Глава 45
Что ж, партия началась.
Я стояла на лестнице и улыбалась, глядя в лицо Вероники, непринужденно щебечущей что-то своему кавалеру. Блекло-оранжевый полупрозрачный шлейф на ее плечах, застегнутый на восточный манер, неплохо контрастировал с серым шелковым платьем. Во вкусе мерзавке не откажешь.
Кажется, слухи о наших с Чонгуком отношениях уже расползлись по городу. Или эту тварь просветили отдельно. Потому что, поймав мой взгляд, Вероника вздернула подбородок и одарила меня высокомерной улыбкой. А потом демонстративно отвернулась.
Ну-ну. Дурочка. Может быть, я бы тебя и пожалела. Уже сегодня к вечеру все твое благополучие рухнет. Ты будешь или опозорена, или мертва. Хорошего исхода тебе никто не предусмотрел, и прежде всего — твои работодатели.
— Лалиса? — едва слышный шепот отца не долетел бы даже до того, кто стоял в шаге от меня. А вот я прекрасно слышала его через украшенную тонкой золотой вязью ракушку, под видом заколки укрепленную прямо за ухом. — Все действующие лица прибыли. Сейчас к вам войдет твой мальчишка.
Сердце радостно подпрыгнуло, я невольно вздрогнула и лишь усилием воли заставила себя не смотреть на вход — мало ли кто заметит, что я отреагировала раньше, чем Чонгук показался в поле зрения, не нужно давать врагам подсказки.
— Лалиса, — шепнула мама, напоминая, что я должна держать себя в руках.
Мы принимали гостей втроем: родители и я. Дядя Хосок мелькнул среди гостей, поздоровался и исчез в закрытых помещениях, чтобы координировать и контролировать работу. Минут через десять он снова появится, неспешно обойдет зал, помелькает и скроется.
— Он действительно осмелился появиться? — долетел до меня шепоток.
Я повернула голову.
Чонгук выбрал камзол цвета слоновой кости с золотыми пуговицами и золотым шитьем. Я судорожно вздохнула: Чонгуку так идет! Цвет и золото посоветовала я, схулиганила. Наши наряды не будут парными, что было бы слишком вызывающе, слишком скандально, но тем не менее, оказавшись рядом, мы будем смотреться очень гармонично.
Зал и прилегающие к нему комнаты заполнились шепотками. Даже особенно прислушиваться не надо, чтобы собрать целый урожай сплетен.
— У него поддержка генерала Манобана . Ох, хотел бы я увидеть лицо генерала, когда суд признает герцога виновным и обяжет жениться на леди Веронике.
— Ах, она, бедняжка, вынуждена проходить через подобное ради благополучия невинного, еще не рожденного дитяти.
— Говорили, что генерал любит дочь, но теперь он благоволит подобному типу. Я не понимаю.
— Господа, мы с вами культурные люди. Просто не обращайте на него внимания.
Как же мне хотелось заставить их замолчать. Рявкнуть или наложить чары тишины, но нельзя.
Чонгук приблизился. Его взгляд скользнул от отца к маме, он мимолетно улыбнулся, а затем перевел взгляд на меня и встал как вкопанный.
М-да... Я хотела произвести впечатление? Я это сделала. Но могла бы подумать сначала, стоит ли так открыто демонстрировать, что герцог Чон поражен моим внешним видом, словно молнией?
А впрочем, Чонгук быстро пришел в себя, есть надежда, что только я заметила это секундное замешательство.
Зато кое-кто другой застыл в дверях на гораздо больший срок.
Нет, Сехун, ты по-прежнему не умеешь воспламенять людей взглядом. Можешь даже не стараться. И темное желание за бешеным огнем меня сегодня не пугает. Это открытый бой, в котором я намерена победить. А ты...
А ты берегись, потому что Мина, которую ты так галантно держишь под руку, сейчас готова убить не только меня, но и тебя.
— Лорд Манобан , леди, — Чонгук воспользовался тем, что многие заметили, какое впечатление я произвела на ди Монтеро, и подошел к нам, чтобы поздороваться, — приветствую вас. Позвольте поздравить с победой. Желаю вам всегда побеждать и впредь.
Он вежливо улыбнулся, а в глазах так и скакали черти. Да уж... побеждать всегда — хорошее пожелание. Вот сегодня и начнем, ты это хочешь сказать, несносный мальчишка?
Он отошел. А я с удовольствием прислушалась к тому, как Джин Портленд беседует с леди Оксборо — главной сплетницей столицы.
— А вы обратили внимание, как лорд ди Монтеро смотрел на юную леди Манобан ? Прямо поедал ее глазами. При том, что явился в сопровождении собственной невесты и ее родителей. А на нашего скандального герцога взглянул так, словно хочет убить. Невольно закрадывается мысль, а не подстроена ли эта история с... ну вы поняли. Ведь все знают, что эти двое соперничали за руку дочери генерала-победителя.
Ох... я ни о чем не просила ее, но Дженни, кажется, многое поняла сама и решила помочь. Тоже сама. Интересно! Почему?
Вроде бы надо быть благодарной, но червячок подозрения точит — вдруг она с каким-то не самым добрым умыслом втирается в доверие? Хотя это глупости, до сих пор она вела себя как человек, стремящийся избежать общения, а не сблизиться.
— Его высочество Киран, принц Лейский! — объявил церемониймейстер. Громко, на весь холл.
Но почти никто не обратил на прибытие принца ни малейшего внимания. Королевская семья давным-давно утратила влияние. Их голос имел силу в их родовых землях, но и только, да и то подчинялся законодательству островов, которое в руках палаты лордов. Королевскую семью даже правящей назвать трудно — когда на трон восходил нынешний король, премьер-министр впервые не стал посещать церемонию. Так что «веса» в титуле принца лишь на пару граммов больше, чем в титуле герцога.
Помню, Сехун даже собирался поднять в палате лордов вопрос о том, что дворцы являются государственной собственностью и королевская семья должна их освободить от постоянного проживания, но отложил на неопределенно долгий срок. Или, как теперь уже я думаю, Сехун, лелеющий планы о возрождении империи и себе в роли императора, просто решил доверить королю и дальше «хранить» дворцы для него.
Его высочество подошел к нам, и папа первым поклонился, хотя сила и влияние были на нашей стороне. Но традиции... По приезде родители упирали именно на них, на старомодные, порой полузабытые традиции.
Мы с мамой исполнили реверансы, а принц поторопился ответить на наше приветствие легким кивком — вернул вежливость — и рассыпался в комплиментах, а затем прошел в зал.
Почему мне показалось, что напоследок, уже отворачиваясь, его высочество обжег меня горячим взглядом?