25
— И что же вам мешает? — вздёрнув бровь, поинтересовалась герцогиня, чувствуя, как призрачное счастье, которое она так поспешно себе представила, ускользает. И что бы сейчас не сказал супруг, она понимала — пока рядом будет баронесса Бейли, муж будет делить внимание на двоих. И это в лучшем случае. В худшем... Впрочем, об этом думать не хотелось.
— Право первой крови.
Лалиса на несколько секунд прикрыла глаза, почувствовав приступ лёгкой дурноты от ошарашившей её новости. Об этом она не думала, полагая, что герцог был осторожен в отношениях. И Дженни что-то такое рассказывала, что герцог заботился о том, чтобы его любовница не понесла. Он-то, может, и соблюдал осторожность, но соблюдала ли её Винтер? Женщина могла обхитрить герцога.
— «Право первой крови... Муж, взявший на ложе деву, обязан заботиться о ней и возможном приплоде до момента рождения оного, даже если они не связаны узами брака» — из заветов Единого. Самая сильная магическая кровь у древних родов передается первенцу. И ребёнок остаётся с отцом. Исключение — если отец не в состоянии вырастить младенца, то забота о нём передается кому-то из рода мужчины, — сухо изложила суть Лалиса и очень эмоционально продолжила: — Просто замечательно! Вы, герцог, самолично лишили своего законного наследника большей доли магии. Вы уверены, что она беременна от вас? Ваш поход длился три месяца.
Чонгук и так был зол, а ещё и слова Лалисы неприятно цепляли. Что бы там не было между ним и баронессой, он никогда не хотел, чтобы его дети рождались бастардами. За всю историю рода на гербе Чонов ещё ни разу не появлялась левая перевязь.
— Винтер... Баронесса Бейли настаивает, — герцог быстро исправился. Всё-таки Лалиса стала для него не только номинальной женой. — И я уверен в ней. Она слишком наивна и честна, чтобы обманывать меня.
— Я, как целитель, могу осмотреть эту женщину, если вы дадите на то своё разрешение.
Лиса не была наивной и прекрасно понимала, что баронесса могла пойти на хитрость, лишь бы остаться в Стоунберге подле герцога. Почти три года отношений не разорвать одним приказом короля. Любовники будут тянуться друг к другу.
— Может быть, немного позже. Сейчас Винтер и так нервничает. Вряд ли она позволит.
— Даже если это будет ваш приказ? — Лалиса пыталась понять, насколько сильное влияние на герцога имеет баронесса.
— Я не буду отдавать таких приказов, — поспешно вырвалось у мужчины. Разговор с супругой его успокоил и он снова стал чувствовать себя уверенно.
Лалиса помолчала немного, собираясь с мыслями. Во всём этом ей нужно было найти место для себя, независимо от того, будет ли герцог близок с ней или нет.
— Я вас услышала, милорд. Если мы всё решили с вашей любовницей, то давайте перейдём к другому важному вопросу. Вы подтверждаете, что теперь я Хозяйка Стоунберга?
Лиса дождалась утвердительного кивка.
— Если так, то мне пора приступить к своим непосредственным обязанностям. Я хотела бы получить подтверждение своему официальному статусу Хозяйки Стоунберга. И чем быстрее, тем лучше.
— Я объявлю свою волю вечером во время ужина. А сейчас лорд Бейли с радостью поможет в размещении ваших людей, — герцог громко позвал слугу и тот юркой ящерицей скользнул в кабинет, сверкая блестящими карими глазами. — Роджер, найди лорда Бейли.
Проворный слуга понёсся выполнять задание, а Лалиса размышляла над тем, как на новом месте разобраться с расположением комнат в замке и домов на призамковой территории. Она изо всех сил отгоняла от себя проблему, возникшую по вине мужа. Старалась думать о супруге, как раньше, в начале знакомства, но ничего не получалось. Сердечко болезненно сжималось, стоило взглянуть на герцога и представить его с другой. У «другой» теперь был конкретный облик. Неужели она всё-таки влюбилась в собственного супруга вопреки здравому смыслу?
Управляющего ждали недолго. Он появился в кабинете милорда и с достоинством поклонился. Чуть ли не с порога начал оправдываться и извиняться.
— Милорд, простите, но ваш слуга отвёл вашу супругу не в те покои. Для миледи подготовлены комнаты в другом крыле. Там, где были покои вашей матушки.
Лалиса переводила взгляд с барона на супруга. Как тонкий психолог подмечая невербальные знаки на лицах мужчин. Почившая герцогиню Чон вполне могла отселиться подальше от супруга, чтобы не беспокоить супруга и юного Чонгука бессоницей и стонами перед родами.
— Он отвёл туда, куда я сказал. Какая-то проблема? — немного недоумённо спросил герцог и, вопросительно изогнув бровь, повернулся к Лалисе.
— Это вам нужно спросить у лорда Бейли, — сухо ответила Лиса и в свою очередь уставилась на управляющего. У того нервно дёрнулась щека от такого пристального внимания.
— Никаких проблем. Если милорд так решил, то вы, миледи, будете жить в зеркальных покоях с Его Светлостью, — с поклоном закончил барон. — Вам подготовят их в ближайшее время.
А Лалиса поняла, в чём вопрос. Зеркальные покои — это определение смежных мужских и женских комнат, соединённых между собой спальнями. Видимо, «кто-то», не будем называть имён, но всем понятно кто, решил поселить Лалису как можно дальше от супруга во избежание дальнейшего сближения пары.
— Не сомневаюсь, что так и будет, — холодно отозвалась Лалиса. — А теперь пора уже решить, где будут жить приехавшие со мной люди. Мне нужны помещения под алхимницкую, травницкую и стекольную мастерские. А также жилые покои для трёх семейных пар и одного неженатого мужчины.
— Как пожелает Ваша Светлость, — сдержанно ответил барон Бейли. — Можете быть спокойны, я размещу ваших людей сразу же. Сейчас и займусь этим вопросом. Вам с дороги нужно отдохнуть, — мужчина добавил заботливых ноток в голос и скосил глаза на герцога Чона, ища поддержки.
— Займётесь, конечно, — герцогиня доброжелательно улыбнулась управляющему. — Но прежде я хочу видеть план замка и прилегающей к нему территории. Немедленно, — припечатала она. — Позаботьтесь взять с собой лист бумаги и чернила. Запишете с моих слов.
— Миледи не освоила грамоту? — барон снисходительно посмотрел на герцогиню. Даже настроение на миг улучшилось.
— Куда уж мне, бедной, — вздохнула Лиса и уставилась смеющимся взглядом на супруга. Тот только хмыкнул на эту фразу и сделал вид, что занят корреспонденцией.
— И зачем вам план? — барон медлил выполнять поручение. — Молодым женщинам есть, чем заниматься. Столько дел! Вышить гобелен в честь победы нашего герцога, — управляющий с подобострастием поклонился в сторону герцога. Тот в свою очередь с интересом посмотрел на супругу. Чёрная бровь изогнулась, выражая скептическое отношение к идее, что Лалиса будет заниматься вышивкой. А барон перечислял дальше: — Устроить приём для вассалов, которые стекутся сюда в скором времени. И всех нужно занять, чтобы не заскучали. Продумать досуг. Можно организовать охоту или скачки, или турнир.
— Прекрасно! Люблю, когда не остаётся времени на праздность, — с энтузиазмом воскликнула Лиса и поторопила: — Вот как раз и запишите это в список своих дел на ближайший месяц. Так уж и быть, про гобелены можете не писать. А сейчас я жду план!
— Лорд Бейли, моя супруга ждёт план, — голос Чонгука прозвучал неожиданно твёрдо. — Принесите из библиотеки.
Управляющий быстро вышел, оставляя супругов наедине. Выражение лица у него было озадаченным.
«Что безграмотная девица сможет прочитать на плане? Вот уж глупое, напыщенное создание!» — думал барон, доставая из специального шкафа пожелтевший от времени свёрток. Сверху он был замотан в тонкую, когда-то белую ткань. Теперь она была серой от времени и пыли, присыпавшей свёрток.
Тем временем напряжение в кабинете герцога снова зазвенело в воздухе. Находиться наедине с герцогом Лисе было непросто.
— Вы, миледи, собрались завоёвывать мой замок? — Чонгук попытался пошутить, хотя настроение совсем не располагало. Он думал о том, когда произошёл сбой. Ведь он всегда тщательно следил за тем, чтобы девушка принимала специальные отвары. И готовила их ведьма с отменной репутацией. Сорок капель на стакан воды. Если вода окрашивалась в голубоватый цвет, то отвар был свежим, напитанным ведьмовской силой.
— Зачем мне завоевывать то, что и так моё? — Лиса пристально посмотрела на супруга, цепляясь взглядом за стальные глаза милорда и пропадая в них. Собственный муж и раздражал — хотелось нагрубить и треснуть его чем-нибудь тяжёлым, и притягивал — вызывал желание. — Но изучить наши владения нужно. Иначе как можно защищать то, о чём не имеешь понятия? Не мешало бы чуть позже объехать наши владения.
— Да вы тактик, миледи! Думаю, что не раньше, чем мы вернёмся от короля. После праздника Урожая нам придётся съездить к его Величеству и принести вассальные клятвы новой королеве.
Видеть сестру вместе с королём Кимом желания не было. А вот перспектива повидаться с Дженни приятно согрела.
Механические напольные часы в простенке между окнами ожили, звякнули переливчато, отмеряя два по полудню.
— Ваш управляющий не торопится. Может быть, вы покажете мне план? У вас же есть свой.
— Хм, безусловно. И более подробный, чем тот, что находится в общем пользовании. Мы с вами обязательно его изучим. Всяко может случиться. Мы должны понимать, где находятся потайные двери и ходы. Но не всё в первый день, миледи.
Дверь отворилась, и в комнату вошёл лорд Бейли, держа подмышкой большой свёрток. В руках он нёс чернильницу и бумагу.
Герцог сдвинул стопки с бумагами в одну сторону, освобождая пространство на столе, и подошёл к супруге, предупредительно протягивая ей руку, чтобы помочь подняться с кресла. Лалиса приняла вежливую помощь и в сопровождении супруга пересекла кабинет, останавливаясь у стола и рассматривая план замка вместе с прилегающей территорией.
Чонгук сам взялся пояснять супруге обозначения на карте. Лалиса слушала внимательно, задавала наводящие вопросы. Лорд Бейли поддакивал и вступал в разговор по мере необходимости, соблюдая почтительный заискивающий тон.
Получив представление о расположении стратегических объектов в замке, Лиса поторопила управляющего на улицу. Герцог тоже не остался в кабинете, а собрался в казармы. Все воины уже вернулись, и Чонгук по традиции хотел сам убедиться, что всё было готово к их возвращению. Своих воинов он ценил.
На улицу шли каким-то новым коридором. Девушка оглядывалась по сторонам и сдерживала усталый вздох, чтобы не давать никому никакого повода свернуть с намеченного пути. С герцога станется отправить её отдохнуть.
Троица вышла на большую площадь с западной стороны замка. Там, как в крупном городе в базарный день, было полно суетящегося народу.
Обозные повозки разбирались хлопочущими слугами. Часть добра стягивалась в замок, а часть, что относилась к обеспечению войска, отправлялась на казарменный склад.
Герцог тут же направился к казарме по ту сторону плаца, оставив напутствие надолго не задерживаться. Ужин был назначен на шесть. К этому мероприятию ещё стоило подготовиться.
Лалиса дала понять, что услышала и сделает именно так, как желает Его Светлость.
Стоило герцогу отойти на пару шагов, как Лиса нашла взглядом своих людей и поспешила к ним. Возле её повозок было нездоровое оживление.
Мэтр Мин Юнги вместе с мастером Хосоком отгоняли от вещей настырных слуг. Завязалась перепалка, которая грозила перейти в вооружённое столкновение. Мастер Хосок уже держал нож в рукаве, пока пряча лезвие. Но Лиса знала, что в его руках это опасное оружие. Убивать он бы не стал, но вот мог играючи нанести значительный ущерб и десятку неподготовленных слуг. Мэтр Мин тоже не ловил ворон, а держал в руках знакомые Лалисе небольшие шарики с фитильками. Если их зажечь, то дыму и шуму от них будет полно. Это точно дезориентирует незадачливых служек.
— Что здесь происходит? — приблизилась Лалиса незамеченной и грозно свела брови, копируя жест наставницы Ордена Прядильщиц леди Ангелики.
— Мы должны перенести всю добычу в схрон, — ответил один из слуг. Здоровенный белобрысый детина почесал грязной пятернёй засаленную макушку.
— Дурень, — тут же вмешался лорд Бейли, — это приданное миледи.
— Так вы ж сами сказали, чтобы ничего не пропало, — возмущённо засопел слуга и обернулся на остальных таких же грязных парней. — Всё в схрон, а потом будет делёж.
Герцогиня строго сощурилась, рассматривая людей и своих, и пока чужих.
— Разделитесь по трое, — она дождалась, пока слуги выполнят. — Теперь разойдитесь к повозкам, поможете разгрузить там, где вам скажут. Ты и ты, — указала на оставшихся слуг, — берите этих лошадей под уздцы и подъезжайте ко входу.
— Мастер Колби, за казармой, ближе к скале, стоит кузня. Часть подсобных помещений пустует. Предлагаю вам осмотреться. Возможно, эти помещения подойдут под стекольную мастерскую. Нет — будем искать варианты. Мэтр Мин, оставьте свои вещи под присмотром мастера Хосока, — герцогиня обменялась быстрыми взглядами с бывшим наёмником, — и идите за мной.
Мэтр Мин не стал ничего уточнять и сделал, как велела герцогиня, — пошёл следом.
— Мастер Хосок, — напоследок Лиса подошла ближе к мужчине и тихо уточнила, — от мастера Сокджина не было вестей? — герцогиня уже беспокоилась из-за долгого отсутствия своего человека. В дороге могло случиться, что угодно: убили, ограбили, заблудился, в конце концов.
Хосок отрицательно мотнул головой. Приложил руку к груди и потёр место старой раны, которую когда-то вылечила принцесса.
— Чувствую, что с ним всё в порядке. Он недалеко.
Лалиса шла чуть впереди. Рядом шагал лорд Бейли, и ключи на его поясе глухо позвякивали, наталкивая на важную мысль. Герцогиня не спросила супруга о казначее, так её сбила с мыслей весть о беременности любовницы супруга. Есть ли он? Что-то подсказывало, что лорд Бейли совмещал две ключевые должности: управляющего и казначея. Считай, абсолютная власть. Выше только герцогская воля. За какие заслуги? Неужели он так хорош в делах?
Герцогиня не планировала полностью забирать на себя функции управляющего и казначея, но, как Хозяйка, планировала контролировать. Даже самый честный человек со временем без должного контроля мог начать приворовывать. У Лалисы после рассказа Хисына о житие-бытие в Стоунберге уже были мысли, что лорд Бейли не чист на руку. Но не пойман — не вор. Начинать нужно было с малого — с обхода территории, чтобы составить своё собственное мнение, и инспекции счетов.
Лорд Бейли вышагивал рядом, с сомнением косясь на герцогиню. За всё время пути по коридорам и лестницам вниз, в подземелье, она ни о чём его не спрашивала. Иногда молча кивала, когда он отпускал реплику о том или ином зале, коридоре, повороте.
Он не мог понять, чего ожидать от этой тощей девицы с жуткими зелёными омутами вместо глаз. В размеренное течение их жизни вклинился неучтённый фактор, как противный острый камушек в сапоге. Так и хотелось остановиться и вытряхнуть его.
Насчёт герцога барон не сомневался. Пройдёт совсем немного времени, и он снова потянется к своей даме сердца. Так всегда было после походов. Герцог словно в омут с головой нырял, оказавшись рядом с Винтер. Лорд Бейли снова покосился на герцогиню, сомневаясь, что супруга сможет удержать герцога подле себя.
«Хм, ни рожи, ни кожи, — подумал он, рассматривая миледи. Она явно проигрывала его племяннице по внешности. — И откуда только у Винтер что берётся?»
— Вот здесь осторожно. Ступени крутые, — подсказал лорд и хотел подать руку миледи, чтобы облегчить спуск, но та легконогой серной слетела вниз, в подвал.
Лорд смотрел в спину новой Хозяйке Стоунберга. Кривился мысленно, а сам продолжал заискивающе просвещать герцогиню и алхимика, с интересом заглядывающих в двери. И снова сравнивал её с племянницей.
«Герцогиня выглядит грозной, устрашающей, особенно, когда чем-то недовольна, но чувствуется в ней мягкость. А Винтер с виду нежный котёнок, мурчит и ластится, да только когти у того котёнка и зубы совсем не возрасту. И нрав такой, что лучше обходить девицу стороной.»
Барон сам остерегался свою племянницу последние три года. С того самого пожара, когда погиб брат, который только накануне получил титул барона за военные заслуги. Нынешний барон Бейли и вовсе мог никогда не получить титул. Не был он храбрым воином, а был удачливым торговцем. Если бы не связь герцога с Винтер, то и титул никогда бы не достался семейству Бейли. Ведь титут доставшийся за военные заслуги мог передаться только детям брата. А так герцог хотя бы немного выравнял социальное различие между собой и своей юной любовницей, и заодно её единственного родственника.
Иногда рядом с Винтер барон чувствовал такой безотчётный страх и тоску, что хоть с башни прыгай. Но потом наваждение отступало, и оставалось только прекрасное создание, на которое заглядывались в восхищении все мужчины замка, но только облизывались, знали: Винтер принадлежит единственному мужчине — герцогу Чону.
Лорд успел глубоко задуматься и пропустил, что замок на дверях уже вскрыт и без ключа. В руках у алхимика блеснул какой-то плоский предмет и исчез во внутреннем кармане пиджака странного кроя. И тут же зажёгся маленький огонёк, который вспорхнул выше, затем разделился надвое и ещё пару раз так же, при этом не теряя объёма, и вот уже множество маленьких огоньков взмыло над головами присутствующих. Часть огоньков помчалась в чернильную пустоту и засветилась ярче, освещая пространство.
— Вот это помещение идеально! — как сквозь вату услышал барон голос мэтра Мина.