Imposture

Чимин почти ничего не слышит, перед глазами пелена тьмы, которую он не может убрать. Тишина. Словно на кладбище. Мертвая тишина, Пак не слышит собственного дыхания.

Солнце весенним вечером — самое красивое, что можно увидеть. И Чимин увидел с высоты третьего этажа торгового центра. Но что теперь? Кажется, можно умирать со спокойной душой.

Может, остальных перестреляли намертво и только он еще имеет шанс быть спасенным. Вот только сам Чимин просыпаться не хочет. Внутри него колкое чувство зависти всем тем счастливым людям. Он тоже так хочет. Не беспокоиться ни о чем, просто жить. Но судьба так не решила. В первый раз, когда он внезапно осознал, что является омегой. Во второй, когда в истинные она ему его назначила.

Люди не меняются. Неужели никогда не существовало того родного его? Лицемерие, не более, чем игра. Зато всегда был он — наследник огромной компании, жестокий и ужасный. Возможно, он и не был таким плохим с остальными, но с Чимином точно был.

Не хочу просыпаться.

Зачем? Откроешь глаза и там снова ждет реальный мир, наполненный дерьмом. Долг, который теперь придется выплачивать. Да что уж там, его снова обманут. Не пройдет и года. Он уверен. Потому что нет больше того самоувереного в себе Пак Чимина. И не было никогда. Была маска, которую он за одну ночь вдребезги разбил.

Но приходится. Приходится открыть глаза, встретившись с такой же темнотой. Вот же ж, он действительно в больнице. Видимо, ночь. Какой сейчас день или остальное его не волнует. Омега осторожно дергает пальцем, а после и вовсе сжимает кулак. Чувствует, как что-то прицеплено к нему. Капельница? Да, если подумать, он и дышит куда-то в маску. Может, сбросить с себя все это к черту? Тогда точно умрет. И не надо будет морочиться о внешнем мире.

Но храбрости не хватает. Ну, сдохнет он. Встретится со своими родителями и что им скажет? «Простите, я ничего не добился, я слабак». Но он вовсе не хочет так.

Сделав глубокий вздох, он лишь поворачивает голову на бок. Никого. То есть, к нему реально никто не пришел и не сидел. Он ожидал увидеть хоть кого-то, спящего у паковской койки. И нет тут отговорок по типу: «меня не пустили». С их влиянием их куда угодно пустят. Их. Кого он вообще ожидает здесь увидеть?

В любом случае, он просто еще раз доказал себе, что неудачник. Везучий неудачник.

***

Второй раз Чимин просыпается, когда слышит вокруг себя тихие перешептывания врачей. Он не решается показать им, что проснулся, но голодный желудок выдает его с головой. Айдол открывает глаза. В ярком искусственном свете кабинет становится до предела скучным. Белые стены, потолок и все вокруг.

В попытке подняться ему помогла мед.сестра. Тут же подхватив его за грудь и спину, она помогла ему сесть. Только теперь он обратил внимание на еще одного посетителя в палате.

Темные волосы, завитые в кудри. Глаза цвета неба, белая рубашка, сливающаяся со стенами и темные брюки. Выглядит дорого и классически. Вот только был один минус — Пак не помнит, кто это. Человек, видимо, альфа, сидящий напротив, смотрел в его глаза, отчего Чимину становилось неловко.

В голове всплыла картинка, где он спорит с… с кем? Парень запомнил место, где это было досконально. Каждый угол, каждую статуэтку на полке в кабинете, но не его.Внутри что-то рухнуло.

Кто

— Как себя чувствуешь? — натянуто улыбнувшись, спросил он.

ты?

Чимин в страхе мечет глазами по незнакомцу. Как давно они знакомы, друзья или нет? Он боится ошибиться, обидеть. И он боится того, что совершенно не помнит его. Словно все моменты с этим человеком просто стерлись.

— Нормально, — не зная, как себя вести, айдол приветливо отвечает, стараясь не смотреть в глаза ему.

— Прости меня, — опустив голову, поникший альфа скрепил руки за шеей.
— Я должен был приехать раньше, а лучше вообще тебя не отпускать.

Раньше чего? Раньше того, как он встретился со своим старым знакомым? Раньше того, как он ушел в торговый центр, решив забыться? Но для чего? Просто ему было обидно.

Почему?

Потому что он поругался.

С кем?

…

Не помнит.

— Господи, почему именно ты? Из всех людей, сидящих там… Черт. Прости меня, — честно, без лицемерия говорит альфа. Он правда сожалеет, только вот за что? Чимин точно помнит, что было, но не помнит, с кем. С кем он общался в той компании? Неужели с тем, кто сейчас сидит перед ним. Тогда какого черта омега не может вспомнить его.

— Кто ты? — решительно спрашивает Пак, запутавшись в собственных мыслях.

Что

Тэхен резко поднимает голову, словно очнувшись.

ты произнес?

У Кима заканчивается воздух, он забывает, как дышать. Внутри что-то щелкает и всё отключается. Он смотрит в глаза напротив, видит там только непонимание и сам ощущает страх. Табун мурашек проходится по его спине, доходя до поясницы.

— Что?

— Кто ты? Сколько бы я не пытался тебя вспомнить, не могу, — отрицательно покачав головой, Чимин нервно глотает.

Тэхен дико улыбается. Он смотрит на омегу еще пару секунд, а после резко встает и уходит.

Нет-нет-нет.

Чимин не мог его забыть. Он буквально сделал столько плохого и хорошего, что Пак просто не может его забыть.

Альфа сидел тут три часа, отменив все встречи. Ждал, пока айдол проснется, никого больше не подпускал. Держал хрупкую руку все это время, чтобы услышать это?

Блять.

Чимин слышит, как громко альфа хлопает дверью. Правильно ли он сделал? Возможно.

Тэхен выходит из палаты, ловит за локоть уходящую мед.сестру и буквально припечатывает ее к стене.

— Почему он меня не помнит?! — больно схватив бедную за горло, кричит он.

— Господин, такое случается… После наркоза… бывают пробелы в памяти… но со временем… все восстанавливается, — ее хрип почти невозможно было услышать, но Ким все понял. Он отпустил испуганную девушку восвояси и та, не смотря на легкое головокружение, убежала прочь.

Чонгук уже засыпал. Его не спасали энергетики. Детектив и остальные успешно провели задание. Минимум потерь при таком-то раскладе. Но. Одна потеря все же была. Чимин, лежащий без сознания, пока из его живота медленно текла кровь. Что ж, течение не артериальное — уже хорошо. Они вызвали скорую и с самого дня, когда омегу привезли, он сидел за дверью, потому что дальше его не пускали. Он даже угрожал выбить дверь, но пара здоровых охранников переубедили его делать это. А потом пришел Тэхен. Псина сутулая, расставившая своих людей по периметру так, что никто, кроме, естественно, его, не смог войти.

Но когда альфа услышал резкий хлопок, а после яростный крик Тэхена, то сон, как рукой сняло. Он открыл глаза, увидев перед собой жалкую картину. Ким, рвано дыша, смотрел куда-то в пол, наверное, желая упасть на него, разбив колени. Однако не мог. Потому что статус не позволял.

— Ну и? — чоновская шея затекла, а голос казался нелюдимым.

— Зайди к нему, — резко обрывает Ким, — сейчас же.

Он должен убедиться, что омега так же не помнит и Чонгука. Он надеется, что это так. Нельзя, чтобы Чимин забыл только его. Пусть и на время, как верит Тэ, потому что омега его вспомнит. Обязательно.

Руки холоднеют, альфа и не пытается их согреть. Лишь до боли сжимает, впиваясь ногтями в кожу. Надо притупить эту боль. Иначе он не выдержит, прямо тут упадет. На глазах у людей и камер, что, конечно же, на следующее утро появится в СМИ и всех новостях.

Чертов Чон Чонгук. Неужели он опять на шаг впереди Тэ? Нет уж, Пак Чимин — его истинный, его маленький мальчик. Только его. И сколько бы не пришлось напоминать об этом, Тэхен не устанет. Он готов всего омегу пометить вдоль и поперек своим именем, своими следами. Потому что может.

___________

Что ж, девочки, с 8 мартом нас! Всего вам лучшего💜.

Автор выходит из меланхоличного состояния овоща с новыми силами.

Следующая глава выйдет сегодня в честь праздника и она будет в два раза больше.

Простите за столь долгое отсутствие.

Хорошего дня:)