Imposture

Чонгук видит свою смерть. «Конец для всего, » — повторяет мелодичный голос. Что происходит? Альфа видит себя со стороны, но это не он. У него вовсе нет такой одежды. На его одежде кошачья шерсть, но и кота у него нет. Картинки быстро сменяют друг-друга: вот он стоит у странного цветочного магазина, еле успевая запомнить адрес, а через мгновение вбегает в кабинет Минсока, которого окружили сотрудники. Друг жалуется на то, что некто сбежал сквозь окно, а Намджун… Он тоже рядом, но не один. С тем запуганным мальчишкой стоит, но Юнги выглядит старше. Откуда он там? Все становится еще запутанней, когда перед его глазами появляется странный парень в школьной форме, чье лицо заплакано от слез. Снова локации меняются и уже милый паренек с губами, о которых каждый альфа мечтает, спит совсем рядом. Кто он? Последнее, что он видит — это то, как незнакомец спрашивает у него под звуки полицейских машин, смотря в глаза с такой любовью: «пора?».

Дальше пустота. Все картинки обрываются, превращаясь в обычный сон, где нет ничего, просто темнота. Эти секунды, в которых картинки пробежали перед его глазами почти незабываемы. Чон замечает, что под его ногами он не чувствует земли. И только осознав это, он падает, неожиданно резко подрываясь с кровати. Что?.. Почему он в своей комнате. Неужели все это сон? Да, так и есть. Господи, ему пора в больничку, раз он так бредит. Вспоминая цифры из адреса цветочного, альфа скорее берет ручку, записывая их. Это в пригороде, далековато. Зачем ему вообще туда ехать? Хм, любопытство, наверное. Покрывало мокрое от пота, а сам он пытается восстановить дыхание. Какого черта?

***

Чимин очень долго ворочается, не получается заснуть. Сознание более-менее пришло в себя, а алкоголь отступил немного. Тэхен, порхавший над ним, словно курица над цыпленком, сильно устал, потому, как только лег, сразу же уснул.

Пак не замечает ту грань, когда ввалился в сон, но помнит момент, когда просыпается, тут же посмотрев на часы. Вроде бы только было три ночи, как уже семь утра. С кухни доносится слабый запах чего-то сладкого, альфы нет на своем месте, а его постель, как всегда, идеально заправлена. Чимин приподнимается на ногтях, тут же его голову пронзает тупая боль в области висков. Кто, черт подери, заставлял его пить? Каждый раз, просыпаясь с болью, он дает обещание к алкоголю близко не подходит, и каждый раз забывает об этом.

Тэхен, словно чувствует, что омега проснулся и уже бежит с миской в руках. Его лицо озаряет добрая улыбка, на груди халат, позаимствованый у Чимина, хотя тот все равно часто не готовит, а если и берется, то игнорирует это очень удобное одеяние.

— Вот, это рисовая каша, — Пак берет в руки протянутую ему ложку, но роняет ее. Безуспешно. Он ослаб, руки просто трясутся. Однако Кима это не отчаивает, без лишних слов он поднимает прибор, и набрав немного, подносит ко рту омеги, предварительно подув, чтобы еда не была слишком горячей. Чимин от такого действия смущается, но виду не подает. Буркнув короткое: «спасибо», принимается за трапезу. Так, ложка за ложкой он и выедает всю тарелку. Надо признать, альфа готовит очень вкусно даже рисовые каши.

Сладкий запах шел от блинов, которые Тэ приготовил по рецепту бабушки. Все же деревенская еда, хоть и вкусная, но очень каллорийная. Однако, решив не расстраивать друга, Чимин съел парочку, хорошо понимая, что после еще двух кругов на беговой дорожке придется добавить. Но он пробежит, чтобы только видеть счастливое лицо альфы, который с такой заботой готовит для него. Перед тем, как выйти из-за стола, Пак предупреждает, что нужно заехать к его единственному родственнику — бабушке.

***

Чонгук, стоит только прийти в себя, тут же срывается по адресу, который увидел во сне. По дороге он ищет информацию о подобном в интернете, но почти ничего не находит. Смутные «теории вероятности», в которых рассказывается про то, что есть вселенные, и каждое твое действие влечет за собой разные последствия. Например, сегодня ты съел бутерброд, а в другой параллели ты решил поспать подольше, пропустив завтрак. Так же есть случаи, когда истинный омега/альфа попадались совсем не так, как нужно. Все это сложно для него. Он — детектив, привык быстро понимать даже самое сложное, что касается других людей, но не себя. Чонгук еще не научился понимать свои чувства. Заказав такси, решив, что это не тот день, когда он будет сам водить, Чон почти подъезжает. Водитель удивился, стоило ему назвать место, но ничего не сказал.

Чон расплачивается за поездку и выходит аккурат к тому самому месту, но… ничего нет. Рядом низкие домики, совсем немного несет морем, еле ощутимо. Темнеет рано, в окнах уже свет зажгли, когда он доходит до пустого места. На табличке написан тот же адрес, он сверяет по бумажке, но вместо пристройки к дому, там просто каменная стена. Два раза обойдя по периметру, альфа запутался. Во сне тут был магазин, сейчас его нет. Может, просто бред? Наконец, рядом он видит старушку и спешит задать ей вопрос:

— Извините, а тут было что-то? — пожилая женщина останавливается, с грустью вздыхая.

— Сколько себя помню, тут всегда было пусто. Хозяйка дома хотела приделать какой-нибудь ларек, но что-то не сложилось. Продавца не нашлось. Вот уже как десять лет тут пустота, — коснувшись холодной стены, старушка, казалось, сожалеет о чем-то.

— А в округе нет цветочных магазинов? — не опускает руки Гук.

— Даже продуктовых нет. Мы, старые люди, вынуждены подниматься в большой город. Об этом месте молодые не знают, а ты тогда зачем пожаловал?

— Если честно, во сне мне приснилось, что тут есть цветочный… Бред, не слушайте меня.

— Нет, все нормально. Знаешь, когда я была молодая, то видела нечто подобное, — тепло улыбнувшись, омега взяла его за руку, — зайди ко мне на чай, поведаю одну историю любви.

Оказалось, пожилая дама жила совсем рядом. В ее квартире множество вещей, новых и брендовых, но она их хранит, не трогает, словно так оберегает. Снаружи это обшарпаная квартина, внутри — отделанные под новостройку ремонт. А это бабуся знает толк в современной архитектуре. Но, учитывая ее скромный гардероб, пенсия у нее очень маленькая. Он быстро смекает, что ее обеспечивают дети.

— Вот, угощайся, — она протягивает гостю печенье, а после приносит чай. Чону неудобно, потому что женщина кружится вокруг него, словно прислуга.

— Присядьте, не стоит, — успокаивает ее Гук.

— Да как же, ко мне уже так давно не заходили, я заскучала тут одна.

— Что насчет истории?

— Ах да, — прокашлившись, пожилая дама приносит старый альбом, покрывшийся слоем пыли. Она открывает его на странице, где изображен симпатичные статный мужчина и, видимо, она в молодости.
— Это мой муж. Мы познакомились, когда я училась в университете. Все было хорошо, мы планировали переехать и жить вместе, пока мне не стали сниться кошмары. В них я видела разные вещи, одним из которых была смерть моего любимого. Сначала я делала все, чтобы не повторить свой сон и это его множество раз спасало. Затем кошмары прекратились, мы выпустились, заключили брак и я ходила с ребенком под сердцем. Я совсем забыла о этих снах, когда я увидела свою смерть. Тогда я очень испугалась, — сербая горячий напиток, продолжала женщина, — я не выходила из дома, пропустила работу и со мной все было в порядке. Однако вечером мне позвонили из больницы, — ее дыхание сбилось, а глаза заблестели. По щеке покатилась одинокая слеза, — мой муж умер. В тот день кто-то из нас должен был умереть.

— Быть может, эта та самая «теория вероятности»? — озадачено спрашивает детектив.

— Ох, так вот как оно называется, — не успевает она утереть платком слезы, как в дверь стучать, — это, наверное, мой внук, — она тут же обрадовалась, подскачила, побежала открывать. В пороге заслышались голоса, шорохи, а у Чонгук сердце кульбит пропустило, стоило войти гостям. Два молодых парня, лицо одного из них было прекрасно, что если разрезать его на две части, получились бы две одинаковые половинки. Вошедшие улыбаются, но этот… парень улыбается глазами, в которых звезды горят. В голову ударяет резкая боль, проносятся последние слова из сна: «пора?». Моё — тут же определяет сердце.

— Познакомтесь, это мой внук Минни, — второй кульбит и в голове Чона все идет к чертям, словно кто-то нажал красную кнопку тревоги. Внутри него поднимается ураган смешанных чувств. Он хватается за левую часть тела, под которой сердце еще быстрей забилось. Позже он обращает внимание на второго гостя, и тот мерит его злым взглядом

— Я же просил не называть мне так. Я Чимин, — усмехается Пак, — а это мой друг Тэхен, — представляет своего спутника омега, а бабушка хлопает в ладоши, — наконец-то завел себе друга.

— Детектив Чон Чонгук, — представляется альфа, пожимая руки поочередно: сначала Чимину, после Тэ.

— Много о вас наслышан, — хвалит Чимин, поставив пакеты на стол, но не расчитывает, потому что смахивает чашку с напитком прямо на Гука, чай выливается на рубашку.

— О боже! — тут же вскрикивает госпожа Пак.

***

Чон стоит в ванной, перед зеркалом без верхней одежды. Разглядывает свое «Минни» и понимает, что это не ошибка. Тот парень из сна — точная копия Чимина, а еще его прозвище… Госпожа Пак закидывает его рубашку с стиральную машину, а сам он ждет, пока ему принесут сменку. В дверь грубо стучат.

— Чонгук, да? — на пороге тот альфа, спутник айдола. Детектив открывает дверь, перед ним альфа источает настолько мощную убийственную ауру. Гук хмурится.

— Да.

— Держи, — он буквально впихивает ему сменку, собираясь уходить, но замечает инициалы на его груди. Его лицо с злого переходит на полное не понимание, затем отрицание, — ты же понимаешь, что он альфа, — пытается отпугнуть.

— Чтобы там не было в интернете, он омега, это же видно, — сразу, как только входит айдол, он это понимает.

— Нет, ты не понимаешь? Ты думаешь, он тут же выскочит за тебя? — взбешивается Тэхен.

— Я не понимаю тебя. Почему ты такой злой? Я тебе ничего не сделал, — Гук отодвигает от себя альфу, но тот загоняет его в угол, припечатывает в стену.

— Смотри внимательно, — Ким немного копошится, снимая с себя браслет, — видишь это? — на его запястье «Минни» и до этого момента он решал, что у него есть время влюбить в себя эту плюшку, но сейчас у него появился соперник. Красивый, зараза.

— Подожди… но как это возможно? — не понимает Чон, а Тэ хочет что-то добавить, когда сзади слышит:

— Парни, вы чего? — Чиминовский голос тут же действует, как рычаг, на кимовском лице расцветает улыбка, а вся злость мгновенно испаряется. Чон поражается, как можно вот так за секунду изменится в лице. Тэхен хватает своего омегу за плечи, уводя.

— Чимин, нам пора домой.

***

— Тэ, ты видел, да? Он мой истинный, у него метка — мое прозвище, круто? — Чимин не умолкает, все продолжает без остановки повторять: Чонгук то, Чонгук се. Тошнит уже, — а что насчет «V», наверное, это его прозвище тоже. Или нет, не знаю, — легкомысленно выдает он, — но он красивый. Под стать моей паре, — Тэхен сильнее сжимает руль, грозится и вовсе на крошки того покрамсать, но сдерживается. Они подъезжают к дому, когда последней каплей становится: — у меня же будет течка, стоит провести ее с ним.

Тэхен срывается и затыкает его одним рыком.