Преподаватель английского языка

Глядя на своё отражение в зеркале, Анастейша мысленно благодарит лучшую подругу, за то, что она положила с собой ей это прекрасное бежевое шелковое платье, средней длины с приталенным силуэтом и чёрные туфли–лодочки на высоком каблуке с ремешком на щиколотке.

Слегка приоткрыв рот и задрав подбородок, Анни, наносит светлый консилер под глазами, пытаясь скрыть тёмные и такие проблемные круги под глазами. Она изредка бросает взгляд на свою кровать, на которой сейчас развалились трое младших мемберов группы. Три пары глаз пристально наблюдали за девушкой, тихо перешёптываясь. Айдолы бесцеремонно ворвались в номер своего преподавателя с диким хохотом, Анни могла только предположить, что натворили эти трое, скрываясь сейчас у неё в номере.

– Анна, что ты делаешь? – Гуки присаживается на кровати с камерой в руках и направляет объектив на блондинку.

– Крашусь, Чонгук! В данный момент наношу консилер, незаметно что ли?

– А зачем он?

– Боже, Гук, вас постоянно красят, а ты до сих пор запомнить ничего не можешь? Для того, чтобы скрыть проблемные места. – вздыхает Анни и оборачивается к парням, которые, словно котятки наблюдают за своей хозяйкой. – И прекрати меня уже снимать!

– Нет, Анастейша. Так значит консилер, чтобы скрыть проблемные места?

– Да, Гуки.

–Тогда скрой свой второй подбородок! – Тэ и Чимин заливаются громким смехом, Анни хмурится и прожигает в парне с камерой дыру.

– Чон Чонгук! Тебе конец, little bastard!

***

52-й этаж, фантастический панорамный вид на вечерний Токио, европейский интерьер помещения, красивая подача каждого блюда. Этот прекрасный ресторан не мог не вызвать восхищения блондинки. Хо определённо знал, как отвлечь подругу от последних событий, чтобы просто насладиться моментом, забронировав столик у окна. Анни внимательно разглядывает то вид из окна, то детали интерьера, радуясь словно ребёнок. На миг Паркер, кажется, что все проблемы куда-то улетучились, и она может дышать спокойно. Обхватив двумя пальцами тонкую хрустальную ножку бокала, приподнимает его глядя в карие глаза напротив, оголив белые зубки в улыбке.

– Мы с тобой сейчас похожи на влюблённую парочку, Хо. – тихо смеётся девушка и смущённо улыбается, когда Чон подмигивает и касается своим бокалом её. Прежде чем сделать глоток, Анни вращает высокий узкий бокал за его ножку несколько раз вокруг своей оси, рассматривая игристое шампанское цвета лепестков роз. – У тебя точно потом проблем не будет? А то на нас уже пристально смотрят!

– Всё в порядке, Стейши. В любом случае, если кто–то и сольёт в сеть информацию о нашей встрече, компания её опровергнет. Мы же не пара, а всего лишь друзья. – пожимает плечами брюнет и подносит бокал к губам. Анастейша внимательно наблюдает, как Хо обхватывает губами края бокала, делая небольшой глоток. Пристальный взгляд карих глаз из–под ресниц вызывает приятную волну марашек от макушки головы до кончиков пальцев и Анастейша, дрожащей рукой подносит бокал к губам, делая большой глоток, стараясь избегать зрительного контакта со звездой. Шампанское приятно окутывает горло, демонстрируя богатый, свежий вкус с нотами малины, цитрусовых, плавно переходящие в соблазнительное послевкусие.

– А смотрят конкретно на тебя. Не надо было одевать настолько сексуально облегающее платье, даже мне становится жарковато рядом с тобой. - Чон оттягивает воротник и начинает его потряхивать.

«Жарко? Так тебе и надо Чон Хосок! Именно такого эффекта я и добивалась!» усмехается про себя девушка и опускает взгляд на бокал. Краем глаза Паркер замечает, как Хосок опустошает содержимое бокала, не сводя взгляда от своей подруги, от чего щёки последней начинают пылать жаром. Немного помедлив, Анни следует примеру айдола и опустошает бокал. Очаровательное послевкусие.

– Почему глядя на тебя, я сразу вспоминаю книгу «50 оттенков серого» и его главного героя? – не сдерживая лёгкого смеха, произносит свои мысли вслух Паркер. Хоуп изгибает бровь и отвечает на смех девушки усмешкой. – Ты так вальяжно откидываешься на спинку стула, убираешь одним лёгким движением руки пряди волос со лба... И такой пронзительный взгляд, когда приподнимаешь уголки в слабой улыбке, ухмыляясь – чертовски сексуально. Сразу вспоминаю Кристиана Грея. Меня уже несёт не в ту степь, да? Боже, почему иногда я жалею о том, что мы стали друзьями? – шепчет себе под нос последние слова блондинка и стыдливо опускает взгляд, водя кончиком указательного пальца по краям хрустального бокала.

– Стейши, ты вроде выпила очень мало... Но меня всё устраивает.– его насмешливый голос заставляет лишь сильнее занервничать и корить себя за свою несдержанность. Анни до боли кусает губу. – Иногда я тоже жалею, что являюсь тебе другом. – улавливает девушка тихий голос звезды и сдерживает себя от улыбки. – А теперь рассказывай, Стейши. Я же вижу, как тебя что-то терзает, но ты как всегда замалчиваешь.

– Ну...ты же знаешь, а точнее, вы все слышали, чем закончилось наше выяснение отношений с Юнги? Так же ты знаешь, что я осталась ночевать у Чимина. – нервно сглотнув, лёгким движением руки откидывает золотистые пряди назад и поднимает взгляд на Хосока, уплетающего стейк. Томно вздыхая, девушка крепко сжимает в руке вилку, невольно отмечая про себя, что Чон сегодня чертовски хорош и любой его жест откликается где-то в недрах её тёмной испорченной душонки.

– Стейши, любой бы из нас предложил тебе остаться переночевать и свои вещи....– Анни тихо мычит и мотает головой, прерывая только начинающийся монолог мембера.

– Ты не понимаешь, я хотела уехать домой! Но. Пак уговорил меня остаться, – грустно усмехается девушка, касается губ пальцами, кажется, она переняла эту привычку от Мина. Но почему эти воспоминания о поцелуе лишь согревают душу и внутри всё трепещет?

Анна замечает на себе пристальный взгляд Хосока. Парень, отложив вилку, сплетает пальцы и слегка наклоняет корпус тела над столом, расплываясь в ехидной улыбке. Немного оттягивая момент, девушка поддевает вилкой кусочек рыбы и кладёт в рот. Нежнейшее мясо рыбы буквально распадается на волокна и тает во рту. Блаженно промычав, Анни вновь вздыхает.

– Блять, а знаешь, как он уговорил меня остаться? Со словами «Анни, останься со мной. Не уходи», просто взял меня в охапку и поцеловал. Всё! А я, как идиотка, растаяла от таких действий и поддалась своим желаниям. А потом? А потом, Господи, это был не единственный поцелуй, и тут уже нельзя отмазаться, типа «это было состояние аффекта». Заебись! Спали мы в обнимку, будто парочка. А утром? Утром ты сам нас застал с Юнги, сам же видел, как он стал ко мне относиться после...

«Заткнись, Паркер! Он не знает про ту ночь с Шугой, забыла уже?» – останавливает хозяйку ворчливый внутренний голос, но кажется, она уже и так взболтнула лишнего.

«Но Хоуп же тебе друг, так что разболтай ему, давай» – вновь усмехается внутренний голос, издевательски выделяя слово «друг» и блондинка жалобно мычит себе под нос, терзая вилкой рыбу.

– После?

– Это он спас меня в клубе, Хо.

Анастейше определённо надо научиться держать язык за зубами и следить за тем что и кому она говорит. Паркер так не хотела рассказывать именно про Юнги, но разве теперь уйдёшь от этой темы? Нет, Чон точно не оставит подругу в покое и добьётся правды. Поэтому, Стейша рассказывает абсолютно всё, начиная со звонка Шуги в тот вечер по пути в клуб, заканчивая пронзающим, наполненным болью взглядом Чимина в машине по пути в аэропорт. Ей самой не нравится, как складывается вся ситуация и отношения между ней и двумя айдолами, которые одной лишь своей улыбкой «сносят крышу» и она откровенно таит и млеет. А потом чувства вины и предательства, дружно взявшись за руки, терзают и сжирают изнутри – это созданный ею собственноручно персональный ад.

Будучи ещё студенткой, Стейша откровенно смеялась и искренне не понимала своих сокурсниц, когда те говорили, что им симпатизируют два молодых человека, и мало того отвечающие взаимностью и как от этого может быть действительно больно. Анни лишь говорила «Да не может такого быть! Кто-то один определённо нравится больше, так что не неси чушь! Это глупо с твоей стороны». Судьба та ещё злодейка и любит подшутить. Иначе Анни никак не может объяснить, почему вляпалась в такую же ситуацию, которую всегда раньше презирала.

– Даже перед тем, как я собралась уехать с тобой, в общем...вот, – встряхнув рукой, Паркер протягивает её Хо через столик. На белоснежной коже запястья красуется браслет мелкого «якорного» плетения из золота с маленьким украшением посередине – сердца, сделанного из маленьких камушков рубиново-красного цвета. Джей еле касаясь, проводит по цепочке кончиком указательного пальца и хватает маленький кулон на нём, наклоняясь ближе, чтобы рассмотреть.

– Воу, ты в курсе, что это розовое золото? А вот в кулоне определённо камни рубина. – констатирует Хосок и отпускает руку Паркер. – Так кто же подарил?

Анни какое-то время переваривает информацию, приоткрыв рот, и изумлённо смотрит на своё запястье. Кажется, она опять забыла, как дышать.

– Нахрен они дарят мне такие дорогие подарки? Подкупают меня так? Я не хочу такие подарки! – наконец придя в себя, подаёт возмущённый голос блондинка, пряча руку под столом.

– Так кто он?

– А? Что?

– Кто из этих двоих его тебе подарил? – спокойно, но настойчиво переспрашивает парень, откладывая столовые приборы.

– Чимин. Вроде как сказал «Я рад, что ты уже месяц с нами. Со мной» и ушёл. – пожимает плечами блондинка и поджимает губы.

– Эти двое совсем не знают, что ты любишь больше поесть и выпить. Много выпить. – усмехается Хо и откидывается на спинку стула, вновь оттягивает воротник. – Поэтому я и пригласил тебя сюда. Кстати, Чими молодец, не забыл в отличие от тебя, что сегодня ровно месяц, как ты стажируешься в компании.

***

Лифт плавно спускается на первый этаж. Приятная музыка и парочка, что стоит в углу лифта нарушает непринуждённую обстановку и тишину в небольшом помещении, не сдерживая смеха. Златовласая чувствует на себе взгляды двух мужчин, что стоят справа от них, которые глядя на неё перешёптываются между собой. Один из них закусывает губу, и девушка замечает, как его глаза изучают выдающие части её тела, поэтому, Хо со словами «Не смотрите так на мою девушку, я ревную» по-хозяйски кладёт руки на тонкую талию и прикрывает подругу собой, заставляя ту невольно вжаться в стенку и лишь громче захихикать. Двое мужчин лишь смущённо отводят взгляд в сторону и больше не обращают внимания на парочку. Женщина средних лет, в красном классическом костюме недовольно фыркает, замечая, как Анни кусая губы, захватывает пальчиками верхние пуговицы на рубашке Чона и расстёгивает их.

– Извращенцы! Вот это хамство! Не можете потерпеть до дома? Вы тут не одни, так что держите себя в руках, молодые люди! Кошмар какой! Какое распущенное поколение растёт!– возмущённый и грубый тембр голоса женщины, что стоит впереди, заставляет Хо и Анни сквозь смех пробубнить «извините».

Лифт плавно останавливается и оповещает об этом всех звуковым сигналом, открывая створы дверей. Джей, со словами «Простите, но мы не в силах больше теперь» берёт, залившуюся алым оттенком подругу за руку, и тянет за собой, подавляя смех. Убавив шаг, парочка уже спокойно направляется к выходу из здания. Внимательно рассматривая холл, Анни пытается уловить каждую мелочь в дизайне, засмотревшись так, что отстаёт от Хосока и кто-то пихает её в плечо. Златовласая девушка, не ожидая такого, делает шаг назад и, расшатанные временем каблучки от беготни играют с ней злую шутку, каблук скользит по мраморной поверхности и сероглазая подворачивает ногу. Анни скулит от боли, сгибается пополам, руки рефлекторно сжимают ноющую от боли лодыжку.

– Извините, девушка!

– Аащщ, идите уже! – огрызается Хосок на молодого парнишку, примерно его возраста.

– Ничего страшного, всё в порядке. – пытается выдавить из себя улыбку сквозь пелену неприятных болевых ощущений. Анни хватается за тёмный пиджак друга и пытается подняться, но боль отдаётся новой волной, и девушка сжимает сильнее ткань пиджака Хоупа в кулачках.

Айдол без лишних слов аккуратно подхватывает подругу на руки и выходит на улицу. Водитель, который давно уже припарковал чёрный автомобиль у здания в ожидании парочки, выходит и открывает заднюю дверь.

– Аккуратно, Стейши. Наклони голову.

Чон слегка наклоняется и усаживает подругу, закидывая её ноги на сиденье, а сам обходит машину и садится с другой стороны. Машина плавно трогается со своего места и выезжает на дорогу. Хосок невольно заставляет Анастейшу обернуться к нему и устремить на темноволосого недоумевающий взгляд, когда он кладёт её ноги на свои и бережно снимает туфли.

– Сильно болит? – его пальцы еле касаются лодыжки. Анни затаив дыхание лишь вздрагивает и мотает головой, внимательно наблюдая за действиями мембера. Как его пальцы скользят по белой коже повреждённой лодыжки, и он с такой заботой глядит на подругу. – Скорее всего, это вывих, если с утра будет так же сильно болеть, то вызываем врача.

Анастейша неуверенно кивает в знак согласия и ахает, когда айдол притягивает её к себе и усаживает на колени.

«Да что же с ним сегодня такое творится?!»– дыхание тяжелеет. Она не в силах отвести взгляда от лица друга, который расплывается в улыбке. Ох, чёрт, эта его фирменная улыбка и эти щёчки определённо сводят с ума подвыпившую блондинку.

«Так, стоп, а что со мной-то творится?» – чувствуя напряжение во всем теле, Паркер сжимает в кулак грудки пиджака айдола, до боли кусая губу. Кажется, им стоило выпить только одну бутылку вместо трёх, иначе своё и его поведение она никак объяснить не могла.

– Кажется, та женщина в лифте ещё долго будет рассказывать о нас своим подружкам, говоря, что мы конченые извращенцы и очень хреновое, распущенное поколение. – прерывает тишину парень, освобождая свой пиджак из плена рук Паркер и пытается разрядить обстановку, чувствуя, как каждая мышца в теле златовласой девушки напряглась. – Значит, иногда ты жалеешь о том, что я стал тебе другом?

Стейши замечает, как улыбающийся взгляд Хоупа вмиг темнеет. Мурашки бегут по телу от прикосновения чужой скользящей ладони вверх по спине, заставляя вздрогнуть. Она не в силах отвести взгляда от карих глаз напротив, будто они её гипнотизируют.

– Эм-м... ну...вот... только иногда...как сего... – Стейши, заикаясь невнятно мямлит себе под нос, совершенно не ожидая, что договорить ей не дадут. Чон поддается вперёд к лицу Паркер и накрывает чужие губы жадным поцелуем, наглым образом врываясь своим языком в ротик девушки, изучая его. В этот момент мозг отказывается верить в происходящее и отключается, уступая желанию подвыпившей Анни. Она без озарения совести отвечает своему некогда другу.

– Мы же никому ничего не обещали, Стейши. Ведь так? – горячее дыхание айдола обжигает влажные пухлые губы, а сильные руки сжимают на талии девушки ткань бежевого платья.

– Именно так, Чон Хосок. – тихо усмехается Паркер, упираясь ладонями во вздымающуюся грудь парня.