Глава тридцать шесть
Он резко развернулся, подошел к консоли у двери и рывком схватил ключи от машины. Звон металла о дерево прозвучал в тишине гостиной как выстрел.
— Куда ты?! — крикнула Лейла, и в её голосе, вопреки гордости, прорезалась отчаянная мольба. — Джамал, если ты сейчас выйдешь за эту дверь, ты разрушишь всё, что мы строили! Ты понимаешь это?
Он уже был на пороге. Он остановился на секунду, его спина напряглась, а кулаки сжались так, что побелели костяшки.
— Я не могу дышать с тобой в одном доме, Лейла. Я смотрю на тебя и вижу не только свою любовь, но и свою величайшую потерю. Мне нужно время. Или вечность.
Дверь захлопнулась с тяжелым, окончательным стуком. Через мгновение на улице взревел мотор . Свет фар на секунду полоснул по панорамным окнам гостиной, разрезая темноту, и тут же исчез, оставив после себя лишь едкий запах жженой резины и тишину.
Лейла осталась стоять посреди их «идеального» дома. Она медленно опустилась на диван, глядя на осколки хрустальной вазы, рассыпанные по полу. Жемчужное платье, которое она надела, чтобы соблазнить его, теперь казалось ей саваном.
— Опять... — прошептала она, закрывая лицо руками. — Опять ты оставил меня одну, Джамал.
Она вспомнила, как в «прошлой» жизни он уходил так сотни раз. Но тогда она была наивной девочкой, которая плакала и ждала. Теперь она была женщиной, которая уже однажды умерла. И внутри неё что-то окончательно надломилось. Она поняла, что никакие ремонты, новые лестницы и клятвы не исправят человека, который сам не хочет быть исцеленным.
Она просидела так до рассвета, не двигаясь. А когда первые лучи солнца коснулись разбитого хрусталя, Лейла встала, поднялась в спальню и достала тот самый чемодан, с которым она ждала его в ночь «нападения».