11. Письма.
Этот полёт Анастейша никогда не забудет. Самое веселье началось ещё в аэропорту. Ей по контракту не разрешалось находиться рядом с айдолами в такие моменты, поэтому она, пока не оказалась в самолёте, всё время находилась рядом с одним очень симпатичным черноволосым, высоким и хорошо сложенным секьюрити, которого к ней поставили для безопасности и сопровождения. Анни шла позади парней, а точнее в стороне, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Первое, что замечает Паркер – толпу сверкающих вспышек, которая ослепляет её даже находясь за несколько метров от них, затем большую толпу визжащих поклонников, ждущая группу айдолов в аэропорту.
Стоило парням войти в здание, как фанаты одичали, пытаясь взглянуть на суперзвезд. Анни с ужасом замечает, как некоторые арми бегут и толкаются, пытаясь сфотографировать BTS. Охране ничего не остаётся делать, как агрессивно защищать звёзд. Она не знает, чему поразилась больше–поведению арми или спокойствию парней, которые умудрялись ещё улыбаться и махать их фанатам.
Журналисты щёлкают затворами фотоаппаратов, которые сливаются в трель сверчков. Выкрикивание имён мемберов и разные возгласы по-настоящему пугают Анастейшу, она теряется и ничего не соображает. Хватается за локоть своего личного охранника– МэнХо, и кажется, впивается в кожу ногтями. Народу было слишком много и это откровенно пугает.
–Пойдёмте, мисс Паркер, Вам нужно поторопиться, скоро посадка. – бархатный голос мужчины выводит девушку из транса, и она кивает в знак согласия, ускоряя шаг. Анастейша Паркер никогда бы морально и физически не вынесла такого натиска одна.
–Почему фанаты не уважают личное пространство и достоинство парней? Какого чёрта они не могут позволить им дышать и жить спокойно? Смотри, они же просто не дают им прохода и тупо бросаются на них со своими чёртовыми камерами, дёргают и пытаются прикоснуться! – со слезами на глазах Анни наблюдает со стороны за этой картиной, лишь сильнее сдавливая локоть мужчины. Сердце обливается кровью. – И так каждый раз? Это ужасно, правда. Я не понимаю, почему фанаты не могут проявить просто человеческое уважение к BTS как к людям?
–Нет, мисс Паркер, такое скопление народа не всегда. Но сегодня и правда, очень много людей, жуткая давка. Они не только не думают о звёздах, они не думают о рядом находящихся людях.
Паркер никогда раньше не видела такого столпотворения и ужасного поведения людей по отношению друг к другу. Бушующие эмоции терзают изнутри. Она жутко перенервничала из-за близких ей людей, наблюдая всю картину со стороны. Анни умудряется разреветься во время посадки, не сдержав свои эмоции, не хило так пугая ничего не понимающих парней. К счастью, в самолёте Анастейше разрешили лететь с ними в одном бизнес–классе. Джин, видя состояние подруги, любезно уступает своё место рядом с Хоупом, понимая, что у друга больше шансов успокоить и отвлечь девушку.
Как бы она не пыталась, но так и не смогла сосредоточиться на документах для ШиХёка. Голова гудит от эмоционального взрыва и недосыпа, поэтому она откладывает их в сторону. Прикрыв глаза, Анни опрокидывается на спинку кресла и блаженно вытягивает ноги.
–Хэй, Стейши, я забыл тебе сказать! – радостный голос и толчок в плечо заставляет девушку приоткрыть глаза и обратить внимание на рядом сидящего Хоупа. –ШиХёк разрешил нам с тобой после съёмок, вечером, сходить в один прелестный ресторанчик, про который я тебе говорил.
– Правда? Это прекрасно! Хоть куда-то выйдем с тобой спокойно поговорим и прогуляемся. – эта новость была поистине прекрасна, Паркер давно хотела прогуляться с Хо наедине без посторонних людей и давящих стен в компании и общежитие.– А теперь не отвлекайся и пиши дальше мне своё письмо, солнышко.
– Считай, что это будет свидание, Стейши. – подмигивает темноволосый и кусает кончик ручки, но не сдерживается и начинает смеяться.
–Пиши, давай! – в ответ звонко смеётся Паркер, заведя пальцы в темные волосы айдола, слегка растрёпывая их. – Вот в письме и приглашай меня на свидание, а я уже подумаю.
***
Анастейша рассчитывала, что как только они прилетят в Японию, она отправится в отель и примется за работу–перепроверку документов для ШиХёка, а потом завалится спать.
Но всё пошло не по плану.
Сначала девушка отправилась с группой на съёмки развлекательного шоу, которое длилось несколько часов, потом без права на отдых, они помчались на фотосессию. Пара чашек кофе и обезболивающие таблетки не спасали от головной боли, организм протестовал и требовал долгожданного отдыха и сна. Но в жизни Анастейши Паркер всё идёт не так, как она хочет.
Вырисовывая на стене незамысловатые рисунки, Анни громко и возмущенно вздыхает, изредка закатывая глаза, когда разговаривает по телефону с секретарём Сон Йонга.
– А мне, может, лучше знать, как правильно составляется этот документ и переводится, Тиен! Просто передай документы в таком виде, в котором я тебе прислала! Йонг сам перепроверит и отправит Господину Бану. Передай, что это я просила так сделать. – блондинка сдерживается изо всех сил, чтобы не сорваться и не спустить всех «собак» на бедную девушку по ту сторону телефона, поэтому попрощавшись, сбрасывает вызов и оборачивается на пятках. Анни вздрагивает от неожиданности, увидев перед собой симпатичную девушку чуть выше её ростом. Кажется, эта черноволосая красотка одна из визажистов парней.
– Мисс Паркер?
–Да. Что–то случилось?
–Прошу, следуйте за мной. Вас очень хотят видеть, дело срочное. – эти слова заставляют Анастейшу напрячься, и она быстрыми шагами направляется в гримёрку за девушкой. «Что они успели натворить? Меня же не было всего 15 минут! Да, чёрт подери, я же не их менеджер, какого хрена?» – мелькает в голове блондинки и она крепко сжимает телефон.
Войдя в просторную гримёрку отделанную в белых тонах, Анни замечает, что с её ухода практически ничего не изменилось. Хосоку, Тэхёну и Джину до сих пор наносили мейк, чтобы скрыть следы их недосыпа и усталости от жуткого графика. Гук и Чимин полностью были погружены в свои телефоны, они даже не обращают внимание на вошедших девушек. Один Джун, развалившись на белом диване, прикрыв глаза, наслаждается небольшим перерывом. Анни следует за черноволосой незнакомкой, которая подводит её к одному из мемберов, чьим визажистом являлась на данный момент и протягивает той кисточку, а сама берёт темный корректор и наносит парню под скулами, по бокам носа, на висках.
–Мисс Паркер, как следует, растушуйте границы кистью. Затем, – девушка протягивает Анне большую пушистую кисть, – распределите пудру по лицу.
Приоткрыв рот, Паркер широко распахивает глаза, с недоумением смотрит то на девушку, то на Юнги. Айдол ярко улыбается и касается пальцами своих губ, и не отводит пронзительного взгляда серых глаз с Анастейши. Он откровенно издевается, иначе Анни никак не может это объяснить.
–Х-хорошо, я поняла. – неуверенно кивает девушка, сжимая кисточки в ладони и провожает взглядом визажиста, а потом устремляет возмущённый взгляд на темноволосого мембера. Анни сводит брови к переносице и наклоняется к довольному, словно Чеширский кот, Юнги. – Серьёзно, Мин? Чтобы ты понимал, мне за это не доплачивают или ты соскучился по мне?
– Не забывай, что вечером нам надо будет поговорить, Паркер. – айдол прикрывает глаза и откидывается в белоснежном кресле, невольно заставляя Анни, наклонится к нему и приступить к новой работе в роли личного визажиста Мин Юнги.
– Даже не думай, Шуга! Завтра поговорите, у нас со Стейши планы на вечер и хер я тебе её отдам! –громко возмущается позади парочки Хоуп, от чего на лице Анастейши появляется счастливая улыбка.
– Вернешься, и поговорим, поняла меня? – Мин открывает глаза и хмурится.
– Хорошо, папочка. – шепчет в ответ девушка и хихикает. Блондинка и прикусывает кончик языка, аккуратно водя кисточкой по щеке мембера. – Прикрой глаза уже, чего вылупился на меня?
–Ты же знаешь, что у тебя очень короткое платье? – усмехается темноволосый и кусает губу. Анни очередной раз закатывает глаза и ударяет Мина рукояткой кисточки по лбу, что-то невнятно прошипев на родном языке, но резко замирает, чувствуя, как чужие руки касаются её бёдер, одним лёгким движением отдёргивают подол платья вниз и ладони мембера нагло задерживаются на её ягодицах. –Не наклоняйся так сильно, Гук уже несколько минут на тебя так пристально смотрит, и, кажется, в его телефоне появилось несколько твоих фотографий.
– Руку убрал с моей задницы, Мин, пока я тебе в глаз кисточку не воткнула.
– Понял. Убираю. Не при всех. – ехидно усмехается мембер, складывая руки на груди.
***
Звук щёлкающего затвора фотоаппарата, голоса парней и их громкий смех изредка отвлекают и заставляют Анастейшу оторвать взгляд серых глаз от проверки и прочтения письма одного из айдолов и взглянуть на них. Встречаясь взглядом с Тэхёном, Анастейша издевательски, так сексуально кусает кончик ручки и подмигивает светловолосому. Ви, усмехаясь, посылает преподавательнице воздушный поцелуй и вновь погружается в работу.
Паркер до хруста кусает кончик ручки, бегая глазами по строчкам одного из семи писем.
«Анастейша, прости меня за мой хреновый английский! Но в этом письме я могу признаться тебе во многом, хотя и боюсь. Честно.
Почему я каждый раз начинаю смущаться, когда ты рядом? Почему, где-то внутри просыпаются чуждые мне эмоции и чувства? Почему я каждый раз краснею, когда вижу тебя и ловлю на себе твой взгляд? К счастью ты этого не замечаешь. Спустя месяц твоего нахождения рядом с нами, я очень сожалению о том, что мы так редко можем пообщаться наедине. От таких мыслей мне действительно становится грустно.
Как писал Ремарк: «Ты можешь убежать от обстоятельств и людей, но ты никогда не сможешь убежать от своих мыслей и чувств», но знай, что я смогу помочь тебе убежать от них. Я всегда буду рядом с тобой, Анастейша Паркер. Всегда.»
Почему на глазах начинают появляться слёзы? Почему первое же письмо задело её до глубины души? У Паркер даже рука не поднимается, чтобы исправить ошибки в тексте, и она лишь пишет карандашом под адресованным ей текстом: «Прости, что я такая эгоистка. Спасибо тебе за то, что, несмотря на всё ты рядом» и откладывает его в сторону.
– Это определённо Чимин. Я только ему цитировала Ремарка. – шепчет себе под нос блондинка и, всхлипывая, берёт в руки следующий помятый листок бумаги.
«Хэй, Анастейша! Знаешь, я до сих пор корю себя и не могу простить, за то, что тогда беспочвенно сорвался и наорал на тебя. Вспоминая твои слёзы, я каждый раз спрашиваю себя «Кто я такой, чтобы делать тебе больно и доводить до слёз?». Только слов, увы, не вернешь, да и мои извинения ничего не поменяли и не изменят. Это всего лишь слова, ведь так? Я хочу, чтобы ты знала, как много значишь для меня, и мне очень грустно, стыдно и тяжело, когда тебе больно. Я прошу прощения за те ошибки, которые совершил, обещаю не повторять их и сделать всё, что только возможно, чтобы никогда в будущем ничего подобного не случилось.
И, прежде чем простить меня, я хочу, чтобы ты обняла меня и положила руку на мое сердце. Может быть, почувствуешь, как оно рвется на части. Потому что из-за моего поступка и слов тебе стало больно.»
Анастейша, сжимает письмо в руках и опускает голову, позволяя золотистым волнистым волосам спасть на лицо, прикрывая стекающие по щекам слёзы на белоснежный лист бумаги. Паркер уже жалеет, что согласилась на эту идею с письмами. Она прочитала только два, а уже сидит и плачет, не в силах исправить хотя бы одно слово. Эти слова, пробирающие до мурашек, нравятся в таком виде, в каком есть и она хочет сохранить их.
– Чёртов Мин Юнги, я же тебе сразу сказала, что не обижаюсь! Прекрати винить себя в том, в чём ты совершенно не виноват! – Паркер пытается незаметно вытереть слёзы и не привлечь к себе внимание, что удаётся златовласой не сразу.
Взяв в руки следующее письмо, Анни опешивает, когда дочитывает его. Она не может поверить своим глазам и написанному. Текст составлен достаточно грамотно, с минимальным количеством ошибок, но сам смысл написанного невольно заставляет блондинку вздрогнуть.
«Я знаю, что ты соскучилась по мне, плохая девочка...мысль о том, что я могу завладеть тобой сводит меня с ума. И я завладею. Ты будешь выкрикивать моё имя. Я знаю, что ты всё ещё дуешься на меня из-за того глупого вопроса. Но... Я знаю, чего ты хочешь. Просто подойди и посмотри мне в глаза, малышка. Не дуйся. Просто подойди и обними.»
Стейша поднимает взор серых глаз на парней. Она вопросительно глядит на каждого, недоумевая, у кого возникла подобная мысль написать такое? Кто этот чёртов шутник? Кто этот грёбанный извращенец? Это над ней так издевается Чонгук? Или же Джин?
– Нет, Джун и Хосок не могут так поступить со мной! Даже в шутку не смогли бы такое написать!
И с чего вдруг Анастейша возомнила, что сможет с лёгкостью угадать каждое из писем? Она совершенно не знает их, определённо. Но Анни не сдерживает своё огромное желание по издеваться над адресатом и быстро пишет в ответ:
"Пожалуйста, приди и овладей мной. Я хочу этого. Очень."
Отложив письмо, Паркер берёт в руки следующее, внимательно читая каждое предложение. Их английский был по истине хреновый, но, кажется, Анастейша уже привыкла и смерилась.
«...Мы не можем изменить людей вокруг, но мы можем выбирать тех, кто нас окружает. Я рад, что не ошибся в тебе. Но. Паркер, хватит жрать, как будто на тебе уже женились! Не хочу потом слушать твоё нытьё «Я набрала вес, я не буду больше есть!», а потом наблюдать, как ты ночью уплетаешь очередную порцию вредной пищи вместе с Джином.»
– Чон Чонгук! – вскрикивает белокурая и топает ногой, не скрывая своего возмущения. Устремив сердитый взгляд на розоволосого парнишку, который широкого распахнув глаза смотрит теперь на Паркер.
– Что я опять не так сделал, Анастейша?
– Люблю тебя, Чон Чонгук! Люблю! – натянуто улыбается и машет блондинка, отвесив тому воздушный поцелуй. Вновь утыкается взглядом в очередное письмо с ручкой наготове. Хотя не исправила ещё ни одного из писем.
«...Как это много — просто быть вдвоем... Сегодня мы будем только вдвоём и я этому чертовски рад, а ты?
...Запомни навсегда, что ты моя Стейши, а я твоя Надежда.»
– Как же ты палишься, Хосок! – со слезами на глазах, смеётся девушка и откладывает письмо к остальным, кусая истерзанную до не изнеможения губу.
Анастейша громко заливается смехом от следующего письма. Верно говорят, что краткость сестра таланта.
– Ким НамДжун, ты такой же парень, как и все! – смеётся девушка, читая строчки из письма–
«...Не смей так больше делать, поняла? Я же одинокий парень, твою мать! В следующий раз я просто не сдержусь, и наша дружба полетит к чертям! Я же не смогу выдержать 7 лет, Паркер!»
По-детски смешно, но в этом весь её любимый RapMon. Анни откладывает его письмо в сторону и берёт другое.
«...Думаю, ты знаешь, как я ценю в человеке искренность, мне не нравятся люди, которые из кожи вон лезут, чтобы понравиться другим, выставляют себя людьми, которыми они не являются. К счастью, Анни, ты самая искренняя и настоящая. Спасибо за то, что ты не фальшивка в этом 21 веке. Спасибо за поддержку. Знай, что я больше не боюсь твоих диких срывов во время занятий. Искренне люблю тебя, Паркер!»
– Блять, а это кто? Они издеваются надо мной...– истошно мычит златовласая девчонка, устремляя взгляд серых глаз на семерых парней, позирующих на камеру. Она определённо не знает их так хорошо, как они своего преподавателя по английскому языку.