22
Герцог приказал стать лагерем на берегу той самой речушки, о которой говорил. Это оказался бурный ручей с ледяной водой, берущий своё начало в горах. Прозрачная чистая вода стремительным потоком неслась дальше по предгорной возвышенности.
Пока воины разбивали лагерь, Лалиса надела форму сестры Ордена, с удивлением отмечая, что в дороге похудела ещё больше. Тело словно подсушилось, а мышцы налились силой от постоянной физической нагрузки. Девушка повязала на голову платок со знаком веретена, чтобы каждый понимал, кто перед ним. Знак Ордена Прядильщиц был известен во всех государствах Ареи. Тщательно заправляя волосы под ткань, Лалиса смотрелась в небольшое ручное серебряное зеркальце на ручке, размышляя о том, вправе ли она носить эту форму. Хотя то, что она собиралась делать, напрямую было связано с обязанностями сестёр Ордена: лечить, заботиться, оказывать всю возможную помощь любому нуждающемуся существу.
Пока герцогиня переодевалась, верная Стефа созвала помощников: алхимика Юнги, мастера Хосока с супругой Аннет, мэти Зои, супругу мастера Сокджина, который пока так и не нагнал войско (Лалиса немного переживала из-за его долгого отсутствия).
Юный Хисын пришёл сам, с любопытством прислушиваясь к чётким распоряжениям герцогини. Мальчишка был горд, что капитан назначил его помощником для хозяйки, и хотел быть полезным. С ней было нескучно и очень интересно. Да и что говорить, теперь он стал лучше питаться и меньше топтать землю. Лалиса разрешила Хисыну ехать рядом с возничим, который правил её повозкой. Тот хоть и был ворчливым, но при этом не шпынял мальчишку, как иные воины.
Герцогиня выбралась из повозки, держа в руках восьмилитровый бутыль тёмного стекла, в котором уже настоялась болтушка от скабиеса. Мэтр Мин почтительно перехватил тяжесть, отодвигаясь в сторону и слушая команды своей юной хозяйки. Мужчина не считал зазорным выполнять распоряжения принцессы, несмотря на весь свой жизненный опыт и тяжёлый характер. Эта молодая женщина сумела заслужить его уважение, как и уважение Сокджина.
Лалиса подозвала женщин и вооружила тех ножницами и густыми гребешками. Сама взяла несколько белоснежных хлопковых простыней и со своим маленьким отрядом отправилась к палатке целителя.
Всё получилось даже лучше. Благодаря распоряжению герцога Чона, целитель поступил в полное распоряжение герцогини. Лорд Синистер дул губы, воротил нос, но увидев на герцогине форму Ордена Прядильщиц, притих и даже заискивающе стал предлагать помощь.
Лалиса не стала мелочно мстить целителю за прошлое невнимание к её словам и быстро приставила его к делу, дав чёткие распоряжения и временами контролируя верность исполнения.
Через капитана Ким герцогиня созвала десятников и объяснила, что от них требуется. Десятники установили очерёдность обследования, присвоив каждому десятку свой номер. В обозе нашли несколько неиспользуемых палаток и установили отдельно от основного лагеря. Предполагалось использовать их для больных.
В самом лагере царило оживление — герцог распорядился выдать каждому воину усиленный паёк на ужин и по золотому, чтобы скрасить горечь от того, что войско остановилось почти на пороге дома. Многие уже мечтали завтрашней ночью спать под сенью своего дома или в родной казарме, а тут такое!
Возле палаток весело потрескивали костры, на которых в котлах грелась вода для помывки.
Купание тоже было организованным, согласно установленной очереди.
Под руководством алхимика воины установили деревянный каркас, на быструю руку сбитый из тонких стволов молодой поросли; решетчатый поддон, чтобы не стоять в луже. На крыше закрепили большую ёмкость с краником у дна. Для правого дела мэтр Колби, супруг Стефы, выделил её из своего оборудования. В ёмкость с приставной лестницей заливали холодную воду из реки и разбавляли кипятком. Всю эту конструкцию обтянули просмоленной тканью. Не забыли сделали отвод использованной воды.
Рядом поставили палатку для осмотра целителем воинов на наличие кожных и прочих заразных заболеваний.
Лалиса не стала настаивать на том, чтобы самолично этим заниматься. Герцог и так нервничал, что вокруг супруги будет много полуголых мужчин. Хотя и понимал, что никто не позволит лишнего в отношении герцогини, иначе на месте лишится головы.
Рядом с местом купания Лалиса организовала место для стирки. Но прежде обязала кипятить всю тканевую одежду. Мэтр Мин был поставлен главным на этом участке работы, организовав себе в помощники обозных девок. Тех тоже нужно было осматривать не менее тщательно, чем мужчин. Но Лалиса оставила их напоследок, только бегло осмотрела руки жриц любви, чтобы стирая, они не распространили болезнь бытовым путем. Герцогиня решила заняться женщинами лично. Имела она такую уверенность, что каждая из местных красавиц, особой разборчивостью не отличавшихся, имеет букет заболеваний.
На незначительном расстоянии от палатки целителя на очищенной от деревьев поляне расположились Стефа и служанки Лалисы, ожидающие своих первых клиентов. Дамы пересмеивались между собой, отпуская шуточки насчёт модных причёсок. Герцогиня поддерживала веселье, но строго напомнила, что те, на кого она укажет, должны быть обстрижены налысо.
Герцог Чон смотрел на гудящий по-деловому лагерь, подмечая, что воины не слишком-то сопротивляются. Прислушиваются к словам герцогини. Десятники по несколько раз подбегали к ней за советом и снова убегали, гаркая на подчинённых, то поторапливая их, то, наоборот, пригвождая к месту, чтобы не суетились и не лезли вперёд.
Верховный магистр первым прошёл осмотр у целителя, тем самым подавая пример своим воинам.
— Чисто! — выглянул целитель из-за полога палатки, сообщая информацию Лалисе. Герцогиня знала это и без лорда Синистера, но прекрасно понимала необходимость показательного осмотра магистра у целителя. На герцога были обращены все взоры войска. Он уважаем и любим своими воинами. Отличный пример для подражания.
Если бы что-то было не так, то целитель объявил бы Лалисе диагноз, и она уже сама бы решала, куда дальше отправлять больного. Если бы выявили скабиес, то целитель сам бы первично обработал поражённые участки болтушкой из арсенала герцогини. Она строго приказала для этого однократно использовать квачи с последующим их кипячением. Ради этого Лалиса и принесла свои простыни.
— Милорд, вы что-то хотели? — капитан остановился возле герцога сразу же, как только прошёл осмотр следом за герцогом и услышал заветное «чисто».
— Хотел. Пошли-ка ты в замок вдогонку второго гонца. Сообщи, что задержимся на день. Пусть не тревожатся.
— Сделаю.
— Что-то я упустил, Тэхён, — задумчиво произнёс герцог, не отрывая взгляд от супруги, которая отчитывала здоровенного детину с мордой, располосованной шрамами. Тот ссутулил плечи и втягивал голову, как побитый пёс, пока Лалиса что-то ему тихо говорила. Это был известный мечник, лорд из разорившегося рода, прославленный воин на поле брани и отчаянный бузотёр на привалах. И сейчас он молчал и преданно заглядывал в глаза герцогине.
— Что именно, милорд?
Капитан с удовольствием смотрел на герцогиню Чон. Наблюдал он за ней неотрывно весь месяц. Всё думал о коварстве женщин. Ему казалось, что миледи играет, хочет казаться лучше в глазах супруга, но постепенно он понял, что она совсем не выпячивает свои дела. Если и помогает чем, то исподволь, так, чтобы незаметно было. И так естественно это у неё получается, что становится ясно, делает она это умеючи и не в первый раз. Ко многим к концу пути герцогиня обращалась уже по имени. И воины хвастались между собою, если герцогиня позволяла им выпить чаю у их походного костра и поговорить «о жизни». Хисын подробно пересказывал ему обычный трёп мужиков у костра. Тэхён диву давался, ломая голову над мотивами такого поведения герцогини. Ну не может принцессе действительно нравиться находиться в обществе грубых неотёсанных мужиков! Но принцесса каждый раз доказывала обратное. Удивляла.
— Давно мы не охотились, — сказал герцог совсем не то, что было у него на уме и додумал: «В супруги мне досталось не Рыжее Чудовище, а колодец, полный сюрпризов».
Взяв с собой ещё тройку «чистых» мужчин, герцог оставил за старшего одного из рыцарей и отправился на охоту. Приехать в замок со свежей дичью к столу было символично.
Последний поход принёс достаточно богатые трофеи. Добычи хватит, чтобы разделить её между всеми воинами: и теми, кто был в походе; и теми, кто оставался охранять Стоунберг.
Чонгук ухмыльнулся. Он из этого похода возвращается с самым большим уловом. Король Наурийский не скупился на приданое, отдавая своих дочерей. Несмотря на явную нелюбовь к своей старшей дочери, он наделил её весьма щедро: золото, драгоценные камни, роскошные предметы быта, всего было вдосталь. И сама принцесса оказалась не камнем на шею, а приятным дополнением к дороге домой. Когда отправлялись в путь, Чонгук был уверен, что намается с ней. Но несмотря на свой титул, Лалиса хорошо показала себя: не истерила и обошлась без обмороков и лишних жалоб. Впрочем, он вообще ни разу не слышал, чтобы она на что-либо жаловалась. Очень непритязательная особа. Теперь понятно, почему. Если поначалу герцог считал, что его супруга изучала при Ордене только травки, то в свете последних событий понял, что спектр её знаний гораздо шире. Ко всему прочему, она целитель! Вот потеха, а герцог ломал голову, куда делся один из его многочисленных шрамов на боку, полученный в поединке с варварами-степняками в одну из завоевательных кампаний. Был-был и вдруг в какой-то момент, он и не понял когда, шрам исчез.
Герцог на инстинктах правил лошадью и следовал за капитаном Ким, который взял на себя функции егеря. Лес здесь был пореже, но скоро пришлось спешиться и выслеживать добычу на своих двух. Смолистый густой запах приятно окутывал мужчин, соскучившихся за охотой.
Тэхён подал знак «внимание» и все рассредоточились, занимая позиции. Непуганая добыча сама вышла на них. Здоровенный, немного неуклюжий лось на высоких ногах ростом в холке метра в два. Примечательная крупная голова зверя с горбоносой, будто вздутой книзу мордой и массивной нависающей верхней губой. Короткое мощное туловище и, конечно же, красивые ветвистые рога, с одной стороны которых свисала сетка густой паутины. Видимо, зверь сорвал её своим рогом, но не смог стряхнуть.
Охотники справились с добычей в два счёта, добили зверя без лишней жестокости. Важно убить зверя сразу, потому что раненым он может пройти ещё не одну лигу.*
Сразу же на месте приступили к разделке добычи.
Двое из воинов вернулись за лошадьми, ведя их на поводу к месту, где мастерски потрошили лося. Навскидку оценили, что веса в нём больше тысячи трехсот фунтов.* Задерживаться с разделкой нельзя. Если туша пролежит всего два-три часа неразделанной, у мяса появится неприятный душок, а через шесть часов оно уже не будет годным к употреблению, так как и запах у него очень неприятный, и вкус портится категорично.
Сам же герцог оставил охотников и присел, удобно облокачиваясь спиной на ствол. Руку он положил сверху на колено согнутой ноги. Прикрыл глаза и расслабился, разморенный последним теплом и приятной усталостью после охоты.
Мужчины возле туши скупо переговаривались, шутили. Их голоса постепенно сливались в монотонный бубнёж, и Чонгук задремал.
Ему снился родной дом. Только он больше не был привычной тихой гаванью, куда герцог неизменно возвращался после походов. Ему навстречу так, как и всегда делала, выбежала белокурая Винтер, лёгкая и весёлая, как птичка. Её ясные синие озёра глаз смотрели на него с привычным обожанием, на губах блуждала обещающая улыбка. Отчего у герцога внутри все приятно сжалось от предвкушения. Но вот он обернулся, услышав шорох за спиной. Позади него стояла принцесса Наурийская. Гордая и надменная. Она холодно взирала на герцога, но не видела его, словно он вдруг стал прозрачным, невидимым. Девушка подняла руку и протянула к Винтер, указывая на ту пальцем.
— Поди прочь! — жёстко приказала Лалиса, отчего маленькая нежная птичка Винтер жалобно захныкала и бросилась в объятия герцога в поисках утешения и защиты.
— Защити, защити меня от этой беды, — горячо шептала баронесса, заглядывая в глаза герцогу и прижимаясь горячим, стройным телом, пропахшим гарью, как тогда, когда Чонгук вынес её из горящего дома. Глаза баронессы светились красными яркими углями. От этого взгляда Чонгук начинал и сам гореть, начиная с груди. — Ты обещал! Она хочет разлучить нас! Забрать тебя у меня.
Чонгук оглянулся на герцогиню. Её лицо исказилось так, словно она испытывала муку. Изумрудные глаза светились мягким светом. Но стоило ей заметить, что Чонгук смотрит на неё, как она превратилась из живой женщины, переполненной эмоциями — болью, отчаянием и чем-то невыразимым, цепляющим за душу — в каменную статую, высеченную из мрамора с холодными тусклым взглядом. Даже рыжее золото её волос утратило цвет и стало унылым.
— Я всё решу, — зашептал герцог горячо, прижимая голову Винтер к своей груди, но при этом смотрел на Лалису, снова и снова повторяя эту фразу.
Герцогиня криво усмехнулась и отрицательно качнула головой, не веря его пылкому заверению.
— Конечно, решишь, но только уже будет поздно. Ты упустил свой шанс, Чонгук. Меня больше нет.
Герцог с ужасом смотрел на то, как кожа герцогини покрывается тонкими трещинами, и мраморная статуя осыпается кучкой пыли на пол. Он с силой сжал в своих объятиях Винтер, и перевёл на неё взгляд, с трудом отрывая его от того, что осталось от Лалисы.
— Хи-хи, — по-дурацки захихикала баронесса, выглядывая из-под его руки в ту сторону, куда смотрел Чонгук. — Чудовища больше нет! Я победила его! ТЫ МОЙ! И то, что есть в тебе, тоже моё! Ты принадлежишь мне.
От её приторного тона стало противно. И принадлежать ей он вовсе не желал. А ещё безумно сожалел, что Лалисы больше нет рядом. За спиной веяло холодом от того, что он остался один, без неё.
Чонгук почувствовал острую боль в запястье. Дракон уробороса ожил, крутанулся вокруг запястья, выпустил хвост из клыкастой пасти и сбежал по пальцам, стекая чернильными каплями на землю. На том месте он сразу же и возник из плоти и крови — ярко-красный огромный огненный дракон. Дракон говорил рокочуще, словно у него в груди булькала лава.
— Ты упустил свой шанс, Чонгук. Больше нет возможности вернуть былое. Если только...
— Милорд, — капитан тронул за плечо герцога, — просыпайтесь. Нам пора назад. Всё уже готово.
Чонгук очумело оглядывался по сторонам, всё ещё находясь под впечатлением от сна. Схватился за правый рукав и рванул его вверх. Широкая татуировка уробороса была на месте, и герцог с облегчением выдохнул. Сон... Это был только сон. Но так интересно, что же хотел сказать дракон?!
---
Лига — британская и американская единица измерения расстояния. 1 лига = 3 милям = 24 фурлонгам = 4828,032 метрам.
Фунт — единица измерения массы. Исторически использовался в некоторых европейских странах. 1 фунт = 0,453... кг, 10 фунтов = 4.53 кг