Imposture

Чимина оглушает гортанный рык, только тогда он понимает, что сказал нечто лишнее, но озадачивается, ведь, как он думал, в его речи нет ничего такого. Разве не так? Тэхен тормозит очень резко, буквально впечатывая своего соседа в лобовое стекло, благо, тот успел вытянуть руки, так и не ударившись головой. Несколько секунд между ними стоит тишина и Пак только сейчас понимает, что означает «доминантный альфа». Шатен испускает столько феромонов, что омеге боязно даже пикнуть, не то чтобы выбежать отсюда прочь. Да, видеть в таком состоянии друга не очень приятно, потому он хотел уйти, тем самым дав Тэ от ворот поворот, но второй этого сделать не разрешил. При попытки Чимина потянуться к дверной ручке, он посмотрел настолько убийственным взглядом, что его пробрало до кончиков пальцев.

— Тэ…? — аккуратно спрашивает он, однако вместо ответа альфа выходит из салона, направляясь в сторону к притаившемуся омеге. Достигнув цели, Ким почти силком вытащил его и перебросил через плечо так, что паковское лицо оказалось у спины, а филейная часть у подбородка. Наспех разобравшись с машиной, парень, под изумленные взгляды, пронес тушку до лифта. По пути несколько человек даже успело сделать фото.

Добраться до дома было легко, омега нисколько не сопротивлялся: во-первых, он не понимал, что происходит, потому и дожидался, пока они придут домой и поговорят. Во-вторых, при желании бы не смог. Все, что было в этом альфе давило — запах, натура, феромоны, один только взгляд темных, словно ночь глаз, чего стоил. Притаившись, он ожидал момента.

Сбросив с себя тельце на кровать, Тэ куда-то удалился. Чимин ударился копчиком, от чего слегка постанывал, но все ж через неприятное гудение того, на чем сидит, принялся разуваться. Кинув обувь куда подальше, он, кажется, задел кота, ибо тот сильно заорал. Куртку он тоже, не церемонясь, отбросил. Кого волнует порядок, когда его друг такой… вспыльчивый? Хотя это даже странно. Тэхен — невинность, он бы так его назвал. Добрый, лучистый аки солнышко, ну просто милота. Иногда его можно было засчитать за альфу, поэтому Пак расслабиться успел. Однако нынешний Тэхен вовсе не источает добрыми намерениями. Бить он айдола не будет, иначе вся его порядочность станет лишь притворством. Сейчас ему действительно очень страшно. Будучи тем, у кого шило в жопе, он часто искал приключения и никогда не боялся. Но…

Ким отпугивает всем своим нутром. Может, он отошел, чтобы дать время сбежать? Нет, какой смысл ему бежать из собственного дома! Однако Чимин собирался поговорить. Да, именно к этому он готовил себя морально.

В дверях показался альфа, что уже успел снять с себя всю верхную одежду, а так же умыться, видимо, желая сбить свой гневный настрой, дабы не убить ненароком. По крайней мере, так казалось Чимину. В голове невольно всплыла фраза Гука, который между делом сказал, что если у него будут неприятности, то он может обращаться к нему. Вот неприятность прямо перед ним стоит, испепеляет взглядом, но Чона нет рядом. Нервный смех внутри сознания пытается успокоить бешеное сердце, что грозится выскочить.

— Тэхен… — повторяет Чимин, когда альфа приближается. Машинально он отходит на самый дальний угол кровати, но Ким не останавливается, молчит и эта тишина страшит еще больше, — не подходи больше, — не выдерживает, протягивает руки вперед, чтобы, в случае чего, оттолкнуть.

— Боишься меня? Вот как, — слишком непривычно для него усмехается Тэ. Пак зажмуривается, видеть не желает никого, когда чувствует нечто на своих запястьях. Он дает волю альфе, потому что доверяет, частично, потому что боится, что, сопротивляясь, разозлит его еще сильнее. Ему эта дружба очень важна. Тэ — первый его друг, которому плевать на то, что он айдол. В его компании так уютно, что, если они разойдутся, то Пак будет очень страдать. Никому этого не покажет, не расскажет, но молча, внутри, где никогда никто не увидит, будет плакать и сожалеть. Поэтому он хочет его удержать.

— Давай поговорим, — решает пойти на компромисс Пак, но его тут же затыкают, заткнув рот чем-то странным. Только тогда он осмеливается открыть глаза. Его руки связанны, а во рту самодельный кляп, что привязан к голове. Будучи не в состоянии двигать руками, он не мог это снять, как и выплюнуть. Решив промолчать, он просто смирился. Парень уже было думал, что и глаза ему накроют лентой, но нет… Его пожалели? Ох, нет, Тэхен хочет, чтобы омега видел его.

— Ты болтливый, — поясняет свои действия альфа.

— Мгх, — получает в ответ. Он даже не собирается понимать, что там Пак пытался сказать. Видит, как хмурится, как глаза, страхом наполненные, непониманием наполняются.

Тэхен снимает с себя кофту, оголяя прекрасное тело и смотрит на Чимина, который понял, что он хочет, но отказывается верить, ведь Ким такой непорочный. Он делает шаг — теперь напротив паковского лица. Хороший вид. Потянув к нему руки, в ответ он получает лишь порция мычания и брыкания.

— Свяжу и ноги, — тут же Чимин замирает, пытаясь осмыслить действия, хотя выбор невелик. Между тем Тэ чуть приподнимает его футболку и тот дергается, все же пнув альфу в живот. Сделав это, парень поражается выдержке Кима — он зарядил довольно сильно, но тот, как был с ледяным лицом, с таким и остался.

Чимин решает вырываться, потому начинает брыкаться еще сильнее, намереваясь отпугнуть альфу, но это, как и ожидалось, не подействовало. Тэхен перевернул его на живот, тем самым лишая возможностей, ведь в такой позе сложнее пинаться. Уктнув айдола лицом в подушку, Ким просто срывает с него злосчастную футболку, а затем ловко снимает спортивные штаны.

— Течку проведешь, — почти под нос себе шепчет, — с ним-то?

Оглядывая шикарный вид: белые, словно снег, изящные ноги и бедра идеальной формы. Подтянув нижнюю часть тела поближе, Тэ чувствует, как тот начинает дрожать. Пройдясь пальцами по позвоночнику по всей длинне, альфа сам себе ухмыляется. Как же он раньше не замечал, насколько Чимин прекрасен. Учитывая, что раньше он был альфой, возможно, у него уже был половой акт, но тогда он был сверху, а сейчас нет.

Чимин все прекрасно знал. Знал, зачем Тэ его раздевает, знал, что скоро ему будет больно, но не думал, что будет так стыдно. Младший вовсю рассматривал его, скрытые от чужих взглядов, места, изредко поглаживая. Все это было слишком мучительной, долгой пыткой. Ему было больно внутри. Почему-то. Он и сам не мог дать себе ответ, почему вдруг с его глаз потекли слезы, почему стало так больно и почему он не сопротивляется. А тем временем феромон альфы давит на воздух, сгущая его. Становится тяжелее дышать, он начинает задыхаться, при том еще вдыхая, будучи лежащим лицом в подушку. Черт. Когда парень это заметил, то дал ему буквально несколько секунд вдохнуть, приподняв за волосы. Грубо схватив в охапку его локоны своей ладонью. По затылку прошлась боль. Одна только боль.

Тэхен прошелся рукой по внутренней стороне бедра. Черт, Чимин пахнет прекрасно, даже в таких обстоятельствах он соображает, но Ким продолжает давить на него своей аурой. Сначала он размышляет о том, стоит ли возбуждать омегу, растягивать, в конце концов, воспользоваться ли лубрикантом. Однако же почти сразу эти мысли покидают его, освободив место другой, что в его голове эхом отражается: «не заслужил». Расставляя ноги омеги шире, он наносит удар, что в тишине, нарушаемой лишь всхлипами, звучит очень звонко. Этот шлепок по самому мягкому месту омеги заставляет его драть себе душу изнутри. Стыд усиливается. Ким хватает его задницу в руки, немного раскрывая паковский анал. Немного полюбовавшись, он наклоняется к уху Чимина, прикусывая мочку, на что удивленный парень лишь съеживается.

Не предупреждая, он вводит головку набухшего члена, получая от Пака взгляд достойный актера драмы. Омега под ним ерзает, но эти только сильнее побуждает желание. Тэхену самому не приятно и становится еще хуже, когда он с силой впихивает в него свой орган до половины. Без смазки ему тоже больно, но он решает потерпеть, потому что кому как не Паку сейчас еще хуже. Он замечает, как по щекам струятся слезы, а сам старший яро мотает головой, словно говоря: «не надо». Вздохнув пару раз, Тэ обхватывает его за талию, полностью насаживая на член. У Чимина перед глазами звезды появляются, он не выдерживает и издает истошный крик-вопль. Тэхен продолжает, начинает медленно двигаться, что доставляет ему дискомфорт. Внутри стенки сухие и очень узкие. Неужели девственник? Ах, ну да, это логично. Ким морщится, несколько пучков волос спадают ему на глаза, доставляя кучу неприятностей с тем, что загораживают вид.

В конце концов, когда он начинает двигаться, то становится приятней. Появляется хоть какая-то смазка в виде… крови. Ох, ее вид никогда не пугал Тэ, ведь в деревне он сам лично убивал всякую живность, потому и до человеческой крови ему фиолетово. Сердце немного екнуло, словно хотело вернуть его в сознание. Перед глазами весь его план рушится. Чимин сжимает член слишком сильно, от чего даже больно. Бляха-муха.

Ударив по ягодицам, Тэ продолжает двигаться, а омега перестает сжиматься. Постепенно он наращивает темп, ему становится приятней. Что же касается Чимина, то ему ужасно. Внутри все словно разрывается на тысячи кусочков, из-за чего он даже возбудиться не может, дабы смазка хоть немного потекла. Горячий орган, словно бензопила, кромсает его. Внутри слишком жарко, а еще хочется кричать. Он смутно видит из-за пелены слез и все, что ему остается — ревет. Звучит он убого. От его божественной красоты не осталось и следа. И словно решив окончательно уничтожить красивую оболочку, Тэхен кусается, оставляет засосы, чаще после слегка сильного нажима, он видит синяки.

Парень берет его за полушария, натягивает на себя иногда силой и трахает-трахает-трахает. Вдавливает весом в кровать, его связанные за спиной руки на себя тянет, из-за чего омега вынужден подниматься и удерживаться только коленями. Все тело затекло, а внутри сотни маленьких ран дают о себе знать. Чимину вовсе не приятно, ему бы волком выть, да толку нет. Тэхен его не жалеет, не церемонясь руки почти выворачивает, слушает волпи и мычания своего друга, упивается этим зрелищем. По ногам паковским кровь безбожно течет, уже на кровати образовалась лужа. Киму и это нравится.

Оболочка его глаз наливается алым, как и эта кровь, а на лице появляется странная улыбка. Он мгновенно меняет позу, переворачивая омегу на спину. Теперь он видит его заплаканное лицо и, немного помедлив, снимает кляп. Тут же Чимин начитает прерывисто набирать ртом воздух, но не тут-то было, Тэ его в поцелуй вовлекает. Требовательный, грубый, со страстью, он своим языком врезается ему в небо, зубы, но продолжает, даже когда айдол начинает покусывать, он просто вводит член до основания и тот перестает противиться, но и не отвечает. Просто затихает. Напоследок проведя по губам, Ким смотрит в его глаза. Старший, видно, уже отключается. Медленно его сознание машет платочком.

— Только я твой альфа. Только я могу тебя трахать, — по слогам выделяет Тэхен, чье дыхание сбилось, как и у сверстника. Чимин его слышит, все слова через всего себя пропускает. Паковские ноги на его плечах, Ким продолжает иметь его так, как хочет сам. Ему надоело. Правда.

— Чон… гук, — тихо лепечет Чимин, потому что отчего-то верит, что его спасут в самый последний момент, но сам понимает, что это только в сказках.

Ким бесится. Опять Чонгук? Да они же только пять минут знакомы, а он заладил: Чонгук, да Чонгук. А если… если этот детектив действительно придет… и отберет у него Чимина? Одна эта мысль слегка отрезвила его, от чего он судорожно стал искать выход, дабы оставить этого омегу рядом с собой. Это только <i>его</i> омега. Они же истинные. Соулмейты, так? Куда же он уйдет от него. Никуда.

— Говори мое имя, — выпустив новую волну феромонов, приказывает Тэхен, сильнее сжимая нежные бедра, — говори, — смотрит диким взглядом, но Чимин отрицательно качает головой, — говори.

— Нет…

Ким скалится. Его руки и лицо покрываются венами, которые вылезают в следствии силы и злости. Казалось, от доброго и невинно улыбающегося ТэТэ не осталось и капли. Перед ним сейчас животное, демон, но не человек. Тэхена снова не слушают, он делает пару глубоких и разрывистых толчков, а после наклоняется к шее омеги. Кадык Чимина двигается, когда он нервно сглатывает и не успевает и пикнуть, как острые клыки впиваются в его кожу. В сравнении с болью внизу это ничто, потому Пак даже не сразу ее замечает, а когда все же понимает… приходит в ужас, накрывающий с головой.

— Что ты наделал? — размашесто спрашивает он, заливаясь новой порцией слез. В его голосе столько скорби и обвинений, но нет ненависти, Ким этого не понимает так же, как и то, кому именно был адресован этот вопрос.

Чувствуя разрядку, Тэхен ускоряется и вскоре, быстро вытащив член, кончает на живот омеге. Еще не хватало, чтобы он залетел. Это будет мешать карьере. Почти сразу же Чимин отключается, окончательно обмякнув в руках своего насильника. Смерив его ленивым взглядом, альфа просто усмехается и уходит, по пути надевая на себя шорты, что достал из своего шкафа. Кот, воспользовавшись тем, что альфа со своей подавляющей аурой отошел от хозяина, тут же бежит к нему. Потеревшись слегка головой о его плечи, он принимается зализывать укус. Вскоре Юни укладывается на своего хозяина, служа тому грелкой, потому что альфа не удосужился его даже одеялом накрыть. Бледное лицо Чимина в темноте выглядело очень жутко, а так и застывший на лице страх выдавал его за жертву убийцы-мучителя.

Еще немного посмотрев на него, Тэхен перевернулся и уснул.