provincial girl at the academy. be my date

 Сокджин поправил узел галстука, но через секунду ослабил его обратно. Небрежно взлохматил волосы, распахнул полы пиджака и вошёл в кабинет советника его величества. Неудивительно, что тот принял сразу, а не стал отклонять встречу, ссылаясь на занятость.

– Мучаетесь любопытством, господин Карнелли? – поинтересовался с порога и привычным движением создал шумоподавляющий купол.

Проверил помещение на наличие записывающих и охранных заклинаний, и небрежно развалился в кресле, закинув ногу на ногу.

Советник фальшиво улыбнулся, сцепив пальцы под подбородком.

– Признаться, мне действительно интересно, зачем пожаловал ректор Королевской академии магии, в которой обучается мой сын. Может, вы изменили своё мнение насчёт провинциалки и решили её отчислить? – поинтересовался мерзавец непринуждённо.

– Хах!.. – обескураженно выдохнул Сокджин. – Я поражаюсь вашей заносчивости и наглости, – выплюнул сквозь сцепленные зубы, едва сдерживая порыв придушить гадёныша прямо здесь. – Сначала являетесь без предупреждения в мою академию, потом запугиваете моих подчинённых, хотите избавиться от моей... племянницы, – протянул многозначительно, с удовольствием наблюдая, как стремительно слетает спесь с лица советника. – Что? Удивлены? А я вот чертовски зол.

– Гм... я, верно, ослышался. Вы сказали, провинциалка – ваша племянница? – стараясь вернуть себе самообладание, поинтересовался этот напыщенный индюк. – Господин Блэквул. Не стоит прибегать к таким крайним мерам, чтобы защитить какую-то...

Сокджин сунул руку за пазуху, достал свёрнутые трубкой документы и швырнул их в лицо мерзавца.

– Результаты экспертизы. Мисс Чхве и я состоим в кровном родстве. Она же... законная дочь моего брата. Вы же ещё помните его имя? Хорошо, что у матери остался состриженный локон волос Юнги, который она бережно хранила в память о нём, – процедил глухо, безумно устав от интриг.

Советник судорожно разворачивал листы.

– Но как... почему вы не сообщили об этом сразу? – сбивчиво пролепетал он, читая заключение экспертов.

– Потому что на момент поступления мисс Чхве, я и понятия не имел о том, кто она такая, – приказав себе успокоиться, произнёс Сокджин. – Но сумеречную искру не скрыть, вы же понимаете? Её наличие у девчонки не могло меня не заинтересовать. Я начал собственное расследование и выяснил, что мать Лисы имела роман с моим братом, а на момент гибели Юнги уже была на четвёртом месяце беременности. Собственно, отцовство подтвердила и сама Эмилия Чхве. С ней я тоже встретился.

Советник вытащил из нагрудного кармана платок и дрожащей рукой вытер со лба пот.

– Вы должны были...

– Я ничего и никому не должен, – сухо отрезал Сокджин. – У нас нет закона, запрещающего провинциалам поступать в магические академии. Король сам оставил простолюдинам иллюзию выбора. Но что мы имеем в итоге? Провинциалов принудительно убеждают блокировать искру, а единственную, кто всё же осмелилась поступить, пытаются убрать любыми способами. Я негодую, господин Карнелли, – добавил многозначительно. – Вы же эту страшную тайну хотели узнать? Теперь, надеюсь, ваше любопытство удовлетворено, и вы больше... – он поднялся, подошёл к столу и упёрся в него ладонями, – не станете угрожать моим подчинённым. Думаете, вы один обладаете информацией? У меня тоже есть много чего интригующего на вас.

– Чего вы хотите? – сипло вымолвил советник, в нерешительности подняв взгляд.

– Хочу, чтобы вы оставили леди Грауд и Лису в покое, позволили ей сдать этот проклятый экзамен. Вы и так... порядком усложнили девочке жизнь. А после того, как она поступит, мы объявим о нашем родстве и зарегистрируем искру, сделаем всё по правилам.

– Почему не сейчас? – непонимающе спросил гадёныш.

– Потому что Лиса так захотела, – холодно отозвался Сокджин. – Хотела сдать экзамен своими силами, не хотела, чтобы к ней относились снисходительно из-за родства со мной. Поэтому... если хотите, чтобы я и дальше не лез в ваши дела, не интересовался подробностями гибели моего брата, умерьте свой пыл, – посоветовал, обворожительно улыбнувшись. – Я и так практически потерял терпение, но не собираюсь сидеть сложа руки, когда дело касается моей родной племянницы. О! И её... дедушка, мой отец, ужасно огорчится, когда ему сообщат о том, что его старший сын, готовый стать наследником тёмной империи, погиб не случайно.

– Выходит... эрцгерцог в курсе? – настороженно спросил советник.

– Естественно, – спокойно подтвердил Сокджин. – Если о чём-то знает Ким, то и Чон тоже знает. Эти двое с давних времён верные друзья, ничего не попишешь, – притворно-сочувственно развёл руками и, чинно кивнув, вышел из кабинета советника. Даже дверью не хлопнул.

Остановился посреди коридора, выдохнул и поспешил покинуть малый дворец...

В приёмной академии поджидал ещё один неприятный «сюрприз». Леди Грауд с заявлением на увольнение.

– Ну вы-то хоть меня не расстраивайте, – вздохнул ректор, снимая документ. – Джису. Выкиньте, пожалуйста.

– С удовольствием, господин Блэквул, – отозвалась секретарь, ловко поймав скомканный лист. – Я сразу сказала Элен, что она зря потратит время, но магистр такая упёртая.

– Сокджин. Я восстановила воспоминание, – утомлённо вымолвила мастер запрещённых чар. – Ты же понимаешь... Карнэлли так просто не отстанет от меня.

– Он больше тебя не потревожит, – ровно произнёс Сокджин. – Я только что от него. Тебе не о чем волноваться. Просто выполняй свою работу, ты нужна ученикам Кама.

– Правда? – недоверчиво сощурилась она.

– Просто верь мне, – вымученно улыбнулся Сокджин и скрылся в своём кабинете.

Если бы не влиятельная поддержка Нортлена – родины тёмного, от которого он и брат появились на свет, получилось бы справиться с этой проблемой? Вряд ли. Но пока его величество так боится возможной мести тёмных, почему бы этим не воспользоваться?

«И почему я не сделал этого раньше?» – поражённо подумал, тряхнув головой, и вернулся к своим делам. То есть к подготовке к экзамену...

***

Будни состояли из занятий, тренировок и бесконечных провокаций сына эрцгерцога. Такое чувство, что поцелуй во время прокачки потоков развязал ему руки. Слетели внутренние барьеры.

... и мы почти всегда были вместе.

Даже когда я просто читала у себя в комнате, или ходила проведать Ириску, когда практиковалась в фехтовании. Чонгук был рядом. Гипнотизировал меня завораживающим взглядом багряно-карих глаз.

Я начала привыкать. К его заботе, к якобы случайным прикосновениям. К его улыбке. Голосу, которым он произносил моё имя. Мягко и проникновенно одновременно.

– Комендант просил передать тебе письмо, – произнёс он, заходя в мою комнату без стука. Впрочем, как обычно.

– Почему именно тебя? – спросила, протягивая руку, и сама же осознала глупость своего вопроса. – Ах да. Ты же практически поселился в моей комнате.

Он вложил конверт в мою ладонь и внезапно наклонился. Его лицо оказалось практически напротив моего.

– Разве ты против? – подразнил томно. Провёл большим пальцем по моей губе и резко выпрямился, отстраняясь. – Завтра я разорву помолвку и смогу официально тебе признаться. Ты выдержишь это?

Демонстративно закатила глаза, но кончики ушей предательски покраснели.

– Не думай, что сможешь запугать меня.

– Вот и хорошо, – удовлетворённо произнёс он и без спроса завалился на мою кровать.

– Начинаю подозревать, что твой сосед тебя просто выселил, поэтому тебе негде жить, – усмехнулась, распечатывая письмо от неизвестного отправителя.

– Ты не понимаешь... здесь мне комфортно, – отозвался Чон, закрывая глаза. В голосе слышалось умиротворение. – Ты моя тихая гавань, Чхве.

– Странно слышать подобное из уст аристократа, – произнесла, разворачивая сложенный пополам лист довольно дорогой бумаги.

Чон перевернулся на бок и подпёр голову ладонью.

– До тебя так и не дошло? – иронично поинтересовался он. – Я всегда серьёзен в том, что делаю, а это значит, что и с тобой я абсолютно серьёзен. И происхождение... последнее, что имеет для меня значение.

– Я знаю, – отозвалась, подняв на него благодарный взгляд. – Именно поэтому я доверяла тебе с первой минуты знакомства. Сомневалась, но доверяла.

Он шумно втянул воздух носом и откинулся на подушку.

– Искушаешь судьбу... Моё терпение не безгранично.

Усмехнулась, покачав головой, и пробежалась взглядом по ровным строчкам.

Человек, назвавшийся другом отца, просил о встрече. Писал, что ему нужно сказать мне нечто важное. В принципе, я и сама хотела с ним встретиться, но как-то это внезапно. Прямо перед экзаменом.

И как он узнал, что я в Каме? Связался с матерью, и она сдала меня? Он же не будет настаивать на том, чтобы я вышла замуж за его сына?

... об этом в письме не было ни слова.

– Завтра мне тоже нужно отлучиться в город, – произнесла, убирая лист обратно в конверт. – Встречусь с другом моего покойного отца.

Чон сел, перекидывая длинные волосы на спину.

– Ты ничего не рассказывала о нём.

– Всё слишком непросто, – усмехнулась, скрывая грусть. – Но когда придёт время, я расскажу. Обещаю.

– Договорились, – кивнул он и снова лёг.

Я села подтянуть теорию, чтобы на экзамене не возникло никаких проблем...

На следующий день мы вместе позавтракали, Чон проводил меня до двери и не упустил возможности подразнить.

– Совсем скоро я смогу заявить всем, кому ты принадлежишь... – протянул низко, почти касаясь губами моего уха.

... меня охватила дрожь.

– И кому же? Родителям? – отозвалась саркастично, стараясь совладать с голосом. В груди бешено колотилось сердце.

Я прекрасно понимала, что между нами происходит, но всё ещё не верила до конца. Чон казался таким идеальным, таким недостижимым и таким отстранённым. Как он мог обратить внимание на такую, как я?

Во мне же нет ничего примечательного...

– Шутить изволишь? – хищно оскалился он, гладя пальцем по моей щеке. – Может, когда я представлю тебя отцу, тогда до тебя наконец дойдёт.

Невольно задержала дыхание, закусив губу.

– Чонгук ... – выдохнула сипло. – Не в коридоре же...

– Ты права, – многозначительно произнёс он и толкнул дверь.

Я ввалилась в комнату, едва не упав...

Чон поймал меня за руку и притянул к себе. Опустил ладонь на затылок и прижался своими губами к моим, вышибая из лёгких воздух.

«Не похоже на тренировку...» – мелькнула отстранённая мысль.

Изо рта парня вырвался судорожный вдох.

– Очень сложно постоянно держать себя в руках... – хрипло вымолвил он, заправляя пряди волос мне за уши. – Давай вернёмся из города вместе? Во сколько ты закончишь? Я подожду...

– Не знаю... – отозвалась сипло, пряча пылающее лицо у него на плече. – Около шести, наверное. Не думаю, что разговор займёт много времени.

– Хорошо. Тогда встретимся на станции, – прошептал он, целуя меня в висок. – Без меня не уезжай.

– Не уеду, – усмехнулась, ощущая волны нежности, исходящие от Чон...

На встречу с другом отца поехала в утеплённой форме академии. Да и не было у меня приличной повседневной одежды. Я почти ничего с собой не брала.

Ресторация «Райский сад» располагалась на другом конце города. Пришлось потратиться на пролётку, но как нельзя кстати мама прислала немного денег на прошлой неделе. Написала, что волнуется за меня.

Я поверила ей. После того, как вскрылась правда о моём происхождении, мне стали более понятны мотивы её поступков. Она всегда заботилась обо мне и оберегала, как могла. В силу своих скромных возможностей.

– Ваше имя? – спросил лакей на входе.

Деревянную постройку с изящной изогнутой крышей оплетал плющ, вокруг буйствовала зелень, несмотря на то, что уже поздняя осень, практически зима, которая хоть и тёплая в столице, но недостаточно, чтобы распустились пионы и жасмин.

Вероятно, сад поддерживают магией.

– Лиса Чхве, – произнесла, замешкавшись. – Мне должно быть назначено.

Лицо лакея буквально просияло. В серых глазах вспыхнул едва уловимый интерес.

– Да, мисс Чхве, – любезно отозвался он, поклонившись. – Прошу за мной. Вас уже ожидают.

Мы поднялись на второй этаж и вышли на веранду. Я сбилась с шага, практически сразу узнав его...

Невозможно не узнать человека, который, как две капли воды похож с Чонгук ом. Разве что старше.

Эрцгерцог поднялся из-за стола, приветливо улыбнувшись, и галантно отодвинул для меня стул.

... кроме нас, на веранде никого больше не было. А значит, и ошибки быть не могло.

Лучший друг отца, за сына которого меня обещали выдать ещё в детстве, Хосок Чон...

Я приблизилась, ощущая, как набатом грохочет сердце в ушах. Хотела поприветствовать, как полагается, но язык предательски прилип к нёбу.

– Рад встречи, Лалиса, – тепло улыбнулся эрцгерцог и неожиданно приобнял меня, словно давнюю знакомую или горячо любимую дочь.

Я оторопело захлопала глазами, не зная, как реагировать.

– Присаживайся, – произнёс он, мягко надавив на моё плечо. – Вижу, ты в растерянности, – произнёс непринуждённо, устраиваясь напротив.

– Немного... – отозвалась пересохшими губами. – Просто... выходит, Чонгук не в курсе? – Признаться, меня больше всего волновал именно этот вопрос и реакция Чон на правду.

– Пока нет, – бесстрастно отозвался эрцгерцог. Пальцем подозвал лакея и тот мигом наполнил мой стакан соком. – Но скоро он придёт, чтобы разорвать помолвку. Прости, не смог удержаться. Очень хотелось увидеть его лицо в этот момент.

Я утомлённо потёрла переносицу, вконец запутавшись, и отпила из стакана.

– Вы действительно друг моего отца? Когда вы узнали, под каким именем я скрываюсь и что учусь в Каме?

– Не так давно, – произнёс он, озираясь по сторонам. – Красиво тут, не правда ли?

– Очень, – была вынуждена согласиться. Пение птиц внезапно успокоило. – Надеюсь, Ваша светлость, у вас есть надёжный план, потому что я не хочу, чтобы Чонгук решил, будто я его обманывала.

Губы эрцгерцога задрожали в улыбке.

– Рад, что тебя волнует реакция моего сына. Но не стоит беспокоиться, Чонгук не привык делать поспешные выводы и позволит мне объясниться. Мне было интересно посмотреть на то, как он отреагирует, когда узнает, с кем именно хотел расторгнуть помолвку. Я так понимаю, вы близки?

Я поперхнулась и спешно прижала салфетку ко рту.

Не знаю, что такого увидел Чон старший в моих глазах, но он внезапно рассмеялся. Практически беззвучно, но так... знакомо.

Я поражённо замерла, в полной мере осознав, насколько сильно сын похож на отца. Вылитая копия – это мягко сказано.

– Прошу прощения, не хотел тебя смущать, – виновато улыбнулся он, отсмеявшись. – Я так давно искал тебя... так хотел увидеть, какой красавицей ты стала, так о многом хотел расспросить, что сейчас веду себя нетерпеливо и несдержанно.

– Вам не нужно извиняться, – сипло отозвалась я. – Какой бы ни была ситуация, я рада встретить человека, которому отец всецело доверял. И вы... столько сделали для нас. Я слышала от господина Кима и господина Блэквула. Спасибо... – вымолвила, опуская взгляд на свои руки, лежащие на коленях.

– Ну что ты, девочка, – ласково протянул эрцгерцог. – Эти два поганца, которых ты упомянула, скрывали тебя от меня и только когда понадобилась моя помощь, пришли с повинной. Я всё ещё зол на них, – проворчал деланно-грозно, вызывая мою улыбку. Разве взрослый человек может быть настолько... уютным? Он как тёплое байковое одеяло, которым папа укрывал меня в детстве. – Так хотел поговорить о твоём отце, сказать, как сильно сожалею, что не смог спасти его...

... в носу неожиданно защипало, к глазам подступили слёзы.

– Вы должны знать... – вымолвила, запрокинув на мгновение голову. Не хотела расплакаться при знакомом-незнакомом человеке. Перед отцом Чонгука. – Марко Манобан не мой биологический отец. Моя мама... забеременела от брата нашего ректора и потом только вышла замуж... за генерала.

Эрцгерцог снисходительно усмехнулся, взял бокал и пригубил вина.

– Признаюсь, что узнал об этом всего месяц назад, когда Сокджин с Тэхёном обратились за помощью. Но какое это имеет значение, если Марко растил тебя как родную? – безмятежно поинтересовался он. Я растерянно моргнула и всё же шмыгнула носом. – Он был тем, кто первый взял тебя на руки после твоего появления на свет. Я знаю это, потому что до сих пор помню его счастливое лицо, когда он хвастался рождением дочери. Ты бы видела, как сиял этот суровый и непоколебимый с виду человек. Марко уважали и боялись одновременно, он нагонял страх не только на людей, но и на магов, но когда говорил о тебе... всегда менялся. Так радостно улыбался, что даже у меня щемило сердце.

Я схватила со стола салфетку и зарылась в неё лицом, не в силах больше сдерживать переполняющие меня чувства.

... скрипнули ножки стула.

Я попыталась успокоиться, быстро стереть влагу с лица, но эрцгерцог уже подошёл и молча обнял меня.

– Это даже хорошо, что по крови ты наполовину тёмная. Тебе понадобятся силы, чтобы выжить в этом суровом мире, – он погладил меня по голове, успокаивая.

Я отстранилась, неловко вытирая глаза.

– Прошу прощения, Ваша светлость, за эту сырость, – произнесла, стараясь взять себя в руки. – Вы говорили об отце с таком теплотой, что... я расчувствовалась.

– Это совершенно нормально, – понимающе отозвался он, протягивая мне свой платок. – Но скоро явится мой сын и лучше тебе успокоиться. Не хочу, чтобы он решил, будто я довёл тебя до слёз.

Невольно усмехнулась и согласно закивала.

– Вы воспитали замечательного сына. С ним я чувствую себя в безопасности, – призналась внезапно.

– Рад это слышать, – усмехнулся эрцгерцог, возвращаясь на место. – И безумно счастлив, что вы встретились без моего вмешательства. Я ведь волновался, как сын отреагирует на тебя повзрослевшую, сможет ли с тобой улыбаться, как улыбался тебе в детстве.

– Может, – произнесла умилённо, вспоминая Чонгука. – У вашего сына очень красивая улыбка... – Щёки против воли тронул румянец. Всё-таки говорить о подобном со взрослым человеком очень смущает.

– Не представляешь, как мне приятно это слышать, – совершенно серьёзно произнёс этот невероятный человек. – Словно бальзам на душу. Но позволь спросить?

Я подняла на мужчину внимательный взгляд.

– Вы можете спрашивать, что угодно.

Губы эрцгерцога изогнулись в коварной усмешке, и я почувствовала неладное.

– Когда я, наконец, связался с твоей мамой, но ещё не знал, что ты скрываешься под именем Лиса Чхве, она ответила мне, что ты не хочешь замуж за моего сына.

Я покраснела до кончиков ушей, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

– Она правда так сказала? – пробормотала, натянуто улыбнувшись. Эрцгерцог издал смешок и прикрыл смех покашливанием. Судя по всему, надо мной потешаются, но, как ни странно, я не была против. – Поймите меня правильно, Ваша светлость. Тогда я не знала, что сын папиного друга – это Чон Чонгук... – призналась, опуская голову, чтобы скрыть за волосами своё стыдливое лицо.

– Очень хорошо, – довольно заключил он. – Тогда посмотрим, захочет ли мой сын расторгнуть помолвку, когда узнает, кто его невеста.

– Вы жестоки, знаете об этом? – поинтересовалась невозмутимо, вмиг успокоившись.

Эрцгерцог вновь рассмеялся.

– Мне говорили об этом. – Он поднял руку и махнул, кого-то приветствуя за моей спиной.

Не сложно догадаться кого именно...