шока, разговор ребят заметно оживился.

— Алекс, ты вкурсе что творила твоя девица в ту пятницу? — начал с вызовом Вильям.

— Нет и мне неинтересно, — сказал, как отрезал Алекс.

— Всë-таки они реально поссорились, — Вики победно скрестила руки на груди, сверкнув зелёными глазками. Она радовалась так, будто выиграла соревнования сыщиков.

— Расстались, — скулы Вилльяма вытянулись, а Мишель округлила глаза. Вики вздохнула.

— Ты гонишь?

— Нисколько, — холодно ответил шатен и самодовольно ухмыльнулся, посмотрев Вики прямо в глаза. Та обиженно насупилась – еë теория была очень близка к правде. Внезапно, я заметила как она вновь оживилась:

— И всë-таки почему Кристи обвинила нас в краже? — еë взгляд примкнул ко мне.

«Неужели подозревает?» — однако Вики вновь глянула на Алекса.

— Ты представля-я-яешь... Я тоже не знаю, — с издёвкой ответил тот, сверкнув карими глазами.

Компанию охватила тишина. Теперь я лишь наблюдала за Алексом. Виновником кражи был именно он, пазл сложился сразу.

«Получается пробрался в дом, пока тебя не ждали, чтобы... Чтобы ограбить Кристи? Но зачем и что ты украл?»

Тем временем тот вëл себя практически безэмоционально, что невольно восхищало меня: «Вот это выдержка». Он будто следил за представлением в цирке, редко ухмыляясь или давая короткие комментарии. В глубине души мне даже льстило, что я, в отличие от других, прекрасно знала о произошедшем у Кристи. Лёгкое утешение среди отчаяния.

Пока ребята выказывали своë недовольство и озадаченность по поводу пятничной вечеринки, глаза Алекса стали внимательно меня оглядывать. Особенно оранжеватые на свету, те с подозрением рассматривали моë лицо. Я же, стараясь скрыть опасение, отвечала ему открытым храбрым взглядом, позволяя себе рассматривать его черты лица в ответ: угловатую челюсть, нахально вздернутый нос, постоянно выбивавшиеся рыжевато-каштановые волосы. Даже невольно заметила, как его уголок губы дрогнул вверх, облачив небольшую ямочку у щеки. Пересилив себя, я решилась вновь посмотреть ему в глаза, дабы не уступать в уверенности. Однако несмотря на свою вдруг проснувшейся любопытство, сердце дрогнуло как только он поймал мой взгляд. Янтарные глаза одновременно пугали и гипнотизировали, давая понять мне своë место. Неожиданно взор Алекса метнулся за мою спину. От полуухмылки его губы сжались до кривой линии.

Еще мгновение и передо мной стояла разгневанная Кристи. Весь её облик кричал: острые стрелки, подчёркивающие сверкающие изумрудные кошачьи глаза и, конечно же, плотно сжатые алые губы. Сцепив руки на груди, та прожигала меня взглядом.

— Вы только посмотрите на эту побиру́шку, — Кристи буквально шипела, — ты думала я не замечу как ты сбежала? Думала я не пойму? Сучка! Верни моë кольцо! — вдруг она схватила меня за волосы и потянула на пол. Опешив от такой выходки, я не сразу сообразила что происходит, однако неприятная ноющая головная боль вернула меня в реальность.

— Что ты творишь?!? — я вцепилась в еë руки, пытаясь освободить волосы.

— Отдай мне! Гребаное! Кольцо! — Кристи трясла и тянула волосы во все стороны, параллельно успевая меня ещë и пинать. Ожившие ребята бросились нас разнимать.

— Крис, ты совсем спятила?!

— Да отцепись же ты от неë!

Пока Люк придерживал волосы и защищал меня от ударов, Алекс и Вилльям пытались угомонить эту сумасшедшую. Уже через минуту вокруг нас собралась толпа. Кто-то снимал происходящее на телефоны, некоторые улюлюкали, а остальные тупо ржали, отчего я почувствовала, как гнев уверенно перешёл черту ярости. Что-то будто бы лопнуло и по венам прямо в голову разнёсся жар. Неожиданно для себя, я накинулась на Кристи с новой силой и, вырвавшись из хватки ребят, повалила еë на пол.

Да, запомню навсегда с каким удовольствием я размазывала макияж этой мымре по всему лицу и одежде.