Озвучивание не поддерживается в этом браузере
19
В дверях, ведущих в мою спальню, привалившись плечом к косяку, стоял герцог Пак собственной персоной. И я мгновенно покраснела. Сложив руки на узкой груди, он неявно улыбался глазами.
– Спасибо, – произнес он одними губами, лишь в намеке на благодарность.
Когда я подошла к нему, он вежливо пропустил меня, шагнув в сторону, но я остановилась точно перед ним.
– Не поведаете мне значение одного слова на древнем драконьем языке? – решилась я, четко осознавая, что Гук нас прекрасно слышит. – Что означает "эй р-р-ринта"?
Генерал Чимин Юхоко насмешливо улыбнулся.
– Это означает "моя любовь". Так мы обращаемся только к тем женщинам, которых считаем своими, кем дорожим сильнее всего, – поведал он, говоря тихо, словно раскрывал великую тайну.
– А для детей есть такое особое слово?
– "Эй тир-ра", – с готовностью ответил дракон. – Оно означает "мое сердце".
Поблагодарив мужчину кивком, я скрыла за этим неловким жестом смущение и торопливо покинула балкон. Не оборачивалась, не желая, чтобы Чонгук увидел слезы в уголках моих глаз. Но то были слезы счастья. Отчего-то хотелось танцевать, громко смеяться и даже обнять весь мир.
Когда два огромных темных дракона ухнули прямо с балкона, я все же позволила себе обернуться и посмотреть на них. Герцог Пак немногим уступал генералу Чону в размерах. Их мощные крылья уверенно разрезали воздух, а в моей голове так и звучал страстный шепот, окутавший прошлую ночь.
"Эй р-р-ринта".
"Моя любовь".
Несмотря на то, что ночью мы с герцогом не сомкнули глаз, я чувствовала себя более чем прекрасно. Пока принимала ванну, переодевалась и делала скромную прическу, Лея рассказывала о том, как провела эту ночь в моих покоях.
Попасть в них сегодня пытались трижды. В первый раз неизвестные решили воспользоваться уже проторенной дорожкой. Кто-то отчаянно пробовал сдвинуть с места поворотный механизм камина, но ему этого сделать не удалось.
Во-первых, помешала оставленная мною мебель. А во-вторых, магия генерала Юхоко. По просьбе герцога Трудо его друг добавил на эти покои и своих защитных плетений тоже. В магии защиты этот дракон претендовал на звание лучшего.
Во второй раз неизвестные решили воспользоваться балконом. Но так как попасть на него откуда-нибудь сбоку, через соседние окна, не представлялось возможным, они решительно перли вверх по стене, карабкаясь через специальный артефакт, похожий на увеличенные кошачьи когти.
– А откуда ты знаешь, что они использовали именно этот артефакт? – насторожилась я, глянув на девушку через отражение в зеркале.
Я сидела на низком пуфике, пока Лея наводила мне красоту. На вороте ее скромного платья сиял крохотный квадратный рубин в золотой оправе.
– Так когти так и остались в балюстраде и мраморе, когда мерзавцев откинуло вниз магическое защитное поле. Там-то их быстро в ближайшие кусты утащили, а тут Его Светлейшеству пришлось самому следы зачищать.
О том, что Чимин Юхоко охранял мои покои этой ночью, я даже не догадывалась и была крайне удивлена.
– Ну а третий раз? – поинтересовалась я, вставая перед зеркалом на ноги.
В темно-сером, почти монашеском платье я больше походила на послушницу, нежели на Первую даму королевства, но меня мой внешний вид полностью устраивал. За исключением одной маленькой детали.
– А добавь-ка еще синевы под глазами и побольше выбели лицо. Чтобы я на зомби похожа была, – попросила я, усаживаясь обратно на пуф.
– Э нет, до этих тварюшек, Ваше Сиятельство, вам точно далеко, – улыбнулась служанка игриво.
А я вдруг поймала себя на мысли, что ее чопорность сегодня растворилась без следа.
– А что до третьего раза, так совсем нечистые обнаглели, – щедро пудрила она мне щеки. – Через дверь попытались войти в гостиную. Но там тоже защита сработала. Эти покои теперь почище королевских охраняются, а...
– Лея, ты ведь не служанка? – уточнила я с мягкой улыбкой.
Девушка на миг замерла. От смущения на ее щеках проступили зеленоватые чешуйки. По цвету и переливам они напоминали густое болото.
– Служанка, – ответила она просто, сжала губы словно в замок и продолжила пудрить мне лицо. Однако, не выдержав, эмоционально добавила: – Да я правда служанка! Но если Его Светлейшество спросит...
– Какой из них? – уточнила я невозмутимо.
– Чимин, – ответила она и тут же зажала себе рот ладошкой, затем с отчаянием застонала, а потом: – Вы же не выдадите меня, правда? Чимин сказал, что, если меня вычислят, он меня больше на дело не возьмет. А мне уже надоело сидеть в поместье.
Жаловалась девушка искренне. По эмоциональной зрелости она напоминала мне ребенка, а не серьезную даму, какой старалась казаться. Но меня интересовало другое. Розанна собиралась выйти замуж за генерала Юхоко и должна была знать заранее, если у него имелась любовница.
– Ты... его любовница? – спросила я напрямик, не желая блуждать вокруг да около.
– Что? Нет! Конечно, нет! – горячо заверила меня девица. – Я его сестра. Младшая. Незаконнорожденная и вообще тайная. У нас большая разница в возрасте, но я быстро расту. Только скучно одной, понимаете? Он здесь, а я там. А так и делом полезным занята. Вы же ему не расскажете, что я раскололась?
– Не расскажу, – усмехнулась я довольно и все-таки посмотрела на себя в зеркало.
А с пудрой-то мы перестарались. Впрочем, как и с синевой под глазами. Но времени переделывать уже не осталось. Я хотела успеть на завтрак в крыло королевских воспитанников и явилась точно ко времени.
Дженни и Розанна моему внешнему виду удивились несильно, а вот дети и другие няни и гувернантки впечатлились.
– Всю ночь в дамской комнате провела! Не понимаю, что за напасть, – громко прошептала я Розанне, чтобы меня услышали абсолютно все.
– Вот и Его Величество какую ночь мучается, – тут же со вздохом подхватила рыжая. – Говорят, несвежее что-то вчера за завтраком попалось. А я считаю, что это все проделки Озии. Ведь, кроме вас двоих, больше никто не пострадал.
Я старательно закивала, состроив донельзя печальную мину. Новые слухи для придворных сегодня рождались именно в этой комнате.
После завтрака и до начала занятий ребятишкам полагалась получасовая прогулка по парку. Неспешно следуя вместе с подругами по дорожкам, вымощенным серым камнем, я намеками и полунамеками делилась тем, как провела эту ночь.
Говорить прямо, к сожалению, не могла, но зато хоть одной из нас не приходилось таиться. Розанна рассказывала нам о своей будущей свадьбе и о том, какая роль в мероприятии была отведена именно нам.
Ей непременно хотелось соблюсти не только все традиции драконов, чтобы угодить Чимину, но и с честью воспроизвести все то, что было принято у них в деревне.
Это и праздник для невесты за день до свадьбы, и ночное гадание, какой будет супружеская жизнь и кто из девиц следующей выйдет замуж; и пошив фаты в утро свадьбы. Какой длины подружки невесты успеют сшить фату, столько золота за нее и должны получить родители в качестве откупа от жениха.
В общем, традиции были интересными. Не предполагала, что когда-нибудь мне представится шанс поучаствовать в чем-то подобном.
Однако так просто наша прогулка по парку, естественно, завершиться не могла. Когда Лея рассказывала о том, что в мои покои трижды пытались попасть за эту ночь, я в первую очередь подумала совсем не о короле.
Леди Турика Нахль обещала, что мне доставят шкатулку-артефакт, чтобы я еще вечером отправила первый отчет. Свое слово эта женщина была готова выполнить во что бы то ни стало.
– Вам просили передать, – шепнула мне одна из нянь, сунув в руки ту самую шкатулку, пока девочки отвлеклись на своих воспитанников.
За мной следили, где бы я ни пряталась. Прав был генерал: мне от судьбы в этом месте сбежать не дадут.
И тем не менее первую половину дня я провела с подругами. Попрощалась с ними только перед обедом, когда за мной явился пожилой слуга в темно-серой ливрее. К широкому отвороту был прикреплен квадратный рубин в золотой оправе, а потому я пошла с ним безоговорочно.
Однако по дворцу нам пришлось как следует попетлять. Его Величество вспомнил о моем существовании незадолго до моего побега, а потому попадаться ему на глаза мне не стоило. Как и тем, кто принадлежал к его ближайшему кругу.
И пусть Сонхван точно знал, что я должна отправиться на встречу с поверенным семьи Чонов, чтобы продать маркизат, свое разрешение на эту поездку он мог отменить. И, пожалуй, этого я сейчас боялась больше всего. Открытой конфронтации мне следовало избегать до последнего.
Я не знала, куда именно несся экипаж, стремительно покинувший территории королевского парка через северные ворота. Карета увозила меня все глубже в город, а я отстраненно наблюдала за красивыми фасадами домов на главных улицах столицы. Яркие вывески, стеклянные витрины. Имея огромную конкуренцию между собой, лавки заманивали посетителей всеми правдами и неправдами. Даже магические иллюзии применяли, а ведь их подпитка обходилось в приличную сумму.
Попросив кучера через решетчатое окошко остановиться у лавки с игрушками, я не ожидала получить отпор. Ему было велено быстро и без лишнего шума доставить меня к месту назначения, а потому мужчина сопротивлялся до последнего.
Пришлось грозить собственным выпрыгиванием из кареты прямо на ходу, чего я делать, естественно, не собиралась. Ну не могла я явиться к малышке без подарка. Маленькая конфетка, самая простая кукла, набивной мишка размером с детскую ладошку – следовало принести что угодно, но обязательно, чтобы порадовать мелкую крошку.
Ведь когда улыбаются дети, улыбка невольно появляется и на лицах у взрослых.
Щедрыми капиталами я не обладала. Несколько монет мне заняла Дженни, но на куклу и леденец на палочке денег хватило. Точно такой я играла в детстве и очень любила, когда мама шила новые наряды. Сделанные мною платья не были и вполовину такими же красивыми как сотворенные мамой.
Если Всевышний мне поможет, я тоже буду шить наряды куклам вместе с Сабирой. И стану гулять с ней каждый день. И перечитаю ей все сказки на свете. И...
Никогда не позволю ей узнать, каково это – сражаться за себя каждый день. Мои дети обязательно будут счастливыми.
Задумавшись на некоторое время, я не сразу поняла, что экипаж замедлил свой ход. Однако впереди была отнюдь не ресторация или, на худой конец, контора, занимающая часть первого этажа в одном из зданий.
Нет, перед нами раскинулась Военная Академия, чьи башни и высокие стены были видны даже из выделенных мне во дворце покоев. Каменное сооружение походило на серую крепость. Закрытую, загадочную и неприступную.
– Нам точно сюда? – поинтересовалась я негромко.
Экипаж постепенно подъезжал к пропускному пункту, что располагался перед воротами. Перед нами сейчас стояла только одна карета.
– Точнее не бывает, Ваше Сиятельство, – с готовностью отозвался кучер. – Сюда никак не смогут проникнуть те, кто следит за нами от самого дворца. Это единственное безопасное место для вашей встречи с Его Светлейшеством.
– А вы тоже родственник генерала Юхоко? – не выдержала я, борясь с желанием выглянуть из кареты, чтобы убедиться в наличии преследований.
– Да не дай Крылатый! – почти возмущенно воскликнул мужчина. – Я должник генерала Чона. И знаете, всегда приятно отдавать долг услугой, а не собственной жизнью. Рекомендую вам немного помолчать.
Осознав, что пришла наша очередь, я приняла рекомендации кучера во внимание. Что удивительно, постовому он ничего не говорил, лишь передал письмо, закрытое красным сургучом. После этого нас пропустили немедленно, но если остальные экипажи поворачивали направо, то мой свернул точно влево и остановился напротив неприметной двери.
К ней вело крыльцо из трех ступеней. Как я увидела уже потом, это был вход для работников кухни, собственно, на саму кухню. Но, влетев в объятия герцога, едва спустилась по ступеньке, я не замечала уже ничего.
В темной нише между двумя дверьми мы целовались так, словно не виделись по меньшей мере месяц. Обнимать его мне мешала кукла.
– А где же Сабира? – спросила я, вернув себе утраченный разум.
– Она ждет тебя в моем кабинете. Как и обед. Пойдем?
В эту секунду я была готова пойти за ним куда угодно.
В кабинет Чонгука в академии мы шли окольными путями и тайными ходами. В здании стояла необычайная тишина, которая удивляла самим своим наличием, но, едва мы оказались на четвертом этаже, к потолку ухнул звон, напоминающий удар металла о металл.
Сотни мужских, мальчишеских голосов появились за стенами в тот же миг. Но они прошли мимо нас, а точнее, это мы пролетели мимо них, сразу выбравшись в кабинете герцога.
Там в компании месье Фолотье за столом нас уже ждала Сабира.
Увидев нас с генералом, девочка заметно обрадовалась. На ее счастливой круглой мордашке появилась искренняя улыбка от уха до уха, а сама она сползла с высокого стула и побежала к нам.
Не сдержавшись, я присела на одно колено прямо там, где стояла, и расставила руки в стороны, прежде уложив коробку с куклой на пол. В мои объятия девочка влетела маленьким вихрем. Хотелось обнять ее крепко-крепко, вжать в себя, но я боялась причинить ей боль.
– Лили, ет! Лили, ет! – повторяла малышка, показывая мне свою ладошку.
Дождавшись, пока я поцелую крохотную ладонь, Сабира во всей красе продемонстрировала свое главное умение: она попросту высунула язык. Да с таким видом, словно я непременно должна была оценить сей жест и похвалить.
– Зик! – поведала она, пока я прижимала малышку к себе и косо поглядывала на скрывающего улыбку дракона.
– Мы просто учили разные части тела, – покаялась я осторожно. – Глазки, щечки, пальчики...
– Язык, – сделав вид, что поверил мне, старательно покивал Чонгук. – С тех пор как ты ушла, она очень часто показывает мне язык. И если ты еще не поняла, Лили – это ты. Меня она называет то папой, то мамой. Если я ее не понимаю, часто злится и топает ножкой.
– Меня же не было всего ничего, – приятно удивилась я, вновь посмотрев на это скромное хитрое чудо. – Она пытается складывать слова в фразы?
– Только если ей что-то нужно. Или она видит что-то интересное. По большей части я не понимаю, что она говорит. Это не слова, скорее слоги...
– И это уже огромный прогресс! – похвалила я девчушку и поцеловала ее в пухлую щечку.
Правда, опомнившись, сделала вид, что ничего не было, и выпрямилась с ней на руках. Месье Фолотье учтиво смотрел в окно, не желая смущать нас своим присутствием. А Чонгук жестом пригласил к столу.
По-хорошему, мне следовало вручить подарок маленькой леди уже после обеда. А еще лучше – после дневного сна, чтобы не будоражить ее психику на сон грядущий. Но Сабира куклу увидела еще до того, как мы все вместе разместились за столом. Пришлось придумывать историю про то, как несчастную куклу не кормили в лавке, но теперь-то у нее появилась замечательная хозяйка.
Так и обедали вчетвером. Месье Фолотье взялся нам прислуживать, что было очень мило с его стороны. Стол в кабинете Чонгука не располагал к тому, чтобы выставить на него сразу все блюда, а потому управляющий помогал наполнить тарелки так, чтобы не устроить кавардак.
После обеда Сабира не слезала с моих рук. Пользуясь моментом, я обнимала ее впрок. Она так доверчиво прижималась ко мне, как может прижиматься только ребенок, а я уже заранее тосковала.
Понимала, что мы расстаемся ненадолго, что в ближайшие дни все решится и мое будущее навсегда изменится, но...
Не могла выпустить ее из своих рук даже после того, как малышка уснула. Она так мило причмокивала губами, крепко сжимая в руке леденец на палочке, что я и не пыталась его забрать. Как и куклу, которая тоже «спала» в объятиях Сабиры.
– Завтра на балу дебютанток все решится, – произнес Чонгук шепотом, обнимая меня.
Мы сидели рядом и оба смотрели на его спящую дочь.
– Бал дебютанток. Это так символично, – тихо ответила я. – Интерес Сонхвана ко мне проявился впервые именно на балу дебютанток.
– Тебе не о чем переживать. Дворец будет напичкан нашими людьми, – тронул генерал меня за руку, уложив свою ладонь поверх моей.
Теперь моя рука опиралась о его, и я могла дать ей немного отдохнуть. На ней покоилась голова Сабиры, и держать ее на весу становилось труднее.
– Встретимся завтра утром? Я знаю одно чудесное место, где можно позавтракать и заодно подписать бумаги с поверенным нашей семьи. Скажешь, что мы не договорились о сумме и я взял еще день на переделку документов, – неожиданно предложил Гук, а я на миг растерялась.
– А разве мы не встретимся этим вечером? – Скрыть грусть никак не получалось.
Я расстроилась – и это было видно. К хорошему привыкаешь быстро. И я подспудно ждала этой ночи, чтобы снова разделить ее с любимым мужчиной.
– К сожалению, нет, – ответил Чонгук и прижал меня теснее. – Этой ночью мне предстоит длительный перелет. Раньше утра я никак не вернусь. Порталы в тех местах открывать нельзя, так что...
– Я поняла, – выдавила я из себя улыбку. – Я буду ждать. Я буду...
Я не знала, когда именно месье Фолотье покинул нас. Управляющий вышел столь бесшумно, что я о нем попросту забыла, наслаждаясь поцелуем, который лег на мои губы сладкой патокой.
Пожалуй, за этот поцелуй я была готова продать свою душу, но от меня ее, слава Всевышнему, не требовали. Зато я вспомнила о важной теме, едва сумела прийти в себя и сфокусировать взгляд на хитром драконе.
Он точно знал, как меня разоружить и свести с ума.
– Есть новости от кучера? Тебе удалось с ним встретиться? – спросила я, вновь использовав шепот.
Однако никак не ожидала, что Чонгук вдруг посереет лицом. Над ним словно сгустились тени – таким хмурым он стал. Скованным, сдержанным, что-то скрывающим.
– Я говорил с ним, узнал кое-что полезное, но, Лалиса, разреши мне пока оставить эту информацию при себе. Я должен убедиться в том, что все сказанное им правда. Ты позволишь мне оставить тебя на некоторое время в неведении?
– Как будто у меня есть выбор, – тихо вздохнула я и вновь улыбнулась, посмотрев на Сабиру. – Она такая чудесная.
– Чудесная, – согласился со мной дракон, крепко обнимая. – И она будет очень рада, когда у нее появятся братик и сестренка.
– Ты хотел сказать «братик или сестренка»? – исправила я, не сдержав улыбку.
Меня вновь поцеловали, но на этот раз в уголок губ.
– Я сказал то, что хотел.
Комментарии