Глава 14
Кайн шел точно на звук. Мира и Ниро едва поспевали за ним - так быстро он вел их за собой. Они миновали плотное пространство, заполненное стволами деревьев и кустами с густой листвой. Затем их будто выпустили на свободу из этого растительного заключения - они прибежали на поляну, что была окружена булыжниками человеческого размера. Посередине этого каменного "кольца" находился каменный стол, на котором, поджав ноги под себя, сидела хрупкая девушка с прозрачной кожей и длинными, всяко ниже ее роста, черными волосами. Ее плечи постоянно содрогались от плача, а тонкие руки беспрерывно терли глаза, которые уже наверняка были красными от таких действий.
- Эй... - тихо позвал ее Кайн. Та сразу же перестала плакать. Она немного покачалась, взявшись за голые коленки, а затем повернула к эльфу и его спутникам полное горечи и страдания личико.
- Пожалуйста... Отпустите меня! - ее темно синие глаза напоминали бездонные колодца. Девушка выглядела очень... Странно. Хрупкое тело, длинная рваная тога, босые ноги. И тем не менее ее слова показались еще более странными, чем внешность.
- А? - опешил принц. Девушка резко вскочила на ноги и оказалось, что они одного роста. Мира инстинктивно отпрянула, взявшись рукой за ремень, на котором раньше висело оружие.
- К... Кто ты? - выдавил принц. Он также чуть было не отпрыгнул, но сдержал себя в руках.
- Отпустите меня... Прошу! - с отчаянием в голосе выкрикнула незнакомка. - Меня ждут... Я хочу обратно...
- Но... Как мы можем тебе помочь? - нерешительно проговорил Кайн. Неожиданно на его плечо опустилась рука Ниро. Принц обернулся и наткнулся на настороженный взгляд лорда.
- Это дремиада, эльф, - понизил голос желтоглазый. - Самое сильное воспоминание человека, которому было суждено умереть от рук жителей леса.
- Что? - изумился Кайн и подпрыгнул от неожиданности, когда существо в одно мгновение оказалось возле него. Она протянула к нему руки:
- Она теперь будет преследовать тебя до конца дней, глупый, - протянул Ниро, отойдя на метр назад. - Не нужно было откликаться на ее зов, я же говорил. От нее теперь можно избавиться только двумя способами: принести жертву, либо... Использовать магию.
- Жертву? - принц увернулся из "объятий" дремиады. - Я должен убить кого-то?
- Не обязательно, - ответил лорд. - Можно пожертвовать таким же сильным воспоминанием, исполнив ее желание.
- А как ее убрать магией? - подала молчавшая до этого Мира. - Стрельнуть в нее заклинанием или что?
- Не уверен, - покачал головой Ниро, наблюдая за тем, как эльф наворачивает круги, убегая от преследующей его дамы. - Есть заклинание упокоения души, но применимо ли оно к неживым?
- Откуда ты столько знаешь? - подозрительно уставилась на него Мира. Лорд спокойно отразил выпад:
- Практика во дворце дает свои плоды.
- Вы не хотите помочь? - возмущенно крикнул им из очередного поворота эльф.
- А кто тебя просил идти сюда, великий умник? - ядовито поинтересовалась у него Мира.
- Но вы же не хотите, чтобы она шла за ним до самого Темного леса! - в сердцах закричал принц. - Я же хотел помочь!
- Всем не поможешь, гений, - вздохнул Ниро. - Постарайся на пути больше не играть героя-жертвенника, или мы так точно никогда до цели не доберемся.
- Ты сможешь ее убрать? - обрадовался эльф, взобравшись на булыжник.
- Нет, - пожал плечами желтоглазый. - Тебе придется отдать ей свое воспоминание - так как из нас никто магией не увлекается.
Кайн смутился. Он никогда не задумывался над важностью воспоминаний, но именно в этот момент его озарило, насколько он был не прав. Если он уберет какое-то чрезвычайно важное событие из своей головы, не изменит ли это самого, а вследствие - и его судьбу? Впрочем, есть же моменты, которые он уже давным-давно забыл, как, к примеру, его детские похождения. Возможно ли отдать дремиаде воспоминание о его первом появлении на этом свете? Он точно не помнит о своем рождении, значит, ничего не должно измениться.
- Если я отдам ей воспоминание о событии, исчезнет ли оно само? - внимательно посмотрев на Ниро, решил осведомить принц. Эльф не без усилия сполз с камня и обреченно замер возле оного.
- Не должно, - покачал головой лорд. - Но ты не сможешь никогда воспроизвести его в памяти и использовать в своем дальнейшем пути.
- Что ж, это не так страшно, - облегченно вздохнул Кайн, выпутываясь из, на удивление, цепких объятий девушки.
- Ты принял действительно верное решение? - вкрадчиво поинтересовался желтоглазый. - Его не возможно будет отменить.
Эльф твердо кивнул.
- Как пожелаешь, - развел руками в стороны Ниро. - Тогда возьми дремиаду за руку и поднеси к своей голове, представляя этот момент.
- Но если я его даже не помню? - уже наполовину выполняя указания, успел прокричать Кайн. Девушка, почувствовав скорейшее освобождение, сама радостно протягивала руки к его макушке, готовясь получить билет в другой мир.
- Хотя бы назови его. Мысленно, - добавил, поразмыслив, лорд. Ниро отпрянул назад, едва ощутимо потянув за локоть Миру, на что та немного возмущенно фыркнула.
- Не беспокойся, у меня нет никаких тайных намерений в отношении тебя, - в ответ ей белозубо улыбнулся желтоглазый. Девушка, казалось, даже была этим немного раздосадована - ибо тут же отвернулась от обоих спутников и направилась вглубь леса.
- Хорошо, - Кайн закрыл глаза, чувствуя, как тонкие пальцы девушки аккуратно перебирают его волосы.
"Первый день моего рождения" - подумал он и едва слышно повторил. Дремиада вторила ему, после чего они оба засветились голубым светом. Ветер окутал их, поднимая кончики волос в воздухе, заставив Кайна немного поежиться от неожиданности. Принц захотел открыть глаза, но не смог. В панике он попытался освободиться от навязанной ему девицы, но было поздно.
Его разум заволокла тьма.
***
- Где я? - вопрос канул в пустоту. Кайн слышал свой голос со стороны - такой раскатистый звук, будто бы вокруг не было ничего, кроме темноты. Эльф наугад попытался наткнуться хоть какой-нибудь предмет, но это было бесполезно. Он словно ослеп на пару минут и потерял чувства осязания, обоняния, и осознание данного угнетало. Страшно, одиноко - так потеряться в бездне, где ни одно живое существо никогда не заговорит с ним и не поможет выбраться обратно... В живой, дышащий лес, к друзьям и даже врагам, но таким, чуть ли не родным, творениям природы.
Но мгновением спустя все закончилось. Резко посветлело, все вокруг наполнилось красками - яркими зелеными, желтыми и коричневыми тонами. Он оказался посреди большой и богато украшенной комнаты, смутно знакомой. Подле него стояла детская кровать с позолоченными ножками, переливающимися в свете солнца, исходящего из окна позади него. Вся комната была украшена различными рисунками на стенах, изображающих... Эльфов. Светлых, прекрасных воинов, лучников, мечников, магов - все они дрались за бравое дело - защиту их Долины. Их противниками были гадкие упыри - страшные существа, карикатурно изображенные, по сравнению со своими чуть ли не светящимися оппонентами. Но Кайн отвлекся от обозрения окружающего пространства и обратил свой взор на кроватку - на ней лежали два эльфенка.
Оба были чрезвычайно похожи - светловолосые, кареглазые. Они одинаково улыбались принцу, держась за ручки и весело дрыгая ножками. Однако один выглядел слабее своего приятеля - слишком тонкие запястья, не такие круглые и розоватые, а скорее бледные и худые щечки, небольшие впадины под глазами. Он тяжело дышал, но продолжал крепко сжимать в кулаке руку своего друга. Неужели он чем-то болен? И, наверное, это братья, раз лежат в одной кровати. Но что здесь делает сам Кайн?
Дверь резко открылась, в комнату вбежала целая делегация эльфов, и среди них, к своему изумлению, принц узнал... Своего отца. Он выглядел моложе себя нынешнего, гораздо моложе - меньше морщин, не столь подернутые сединой волосы, более прямая осанка, но это был он - несомненно. Что происходит?
Его отец бросился к маленьким эльфятам и, с необычайной нежностью и одновременно беспокойством во взгляде, наклонился к ним.
- Мои маленькие... - он тяжело вздохнул, погладив по голове поочередно и того, и другого. - Придется разлучить вас. Я не хотел этого...
- Ваше Величество, это вынужденная мера... - начал было советник, но король прервал его одним взмахом руки.
- Я знаю, Дормун. Готовь повозку и все необходимое для маленького принца. И торопись, времени совсем не осталось.
- Как скажете, Ваше Величество, - советник откланялся и исчез в проеме двери. Альфрен Третий взял на руки более слабого малыша и прижал его к своей груди. Тот не издал ни звука, зато брат возопил, едва их разлучили.
- Ну, ну, - король поудобнее перехватил эльфенка, и другой рукой погладил не успокаивающегося в кроватке малыша. - Все будет хорошо, Кайн. О твоем брате позаботятся.
Принц почувствовал, как что-то будто кольнуло его в сердце. Он не мог поверить своим ушам - это какая-то шутка? У него есть брат? Не может быть, чтобы отец столько лет скрывал от него правду...
В душе начал подниматься гнев. Его обманули. И, кажется, не раз. В голове смутно начали проявляться силуэты вынужденно забытых событий - Кайн не мог до конца понять, что заставило его забыть обо всем. Все вокруг закружилось, начало испаряться из его сознания.
Комната завертелась, эльф хотел закричать - но нечто перекрывало ему доступ к легким. Он в ярости начал рвать на себе одежду, пытаясь добраться до них - но еще несколько секунд, и...
Все стихло.
Кайн открыл глаза.
Он лежал на полу пустой ночной поляне в лесу. Вокруг было тихо и спокойно, и ни следа дремиады. Над головой принца появилось лицо желтоглазого проводника. Ниро, с непонятным блеском в глазах, осторожно поинтересовался у эльфа:
- Ну, что? Как все прошло?
Кайн с усилием поднял голову и уселся на траве, пытаясь восстановить равновесие - он шатался, будто бы недавно принял крепчайшей настойки ведьмы из какой-нибудь захудалой деревушки. И первые его слова были, после того как очнулся:
- Я ничего не помню.