Кобальтовый отряд

Саша не знала, сколько пролежала на полу в комнате Флитца. Время застыло. За окном было светло.

– Эй, – люк откинулся, и показались медные вихры Джерри. – Ты в порядке?

– Нет, – ответила Саша еле слышно. Все тело ломило, словно от температуры.

Джерри забрался наверх и, подав руку, поднял Сашу с пола.

Саша хотела кричать. Но голос пропал. Она думала, как ей больно, но сердце лишь тихонько постанывало. Думала, что больше не заснет, но заплаканные глаза слипались.

– Все хорошо, хорошо, – огненные ладони Джерри гладили ее взмокший лоб. – Я уже здесь.

– Скажи, – наконец произнесла Саша. – Ты помнишь вечер, когда мы встретились?

– Конечно, – Джерри улыбнулся. На его щеках появились ямочки.

– Ты подарил мне кое-что, да?

– Я подарил тебе частичку своего дара. Я хотел, чтобы ты тоже могла делиться удачей... и всем остальным.

– Зачем?

– Я тебя пожалел. Подумал: непросто тебе будет с Флитцем, и решил порадовать.

– Так странно, – Саша нашла в себе силы улыбнуться.

– Я думал, ты тоже про меня все поняла. Поняла, кто я. Ты так легко села в мою машину и оказалась в моем номере.

– Я любила твои песни, – тихо сказала Саша.

– Ну-ну, – Джерри помог ей сесть и крепко обнял.

– Она убила его, убила, – повторяла Саша. – Его больше нет. Больше нет...

К горлу подкатил приступ рыданий.

– Он думал, что я Розенберг, – шептала Саша. – А я никто... Ты просто отдал мне свой дар! Мэлори хотела взять меня в союзники, а я отказалась!

– Мэлори? – удивился Джерри. – Кто это?

Саша пересказала всю историю.

– Нас использовали, – сказала она. – Нас всех. Мэлори долго готовилась. Перед смертью Фрида сказала: «Она проникает ко мне в сознание». Вот что это значило!

– Зря я отдал ему перо, – ответил Джерри. – Но я не мог видеть, как мой друг страдает. Прости.

– Флитц действительно хотел вернуть брата... Но не успел. Теперь все пять перьев у Мэлори. Все кончено.

– Почему кончено? – спросил Джерри.

– Флитц мертв. Кобальтового отряда больше нет.

– Но есть ты, – уверенно произнес Джерри. – Ты же говорила, что мы нужны призракам?

– Я погубила его. Флитц умер.

– И что ты будешь делать? Лежать здесь и плакать?

– А что я могу? – Саша протерла глаза.

– Ты должна встать во главе отряда, – сказал Джерри. – Когда умирает командир, во главе отряда должен встать второй Патрол. Ты же знаешь!

– Отряда больше нет, – Саша горько усмехнулась. – Он хотел его сохранить, но не смог. Он... он был самым лучшим, как его можно заменить?

– Отряд есть. Есть Шеймус и Картер. Ты знаешь, где они?

– Наверняка сбежали, если еще живы.

– Саша! – в комнату поднялась Камила. – Тебя хочет видеть кое-кто. Это срочно.

Саша поймала взгляд Джерри. Он говорил: иди и прекрати рыдать. Вздохнув, она спустилась в гостиную.

Ей показалось, что глаза ей лгут. Но в кресле перед камином сидел Картер.

– Прости меня, прости, – Саша крепко обняла друга.

– И ты меня, – Картер улыбнулся.

– Он умер, – сказала Саша.

– Я знаю, – губы Картера дрогнули. – Знаю. Он оставил кое-что для тебя. Вот, – и он нахлобучил Саше на лоб берет, тот самый, в котором был Флитц в их первую встречу.

Дрожащими пальцами Саша провела по вышитому перу. Командирский берет Флитца был великоват и норовил слезть на глаза.

– Я не могу его взять, Картер, – сказала она. – Эта вещь Штефана.

– Он просил, – голосом, не терпящим возражений, ответил Картер. – Он оставил записку. Держи, – он протянул Саше сложенный пополам листок бумаги.

«Картер, когда ты прочтешь это, я, возможно, буду уже мертв. Я себе не принадлежу и не знаю, что меня ждет. Если услышишь колокола, сообщающие о моей смерти, передай Саше эти вещи. Теперь у отряда новый командир. На всякий случай прощай, Ш. Ф.», – было написано мелким аккуратным почерком Флитца.

– Где ты был все это время? ­– спросила Саша, смяв бумажку в пальцах.

– Спал в полицейском участке, – сказал Картер. – Похоже, Флитц дал мне понюхать ваше сонное зелье. – Проснулся от звука колоколов.

– Где Шеймус?

– Проверяет, кто из призраков еще здесь.

– Ты должен мне отдать что-то еще?

– Да, – Картер пошарил в кармане куртки. – Это ключ от пражских кладбищ. И – от машины Флитца.

– Окей, – она положила на ладонь два ключа. – Он говорил, что отдаст мне ключи от своей машины только когда колокол святого Вита сообщит о его кончине. Вот и сбылось...

– Он верил в тебя, – сказал Картер. – Он говорил, ты одна из Розенбергов, но это, в сущности, ничего не меняет. Он отдал записку и сказал, что поедет в Кладно. Это, в общем-то, последнее, что я помню, прежде чем отключился.

– Так он отобрал у вас перья? Если да, то они должны к вам вернуться! Как перо Флитца, когда я его украла.

– Мы отдали сами, – Картер положил на ладонь пустой медальон. – Чтобы спасти Хендрика.

– Он понял, что им кто-то управляет, но не смог противостоять желанию спасти брата, – вздохнула Саша.

Она рассказала Картеру о видении на чердаке башни. Четвертый Патрол слушал молча.

– Да уж, – проговорил Картер наконец. – Я думаю, начнется война.

– Война?

– Равновесие нарушено. Легионеры Праги терпели нас только из-за удачи. Сейчас слишком многим из них может понадобиться подпитка, и они придут за призраками. И за нами. Хорошо бы, если только из Чехии, а не из других стран...

– Сколько их? – сухо спросила Саша.

– Ну, я не знаю, – Картер замялся.

– Ты говоришь, что нас всех перебьют, и даже не можешь назвать количество людей? Сколько их, Картер? Десять? Двадцать? Целая армия?

– В Европе около ста отрядов, – Картер задумался. – В каждом в среднем было по два-три дезертира – тех, кто перешел на сторону легионеров и стал использовать магию без ограничений. Прибавь сюда тех, кто не является членом отряда и тайно практикует темную магию. В Праге таких человек двадцать.

– Слишком много, – Саша покачала головой. – Посмотри, – она оглядела комнату. – У нас несколько алхимиков, наследник без пера, мы с тобой и Шеймус. А вот еще – хоккеист без сознания. Мы не можем противостоять армии.

– Я знаю, – сказал Картер. – Но вдруг нам помогут?

– Вряд ли можно надеяться на помощь, – Саша покачала головой. – Штефан говорил, члены других отрядов берегут свои задницы. Их и так осталось слишком мало.

– А ты сама как считаешь? – послышался негромкий, но твердый голос.

В дверном проеме стояла девушка. На первый взгляд ей было лет двадцать. Длинные светлые волосы заплетены в небрежную косу, одета в старую, истертую кожанку, джинсы и тяжелые ботинки. На голове – заломленный назад командирский черный берет.

– Вы кто? – вырвалось у Саши вместо приветствия.

– Лиза Майер, – блондинка протянула ей руку. – Командир объединенного немецкого отряда. Мы называемся отрядом «Германий».

Саша посмотрела ей в глаза и невольно вздрогнула. Как же ей был знакомо их выражение! В носу защипало – вот, не хватало еще разреветься. Блондинка вряд ли оценит столь сильные эмоции.

– Александра Казакова, – Саша постаралась вложить в рукопожатие всю свою твердость.

– Это чья-то глупая шутка? – Лиза сощурилась. – Я получила письмо, – по-английски она говорила без акцента, но очень четко выговаривала слова, словно слишком старалась.

– Лиза – двоюродная сестра Штефана, – пояснил Картер. – В ее подчинении – пять немецких отрядов.

«Да она армией может командовать, – подумала Саша, оглядывая новую знакомую. – Не то что пятью отрядами». Да, Штефан говорил о двоюродной сестре, самой талантливой ведьме в семье...

– То, что ты думаешь по-русски, не мешает понять, что ты думаешь обо мне плохо, – вдруг заявила Лиза. – Где Штефан?

– Он... – Саша запнулась.

Взгляд Лизы задержался на ее берете.

– Не шутка, – произнесла она тихо.

На лице гостьи отразилось смятение, но через пару секунд Лиза Майер справилась с собой.

– Прости, – сказала Саша.

– Я получила от него е-мэйл накануне, – Лиза обошла гостиную, по очереди поздоровавшись с каждым из присутствующих. Шаги ее были ровные и четкие, как у военного. – Он писал, что, возможно, его скоро убьют, и просил приехать. Мы не общались со Штефаном с января.

Со смерти Хендрика, подумалось Саше. От грустных мыслей ее отвлек страшный грохот откуда-то снизу. Лиза выругалась и первой сбежала по лестнице. Остальные бросились за ней. Шум доносился из кухни. Прежде чем Майер мощным ударом ноги распахнула дверь, Саша услышала то, что не слышала вот почти месяц. Русский мат – задиристый, крепкий и острый. В этой международной компашке она забыла, что это такое – говорить и ругаться на родном языке.

– Данила! Мочи!

– Так его!

Высокий парень, светловолосый и крепкий, заломил руку другому, такому же сильному. Второй подвывал от боли, но не сдавался.

– Привет, Майер! – увидав Лизу, он отпустил противника, снял черный командирский берет и галантно поклонился.

– Кто дал тебе право бить моих людей, Воронов? – с ударением на последнем слоге произнесла Лиза

– А кто дал твоим людям право оскорблять моих? – ответил Данила.

Саша не смогла сдержать улыбки: акцент у Данилы был совершенно стереотипный. С таким акцентом в голливудских фильмах говорят все русские мафиози.

– Где командир Кобальтового отряда? – спросил Данила, оглядев присутствующих. – Я хочу видеть главного.

Саша хотела отшагнуть, но Джерри с Картером выпихнули ее в центр круга. Теперь Данилу Воронова можно было рассмотреть поближе. Волосы у него были русые, чуть вьющиеся, спускающиеся почти до плеч. Такие же русые заросли покрывали Данилины щеки – они были длинноваты для щетины, но на бороду еще не тянули. Черный командирский берет лихо сидел на большой и крепкой голове Данилы, светло-карие глаза смотрели дружелюбно. Белая майка обнажала широкие обгоревшие на солнце плечи с россыпью мелких веснушек.

– Ты теперь командир? – спросил он по-русски.

– Я, – ответила Саша. – Как поживает твоя сестра?

Она вспомнила Лилю, встречавшую ее в аэропорту и сделавшую шенгенскую визу. «Данила кричит, что Кобальтовый отряд, как всегда, переманивает перспективную молодежь. А мой брат в гневе – то еще зрелище», – говорила Лиля. Так вот он какой, этот Данила!

Воронов ловко запрыгнул с ногами на табурет и скорчил Лизе рожу.

– Слышала, Майер! – крикнул он. – У них русский командир! Как тебе, а? Лиле пришлось остаться в Москве, – обратившись к Саше, он снова перешел на русский. – Кто-то же должен защищать наших призраков.

К Саше протянулись четыре ладони, она по очереди пожала их. Лиза нахмурилась.

– Штефан погиб, – сказала она. – И наш род прервался. Поэтому в Праге новый командир. Что еще, Воронов?

Улыбка исчезла с лица Данилы. Он спрыгнул с табуретки и пробормотал извинения. Лиза кивнула.

– Забудем старые ссоры, – сказала она. – Не до них сейчас. Как думаешь, Штефан мог связаться с кем-то еще, кроме нас?

– Кобальтовый отряд никогда ни с кем не поддерживал связь, – развел руками Данила. – Мы знаем не больше вашего. В Питер точно не писал. Андрей отослал двух своих Патролов ко мне в Москву на помощь Лиле, пока мои парни здесь. Ты же в курсе, Майер, как мало нас осталось.

Так, Москва, подумала Саша. В этот момент Данила хлопнул себя по лбу.

– Забыл представиться, – он протянул Саше левую руку. На запястье у него тоже была татуировка – копье. – Данила Воронов, командир Медного отряда. Красавец, айтишник, колдун, просто хороший парень.

Саркастично усмехнувшись, Майер подняла глаза к потолку.

– Саша Казакова. Они говорят: теперь я командир, но какой из меня...

– Брось, – Данила по-дружески потрепал ее по плечу. – Берет есть, ключи, вижу есть. Огонь есть?

– Огонь? – Саша в ужасе посмотрела на свои руки. – А он что, должен появиться?

– А как же, – Данила щелкнул пальцами, вызвав несколько красных искр. – Какой же командир без колдовского огня?

– Вижу, тут проблемы, – Лиза сложила руки на груди. – Что, новый командир не покажет нам фокус?

Видя Сашино смятение, Данила вступился:

– Отстань, Майер. Не видишь, она и так в шоке. Ей хуже, чем тебе.

– Никто, кроме членов моей семьи, не может командовать Кобальтовым отрядом, – Лиза развернулась, ее тяжелые ботинки презрительно скрипнули. – Зря мы приехали, – сказала она. – Эта битва заранее проиграна.

– Жалеешь, что это не ты, Майер? – вдогонку крикнул ей Данила, но было поздно. Лиза громыхнула дверью. Парень, который дрался с Данилой, вышел за командиром, Саша даже не успела его рассмотреть.

– Не хочу я быть никаким командиром, – она стащила берет. – Я просто хотела... В общем, неважно.

– Ей нехорошо, – пальцы Джерри стиснули ее ладонь. – Она видела, как убили Флитца.

– Ого, – Данила почесал затылок. – Хорошо, что мы приехали сразу, как получили сообщение от Майер.

– Повезло, что нормально долетели, – подхватил один из друзей Данилы, худой мужчина с эспаньолкой. – Гроза.

Саша подозревала, что погода портится не просто так. Наверняка дело рук легионеров.

Джерри вывел ее из комнаты и потащил вверх по лестнице.

– Тебе надо выспаться, – сказал он. – Хотя бы несколько часов. Лиза и Картер пока позвонят другим командирам. Они все приедут.

– Ты все это время скрывался в Лондоне? И лондонский отряд приедет?

– Послушай, лондонцы ничего обо мне не знают, – Джерри перешел на шепот. – Я не входил в их отряд, хотя мог бы. Поэтому, если приедут, пусть они и дальше не догадываются. Если что – я все время был в Праге.

– Почему?

– Есть причина, – уклончиво ответил Джерри. – Вот мы и пришли. Твоя комната.

– Джерри, я боюсь спать, – сказала Саша. – Мне каждый раз снятся кошмары, я вижу столько ужасов.

– Я посижу с тобой, пока ты не заснешь, – Джерри погладил ее по волосам. – Не бойся, Картер позаботится о гостях.

Впервые за долгое время Саша спала без сновидений и проснулась, когда город снова опутала ночь. Проснувшись, она умылась, несколько минут простояла под колючими струями воды. Сон принес облегчение телу, но не душе.

«Флитц мертв», – вертелось в голове. Она думала об этом, расчесывая мокрые волосы и разглядывая в зеркале черные дуги под глазами. Лучше бы не знать. На спинке стула лежал командирский берет. Саша схватила и прижала его к лицу. Кажется, он еще хранит запах Штефана. «Ужасное чувство, – думала Саша, – вдыхая слабый аромат, – ты умираешь, а твои вещи остаются. Твой запах... Может, правильно делают, сжигая всю память о Патролах? И вещи Штефана придется сжечь – все его гитары, гирлянду, мягкий ковер на полу. Интересно, ребята из «Ночных рыцарей» знают, что произошло?

Крупные дождевые капли змеились по окну. Сидеть одной в комнате было неуютно, и Саша решила подняться к остальным.

В гостиной царило оживление. Людей заметно прибавилось. Саша сразу узнала Патролов из Германии. Их было пятеро – две девушки и три парня, все в футболках цвета хаки. На левом запястье у каждого была татуировка в виде дубового листка. Здесь же бродили люди Данилы, или Медный отряд. Трое резались в «дурака», еще один, с эспаньолкой, уткнулся в экран телефона. Саша обрадовалась, заметив, что Яромир пришел в себя и сидит на диване, болтая с Китти. Камила и Картер пытались накрыть на стол, но стоило им поставить тарелку с едой, как ее мгновенно растаскивали. Девушки-алхимики из лаборатории Китти перешептывались в углу.

Лиза и Данила склонились над картой.

– Привет! – из толпы вынырнул Картер. – Ну как ты? В порядке?

– Наверное, – Саша ощупала голову.

– У меня плохие новости. Флитц не звал на помощь ни один отряд, кроме немецкого.

– Почему?

– Гордый, – сказал Картер. – Кобальтовый отряд всегда недолюбливали из-за удачи. Наверно, он думал, что ему откажут. Он связался только с сестрой.

– Это она привела московский отряд? – Саша покосилась на Данилу.

– Да, – объяснил Картер. – Они, хоть и лаются иногда, стараются друг друга поддерживать.

– Так свяжитесь еще с кем-нибудь! – Саша перешла на громкий шепот. – Нам нужно больше людей.

– Будапешт и Братислава едут. Но они на автомобилях, едут медленно, погода ужасная. Австрийцы выбирают людей, чтобы прислать нам. Многие не могут вылететь из-за погоды.

– Посмотри в окно, Картер, – Саша нахмурилась.– Мы отрезаны.

Над Карловым мостом мелькнула очередная молния.

Картер не ответил. Он стоял, опустив глаза в пол, и Саша разозлилась на Флитца. Надо было умереть в такой момент! Теперь замысел Мэлори был ясен. Когда шторм охватит город, на Юдитину башню нападут. И это будет концом отряда.

Саша медленно подошла к карте. Пражские улицы вокруг башни заволакивал черный туман.

– Плохо дело, – шепнул Данила. – Видишь цифры? 135/15.

– Данила, – спросила Саша. – Ты веришь в то, что нас что-то ждет? Там, за чертой? Ну, райские кущи или еще что хорошее?

– Конечно, – глава Медного отряда повел плечами. – Ты же слышала притчу о первом колдуне-патроле? Он заключил договор с ангелом. Помогаешь отрабатывать срок другим, отрабатываешь сам. Мы вроде как надсмотрщики в тюрьме.

– Хорошо, – Саша еще раз посмотрела на цифры. По-прежнему сто тридцать пять. – Сколько у нас до бури?

– Думаю, часа два, – Данила нагнулся над картой.

– Спустимся в подземелье башни и сгоним туда призраков. Так безопаснее, – сказала Саша. – Картер!

– Да, мы с Шеймусом этим займемся, – он кивнул.

– У них будет вход через мою лабораторию, – сказала Китти. – Под Прагой пролегает сеть тоннелей.

– Это лучше, чем оставаться здесь! – воскликнула Саша.

– Я не буду слушать эту девчонку! – ощетинилась Лиза. – Какой из нее командир! Да кто она такая!

– Покажи им огонь, – шепнул Данила. – Тогда они тебя послушают.

– У меня его нет.

– Значит, приготовься умирать, – голос Медного командира стал ледяным.

Саша посмотрела на ладони. Опять в чернилах, хотя она и не помнит, когда писала ручкой в последний раз.

– Эй, вы! – крикнула она. Несколько лиц повернулись к ней. – Мы идем под землю.

– Что ж, ладно, – протянула Майер.

Стараясь не встречаться ни с кем взглядом, Саша махнула рукой и первая вышла на лестницу.