Глава 10: Договор (2)
– ...А, гонорар?
Продюсер, сидевший напротив Сон Ман У, мрачно нахмурил брови, услышав его слова.
– Обсуждать гонорар с человеком, у которого нет ни имени, ни портфолио? Это изначально лишено смысла!
Его возмущение было почти осязаемым и, в общем-то, ожидаемым. Он представлял C-Blue Studio – одну из крупнейших продюсерских компаний страны. С его высоты Кан Ву Джин и правда ничем не отличался от пустого места.
Его прошлое – сплошная тень. И такой человек смеет заводить речь о деньгах ещё до старта проекта? Для продюсера, искусного в делах индустрии, это было неслыханно. Голос его зазвучал жёстче и громче:
– Каким бы уникальным ни был этот Кан Ву Джин, это неприемлемо. Непозволительно. Это всего лишь ваши домыслы, режиссёр-ним.
– Ну, формально ты прав, но...
Известный режиссёр Сон Ман У и сам это понимал. Разговоры о гонораре были лишь его догадкой. Однако этот парень, Кан Ву Джин, ломал все шаблоны. А его игра?
Она с лёгкостью затмевала игру многих признанных мастеров с десятилетним стажем.
Более того, от него исходила аура – та самая, редкая, сплавленная из серьёзности, абсолютной уверенности и чего-то необъяснимого. Парень, ворвавшийся в «Супер-актёра» словно вихрь. Разве у такого не хватит духу поставить вопрос о цене с самого начала?
Даже писатель Пак явно попала под его обаяние.
И дело не только в Пак Ын Ми. Все, кто видел Ву Джина в том зале – Сон Ман У, Хон Хе Ён, – были очарованы. Если он это осознаёт, то запросто может начать торг.
Иными словами: – Впервые имею дело с тем, кто начинает с позиции силы. Забавно.
Судя по всему, Кан Ву Джин держал все козыри. Сон Ман У, скрестив руки и погрузившись в раздумья повернул голову к сидевшей слева Пак Ын Ми. Та, в своей неизменной повязке на голове, уже смотрела на него. Взгляд её был твёрд, как сталь. Её решимость казалась несокрушимой.
– Предположения предположениями, – голос её прозвучал низко и леденяще. – Но вот что я скажу: на деньгах не экономьте.
В этой короткой фразе сквозила бездна смысла. «Не упустите его ради какой-то суммы, иначе мне с вами не по пути».
Сон Ман У, пожав плечами, перевёл взгляд на продюсера.
– Продюсер Ли, я, знаете ли, ещё пожить хочу. Так что не лучше ли нам сразу определить гонорар Кан Ву Джина, независимо от того, правы мои догадки или нет?
Продюсер тяжело вздохнул.
– Ах, режиссёр-ним, автор-ним... У нас тоже есть своя позиция. И отраслевые стандарты. Каким бы уникальным он ни был... слухи поползут по всей индустрии.
– Понимаю, знаю. Головная боль.
Сон Ман У, вспоминая каменное лицо Ву Джина, добавил: – Но относиться к этому парню как к обычному новичку... как-то уж совсем нелепо.
– Ну, это...
– Обычные новички не получают роли второго плана, одним лишь впечатлением склонив на свою сторону режиссёра и автора. Да ещё и пришли сами, без могучего агентства за спиной.
Тишина в комнате повисла густая и тяжёлая. Первым её нарушил Сон Ман У.
– Поступим так. Чтобы избежать лишних взглядов и пересудов, предложим гонорар выше среднего. И включим в контракт пункт о строгой конфиденциальности.
– ...Не хочу никого обидеть, режиссёр-ним, но на какую сумму, по-вашему, он может рассчитывать?
– Хм, ну... вы же видели его сегодня. Он умён. Сообразителен. Вряд ли станет задирать планку до небес. Наверняка оценит себя адекватно.
Сон Ман У начал выводить цифры на лежавшем рядом листке.
– Как насчёт такого максимума? Что думаете?
Тем временем в однокомнатной квартире Кан Ву Джина.
Не ведая, что его цену уже взвешивают на невидимых весах, Кан Ву Джин пребывал в состоянии странного покоя. Он не спал. Пристально смотрел в экран телефона, где шла дорама.
Вообще, это состояние длилось уже несколько часов. Он вернулся домой после совещания около шести вечера. Сейчас – половина двенадцатого ночи. Хотя прошло лишь пять часов, субъективно время растянулось на добрых пятнадцать.
Почему?
Едва переступив порог, Ву Джин с головой окунулся в Пустоту. Среди обновлённых произведений он почти дочитал все части первой главы «Изящной дочери», пропустив лишь «Официанта в кафе».
Разумеется, не без экспериментов.
Закончив с описаниями персонажей, Ву Джин теперь смотрел первую серию дорамы. Пересматривал уже в который раз, выискивая мельчайшие детали: нюансы актёрской игры, расхождения сценария и режиссуры, различия между фоном, пережитым в Пустоте, и сыгранной реальностью.
И он понял.
– Если смотреть отсюда, прекрасно видно, почему сериал провалился.
Если отбросить режиссуру и прочее, игра актёров была до неприличия слабой.
– Разве этот актёр не считается известным?
Теперь, лично прочувствовав каждого персонажа из сценария в Пустоте, Ву Джин мог ставить им чёткие оценки. Создавалось впечатление, что актёры в сериале жалко пародировали его самого.
Потому что Ву Джин уже сыграл все эти роли.
Иными словами, с его высоты казалось, будто они неумело копируют его манеру. И копируют из рук вон плохо.
– Диалоги звучат... пусто?
Реплики не несли эмоций. Актёры произносили их с усилием, механически встраивая в ситуацию.
– Жаль. Было бы куда лучше, сыграй они искренне.
Так, наверное, чувствует себя учитель, проверяющий работы неумелых учеников. Ву Джин и не подозревал, что его знания об актёрском мастерстве росли лавинообразно. Многократное проживание разных ролей накладывало друг на друга эмоции, интонации, микромимику.
Метод тренировки, немыслимый ни для кого другого.
Именно в этот момент...
Телефон, на экране которого замер кадр дорамы, завибрировал. Звонил, разумеется, его друг Ким Дэ Ён. Ву Джин лениво перевернулся на бок и поднёс аппарат к уху.
– Почему звонишь так поздно?
С той стороны послышался голос Дэ Ёна, прерываемый зевотой.
– Встречаемся завтра после работы. Я же в прошлый раз обещал мясом угостить. А ещё принеси те сценарии и сюжеты, что брал.
Следующий день, пятница, 14-е число. Поздний вечер.
Было уже за восемь, когда Кан Ву Джин шагал неподалёку от станции Чонджа. Одежда – та же, что и обычно: стёганая куртка, джинсы. Но сегодня добавилась кепка.
Перед встречей с другом Ким Дэ Ёном можно было не заморачиваться с причёской.
– Кажется, где-то тут.
Он оглядывался в поисках ресторана со свиной грудинкой, о котором толковал Дэ Ён. В этот момент зазвонил телефон.
– Хм?
Ву Джин взглянул на экран и едва заметно усмехнулся. Звонил режиссёр Сон Ман У. Что бы это могло быть? Он откашлялся и принял вызов.
– Да, здравствуйте.
Голос Сон Ман-у на том конце провода звучал бодро и приветливо.
– Ву Джин, как дела?
– Всё хорошо, спасибо.
– Кстати, мне интересно: у тебя уже есть примерное представление о своём гонораре? Не как торг, просто из любопытства.
Гонорар? Звонить посреди всего прочего, чтобы поговорить о деньгах? Ву Джин не задумывался об этом вообще, поэтому слегка опешил.
– ...
– Конечно, я уверен, большая часть твоих мыслей сейчас именно о гонораре, – продолжал Сон Ман У, не дожидаясь ответа. – Что ж, тогда давай поговорим по делу.
– ...по делу?
– Верно. Если разобраться, наш писатель Пак слишком опрометчиво бросилась на подбор актёров. Я тоже поддался эмоциям. Нужно учитывать и другие условия.
– ...
– Давай так. Времени у нас мало. Нам нужно как можно скорее закрыть роль Пак Дэ Ри. Подумай сегодня, а завтра встретимся, обсудим условия и примем решение.
Конкретика была туманна, но Ву Джина это не смущало. Он и так склонялся к согласию.
– Ясно.
Услышав его твёрдый ответ, Сон Ман У назвал место встречи.
– Завтра в десять утра. Приходи в студию C-Blue, где мы и встретились.
Спустя некоторое время.
Кан Ву Джин и Ким Дэ Ён, сидя друг напротив друга, с упоением уничтожали свиную грудинку. Шипящие куски мяса исчезали во рту с пугающей скоростью, а соджу, которым они запивали еду, уже не в первый раз наполняло их стаканы.
Тема разговора тоже была горячей.
– Я же говорил коллегам, что видел Хон Хе Ён вживую, помнишь? Так все позеленели от зависти.
Речь, конечно же, о ведущей актрисе Хон Хе Ён. Инициатива исходила от её преданного фаната, Ким Дэ Ёна.
– И в тот день мы же глазами встретились, да? Чёрт, до сих пор жалею, что не попросил сфоткаться.
Наблюдая за ним, Ву Джин усмехнулся про себя.
Только представь. Хе-хе, Хон Хе Ён лично назвала меня по имени. «Кан Ву Джин!»
Расскажи он это Дэ Ёну сейчас – тот рухнул бы в обморок. Но Ву Джин решил пока сохранить интригу.
В этот момент...
– Эй, Ву Джин, – Дэ Ён, набив рот листом салата с тремя кусками грудинки, сменил тему. – Так что насчёт смены работы? Ты же уволился и отдыхаешь уже недели две?
Вопрос прозвучал как удар хлыста, возвращая к суровой реальности.
– Надо бы после отдыха за дело браться, а? А то так до бесконечности отдыхать можно. Может, спрошу в нашей дизайнерской команде?
– Думаешь, компания среднего размера меня возьмёт?
– Да я не о штате. Хотя бы контрактную работу поищи. Разве в дизайне не важно портфолио?
– ...
Ву Джин какое-то время молча смотрел на друга, а затем спросил: – А теперь представь: ты – абсолютно неизвестный актёр. И тебя пригласил на роль в проект великий режиссёр или сценарист. Что сделаешь?
Выражение лица Ким Дэ Ёна моментально стало серьёзным.
– Кто играет главную женскую роль?
– Не знаю насчёт главного героя, но допустим, главную героиню играет, скажем... Хон Хе Ён?
– Всё. Если в проекте Хон Хе Ён – главная героиня, любые другие вопросы теряют смысл.
– Тогда ты просто сыграешь?
– Ага. Соглашусь не раздумывая. Особенно если главная героиня – Хон Хе Ён.
Дэ Ён осушил рюмку соджу и продолжил:
– Представь, великий режиссёр или маститый сценарист заинтересовался каким-то совершенно неизвестным актёришкой. У того харизмы – как у планктона. А тут ещё и главную героиню играет топовая актриса уровня Хон Хе Ён. Для неизвестного актёра попасть в такой проект – уже чудо.
– Неужели это так сложно?
– Сложно? Это практически невозможно. Для крупного драматического проекта даже рассматривать неизвестного – нонсенс. Желающих – очередь. Даже на роль второго плана пробиться невероятно тяжело. Тут нужны связи: семейные, по работе, выпускников одних школ...
– Связи, да.
– Именно. Индустрия развлечений – она такая. Место, где связи решают всё. Так что неизвестный актёр может получить роль? Я бы ради этого убить готов был. Но в реальности такого не бывает.
– Понятно.
Прости, друг, но это как раз происходит со мной прямо сейчас – промолчал Ву Джин, выслушав страстную тираду, и задал следующий вопрос: – А теперь представь, ты – тот самый неизвестный актёр, и роль тебе дали. Как думаешь, сколько ты должен получить за съёмки?
– Гонорар? О чём ты? Дело не в том, сколько я получу. Я с благодарностью приму любую сумму, которую мне предложат.
– Серьёзно?
– Эх, друг, как я уже сказал – сам факт, что неизвестного взяли в такой проект, уже чудо. Чудо из чудес! О каком гонораре речь? Ну, заплатят что-то, конечно. Обычно новичкам платят тысяч 30 вон за эпизод. И это ещё хорошо.
– 30 000 вон?
– Ага. Но ты должен быть благодарен, даже если предложат 3000. Сама роль уже меняет жизнь.
Честно говоря, Ву Джину эта сумма показалась смехотворно низкой. Хотя он понимал логику: актёры – фрилансеры. Но даже так... 3000 вон?
Именно в этот момент...
– А, да, – Дэ Ён, наполнявший пустой стакан Ву Джина соджу, вдруг протянул руку. – Кстати, сценарии и сюжеты принёс?
Ву Джин передал ему принесённый бумажный пакет. Там лежали копии материалов по «Изгнанию демонов», кроме, собственно, самих текстов. На всякий случай. Дэ ЁЁн, порывшись в пакете, снова заговорил: – Ты это читал? Небось, как подставку под чашку с раменом использовал?
– Читал. А короткометражку «Изгнание демонов» разве так и не запустят?
– О, я от друга слышал, что, кажется, запускают. Думал, проект загнётся, но потом какой-то инвестор нашёлся.
– Вот как? Значит, кастинг будут проводить?
– Не знаю точно. Друг вроде упоминал что-то о пробах, так что свободные роли, наверное, есть. Хотя обычно в короткометражках все основные роли уже распределены.
Услышав это, Ву Джин задумался, скрестив руки на груди. Через мгновение он снова взглянул на Дэ Ёна.
– А не знаешь, какая студия или кинокомпания снимает «Изгнание демонов»?
Дэ Ён, переворачивавший мясо на решётке, прищурился.
– ...Ты странно себя ведёшь. С чего это тебя вдруг эта тема заинтересовала? Раньше-то было всё равно.
– Да так... прочитал, понравилось. Хочу посмотреть, когда выйдет.
– ...
Дэ Ён с лёгким подозрением посмотрел на Ву Джина через стол и пожал плечами.
– Ладно. Я и сам не в курсе насчёт продюсерской компании, но уточню у того друга.
Несколько минут спустя, вернувшись с телефонного разговора на улице, Дэ Ён сел напротив.
– Скинул тебе ссылку в сообщении.
Он помахал телефоном.
– Это сообщество по конкретному фильму. Там есть инфа по «Изгнанию демонов». Сам посмотришь.
10 утра. Студия C-Blue.
В переговорной комнате студии сидели двое знакомых: режиссёр Сон Ман У в лёгкой куртке и очкастый мужчина. Пак Ын Ми не было.
Выражения лиц у обоих были серьёзными, почти суровыми. Перед ними лежало несколько прозрачных папок с документами.
Именно в этот момент...
Стеклянная дверь переговорной отворилась. Вошёл продюсер «Профайлера Хан Ряна». А за ним...
– Здравствуйте.
...тихим шагом проследовал Кан Ву Джин. Увидев его, Сон Ман У с стойким лицом позволил себе лёгкую улыбку.
– Заходи, садись сюда.
Он указал на кресло напротив, внимательным, оценивающим взглядом скользнув по неторопливым движениям Ву Джина. Нет, скорее, пытаясь прощупать его настроение.
Как и всегда, он непроницаем.
По каменному лицу Кан Ву Джина нельзя было ничего прочитать. Таким он был с самой первой встречи.
Мастер по скрытию эмоций. И тем интереснее, когда он играет – там происходит полная трансформация.
В общем, Сон Ман У подвинул сидевшему напротив Ву Джину одну из прозрачных папок.
– Взгляни. Это черновик твоего контракта, Кан Ву Джин.
– Хорошо.
Сон Ман У, открыв идентичную папку, с той же лёгкой улыбкой произнёс: – Много сложных слов. Но я хочу сразу обозначить главное – гонорар, который мы для тебя согласовали.
Ву Джин с противоположной стороны стола внимательно смотрел на режиссёра. Тот ткнул пальцем в конкретную строку контракта.
– Твой гонорар за участие, Ву Джин, составляет 2 500 000 вон за эпизод.
Это было чуть больше 3000 вон. Примерно в 900 раз.
– Как тебе такое предложение? 2 500 000 за серию.
Невозмутимое лицо Ву Джина на мгновение – всего на миг – дрогнуло.