Nearby

Глава 3. Наперекор судьбе.

Пак Розэ

агия послушно скользила по пальцам, запечатывая дверь в комнату девушки. Убежать из поместья Пак Чонина, наверное, было самым неразумным и отчаянным решением в ее жизни, но Розэ ни на секунду не пожалела об этом. Она не могла больше так жить. Эта золотая клетка давила на нее со всех сторон, а новоиспеченный тридцатилетний жених, которого подобрали ей родители, окончательно убедил ее в правильности выбранного решения. Кажется, что когда ей пришло письмо из Кордейла о принятии ее в Институт, она впервые за долгое время была счастлива. Она боялась, что из-за репутации ее родителей, руководство Института не будет рисковать своей безопасностью. 

 Но, видимо, она сумела их убедить. 

Даже представлять не хотела реакцию ее родителей и брата, когда они узнают, куда она сбежала. Ведь отец всегда хотел, чтобы она обучалась в частном университете магического воспитания, в котором ничему, кроме вязания крестиком и правилам поклонов не научат. Магия внутри Розэ требовала большего. Конечно, на частных уроках в семье основателей Пак ее обучили многому, что делало Розэ довольно-таки опасным противником в битве, но ей было мало этого.

Впрочем, Розэ знала, что многие дети из семей-основателей благополучно поступали в Кордейл, но не Пак. Семейство Пак предпочитало самостоятельно обучать своих детей боевым искусствам, но, в большинстве своем, мальчиков, ведь леди не пристало драться на равных с мужчинами. Сехун всегда с легкостью укладывал ее на лопатки самыми изысканными и утонченными заклинаниями, к которым Розэ доступ был закрыт. Она знала только то, что ей положено было знать, как представительнице благородного семейства Пак. И еще несколько заклинаний, которые она тайком переписала из книг, которые хранятся в потайной комнате подвального отсека. 

Отец всегда называл защитников сборищем надоедливых крыс, которые только лишь мешали истинным магам воплощать свои планы в жизнь. Младшая Пак так не считала. Она восхищалась этими людьми, хотела быть похожей на них, хотела тоже помогать людям, пусть и вопреки семейным традициям. 

Накинув на голову черный капюшон толстовки, спрятав под ним густые смоляные волосы, собранные в пучок, девушка открыла окно и огляделась. К счастью, корабль, который должен был отвезти ее к мечте, оправлялся в идеальное по меркам особняка Пак время. Совместный завтрак подошел к концу, поэтому Розэ могла спокойно пойти в свою комнату, где ее уже ждали собранные и уменьшенные до размера наперстка чемоданы. Отец как раз ушел на работу в Администрацию управления магией, а мать проводила час после завтрака за чтением в семейной библиотеке, которая располагалась в восточном корпусе поместья — самом дальнем от комнаты Розэ. Единственным возможным препятствием был брат. Сехун мог быть где угодно в поместье, ей оставалось только надеяться, что он покинул дом вместе с отцом, так как такое случалось довольно часто. 

— Госпожа Розэ, — тихий стук в дверь застал ее врасплох, ведь она уже практически полностью вылезла из окна своей комнаты. — Ваша мать попросила передать вам, что мистер Кай приглашает вас пообедать с ним в ресторане «Сапфировая ветвь» в час дня. Мне бы хотелось знать, что вы наденете, чтобы я подготовила одежду.

От одного только «мистер Кай» Розэ презрительно скривилась. Ей казалось, что противнее человека, чем пресловутый мистер Кай невозможно было найти во всем Кристалле. Но у него было достаточно денег и влияния, чтобы заинтересовать Чонина и Черён Пак для рассмотрения его, как потенциального жениха для их дочери, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте. Однако Розэ хватило только одного взгляда, чтобы понять, что она ни за что в жизни не свяжет свою жизнь с этим человеком.

Хвала всем богам, что она уходит именно сегодня, в противном случае пришлось бы в очередной раз слушать его рассказы о наследии семейства Кай и о том, как ей повезет стать его женой. Это ему повезло, что она до сих пор не придушила его своей фирменной магической черной плетью. Сколько же раз она представляла это у себя в голове, но, к сожалению, последствия такого поступка были бы гораздо серьезнее, нежели ее удовольствие от процесса. Поэтому приходилось мило улыбаться и строить из себя полнейшую идиотку.

Поцелуй меня в зад, мистер лысеющий Кай.

Розэ усмехнулась, представив его лицо, когда он узнает, что она убежала. Хотелось бы увидеть это воочию, но придется наслаждаться лишь воображением. Наверняка, он будет взбешен, ведь мистер Кай был абсолютно уверен в том, что девушка сходит по нему с ума и мечтает как можно скорее попасть под венец. Но вот так неожиданность, Розэ скорее отрежет себе язык, чем скажет ему «да».

— Йери, я думаю, что ты можешь подготовить для этого случая бордовый костюм от Лео Филипс, который мама купила в прошлом месяце на неделе моды, и черные замшевые лодочки из последней коллекции, а также подготовь любой набор неброских украшений, — придавая голосу как можно более спокойный тон, произнесла Розэ, не открывая двери.

К счастью, горничные в их поместье никогда не отличались особой болтливостью, поэтому, как только она услышала приказ, сразу ушла. Как только шаги горничной затихли, Розэ спрыгнула со второго этажа в умело подготовленную воздушную подушку. В который раз, проклиная установленный в этом поместье датчик считывания телепортаций, девушка накинула на себя невидимую завесу и направилась к заднему выходу. Только перейдя через порог, она сможет телепортироваться в порт оставаясь незамеченной. По ее прогнозам ее отсутствие заметят только через несколько часов, и в это время она будет уже где-то в океане, так что достать ее оттуда не получится, к тому же никто не знает, где именно находится Кордейл, кроме тех, кто там работает. 

Все тело покрывалось мурашками от предвкушения. Она мало знала об этом месте, ведь ей приходилось общаться только лишь с девушками, для которых самым главным в жизни было удачно выйти замуж, а мистер Кай считался для них блестящей партией, поэтому все эти девушки страшно ей завидовали. По тому, как ей досталась не только безупречная внешность Пак, но и один из самых завидных по их меркам женихов Кристалла. Именно поэтому Розэ приходилось довольствоваться слухами, а после окончания школы самой искать, как поступить туда. И у нее все получилось. Впервые в жизни она сделала что-то сама, используя свои знания и возможности.

Конечно, своим магическим потенциалом она обязана была генам, но это не мешало ей гордиться собой. Сехун часто называл ее бриллиантом семьи Пак, ведь у Розэ было самое большое количество магических единиц в семье. Девяносто. И не использовать их на полную катушку младшая Пак считала кощунством. Как бы то ни было, она хотела использовать их во благо, помогать людям, а не калечить и убивать их. 

— К концу следующей недели намечается хорошая заварушка, Ёсан, и я намерен принять в ней непосредственное участие, — уверенный голос Сехуна, заставил ее мгновенно упасть на землю, стараясь привлечь как можно меньше внимания.

Сехун — это не Йери, и не мама, которых можно легко провести второсортной невидимой завесой. Ему хватит одного лишь взгляда, чтобы понять, кто за ней скрывается, поэтому Розэ оставалось только надеяться, что он не посмотрит в ее сторону. Без прямого взгляда даже брат ничего не увидит. Сердце билось с неимоверной силой, адреналин зашкаливал, ведь, если ее поймают, то неизвестно, какое изощренное наказание придумает для нее отец. В этом направлении его фантазия работала довольно продуктивно. 

Но Сехун был слишком увлечен разговором, поэтому не обратил внимания на шевеление материи совсем рядом. И это было Розэ на руку. До выхода оставалось лишь несколько метров, но она не могла даже пошевелиться, ведь брат мог в любую секунду обратить внимание на задний двор. 

— Нет, на этот раз адрес их штаба предельно точен, — вновь проговорил брат, заставив ее вздрогнуть. — Каждые выходные эти крысы собираются в заброшенном здании в районе Флит Стрит, если смотреть с неба, то несложно увидеть скрытый завесой участок земли примерно на гектар. Несколько наших фирменных огненных бомб не оставят от него и камня на камне.

Младшая Пак внимательно вслушалась в разговор. Из того, что она смогла услышать, она поняла, что брат со своими друзьями собираются подорвать штаб защитников, когда те даже и подозревать об этом не будут. Сехун никогда не отличался особой мягкостью, даже по отношению к ней. Она на сто процентов была уверена в том, что он убьет человека, не моргнув и глазом. Моменты, когда он проявлял к ней братскую любовь, она могла пересчитать по пальцам одной руки.

Розэ просто обязана была их как-то предупредить. И она сделает это при первой же возможности в Кордейле, а там уже найдут, как поставить в известность остальных. Главное, чтобы ей удалось перейти порог собственного дома, а телепортация ей всегда давалась очень легко. Корабль должен был отплыть через полчаса, Розэ оставалось только надеяться на то, что разговор Сехуна не затянется надолго. Он вообще не любил долго разговаривать по телефону, предпочитая выяснять все вживую, но, видимо, сегодня было исключение из правил.

— Нет, никакого прямого контакта, не хочу рисковать своими людьми, — резко ответил Сехун. — Будет достаточно внезапной атаки с воздуха. Внезапной, Ёсан, понятно? Проследи, чтобы информация никуда не просочилась, иначе будешь отвечать лично передо мной.

Глядя на брата, Розэ прекрасно понимала, почему девчонки грызут друг другу глотки из-за него. Природная красота Пак не обошла и его стороной. Они с сестрой были невообразимо похожи между собой. Сехуну достался высокий рост и широкие плечи, а Розэ округлые бедра и пышная грудь. Но отличительной чертой семейства Пак на протяжении веков являлись густые черные волосы и такая же черная радужка глаз, которая полностью сливалась со зрачком, делая взгляд представителей этого семейства воистину устрашающим. Согласно легенде, первый Пак появился от крови демона, отсюда и черный цвет. Иногда Розэ казалось, что если бы она родилась с голубыми глазами, то ее утопили бы в ванной. 

Помимо внешности, Сехун обладал каким-то непостижимым ей шармом, который заставлял всех девушек буквально вешаться ему на шею. На Розэ этот шарм не действовал, ведь она видела, каким жестоким и бесчеловечным он может быть. Но для большинства это не имело ровно никакого значение, ведь Сехун обладал пресловутым комбо из таланта, красоты и богатства, а плюсом ко всему являлась власть, которой обладали отец и брат. Его мечтали заполучить многие, однако, к своим двадцати пяти годам Сехун так и не выбрал себе невесту, несмотря на настояния матери. У него, по крайней мере, был выбор, в отличие от Розэ.

— Чтобы к следующему четвергу отчитался мне о подготовке, до встречи, — произнес брат, бросая трубку.

Розэ облегченно выдохнула, наблюдая, как Сехун заходит в дом. Аккуратно поднявшись на ноги, девушка спокойно двинулась в сторону выхода. Теперь ей казалось, что все вокруг желает, чтобы она поскорее убралась из этого поместья. Было страшно, ведь она не знала, что ее ждет дальше, не знала, где и как она будет жить, смогут ли ее принять остальные студенты курса, сможет ли она, наконец, найти друзей? Все внутри приятно горело от этого страха, но девушка была уверена, что ее ждет что-то действительно интересное, что судьба явно не готовила ей судьбу лишь хозяйки особняка мистера Кая, а что-нибудь более захватывающее.

Переступая через порог, Розэ нисколько не жалела и не хотела вернуться назад. Черные глаза уверенно смотрели в будущее. Она не переживала о нехватке денег или вещей, ведь только на один браслет, мерцающий на ее руке, можно было спокойно прожить всю жизнь, а если продать сережки и подвеску, то определенно можно было бы приобрести небольшой коттедж. Помимо своих драгоценностей, Розэ так же взяла с собой деньги, подаренные на день рождение и уйму вещей. Несмотря на то, что она на дух не переносила светских леди и все их разговоры, к красивой дизайнерской одежде, девушка все же не была равнодушна. 

Телепортация далась ей как никогда легко. И вот уже в лицо дул свежий бриз, а в нос ударил солоноватый аромат океана. Розэ ассоциировала этот запах со свободой. Вот же она. Ее буквально можно было пощупать пальцами точно так же, как и магию. Наконец-то, она будет решать сама за себя, больше не будет никаких приказов и запретов, она сама построит свою судьбу. Хотелось закричать во все горло от радости. Девушка просто не верила, что ей действительно это удалось. 

Большой белый корабль она увидела сразу, как и выгравированное на корме золотыми буквами «Кордейл». Возле корабля собралась толпа людей, среди которых она увидела несколько знакомых лиц, поэтому снова накинула капюшон на голову, чтобы не привлекать своими волосами лишнее внимание, ведь тот же Ли вполне может узнать ее и сдать отцу, который мигом телепортируется и заберет ее обратно в поместье. Рисковать своей свободой Розэ не хотела, поэтому все знакомства она решила отложить до прибытия в институт. 

Взгляд зацепился за высокую фигуру парня со светлыми волосами, красиво переливающимися на солнце. В нем она узнала Ким Тэхена. Черт, вот с ним она пересекаться хотела меньше всего. Она была абсолютно уверена в том, что он ее ненавидит, ведь думает, что ее семья убила Сухо и Соён Ким. Розэ в подобные дела не посвящали, поэтому она не была уверена в том, что это сделали именно ее отец и брат. Конечно, она не могла отрицать, что они вполне могли это сделать, но она уж точно никакого отношения к этому не имеет. Хотя глупо было надеяться, что Тэхен поверит в это.

Прекрасно, Розэ. Еще ничего не успела сделать, а врага нажила. Просто блеск. Лучше не придумаешь. Оставалось только надеяться, что ненавидеть он ее будет на расстоянии, и не будет провоцировать ее намеренно на агрессию. Как-никак, она пусть и неправильная, но Пак. Об их ярости слагают легенды в городе. 

Рядом с Кимом она также заметила Чона и Мёи, а остальные члены компании были совершенно ей не знакомы. Русоволосый парень о чем-то препирающийся с Кимом, лица которого она не могла видеть. Но неизвестный парень, судя по всему, был весьма раздражен. Но парень мало ее интересовал, так как если он общается с Кимом, то она не попадает в раздел интересных для него людей. А вот девушка с темно-рыжими волосами привлекла ее внимание сразу, так как стояла чуть поодаль от всей дружной компании и по ее выражению лица Розэ мгновенно поняла, что ей не очень нравится находиться в этой компании.

И тут Розэ, пока разглядывала девушку, вспомнила, как ее псевдоподруги судачили о некой рыжей простолюдинке Лалисе Манобан, за которой уже несколько лет подряд бегал один из самых завидных женихов Чон Чонгук, а она раз за разом отшивала его. Розэ было интересно понаблюдать за ней вживую, в конце концов, в ее обществе не было человека, которого не волновали бы деньги и власть. Эта девушка, судя по всему, руководствовалась чем-то другим, выбирая себе друзей. Трудно представить, сколько проклятий разъяренных поклонниц она перенесла из-за Чона.

Младшей Пак тут же захотелось попробовать подружиться с ней. Она отчего-то думала, что Лалиса Манобан полностью оправдает ее ожидания. Скорее всего, рыжая прекрасно осведомлена об ее репутации, но, может быть, Розэ сможет убедить ее в том, что она совсем другая. 

— Пак Розэ, — довольно громко произнесла женщина, стоящая у входа.

И тут она мгновенно почувствовала десятки глаз, сосредоточенных на ее фигуре. Вот этот момент, девочка. Стянув с головы капюшон, Розэ одним легким движением освободила копну черных жгучих волос, дорого блестящих на солнце, и улыбнулась, словно это не она несколько минут назад сбежала из собственного дома, словно это не она не знала, что ее ждет в будущем. Нет, эта девушка не боялась косых взглядов, Пак Розэ была до чертиков уверена в себе. 

Обсуждайте, сколько вашим душам угодно. Перемойте хоть каждую косточку. Она и бровью не поведет, не покажет ни единым движением, что ей есть до этого дело. На самом деле, в воспитании Пак есть и свои плюсы, как ни крути. Всегда поднятая вверх голова и ровная спина. Мама едва ли палками не била ее, чтобы добиться той величественной осанки, которой обладает девушка сейчас.

Да, сейчас Пак Черен определенно гордилась бы своей дочерью, если бы это была бы другая ситуация, но Розэ радовалась, что навык «держать лицо» ей пригодился. Не зря столько лет училась скрывать свои истинные эмоции. Их, по мнению матери, должны видеть только подушка и зеркало в ванной. 

Как только она открыла дверь своей каюты, она встретилась с парой огромных зеленых глаз, принадлежащих Лалисы Манобан. К своему удивлению, Розэ не обнаружила в них страха, только лишь удивление, приправленное щепоткой любопытства. Пак также обнаружила, что все сплетни о том, что девушка страшненькая были абсолютно ложными,Лалиса была довольно красивой девушкой. Надо быть слепым или глупым, чтобы отрицать это.

— Привет, я Лиса, — девушка приветливо улыбнулась, а Розэ затаила дыхание, не понимая, как себя вести. — Мы будем соседками. 

Розэ не знала, что удивило ее больше: тот факт, что девушка представилась сокращенным именем и не произнесла фамилию или что она так мила с совершенно незнакомым ей человеком. Ей это все было в новинку, ведь ее с детства обучали правильному представлению. Титул и полное имя. И никак иначе, ведь это не солидно. Пак подумала о том, что она намного легче завязала бы разговор с любой из светских леди этого города и оставила бы о себе самое благоприятное впечатление, но с Лисой дела обстояли иначе. Она глядела на нее без тени зависти или лести, так искренне, что Розэ задохнулась от этого.

— Розэ, — Пак понятия не имела, как можно сократить свое имя, поэтому решила представиться просто именем. — Я очень рада познакомится.

Розэ постаралась приветливо улыбнуться без той фальши, которую она всегда использовала на приемах, которые устраивала ее мать. Пускай, эту фальшь и невозможно распознать, но она сама чувствовала бы себя отвратительно, ведь Лисе хотелось улыбаться искренне. И, кажется, у нее получилось прекрасно, потому что выражение лица рыжеволосой девушки продолжало излучать только доброту и тепло.

— На самом деле, я увиливаю, — вдруг произнесла Манобан, загадочно улыбнувшись. — Не хочу начинать наше общение с какого-то недопонимания, я прекрасно знаю, кто ты. Ты — Пак, но я нисколько тебя не боюсь, я считаю, что дети могут быть совершенно не похожи на своих родителей, и я вижу, что ты другая. Надеюсь, что я не ошибусь.

Теперь Пак улыбнулась совершенно без проблем, она поняла, что Лиса ее человек. Нельзя сказать, что она была на сто процентов уверена, что они подружатся, но Розэ очень хотелось, чтобы это было так. Девушка воспринимала Манобан, как яркий солнечный лучик, который мгновенно осветил ее темную жизнь. И она уже боялась его упустить из-за своей выработанной в поместье Пак холодности и жестокости.

— Тогда мне тоже придется признаться, — ухмыльнулась Розэ, усаживаясь на небольшой диванчик, расположенный в каюте. — Я тоже наслышана о тебе, любовь всей жизни Чон Чонгука Лалиса Манобан.

Пак получила огромное удовольствие, наблюдая, как Лиса закатывает глаза от одного только упоминания Чона. Да, судя по всему, девушка действительно на дух его не переносит. Самого Чонгука Розэ толком не знала, но они несколько раз пересекались на общих семейных праздниках и светских приемах. Он не показался девушке плохим человеком, наоборот он выделялся среди толпы чопорных людишек в костюмах своей взбалмошностью и задорной улыбкой на губах.

Пак даже подумала, что из них получилась бы неплохая пара, хотя ей было немного жаль Манобан, которой пришлось бы войти в высокое общество, где ее просто загрызли бы все эти «железные» леди. Из зависти. Лалиса молодая, красивая и — Розэ была абсолютно уверена — талантливая девушка.

— Еще раз так меня назовешь — будем ругаться, — произнесла Лиса, презрительно дернув плечом. — Мёи Мина — вот любовь Чон Чонгука, так что хватит уже меня к нему приписывать.

Малышка, как оказалось, была уже с зубками, хотя Розэ думала, что ей придется научить ее всему, что она знает сама, сделать ее сильнее. Но, судя по всему, Пак осталось только помочь Лисе эти зубки заострить и научить больно ими кусать, ведь быть тряпкой в Кордейле — настоящее самоубийство. А Манобан слишком ей нравилась, чтобы позволить ей сломаться.

Мёи Мина. Розэ нахмурилась, вспоминая, как их отцы оживленно спорили о чем-то. Семейство Мёи было главным партнером в бизнесе отца. Все деньги Пак хранились в их центральном банке, насколько сильно Пак Чонин доверял Мёи Сонхёну. Мину она тоже прекрасно помнила. Симпатичная блондинка с мозгами, как она охарактеризовала ее при самой первой их встрече в сознательном возрасте. Удивительно, но она не входила в компанию «подружек» Пак Розэ, хотя место для нее там имело место быть. Мёи предпочитала быть сама по себе.

Сейчас Розэ размышляла, может ли Мина быть опасной для Манобан, но так и не пришла к определенному выводу. Слишком туманна для нее была эта персона. Но в двух фактах она была уверена на все сто процентов. Факт первый: она не верила в то, что Чон разлюбил Манобан. После того, как она ее увидела, она убедилась окончательно. Факт второй: Мёи ни за что на свете не упустит свой шанс стать невестой дома Чона.

— Ладно, я поняла, — подняла руки вверх Розэ, капитулируя. — Никакого Чон Чонгука больше. 

Лиса снова улыбнулась, а Розэ взглянула в небольшое окошко, наслаждаясь лазурной водой океана. Снова подумала о том, что, наверняка, начинается новый, интереснейший этап в ее жизни, когда она сама будет принимать за себя решения. Скорее всего, отец пошлет Сехуна, чтобы он забрал ее, но он не имеет права. Ей уже девятнадцать. Она совершеннолетняя и в праве сама решать, где ей находится. Руководство Кордейла не должно позволить им забрать ее обратно в поместье. 

— А что ты знаешь про распределение в Кордейле? — спросила Розэ, потому что жутко боялась этого момента.

Нет, она нисколько не сомневалась в своих силах, просто боялась, что от нее потребуется то, чем она не владеет. В конце концов, Розэ не окончила обычную школу, она обучалась в стенах поместья. Она боялась, что не будет знать чего-то совершенно обыкновенного, что знает каждый.

Лиса удивленно на нее посмотрела, но начала рассказывать. 

— По магическим единицам нас распределяют в разные отряды, — произнесла она. — Самых слабых студентов направляют в синий сектор, потом идет белый, красный и черный — самый сильный. Для каждого отряда предусмотрен отдельный корпус, обычно в отряде около десяти-двенадцати человек.

— Ты в какой сектор попадаешь? — осторожно спросила Розэ.

Ей очень не хотелось разлучаться с Лисой, но головой она понимала, что у девушки из обычной семьи не может быть потенциал больше семидесяти магических единиц, но ей очень хотелось надеяться.

— В белый, — пожала плечами Лиса. — У меня семьдесят четыре. До красного немного не дотягиваю. Ты в черный?

Розэ мысленно присвистнула. Семьдесят четыре единицы для девушки из обычной семьи — это довольно недурно. Некоторые отпрыски семей-основателей имеют столько же. Несмотря на то, что Пак была знакома с Лисой всего лишь полчаса, она уже почувствовала необъяснимую гордость за рыжеволосую девушку, хотя она и не сомневалась, что Манобан довольно талантливая. На слишком обычную Чон не обратил бы внимания.

— Да, есть пару плюсов быть Пак, — саркастически ухмыльнулась Розэ. — За свои девяносто единиц должна благодарить именно папочкины гены.

Девушки рассмеялись, а затем начали обсуждать учебу в Кордейле, делясь сведениями, которые слышали от кого-то и теми, в которых были уверены на все сто процентов. От Лисы Розэ узнала, что в Кордейле их обязательно должны научить анимагии, которую считают слишком сложной наукой, чтобы обучать в университетах. Розэ узнала, что в каждом волшебнике живет несколько ипостасей и при сильном желании можно научиться контролировать и вызывать каждую из них. Манобан сказала, что в Кордейле выпускают с, как минимум, двумя подконтрольными ипостасями. Им обоим до жути было интересно, какие же животные скрываются в них. Девушки начали фантазировать и пришли к выводу, что в Лисе определенно живет лисичка, а Розэ скрывает в себе черного волка, который изображен на гербе семейства Пак. 

Удивительно, как быстро они нашли общий язык. Им обоим было интересно узнавать друг друга, а Розэ впервые получала от общения такое удовольствие, ведь она точно знала, что ее собеседницу совершенно точно не интересует, с какого она рода, сколько у ее семьи денег, и где работает ее отец. Лисе была интересна сама Розэ.

— Я должна была по всем параметрам поступить в Академию Кауша, мне неплохо дается целительная магия, — призналась Лалиса вдруг. — Но потом что-то щелкнуло в голове, и я поняла: я хочу влиять на события, хочу научиться защищать себя и своих близких, а не только делать перевязки и вправлять кости. Родители не очень рады этому моему решению, а Чон вообще едва ли не потащил меня домой, когда мы пересеклись по дороге.

Розэ прекрасно понимала ее, ведь ее ситуация была практически такой же. И отчего-то девушке тоже захотелось поделиться своими переживаниями. Ведь Пак сразу же уловила то, что Лиса хотела сказать между строк. Манобан боится. Боится, что у нее ничего не получится, потому что это не та область, в которой она хороша. А ведь Розэ тоже боится, что ее здесь не примут, будут тыкать пальцем в ее черные волосы и глаза, называть преступницей. В этом они были похожи, хотя, казалось бы, точек соприкосновения между ними не должно быть. Разные семьи, разные школы, совершенно разный образ жизни, но Розэ чувствовала, что Лиса, определенно, ее человек.

— Я сегодня утром сбежала из дома, — пожала плечами девушка, наблюдая, как меняется выражение лица Лисы. — Потому что мои родители хотели, чтобы я училась там, где я не хочу, чтобы я вышла за человека, которого не люблю. А я хочу помогать, хочу сама принимать решения, а не действовать по указке.

На глаза навернулись слезы. Розэ сама не ожидала этого от себя, ведь она обычно всегда контролирует свои эмоции. Но сейчас она просто не могла сдержать то, что накопилось за прошедшие дни. И вдруг она почувствовала теплые руки, которые крепко обняли ее за плечи. Розэ замерла. Ее никогда никто не обнимал так. Ни родители, ни брат. Все ограничивались холодным кивком головы при встрече, а мама еще могла заправить ей прядь волос за ухо.

Объятия Лисы были совершенно другими. Искренними, теплыми, Розэ никогда прежде такого не чувствовала, поэтому когда осторожно обняла ее в ответ, она боялась, что Манобан оттолкнет ее, но нет. Лиса лишь осторожно погладила ее по спине, успокаивая. И на самом деле, у нее прекрасно это получилось. Слезы мгновенно высохли, и Розэ даже устыдилась того, что позволила себе так раскиснуть. Это было совсем на нее не похоже.

— Так, — Лиса отстранилась, вытягивая вперед указательный палец и закрывая глаза. — У нас с тобой все получиться, я тебе обещаю. И никакие Чоны и Паки нам не помешают. Согласна? 

Розэ улыбнулась, глядя на эту сцену, которую развернула Манобан. Эта девушка совершенно точно ненормальная. И ей это нравилось. Она не была искусственной, как все те девушки, с которыми Пак приходилось общаться, Лиса была настоящей. Не пыталась польстить или угодить для своей собственной выгоды.

— Согласна-согласна, а теперь пошли на ужин, нам еще предстоит вытерпеть кучу косых взглядов, — произнесла Пак.

— Ой, я сегодня вытерпела стычку с Минхо и Феликсом, поэтому косые взгляды уже даже не страшны, — отмахнулась Лалиса, открывая дверь.

— Минхо и Феликс? — Розэ нахмурила темные брови, выходя в узенький коридорчик сразу за Лалисой. — Какое отношение они имеют к тебе?

Обоих парней Розэ знала достаточно хорошо, потому что их отцы владели самым роскошным рестораном во всем Кристалле «Сапфировая ветвь», любимый ресторан матери и мистера Кая. Так же обе фамилии включены в список семей-основателей, поэтому пересекались они довольно часто. Отец одно время даже подумывал выдать ее замуж за Ли Феликса, но потом подвернулся вариант с мистером Каем и Ли был отложен в дальний ящик. Хотя Розэ до сих пор помнила, как он потянул ее танцевать на празднике в честь ее восемнадцатилетия. Все тело содрогнулось от воспоминаний о мерзких пошлых комплиментах, которые он шептал ей на ухо, и о потных руках, которые он так и норовил спустить ниже талии.

Мерзость, а не волшебник.

— Они мои одноклассники, но мы не поладили с самого начала, — объяснила Лиса. — Так получилось, что я поступила в престижную гимназию, в которой, в основном, учились либо детишки очень богатых родителей, либо дети из семей-основателей. Этим индивидам не нравилось, что несколько обычных ребят учатся рядом с ними, поэтому они всячески нас задирали. Сейчас он сказал, что теперь, когда Чон занят своей новой пассией, меня некому защищать, поэтому учеба мне предстоит не из сладких.

Злость накрыла Розэ снежным комом. Ублюдки. Сами ни черта не умеют, кроме парочки фамильных заклинаний, а вздумали угрожать девушке, чей мизинец ценнее их обоих вместе взятых. Впрочем, как девушка успела заметить, оба редкосные трусы, которые нападают на тех, кто не может им достойно ответить.

Пак сделала пометку в голове о том, что необходимо будет показать Лисе пару полезных заклинаний, чтобы она могла за себя постоять в случае, если ее не будет рядом.

— Теперь у тебя есть я, — ухмыльнулась Пак. — Поэтому есть, кому тебя защитить.

Лиса смущенно заулыбалась, и первая вошла в зал, наполненный множеством маленьких столиков. Розэ мгновенно почувствовала на себе множество заинтересованных взглядов, но совершенно не обратила на них внимания. Только пробежалась взглядом по залу, выискивая белобрысую макушку Ким Тэхена, надеясь, что его здесь нет или он, по крайней мере, не обратит на нее внимание. Не хотелось устраивать скандал при таком количестве народа. Лиса, казалось, совершенно не замечала направленных на нее завистливых взглядов. Если бы Розэ не была уверена на сто процентов, то подумала бы, что рыжеволосая происходит из знатной семьи, так гордо шла она через толпу. 

К своему удивлению, среди толпы она обнаружила одну из своих «подружек». Чхве Соми удивленно смотрела на нее своими карими глазами. Розэ прекрасно ее понимала, ведь никто не ожидал увидеть среди толпы учащихся представительницу гордого семейства Пак, которые никогда не отдают своих отпрысков в подобные учебные заведения. Михно и Феликс обнаружились по обеим сторонам от девушки. Розэ помнила, что Феликс сделал ей предложение около месяца назад, и теперь помолвочное кольцо с огромным бриллиантом гордо сверкало на ее безымянном пальце.

Пак стервозно ухмыльнулась, глядя на нее. Она нисколечко не жалела, что после ее выхода с Лисой их общение полностью оборвется, потому что прекрасно знала, чем ее можно ударить в случае чего. Соми никогда и слова кривого не скажет в ее сторону, ведь Розэ может случайно шепнуть ее нареченному на ухо, как страстно его невеста стонала под его лучшим другом на годовщине свадьбы его родителей. Прямо в уборной особняка Ли. А Розэ очень вовремя решила там спрятаться от надоедливого мистера Кая, который следовал за ней по пятам.

— Смотри, возле окошка есть свободный столик, — Лиса указала на левую часть зала, куда они и направились.

 Пока Лиса щебетала ей на ухо о том, что понятия не имеет, откуда здесь появится еда, Розэ почувствовала на себе такой взгляд ненависти, который она не спутает ни с одним другим. Оборачиваясь, она уже прекрасно знала, кто зашел в зал. Ким Тэхен. Озноб прошел по коже, когда она вспоминала, как он орал в суде по делу его дяди. Она ведь тоже тогда была там, ждала отца и брата в зале, в котором проходило заседание. Мама сказала, что они обязаны были явиться для поддержки. 

Тот его взгляд, брошенный на нее, она запомнила на всю жизнь. Полный ненависти, боли и презрения. Розэ в тот день не спала всю ночь, потому что как только закрывала глаза — видела стеклянные голубые глаза Ким Тэхена. Она не знала, были причастны к этому делу ее родственники или нет, но в тот момент она больше всего на свете хотела, чтобы тот, кто сделал это с семьей Кима, пожалел об этом. 

Он направлялся прямо сюда, хотя Розэ и видела, что худенький русый парень пытался его остановить. Чон же неотрывно смотрел на Лалису. Розэ не знала, кого он пытается обмануть: Мину, Лалису или же самого себя, но она прекрасно видела, что он все еще ее любит. Но вот с Кимом надо было что-то делать, искать пути отступления, но их не было.

Сейчас будет эмоциональный взрыв, и Розэ понятия не имела, что с ним делать, но, как только Тэхен подошел достаточно близко и даже начал что-то говорить, раздался громкий взрыв, и корабль повело в сторону. Розэ не знала, что ей двигало ею в тот момент, но она резким движением перехватила за руку Кима и повалила его на пол, попутно воздвигая вокруг них защитный барьер. Стулья с громким стуком отлетали от барьера, а вокруг был такой шум, что в ушах звенело.

И тут Розэ посмотрела на него. Наверное, это и было ее ошибкой. Так близко она их еще не видела. И сейчас, всмотревшись, увидела, что они не совсем голубые, прямо возле радужки был кристально-белый ореол. Он весь казался таким чистым по сравнению с ней. Ее черный цвет глаз выглядел так устрашающе, что иногда даже дети на улице ее побаивались, но Розэ была абсолютно уверена, что в руки Кима они все бежали с восторженным визгом.

— Может ты, все-таки, соизволишь встать с меня? — раздраженно произнес парень, отталкивая ее.

Она даже и не заметила, как все прекратилось. Все удивленно озирались по сторонам, а Розэ быстро поднялась на ноги, развеяв щит. Необходимо было быстро найти Лалису. На Кима девушка старалась не смотреть, она боялась того, что могла увидеть в его глазах. К счастью, Лиса нашлась сразу, Розэ едва сдержала улыбку, заметив рядом с ней Чона с разбитой головой, с тревогой осматривающий рыжеволосую девушку на наличие повреждений. Розэ тоже пробежалась по Манобан внимательным взглядом и пришла к выводу, что девушка совершенно точно в порядке. Напугана, раздражена, но в порядке.

Она спиной чувствовала его вопрошающий взгляд. И она знала, что он хочет спросить, но ответа в ее голове не было. Розэ сама не понимала, почему решила поступить именно так. Она не знала, почему решила спасти именно Кима из всех людей, которые находились рядом. Может быть, просто потому, что он оказался ближе всех? Ей хотелось думать именно так.

Вдруг по всех комнате раздались громкие странные звуки, словно кто-то издевательски хлопал в ладоши, но в четыре раза громче обычного человека. Все взгляды устремились на рослого мужчину, который стоял в дверном проеме, грозно глядя на толпу растерянных студентов. Мужчине на вид было около сорока, и он выглядел так, словно всю свою жизнь провел в спортивном зале. Он едва помещался в дверном проеме, а его руки, скрещенные на груди, казалось, могли с легкостью раздавить ее череп. 

— Обычная звуковая бомба, господа, — произнес он презрительно. — Если бы сейчас напали темные маги, то в живых остались бы только мисс Пак и мистер Ким, которого она добродушно укрыла своим барьером. И то, если бы додумались телепортироваться, так как мы все еще находимся в водах Кристалла. Остальных слепых котят порезали бы, как скот. Барьер проходили все, не хочу даже слышать отмазки на этот счет, так объясните мне, какого дьявола вы здесь все делаете, если не можете элементарно устоять на ногах?

В конце своей пламенной речи мужчина перешел на крик. В зале воцарилась мертвая тишина, кто-то в изумлении смотрел на мужчину, пытаясь понять, что происходит, а кто-то пялился на них с Кимом. Ну, конечно. Где такое видано, чтобы Пак спасали кого-то, кроме себя. Все прекрасно знали, что их семейство печется только лишь о своем собственном благополучии, а на остальных им, по большому счету, наплевать. Идти по головам. Кажется, эту поговорку изобрели именно представители ее благородного семейства. Но Розэ планировала это изменить. 

Да, прекрасный первый урок им устроили преподаватели. Покалечили половину студентов, не успев еще даже довезти их до института. Да, видимо, год будет действительно веселым. 

— Мы просто были не готовы к такому, — выкрикнул кто-то из толпы. 

— А ты с чего решил, умник, что будешь готов к нападению темных магов? Или, может быть, ты наберешь их и по-хорошему попросишь сказать, когда они нападут, чтобы ты, бедняжка, успел подготовиться? — прорычал преподаватель. — Отныне вы должны всегда быть наготове, если хотите стать защитниками, а не мертвецами. Ешьте и расходитесь по каютам, увидимся на занятиях. 

Щелчок пальцев — и все столы и стулья встали на свои места. Еще один щелчок — и на всех столах появилась еда, а сам мужчина исчез, не сказав больше ни слова. В зале стояла абсолютная тишина. Все были в шоке, включая чересчур пафосных девочек из семейств основателей, которым основательно подпортили прически. Розэ, наконец, позволила себе обернуться, чтобы снова встретится взглядом с Тэхеном, но не ожидала, что он окажется так близко. Буквально вплотную. Она чувствовала его сбитое дыхание, а еще могла заметить, что у Ким Тэхена невероятно притягательный парфюм, который мгновенно заполонил все легкие. 

Он был значительно выше ее, хотя Розэ сама никогда не являлась низкой девушкой, но Ким возвышался над ней на половину головы, а сейчас, когда он так близко, это ощущалось вдвойне. Она не собиралась извиняться за свой поступок. Сделала и сделала. Он вообще-то благодарить должен за то, что ему не прилетел стул в его смазливую мордашку. Как бы ей не хотелось это отрицать, но Ким был действительно красив. Ровные черты лица, идеальные губы, яркие глаза — просто идеальный женский типаж.

Розэ оторвалась от разглядывания парня, и направилась в сторону Манобан и Чона, так как там, судя по всему, намечался скандал. Взгляд Лисы просто кричал об этом. Необходимо было срочно вытаскивать ее оттуда, иначе Чон ее просто-напросто придушит, но как только она двинулась в их сторону, сильная рука Кима больно перехватила ее за локоть.

— Не так быстро, красавица, — прошипел он ей на ухо. — Ты сначала объяснишь мне, какого дьявола ты только что сделала?

Ну конечно, глупо было предполагать, что он отпустит ее просто так, не потребовав объяснений, но Розэ не собиралась ему ничего объяснять. Много чести. Локоть свело от боли, так сильно он сжал его, а попытки вырваться, конечно же, не увенчались успехом. От боли проснулась ярость, которую Розэ обычно старалась подавлять, но сейчас в ее взгляде плескалась чистая злость, но Ким, казалось, либо не замечал этого, либо старательно игнорировал. 

Ее это начинало раздражать. Ну что ж, Ким. Хотел устроить разборки посреди толпы? Получай, но она этого не хотела.

— Послушай сюда, белобрысый, — прорычала Розэ в его стиле. — Если тебе не хватает духу поблагодарить меня за спасение твоей заносчивой задницы, то, будь добр, отпусти, иначе...

— Иначе что? — саркастически перебил Ким. — Убьешь меня так же, как твой прогнивший папаша и ублюдок-братец убили невинную семью, да?

Удар ниже пояса. Розэ почувствовала, как воздух испаряется из легких и становится трудно дышать. Она знала, что так будет, знала, что он никогда не забудет о том, из какой она семьи, да и трудно забыть, глядя в ее черные глаза и бледное лицо в обрамлении густых черных волос. Пак понимала, что он, возможно, и прав в своих обвинениях, но слышать это было больно, Розэ не выдала свои настоящие эмоции. Да, в первые пару мгновений, возможно, можно было распознать боль в черных глазах, но потом выражение лица снова стало каменным. 

Он выжидающе смотрел на нее, ожидая ответных действий, но Розэ молчала, презрительно вглядываясь в искривленное от злости лицо парня. Она понимала, что безнаказанное убийство его родственников мучает его, но она ни в чем не была виновата. Она совершенно ничего не знала. Она не заслуживала этой ненависти в его глазах, не заслуживала эту боль.

Но, судя по всему, проклятье семьи Пак будет преследовать ее всю оставшуюся жизнь, как бы далеко она не убежала от поместья. Грехи ее семьи всегда будут считаться и ее грехами тоже. Розэ ничего не могла с этим поделать. Даже если остричь волосы и перекрасить их в пепельно-белый, даже если изменить цвет глаз и линию подбородка, она все равно останется Пак. Это нельзя уже вытравить ничем. 

— Отпусти ее, Тэ, — русоволосый парень, который вечно был рядом с ними, положил руку Киму на плечо, оттягивая его. — Прямо сейчас. 

Руку резким движением отпустили, на что она отозвалась тупой болью. Ким позволил тому парню увести себя в сторону их столика, а Розэ направилась к Лисе, пытаясь переварить произошедшую ситуацию. Она понятия не имела, как сделать так, чтобы Ким Тэхен отстал от нее раз и навсегда. Но одна совершенно безумная идея все же покоилась в ее голове, и девушка пообещала себе обдумать ее, как только появится свободное время.

Да, веселое место для учебы ты выбрала, Пак Розэ, ничего не скажешь.

Помимо проблем с семьей, которые обязательно возникнут, как только они поймут — если еще не поняли — что она пропала, добавился светловолосый представитель семьи защитников, который ее ненавидит. Прекрасно, Розэ, просто прекрасно. Лучше и не придумаешь.

—Чон, если ты еще хоть слово скажешь о моем возвращении домой, клянусь, я тебя придушу, беспокоился бы так о своей девушке, — возмущалась Лалиса в тот момент, когда Розэ к ней подошла. 

Когда Чон открыл рот, чтобы ей возразить, раздался знакомый голос, окликнувший его.

— Гуки, у тебя кровь, — произнесла Мёи Мина, подходя к ним. — По приезде необходимо срочно зайти в медпункт, там целитель затянет тебе рану, чтобы не осталось шрама. 

Надо же, легка на помине. Капитан очевидность, прямо-таки. Розэ достаточно было просто посмотреть на Мину, чтобы понять, что Чона она уж точно никому не отдаст. А по лицу Чона совершенно ясно было, что Манобан до сих пор плотно засела в его сердце, потому что так заботится о человеке, на которого все равно, невозможно. Отдельное удовольствие Пак получила от выражения лица Лисы, которое она состроила сразу же после реплики Мёи. Скучающе-раздраженное. Прямо, как она любит. Розэ подошла ближе к Лисе, чтобы в случае стычки, была возможность мгновенно поставить барьер.

Мина, конечно, перед Чоном не станет выставлять себя в плохом свете, тем более Розэ уверена была, что она сама прекрасно все видит и понимает, но необходимо было перестраховаться. Вдруг Лиса протянула руку к лицу Чонгука, а на ее ладонях загорелась теплым зеленым цветом целительная магия. Она легонько коснулась рукой его головы, и рана тут же затянулась, не оставляя после себя даже намека на шрам. Розэ была поражена. Она и не знала, что Лиса способна на подобную магию. Это впечатляет. Надо будет попросить ее научить паре-тройке таких трюков, пригодятся.

Скорее всего, это не последний синяк, оставленный Ким Тэхеном.

— Надо же, какое чудо, — всплеснула руками Мёи, с маниакальным интересом рассматривая место, где несколько мгновений назад была рана. — Лиса, спасибо тебе огромное, Чонгук, Тэхен и Юнги уже ждут нас, надо поторопиться.

Чон еще несколько секунд смотрел Лисе прямо в глаза, а затем позволил Мине себя увести, и они скрылись в толпе. Судя по всему, ребята предпочли столик максимально отдаленный от них. Да, определенно правильное решение, пожалуй, хватит на сегодня конфликтов. Оставшись вдвоем, девушки заметно расслабились. Слишком много событий за последние полчаса. И если сейчас в зал зашел бы Пак Чонин собственной персоной, то Розэ нисколечко бы не удивилась.

— А по тебе действительно Кауш плачет, — заметила Пак, усаживаясь за стол. — Видимо, веселый год нам с тобой предстоит.

— И не говори, — устало проговорила Лиса, заправляя непослушные волосы за уши.

Не забывайте голосовать!)