Imposture

— Пожалуйста? — доносится среди сотни звуков. Уютное кафе, в котором множество людей, но где никогда не узнают Чимина. По крайней мере, притворяются. Хозяин сего заведения — старый его друг. Тэхена он привел сюда впервые и тот, увидев в меню те блюда, которые никогда не пробовал, стал клянчить. Как ребенок, честное слово. Ким стал вести себя более открыто с новым соседом, одевал его вещи, и грозился вернуть деньги за все, но омеге не надо. Ему просто нужен честный друг, а не лицемер, который будет дружить с ним только потому, что он айдол. И Тэхен был тем, кто мог дать ему это.

— Официант, — устало зовет Пак, — принесите стейк из говядины, любое полусладкое вино и салат, — работник стал записывать все в свой маленький блокнотик.

— Спасибочки, — Киму понадобилось два раза попросить и сделать милую мордашку, чтобы получить этот стейк. Чимин умеет отказывать, но не ему, просто эти его кошачьи глаза… Черт, он сам не знает, как попался.

— Потом ты обещаешь больше ничего не просить, ладно? — Чимин жутко устал после тренировки. Альфа еле дотащил его до ресторана, и то придерживая за плечи, как пьяницу. Он бы его хоть на руки взял, да только нельзя.

— Хен, а твои родители знают, что ты айдол? — Тэ почти расстекся по столу, когда принесли приборы.

— Нет, — отчеканил Пак, не желая возвращаться к этой теме. Тэхен не переспрашивал, он понимал, что когда старший захочет, то обязательно все расскажет, а пока он потерпит. Хотя Ким не умеет терпеть, у него вечно руки чешутся делать что-нибудь, а уж если ему стало интересно, то все, пиши пропало. Но это другой случай, поэтому альфа подождет.

***

Чимин не умеет пить и всегда это знал, но он все равно напился в ебеня. Голова почти не соображала, а сам он, до этого уставший, вяло бродил туда-сюда по маленькой клетке. Да, его поймала полиция, потому что он разбил пару окон в баре и еще пару морд. Двое альф приставали к нему, ну потому что «задница супер», как они сказали. Собственно, Пак одним ударом их уложил, не зря ж качался. За начавшуюся и тут же закончившуюся драку его повязали.

В помещение влетает Тэхен, который до чертиков перепугался, стоило ему сказать, что омегу схватила полиция. Он тут же рванул в участок, даже кота не покормил, хотя тот полчаса вокруг него круги нарезал, давая намеки. Альфа видит уже сонного айдола и успокаивается. С ним все хорошо.

— Это вы его «самый лучший ТэТэ?». Когда мы его поймали, он только про вас и болтал, — молодой парень, сидящий за креслом, устрашал. Его острый взгляд и аура, как у Тэ, такая же властная.

— Да, я, — ему было очень приятно от того, что даже пьяный в дрова, Чимин так лесно о нем отзывался. Слишком мило для его сердечка, — Ким Тэхен, — альфа пожал протянутую ему руку.

— О, да мы однофамильцы, — ухмыльнулся участковый, — Ким Минсок, приятно познакомиться.

— Можно его выпустить? — краем глаза Тэ косился на друга.

— Конечно, но вы же понимайте, что мы должны оформить протокол, а это скажется на его карьере, как айдола, — верно подметил Сок, — да и за ущерб придется платить.

— Извините его, он не умеет пить, — вопреки своей гордости Ви поклонился по пояс, его волосы спустились на глаза, закрывая обзор.

— Не стоит, альфа с таким геном ни за что не должен повиноваться, — сам по себе Минсок никогда не унижался перед кем-либо, поэтому и не любил, когда другие делают так.

— Когда он придет в себя, то оплатит ущерб, только прошу, не надо составлять протокол. Ему не нужны проблемы, — но Тэхен не поднимался, продолжал стоять в такой же позе.

— На первый раз прощаю, — отмахивается участковый, открывая клетку, — выходи.

***

— В городе разгулялся маньяк, детектив Чон? — усмехнувшись, старый друг заходит в кабинет. Альфа всего неделю назад приехал в столицу, но времени встретится с другом не было, и вот наконец, после работы, он скидывает ему смс о том, что придет, будучи уже возле двери.

— Минсок, давно не виделись, — детектив, пожав руку, усаживает дорогого гостя на кресло и отправляет секретаря за чашкой чая, потому что сам он кофе не пьет.

— Гуки, ты так изменился, пока меня не было, — поражает Ким, разглядывая черты собеседника, — как тетушка?

— Я вырос, хен, — мягко улыбается альфа, — с мамой все в порядке, скоро не выпишут, а вот насчет маньяка…

— Что-то не так?

— Я считаю, что это не просто убийца, за ним стоит кто-то более влиятельный. На месте преступления он всегда оставляет один и тот же след, — Чонгук хмурится, мельком взглянув на дело о том убийце. Толстая папка, где записаны только жертвы и никаких зацепок.

— Что за след? — Ким благодарит, когда ему приносят чай, но пить его не торопится. Слишком горячий.

— Две буквы JH, не знаешь, что бы они могли значит? — каждый раз, когда альфа приходит на место происшествия, везде эти буквы, что ему уже во снах снятся. Везде только этот ублюдок, из-за которого Гук вторые сутки не спит, все понять пытается.

— Выглядишь очень уставшим, — подмечает Сок.

— Мелочи. Как на новом месте? — окунать в свои проблемы друга Чон не хочет, потому решает перевести тему.

— Замечательно, сегодня поймал милого парня-певца, — усмехается, — пьяным, он, хоть и омега, уложил двоих мужиков. Потом за ним пришел альфа с доминантным геном, я его почувствовал еще из-за двери, этот альфа кланялся мне, прикинь? Чтобы я не составил протокол, дабы не портить карьеру айдолу. Просто смешно, — Минсок наконец пригубил напиток, вспоминая эту нелепую сцену, — я бы так ни за что не унижался.

— Достойный поступок, я считаю. Как его зовут?

— Кого именно?

— Обоих.

— Ну, айдола Пак Чимин, — что-то не то в этом имени, словно внутри сердце сжалось, стоило услышать, стоило вспомнить. Но… вспомнить что? Он ни разу людей с таким именем не встречал, только слышал о нем по телевизору, изредко песни слушал по радио. А теперь это имя кажется до боли знакомым, родным. И он чувствует себя так, словно забыл нечто. Нечто очень важное, — а альфу Ким Тэхен. Чонгук? — заметив то, как друг нахмурился, схватившись за сердце, Минсок не на шутку забеспокоился, — все хорошо? Не смей умерать, тебе еще рано.

— Сердце прихватило, — до этого стоявший Гук валится на второе кресло, схватившись за голову. В висках неприятно бьет, словно молотком, — наверное, энергетиков перепил, — отмахивается. Если подумать, то он и правду много пил. Сок замечает на столе около восьми железных банок и это только те, что были не выкинуты.

— Ты сумасшедший?! — вскрикивает участковый, — как ты еще жив остался? Тебе же нельзя такое, Чонгук! — засуетившись, парень вытаскивает из кармана таблетки, который всегда носит с собой, — эти от головы, а эти от сердца, быстро пей!

Чонгуку пришлось повиноваться. Детектив почти залпом выпил все, снова оседая на мягкую поверхность. Черт, как же плохо.

— Этот твой…

— Чимин.

— Да, Чимин, он любимый айдол твоей сестры? — Гуку стало немного легче, но язык не поворачивается имя произнести.

— Да, кстати, он так похож на омегу. В документах прописано, что он альфа, но я не верю. С таким лицом, фигурой и аурой он ну совсем далеко не альфа. Вот его друг — да, точно альфа.

Зудит. Чертова грудь резко стала зудеть. Детектив поскорее стал расстегивать рубашку, чтобы снять с себя. Это сердце так болит и чешется или что? Кожа? Но с чего? Альфа уверен, что вот так просто это бы не началось. Только стоило ему услышать это имя, как все внутри него перевернулось. Мое — твердило сердце. Не заслужил — повторял разум. Что происходит? Почему так больно? Чон буквально почти раздирает кожу, оставляя красные слегка кровоточащие следы.

— Гук, остановись! — сквозь пелену он слышит голос друга, — у тебя метка появилась, — в глазах Сока читалось удивление, страх и растерянность.

— Метка? Ты о чем, у меня же-

Ким подносит к нему зеркало, откуда детектив ясно видит, как на груди у него прямо под сердцем написано: «Минни». Но почему слово? Это чье-то имя? Почему не рисунок, как у нормальных людей? Что, черт возьми?

— Кто такой Минни?

— Ты думаешь, я сам знаю? — от чего-то злой Чонгук сбрасывает с себя руку друга, — прости, — тут же извиняется.

***

— Апчхи! — громко чихая, Чимин закрывает ладошками рот, и зажмуривается.

— Будь здоров, — шепчет почти на ухо Тэ. Пак пьян, от него несет и он развалился на коленях альфы, пока они ехали в такси. Даже так он очень красив. Его глаза, губы… О, как Тэхен хотел эти губы, ему срывало крышу от того, что он представлял. Он хотел эти губы поцеловать, он хотел, чтобы эти губы каждое утро будили его. В конце концов, он хотел эти пухлые губы на своем члене. Но ему было стыдно. Стыдно за свои фантазии. Да, они истинные, но омега еще об этом не знает. И слава богу, что люди не умеют читать мысли. Ким гладит его по голове, отмечая, что буквально каждая частичка Чимина его безумно привлекает.
— Ты мне нравишься, — тихо говорит он, уверен, что омега даже не запомнит. Каким же дураком он себя ощущает. Счастливым дураком. Вот так приехал и сразу же влюбился. На его лице расцветает улыбка. Они приехали домой.Теперь Пак в праве называет эту квартиру домом, потому что его там ждут, потому что теперь там есть Тэхен — с квадратной улыбкой и добрыми глазами смотрящий на него парень.