31
Лалиса вслед за Чонгуком обошла домик и от всей души поблагодарила супруга. Это было просто идеальное место — уединённое, скрытое за деревьями, то, что нужно для травницкой. Приготовление отваров, настоек не терпит постороннего вмешательства, наложения чужеродной магии, а это было бы неизбежно при таком скоплении людей в замке. Подвал тоже не слишком подходит. Это для алхимика он являлся идеальным местом, а для целительницы важен был контакт с природой — солнцем, луной, землёй. Конечно, некоторые настои должны готовиться в полной темноте, а для этого прекрасно подойдёт подпол в кухне.
Супруги покинули домик, снова закрыв наружный засов на двери.
Пора было возвращаться в замок. Время так быстро убегало, что Лиса ужаснулась, услышав, как меняется караул на крепостной стене. Этому действу сопутствовал сигнал горна.
— Три часа по полудню! — охнула она. — Меня же ждут швеи!
— Вы, кажется, собирались увидеться с местными дамами? — Чонгук подал руку супруге, когда они переходили деревянный мостик. — И зачем вам швеи? Хотите обновить гардероб?
— Придётся совместить встречи и заодно увлечь дам интересным заданием, — Лалиса улыбнулась Чонгуку и тут же приняла серьёзный вид, вспомнив, что не советовалась с ним насчёт слуг. — Милорд, будет ли мне дозволено вносить новшества в уклад жизни Стоунберга? Конечно, это никоим образом не будет касаться жизни гарнизона.
Чонгук заинтересованно посмотрел на супругу, ожидая продолжения, но она замолчала.
— Продолжайте, — подбодрил герцог. — Что именно вы хотите изменить?
— Наш дом сейчас похож на балаган. Совершенно непонятно, кто здесь работает, кто живет, кто приходящий, а кто просто праздношатающийся. По мне, это недальновидно с точки зрения создания запасов на зиму. Можно не рассчитать и весной сидеть на голодном пайке.
Лалиса промолчала о том, что среди слуг вполне может затесаться шпион в случае обострения ситуации или возможного нападения. На простых людей здесь вовсе не обращали внимания. Под видом ищущего работу в замок мог попасть кто угодно. Такая халатность была по меньшей мере преступной. Но высказать это супругу Лиса постеснялась. Мужчина мог обидеться.
Чонгук задумался над словами супруги. Так повелось со времён его деда — в замке могли найти кров и хлеб все нуждающиеся. Время сейчас было спокойное, герцогство процветало благодаря завоевательным компаниям, и герцог не видел проблемы в том, чтобы кормить людей. Сытый живот — спокойный народ! Так любил поговаривать дед.
— Что вы предлагаете? — герцог с интересом слушал Лалису.
Пара уже подошла к центральному входу в замок и остановилась на пороге. Дверь, которая так неудачно оказалась закрытой во время приезда супругов, сейчас была открыта, и в проеме маячил мальчик-служка, с интересом посматривая на новую Хозяйку Стоунберга и на грозного герцога. У мальчишек был свой информатор — Хисын. Как бывалый, он уже поделился со сверстниками рассказами о доблести герцога Чона и о его супруге — доброй миледи Лалисе.
— Предлагаю одеть слуг в форму. Причём она будет отличаться по виду выполняемых работ. Лорд Бейли предоставил мне сведения согласно старой переписи, сколько работников находится на довольствии. Не все они нам нужны.
— Вы хотите лишить людей возможность заработать кусок хлеба?
— Я хочу знать, кто находится рядом, кто готовит пищу на наш стол и для ваших воинов, кто убирает в наших комнатах, заглядывает в разные уголки замка. Что касается зарабатывания куска хлеба, так работы много и вне стен замка. Простых людей я не обижу.
Чонгук задумался, провожая взглядом вразвалку перемещающихся по двору слуг из числа оруженосцев. Солнце приятно пригрело, и некоторые просто вышли погреться, устроившись на снарядах на тренировочном плацу, край которого был виден с этого ракурса. Пожалуй, герцог никогда не обращал внимания на слуг. Он знал по имени только Роджера, своего личного слугу, остальные были безликой массой, копошащейся вне поля его видимости.
— Я даю вам позволение делать в замке то, что считаете нужным для наведения порядка. Этим раньше занималась матушка. С момента её смерти всеми внутренними делами ведал старый управляющий. Поэтому после его смерти обязанности перешли лорду Бейли.
— Мне придётся взять средства из казны, чтобы закупить ткани. Шить нужно по три комплекта.
— Тратьте деньги, как считаете нужным. Лорд Бейли вам подскажет, за пределы какой суммы не стоит переходить.
Лалиса тяжело посмотрела на герцога.
— Раз уж вы упомянули лорда, то я довожу до вашего сведения, что в ближайшее время займусь проверкой доходно-расходных книг. Предупреждая ваши возражения, поясняю, я обучена ведению хозяйства, знаю, как контролировать слуг. А управляющий — это тот же слуга, поставленный вами над другими. И это не он подскажет мне, а я рассмотрю целесообразность трат. Кстати, какое наказание предусмотрено для воров у вас в Вайтэрде?
Герцог видел такой холодный взгляд у Лалисы лишь однажды, когда сегодня в кабинете она говорила о баронессе. И вот сейчас о её дяде. Чонгук усмехнулся — как ревность может менять женщину. Ничем другим он это не оправдывал. Герцогиня в своём праве, решил он наконец-то. Если найдёт растраты управляющего, то так тому и быть, но Чонгук решил, что несправедливости не допустит. Нужно будет, сам перепроверит. Его тоже учили ведению счетов, а не только военному делу.
— Наказание — двадцать ударов кнутом. За клевету — десять ударов плетью. Для всех без исключения, миледи.
Лалиса приняла непрозрачный намёк герцога. Гордо вскинула подбородок и расправила плечи, вытягиваясь в струну.
— Не забудьте об этом, когда придётся наказывать виновного, — припечатала и присела в реверансе, тем самым намекая на окончание беседы. — Позволите мне покинуть вас?
— Прошу, — герцог жестом указал на дверь и сам тоже, широко шагая, направился в казармы. Окончание приятной познавательной беседы оказалось смазано.
Чонгук тряхнул отросшими волосами, спадающими на глаза и уши, отгоняя лишние мысли. Стоило подумать о завтрашней вылазке. Кого с собой взять, он определил сходу. Оставалось дать распоряжения капитану Норингу насчёт супруги и несения службы во время собственного отсутствия.
— Вот же Рыжая бестия, — беззлобно буркнул герцог, понимая, что мыслями снова обращается к супруге. Цепляла она его своей непохожестью на других, умом, характером. Чонгук довольно улыбнулся, понимая, что обладает недоступной брату ценностью. — Дурак ты, Намджун, хоть и король. Такой трофей сам отдал!
***
Новая Хозяйка Стоунберга пересекла просторный зал, в котором состоялось её представление перед вассалами герцога. Откуда-то сбоку из тени вынырнул мастер Хосок и теперь неотступно следовал за герцогиней.
— Направо, — подсказал он тихо, стоило Лисе замешкаться на развилке коридоров.
— Пока я буду знакомиться с дамами, позаботьтесь об уборке домика в саду. Ничего не выкидывать, — герцогиня давала распоряжение, зная, что маг понимает, о чём речь. Его умение быть в курсе всего не раз выручало принцессу в родительском замке. — Выгрузите туда оборудование и запасы трав, что я брала с собой. Подыщите мне толкового помощника или помощницу возрастом лет десяти, желательно, сироту. И приведите Хисына. Мальчик будет мне нужен ночью.
— Принцесса собралась в лес? — озабоченно уточнил маг. — Без меня не уходите.
— Вы знаете правила, мастер.
Лиса обернулась, поморщившись. Она знала, что маг — бывший наёмник — всё равно сделает по-своему. Но в этом конкретном случае его присутствие в лесу может помешать.
— Я не буду далеко заходить в лес, — мужчина кивнул для убедительности, — но прослежу, чтобы никто посторонний за вами не увязался.
— Принимаю.
— Мы пришли.
— Пришлите швей сюда.
Хосок предупредительно распахнул двери перед герцогиней и с поклоном удалился. А Лалиса уверенно шагнула в просторную комнату. Чем быстрее состоится встреча с местными дамами, тем быстрее она сможет заняться другими важными делами. К тому же общение с леди — это такая же обязанность Хозяйки, как и прочие.
Гостиную можно было назвать синей из-за обилия этого цвета в драпировках на стенах и текстиле. Два окна давали достаточно света, чтобы здесь можно было свободно читать и что-либо мастерить. Несколько канделябров с оплывшими свечами были расставлены на каминной полке и столиках у полумягких диванчиков.
На Лалису обратили взор сразу более десятка пар глаз. Женщины сидели за рукоделием — кто на диванах, кто на деревянных стульях с высокими спинками. А кто-то и у ткацкого станка, установленного ближе к окну. Две леди разучивали мелодию на арфе.
Стоило Лалисе войти, как все присутствующие зашуршали платьями, поднимаясь со своих мест. Вперёд с приветствием вышла самая пожилая женщина.
— Миледи Чон, рады приветствовать вас в вашем доме! — все без исключения дамы склонились, приседая в реверансе.
Лалиса окинула пёструю стайку изучающим взглядом. Винтер Бейли отсутствовала, отчего герцогиня почувствовала недовольство. Лучше держать эту профурсетку на глазах — меньше вероятность, что она будет виснуть на супруге. Лиса одёрнула сама себя. Ощущение жгучей ревности было новым для неё чувством и совсем неприятным.
Герцогиня сдержанно улыбнулась.
— Благодарю, леди. Я рада обнаружить, что в моём новом доме есть с кем приятно провести время.
Лалиса прошла вглубь комнаты и присела на диван, беря в руки гобеленовые пяльца и рассматривая чью-то неоконченную работу. Шелковые нити искусно сплетались в цветочный орнамент.
— Красивый рисунок, — заметила герцогиня, выискивая глазами ту, которой принадлежала работа. Ею оказалась совсем молоденькая девушка. От похвалы она пошла яркими пятнами. — Леди, у меня на сегодня запланирована встреча со швеями. И мне будет нужна ваша помощь...
Лалиса в подробностях изложила свою идею одеть слуг в форму так, чтобы форма ещё отличалась и цветом, и фасоном в зависимости от того, каким видом работ занимается тот, кто её носит.
За это время пришли швеи с образцами ткани. Тут же нашлись писчие принадлежности, и леди наперебой стали предлагать различные фасоны и обсуждать выбор ткани. В комнате царило оживление. То и дело дамы взрывались смехом, когда предлагали совсем вычурные, непрактичные наряды. За обсуждением Лалиса непринуждённо запомнила, как кого зовут. И увидела леди Мариану Рочер, которую упоминал герцог Чон. Невысокая брюнетка с карими глазами говорила мало и по делу. Лалиса для себя отметила её и ещё одну женщину — ту, что говорила приветственные слова — леди Изольду Пропер.
— Леди! — Лалиса обвела взглядом присутствующих. Лица дам в пылу споров раскраснелись. Выражение лиц было довольным и весёлым. Все с удовольствием поучаствовали в забаве. — Благодарю всех за помощь. Одобренные большинством карточки с фасонами формы распределим между швеями. Мисти, прошу подойти, — герцогиня дождалась, пока пять швей остановятся напротив неё. — Каждая из вас пошьёт по одному образцу формы для мужчины и женщины средней комплекции. Срок вам четыре дня. После мы ещё раз встретимся и окончательно решим, что нужно доработать, а что можно и на помойку выбросить! За это время подыщите себе помощников, потому что заказ будет большим, и срок исполнения будет ограничен. К празднику Урожая всё должно быть готово. Дополнительный запас ткани закупим сразу, как только окончательно утвердим фасоны.
Лалиса осталась довольна знакомством и результатом совместной деятельности. И, кажется, это было взаимно.
— На сегодня, леди, я прощаюсь с вами. У меня ещё есть неотложные дела, но! — Лалиса выдержала паузу, привлекая в себе всеобщее внимание. — Нас ждут большие перемены! И вы, уважаемые леди, примете в этом непосредственное участие.
***
Герцогиня покинула «синюю» гостиную, для удобства она решила так её называть, и направилась в сторону лестницы ведущей в подземелье. Мастер Хосок появился рядом так же внезапно, как и прежде. Его особенность незаметно и неслышно передвигаться всегда удивляла Лалису.
— Принцесса, ваши горничные во главе со Стефанией уже убирают дом белой ведьмы. Я проверил — никаких скрытых заклинаний нет. Магический фон нейтральный. Я поставлю защиту?
— Это хорошо, что нейтральный, — Лалиса обрадовалась. Она, конечно, обладала кое-какими способностями, но мастер Хосок был более сведущ в магии, чем герцогиня. — Не стоит спешить. После ритуала я сама займусь первичной защитой, а вы потом усилите её, когда придёт время. Что с помощником?
— Есть пара детей с искрой. Вы должны посмотреть на них и решить, кто вам больше подойдёт. Вам же потом придётся учить помощника.
— Всё после ритуала. Сейчас я не в форме, — Лалиса улыбнулась магу и приостановилась в коридоре, ведущем к алхимницкой.
В его глубине, в сумраке из-за плохого освещения ей показалось, что мелькнуло светло-голубое платье баронессы. Но что ей делать в подземелье Стоунберга?
— Мастер Хосок, — Лиса перешла на шёпот, — мне показалось, что там мелькнуло чьё-то платье.
Маг хищно втянул носом воздух и вдруг громко чихнул, морща нос и скалясь по-звериному.
— Здесь совершенно отвратительно воняет гарью с серой, — посетовал он. — Наверное, мэтр Мин уже принялся за какой-то свой эксперимент.
Мужчина толкнул дверь внутрь новой алхимницкой, впуская герцогиню в хорошо освещённое помещение. В нём действительно ощущался насыщенный запах горелого дерева, серы и ещё чего-то, щекочущего обоняние. Лалиса довольно улыбнулась, увидев мэтра Мин в просторном, вылинялом от стирок балахоне в ярких пятнах в точности, как у алхимика мэтра Бонэ в её замке. Мэтр сосредоточенно опускал один за другим заготовленные факелы в бадью с раствором.
Помещение уже выглядело обжитым. Появился большой стол, пара стульев, открытый шкаф, на полках которого уже были выставлены колбы, банки, мензурки. Дверки шкафа были сняты и стояли тут же, опираясь на стену из массива горной породы. Весы с гирьками стояли на столе. Их чаши уже были вымазаны в сероватом порошке. Мэтр не терял времени даром.
— Мэтр Юнги, — Лалиса тихо позвала, чтобы не испугать алхимика.
— О, миледи Лалиса! Рад видеть вас в своей скромной обители. Отменное место! — воодушевлённо вскрикнул мужчина и взял в руки новую партию факелов.
— Делаете негасимые факелы?
— Да. В коридорах темновато, и я пообещал их капитану Норингу для нужд гарнизона.
— Как вам на новом месте? Хотя времени прошло не так много, чтобы делать выводы, — Лалиса мысленно проследовала путь от момента, когда она и её люди въехали в ворота крепости, и до сего времени. Прошло чуть больше, чем полтора дня, а событий прорва!
— Мне нравится! Здесь даже есть вытяжная система, и не нужно ничего придумывать на этот счёт. А ещё я нашёл на стене интересный барельеф. Похоже, здесь раньше жили драконы. А эта пещера использовалась, как мастерская для отлива монет.
Юнги говорил, чуть захлёбываясь от впечатлений. Лалиса его понимала, как никто другой. Ей самой всё было в диковинку и в радость. Ну почти, не считая присутствия беременной любовницы супруга. Даже барона Бейли можно было терпеть, в отличие от его племянницы.
— Как интересно! — поддержала Лалиса диалог. О баронессе лучше было не думать. Даже мысль о ней раздражала. — Барон Бейли сказал, что замок сооружён поверх драконьих пещер. Сейчас под склады с провиантом используются многие пещеры.
— Я думаю, что только малая часть, — подал голос мастер Хосок. — Разветвлённая сеть тянется за пределы замка, глубоко пронизывая гору.
— Откуда вы знаете? — поинтересовался мэтр и, сняв через голову свой балахон, повесил его на крючок.
— Я привык осматриваться по сторонам, — ровно ответил маг. — Нужно знать пути отступления в случае опасности.
— А какая нам может грозить опасность? — беззаботно махнул рукой алхимик. Лиса на это только хмыкнула. Даже жесты мужчины были, как у дяди — мэтра Бонэ. — Мы под защитой целого гарнизона и самого герцога Чона Беспощадного. Пусть Единый продлит его жизнь!
— Замок — это дверь в Потумирье. А двери имеют такую особенность — открываться.
— Не пугайте, мастер Хосок, с нами женщина.
— Мастер Хосок, а вы обещали пояснить, почему у дверей, которые мы видели утром, нет караула, — Лиса слушала разговор мужчин очень внимательно. В отличие от мэтра Мин она была склонна прислушиваться к магу. У того за плечами был многолетний опыт, в том числе боевой.
— Дверь хоть и запечатана магически, но она как мелкое решето. Через неё просачивается энергия Потумирья. Она плохо влияет на людей по эту сторону, — мастер встряхнул головой, словно зверь отряхнулся. — Под воздействием этой энергии повышается агрессивность, подозрительность, вскипает злость.
— Откуда сведения? — мэтр Юнги в задумчивости почесал нос.
— Разговаривал с воинами. В том кармане, где мы стояли, я чувствовал присутствие чужеродной магии. Она, как зудящий нарыв, но дальше она не распространяется, впитывается в стены замка и рассеивается. Влияет только на живых.
— Это вы тоже почерпнули у воинов? — Лиса выгнула тонкую бровь, спрашивая мага. Мастер Хосок добивался информации любой ценой. Его моральные принципы позволяли применять и специальные настойки, и воздействовать физически.
На вопрос герцогини мужчина радостно оскалился.
— Не переживайте, миледи, никто не пострадал. Меня уже принимают за своего. Делятся байками, небылицами и правдивыми рассказами. Остаётся только правильно сделать выводы.
Разговор для всех оказался познавательным. Лалиса задумалась на время и спохватилась, вспомнив, что шла к алхимику совсем за за другим.
— Мэтр Юнги, мне нужна ваша изобретательность!
Своей репликой герцогиня привлекла всеобщее внимание.
— Ваше внимание нужно на кухне. Необходимо продумать подачу воды и отвод использованной, оборудовать компостную кучу, заложить печи, как у нас дома. Но это ещё не всё. Я не могу обходиться без купален, — герцогиня так жалобно вздохнула, что алхимик понял, какую задачу стоит решать в первую очередь!
— Я готов быть вам полезен, миледи, — степенно поклонился мужчина. — Честно говоря, я и сам страдаю от невозможности нормально вымыться. Но как дома не получится. Купальни там построены на термальном источнике. А здесь придётся строить отдельные здания для этих нужд. И предусмотреть подогрев подаваемой воды и пара. О, у меня есть идея на этот счёт!
— Я рада любой вашей идее. Только реализуйте её скорее. В средствах на строительство вы не ограничены. Сколько скажете, столько и выделю из казны! Купальни должны быть предусмотрены и для проживающих в замке, и для военных. Может быть, даже придётся возвести несколько строений.
Лиса озадаченно посмотрела на мэтра. Но того, похоже, задача не испугала, а воодушевила, потому как мужчина нашёл на столе чистый лист бумаги, схватил перо и стал быстро записывать какие-то цифры.
— Нет ничего невозможного, миледи! Люблю сложные задачи! — алхимик погрузился в мир расчётов, бубня себе под нос перечень необходимого, и совсем забыл о присутствующих.
Герцогиня понятливо улыбнулась и махнула рукой мастеру Хосоку в сторону выхода. Поведение алхимика её ничуть не зацепило. Юнги вёл себя в точности, как его дядя. А к причудам мэтра Бонэ Лалиса давно привыкла.