Глава 12
С памятного разговора прошла неделя. И в течение всей этой недели герцог не уставал подлизываться ко мне — знал, что провинился.
Еще в самом начале нашей совместной работы я настойчиво попросила Его Светлость избегать шуточек ниже пояса и на уровне женской груди. А то была у герцога привычка при Чимине и мне прокомментировать шепотом на ушко во-о-н ту шикарную «попку-дыньку» или чудесные женские «яблочки». Разумеется, ничего подобного он не говорил тем дамам, за которыми увивался, но вот нашим ушам доставалось. Чимин ржал и называл герцога неисправимым вегетарианцем, а я пыталась воздержаться от насилия, потому что такое поведение вызывало только раздражение.
Отучить Чонгука от подобного мне было весьма сложно, но я придумала гениальный способ. Когда он в очередной раз прокомментировал фигуру девушки на балу, то я не стала заморачиваться и громко позвала обсуждаемую барышню:
— Уважаемая госпожа «спелые яблочки», мы тут не можем решить, какой у вас сорт — крупноплодные «Сады царевны» или мелкое наливное «Гороховое золотишко». Не подойдете ли вы поближе, чтобы Его Светлость мог взглянуть на ваш вырез, ох, простите, корзинку для яблок? А то он изведется.
Девушка была отнюдь не глупа — сразу догадалась, о чем речь. Залепила герцогу пощечину, смерила меня презрительным взглядом (спасибо герцогу за титул маркизы, иначе бы точно повесили) и гордо ушла пить шампанское. А завтра я обнаружила ее в постели герцога, но это совсем другая история...
Я проделывала этот трюк не единожды. И герцогу в какой-то момент надоело получать пощечины, ведь не все леди после такого попадали в его постель. У нас состоялся продуктивный разговор, в ходе которого герцог пообещал, что в моем присутствии больше не позволит себе таких высказываний. А я, кроме того, что прекращу при леди повторять его высказывания, возьму на себя один неприятный финансовый отчет. На том и договорились.
А вот недавно он это обещание нарушил. Сейчас, когда начинался первый бал для приглашенных аристократов (которых мы еле-еле распихали по комнатам не такого уж маленького поместья), я уже готова была герцога простить. Не последнюю роль в этом сыграли подарки, которые он ежедневно оставлял на моем рабочем столе. Думаете, подкуп? Да, он самый! Но коробка пирожных от известной кондитерской, пара книг по экономике и истории, несколько шикарных гарнитуров украшений (и зачем они мне?) и пара магических приспособлений приятно грели самолюбие.
— Леди Лиса, вы сегодня очаровательны! — Рядом со мной возник герцог, который протянул мне бокал моего любимого вина.
— Ваша Светлость, вы же сами пригласили всех этих девушек сюда, — сказала я, благосклонно принимая бокальчик.
— Точно-точно, — рассмеялся герцог, делая вид, что ничего не происходит.
— Так почему же вы снова пытаетесь использовать меня как щит? Не лучше ли вам пообщаться с потенциальными невестами? — едко спросила я.
— К сожалению, на данный момент вы единственная, кто способен защитить меня от этих безумных мамаш, которые стремятся побыстрее выдать своих дочурок замуж. Пока я стою около вас, ни одна из них не решится подойти. Поэтому, пожалуйста, леди Лиса , потерпите меня хотя бы полчасика.
Да, все леди и дамы, которые вились около Его Светлости герцога Чонгука, по какой-то непонятной причине боялись меня до ужаса. Хотя, ладно, не буду излишне скромной: причина была. И я в ней совсем не виновата.
Так уж повелось, что герцог Чонгук при всей своей показательно легкомысленной натуре был не таким дураком, чтобы, например, связываться с невинными леди или порядочными дамами. Он как огня избегал мечтательниц, охотниц за мужьями (и деньгами) и прочих девиц, которые могли бы воспринять совместную ночь как нечто большее, чем просто приятно проведенное время. И, с учетом любвеобильности герцога, могу сказать, что ему это хорошо удавалось. За некоторым скромным исключением, когда вместо легкой на подъем девицы вдруг вырисовывалась страдающая от любви девушка, которая не может ни спать, ни есть без герцога.
Не знаю, что он говорил этим барышням до меня, но с моим появлением герцог любил «отшивать» девушек следующими словами:
— Прости, ты чудесная и милая, но я давно и безответно влюблен в другую.
И когда его спрашивали, в кого герцог влюблен, то, как вы думаете, чье имя он называл? Разумеется, мое. Некоторые девы, честь им и хвала, отступали без возражений, а вот другие...
Мне устраивали сцены ревности, пытались поджечь мою спальню, пробовали выливать на меня воду с пиявками, подкидывали змей в постель, пытались отравить чай, пирожные и прочие сладости.
С учетом моего дара, разумеется, все эти попытки были обречены. И оборачивались против зачинщиц. Змея, которая должна была мирно лежать в моей постели, вернулась к хозяйке и обвилась вокруг ее ноги. Та девушка, которая пыталась подпалить мои покои, сожгла себе волосы и платье, а потом бегала полуголая и полулысая (на левую сторону) по поместью, крича что-то о том, что я ведьма.
И эти ситуации сыграли мне на руку. Герцог в течение года выплачивал мне тройную премию за моральный ущерб, а все девушки остерегались со мной спорить или чинить какие-либо препятствия. Или, как сейчас, и не думали подойти к герцогу, пока я рядом стояла.
— И долго вы будете ходить за мной? — поинтересовалась я у Его Светлости, который пошел за мной к столам со сладостями, а оттуда в уголок с креслами, где можно было присесть.
— Как хвостик, — отозвался герцог.
Хороший такой хвостик. Брутальный, двухметровый и смертельно напуганный количеством потенциальных жен на квадратный метр бального зала.
— Было что-то еще, кроме злобных мамаш? — сочувствующе спросила я, а потом глянула на герцога. Какой-то он слишком задумчивый для обычных злобных мамаш и активных дочурок. Что-то серьезное произошло.
— Да, скорее всего, у нас здесь есть несколько шпионов, — вздохнул герцог.
— Так это обычное дело. — Я пожала плечами. За время работы на герцога кого я только не встречала: и шпионов, и убийц, и магов... И мало кто приходил с добрыми намерениями, так что уже привыкла. Да и на свой дар рассчитывала.
— Да, но эти шпионы несколько... другие, — герцог еле подобрал слово. — Их стоит опасаться, поэтому, леди Лиса, в темное время суток ходите только с сопровождением.
— Ваша Светлость, вы забыли...
— Я помню о твоем даре. Он потрясающий, но нельзя быть абсолютно уверенным в том, что его нельзя обойти, — сказал герцог, а потом сошел с лица. — Леди Лиса, спрячьте меня!
— Что случилось? — Я удивленно посмотрела на герцога, который пытался спрятаться за мной. Получалось не очень — все же он был почти на голову выше меня, да и в плечах шире.
— Она идет!
Она — это леди Айрин. Нет, с виду она была вполне себе мила, но все мужчины от нее разбегались. Потому что чувствовали в ней настоящего хищника, который хочет их поймать и съесть. Ну, точнее, выйти за них замуж и заставить погашать многочисленные долги ее семьи.
— Леди Лиса, леди Лиса, а посмотрите на нее так! — взмолился герцог.
— Как так?
— Как вы смотрите на меня, когда я обсуждаю с Чимином «яблоньки» и «дыньки»!
К счастью, никаких взглядов не пришлось строить: леди Айрин отвлекли. Герцог же, схватив меня за руку, быстро увел в другое место, спрятавшись за колонной.
— Леди Лалиса, у меня есть просьба. Можно... Можно я приду сегодня к тебе переночевать?