Миллион проблем и одно решение| Марат

После того, как маму увезли, квартира превратилась в холодную, гулкую коробку.

Васильева скучала по маме до физической боли, до щемящего чувства в груди.
По ее уставшему, но любящему взгляду, по запаху ее духов, по ее тихим напевам на кухне.

Но Юля спала в соседней комнате, и Лиза не имела права проявлять слабость. Она должна была быть сильной

Андрей появлялся редко. За эти дни он заглянул домой всего пару раз, чтобы схватить какую-то одежду или деньги, которые мама успела отложить.
Он не смотрел на Лизу, или только делал вид, что не смотрел

Каждый раз, когда он входил, в груди Лизы все сжималось, а руки холодели. Она боялась его. Боялась его нового, жесткого лица, его пустых глаз, его чужих интонаций.

Он видел ее страх, она была в этом уверена, но словно бы игнорировал его, или же ее страх был для него лишь доказательством его собственной силы, его нового «авторитета». Он больше не был ее братом, ее защитником, ее Андреем ,он был Пальто, и это означало совсем другое.

Однажды Юля проснулась ночью с горячим лбом и сухим кашлем, который разрывал ее маленькую грудь.
Лиза запаниковала. Она пыталась найти градусник, вспомнить, что мама делала в таких случаях.

Жаропонижающих не было, аптека была уже закрыта, а деньги, оставленные Андреем, были слишком скудны. Всю ночь она сидела у кровати Юли, меняя влажные полотенца, пытаясь отпоить ее чаем с малиной, который нашла в закромах кухни.

Утро не принесло облегчения. Юля металась в бреду, температура не спадала. Лиза чувствовала себя абсолютно беспомощной и одинокой.

Днем, когда Лиза снова сбила Юле температуру мокрым полотенцем и пыталась заставить ее выпить хоть немного чая, в дверь осторожно постучали. Она вздрогнула, ожидая кого угодно - участкового, органов опеки, кого-то чужого.

Но за дверью стоял Марат..

Марат - ее одноклассник, ее давний неприятель, вечно задиравший ее в школе,раньше они конечно дружили ,но все изменилось в один день

-Ну, привет, - проговорил парень но не слишком уверенно

Лиза поджала губы, скрестив руки на груди.

-Что тебе надо?у меня сестра болеет ,нет времени на разговоры

Марат нахмурился, его обычно задорный взгляд был серьёзен.
Он перевел тему разговора на Юлю услышав о том что она заболела

- у тебя есть жаропонижающее? Или что то от кашля ?

Лиза недоверчиво посмотрела на него.

-Нет, - тихо ответила она, не в силах скрыть дрожь в голосе. - Ничего нет. В аптеку сходить не могу, Юлю оставить не с кем.

Марат кивнул.

-Понял. Сиди тут. Я быстро.

И он ушел, не дожидаясь ответа. Лиза осталась стоять посреди прихожей, удивлённая .

Через десять минут он вернулся. В руках у него был пакет из аптеки - микстура от кашля, жаропонижающее, и даже какая-то детская каша быстрого приготовления.

-Вот. На, - он протянул ей пакет, избегая прямого зрительного контакта.
Лиза поймала его взгляд.

-Почему ты это делаешь?

Марат отмахнулся.

- сам не знаю , все таки это неправильно что ты одна с больной сестрой ..

Он не договорил, но Лиза поняла. Он был пацаном, но не совсем бессердечным.

Они сидели на кухне. Лиза дала Юле лекарство, и та, наконец, уснула более спокойным сном. Напряжение понемногу отпускало.

- А где Андрей? - спросила Лиза, рискнув нарушить молчание. -Он даже не знает...

Марат вздохнул, потирая затылок.

- Он знает. Я его по дороге встретил и рассказал

Лиза уставилась на него, потрясенная.

-И что он?

- А ничего, - Марат опустил взгляд. - Он не хочет сюда приходить чтобы не видеть тебя .

-Меня ? - Лиза почувствовала, как внутри нее снова вспыхивает гнев. -Что со мной не так ?

Марат поднял на нее глаза. В них была какая-то странная жалость.

-Он видит как ты смотришь на него со страхом ,ему от этого не по себе, вот он и живет у нас
Сказал, что не может смотреть на то, как ты его боишься. Как будто он чужой стал.

Слова Марата обрушились на Лизу, как снежная лавина. Чужой. Она назвала его чужим. Мама называла его чужим. И он это чувствовал. Он видел ее страх, но не потому, что был безразличен, а потому что это причиняло ему боль, и он бежал от нее, от этого зеркала, отражающего его новую, пугающую сущность.

-Он боится? - прошептала Лиза, Андрей, бесстрашный, жестокий брат, боялся ее страха?

Марат пожал плечами.

-Ну, не боится. Просто не хочет видеть. Ему сейчас нужно быть жестким. А дома это не получается,это его ломает,он думает, если он тут, то все только хуже становится.

Лиза отвернулась, оперевшись локтями о стол. В голове все смешалось.

Жестокость Андрея, его безразличие, его отсутствие - все это было оправдано... его собственной болью?
Он бежал от нее не потому, что ему было плевать, а потому что не мог вынести того, что он стал для нее чужим, пугающим.

Ей стало одновременно легче и еще больнее. Легче оттого, что он не был абсолютным чудовищем, но больнее от понимания глубины его падения, его внутреннего разлада. Он сломал маму, он напугал ее, он оставил Юлю одну - и все это, возможно, было частью его собственной борьбы, его собственного страха, что он становится чем-то непоправимым.

-Ему надо подумать, Лиза, - тихо сказал Марат, поднимаясь. -И тебе тоже.

Он вышел, оставив Лизу одну в тишине. Только мерное дыхание Юли нарушало покой.

За окном сгущались сумерки. Тени на стенах квартиры казались уже не такими однозначно зловещими. Они танцевали, переплетаясь, то удлиняясь, то сжимаясь, как живые существа. И среди них, в глубине одной из теней, Лиза увидела образ своего брата. Не того, что она знала раньше, и не того, монстра, которого боялась.

А кого-то другого, потерянного, мечущегося между двумя мирами, между тем, кем он был, и тем, кем он отчаянно пытался стать. И впервые, сквозь страх, она почувствовала к нему не только злость, но и горькую, невыносимую жалость.