Потерялась Жучка|Турбо

Ночью, когда мама уснула, а Вахит еще не вернулся, Арина сидела на своей кровати, поджав ноги. В комнате горел только ночник – желтый, тусклый. Она достала из-под подушки тетрадь. Края обтрепанные, обложка выцвела. Арина открыла на первой странице. Строчки прыгали, неровные, местами перечеркнутые, с закорючками на полях.

Писала стихи она с двенадцати лет. Иногда писала строчки и про Валеру. Они были мелкие, неразборчивые. Арина почувствовала, как щеки заливает жаром. Тогда она думала, что это красиво. Сейчас стыдно было даже себе признаться, что писала такое.

В середине тетради появились строчки о жизни в Москве. Арина провела пальцем по чернилам. Помнила тот вечер, когда писала эти строки. Ей хотелось домой. В Казань. К маме, к брату, к этому двору, к старым качелям и лужам, которые она ненавидела в детстве. Хотелось так, что зубы сводило.

Были строчки про Диму. Арина перечитала, поморщилась, хотела вырвать страницу, но не стала. Ведь память не вырывается. Можно сжечь, выбросить, но воспоминания останутся в голове.

«Зачем я это пишу? – подумала она, – Для кого?» Ответа не было. Она знала только одно: если не писать, то задыхается. Слова приходят сами, складываются в строчки, требуют выхода. Арина пробовала не писать месяц, два. Но внутри накипало, просилось наружу, и она снова бралась за ручку.

Зималетдинова закрыла тетрадь, зажмурилась. В горле был неприятный ком, то ли от бессонницы, то ли от того, что эти строчки были слишком честными. Она их никому не показывала. Даже Косте, только Ленка когда-то выпросила почитать, да и то давно, в детстве.

Арина снова открыла тетрадь на чистой странице, взяла ручку. Подумала, вывела аккуратные строчки. Перечеркивала, начинала заново. Утром тетрадь снова была под подушкой. Арина умылась холодной водой, оделась, пошла на работу. Как будто ничего не было.

***

Костя нашел комнату через три дня. Маленькую, в старом доме на окраине, у пожилой хозяйки, которая сдавала угол за символическую плату. Комната была тесной, с низким потолком и скрипучим полом. Никто не знал, что Костя каждую ночь в новой квартире не спал. Ворочался, слушал, как скрипит половица, и думал: правильно ли он сделал, что приехал? Может, зря лезет в чужую жизнь? Может, Арина и без него справится?

Спустя неделю Костя собрался в магазин, вышел из подъезда и увидел Вахита. Он курил, глядя в землю.

– Пошли, прогуляемся, – сказал коротко Зима.

Они шли молча. Костя не задавал вопросов, не отставал, не пытался заговорить. Просто шел рядом, глядя по сторонам. Вахит привел его к качалке. Там уже стояли свои, человек десять, не больше. Валера сидел на корточках у ворот, смотрел исподлобья. Остальные пацаны переговаривались негромко, но когда Костя появился, все замолчали.

– Ты говорил, что помочь хочешь, – сказал Зима, глядя в глаза Косте, – Мы решили проверить. Наш метод простой. Дерешься до первой крови. Умеешь?

– Не очень, – ответил Костя.

– Ну, значит, научишься, – хмыкнул Вахит.

– Марат, встань с ним! – крикнул Турбо и из толпы вышел парень, лет пятнадцати-шестнадцати, встал напротив Кости.

Зима отошел к Турбо, остальные пацаны расступились, образовывая круг. Костя стянул куртку, закатав рукава свитера. Валера и Вахит были чуть в стороне. Курили, смотрели внимательно, не вмешиваясь. Марат ударил первым. Костя не увернулся, принял удар, шагнул назад, но не упал. Марат бил быстро, по-уличному: без правил, без жалости. Целил в лицо, в солнечное сплетение, пытался сбить с ног. Костя не отступал. Два раза ударил сам: один раз попал в плечо, второй скользнул по скуле. Марат ударил в челюсть, из губы потекла кровь. Но Костя не упал. Сплюнул на землю, вытер рот тыльной стороной ладони и снова поднял руки.

– Хорош! – крикнул Турбо, поднимаясь на ноги.

Марат остановился, опустил кулаки. Костя стоял, тяжело дышал, но держался прямо. Губа разбита, под глазом начинал расползаться синяк.

– Не промах, – усмехнулся Туркин тихо, так чтобы слышал только Зима.

– Держался, – кивнул Вахит.

Он подошел к Косте, протянул руку. Костя пожал, его ладонь была твердая, не дрожала. Валера тоже подошел. Не сразу, помедлил пару секунд, будто решал для себя что-то важное. Потом протянул руку. Костя посмотрел на него спокойно, без вызова и пожал ладонь.

Пацаны начали расходиться. Кто-то хлопнул Костю по плечу, одобрительно, без издевки. Костя обернулся. Валера стоял у турника, курил, смотрел в сторону. Вахит снова подошел к парню.

– Ты не обижайся, – сказал Зима, – По-другому у нас нельзя. Мы должны знать, кто рядом с Ариной.

– Я понимаю, – кивнул Костя.

***

Арина увидела Костю на следующий день. Он зашел в магазин под вечер, хотел взять кассету. Но вместо приветствия отвернулся, делая вид, что рассматривает витрину.

– Костя, – позвала она.

Он обернулся. Под левым глазом расплылся синяк, уже начинающий заживать. Губа рассечена, запекшаяся корочка, а на скуле ссадина.

Арина замерла. Кассета выпала из рук, шлепнулась на прилавок.

– Кто? – спросила она тихо.

– Ничего страшного, – Костя улыбнулся, но улыбка вышла кривой, – Упал.

– Костя, не ври. Кто?

Он молчал, отводил глаза. Арина смотрела на его разбитое лицо, и внутри все сжималось.

– Вахит, – сказала она не вопросом, а утверждением.

– Арин, не надо...

– И Валера, – добавила она, и голос стал тверже, – Они тебя проверили. Своим методом. Драка. Я права?

– Я согласился сам. Они предложили, а я не отказался.

– Потому что они не оставляют выбора! – Арина сорвалась на крик, – Кто они такие, чтобы проверять моих друзей? Кто дал им право?

– Арина, успокойся...

– Не успокоюсь! – Она уже хватала куртку, скидывала форменный фартук, – Я сейчас к ним пойду. Оба получат.

– Арин, не надо, – Костя шагнул к ней, взял за плечи, – Что они подумают? Что я за твоей спиной прячусь? Сам решил, сам подрался. Если бы не хотел, то не пошел.

– Ты не знаешь их, – Арина вырвалась, – Они считают, что весь мир должен крутиться вокруг их понятий.

Она выбежала из магазина, хлопнув дверью. Костя не стал догонять.

Вахит и Валера были во дворе у качалки. Стояли на улице, курили, обсуждали что-то свое. День клонился к вечеру. Арина появилась неожиданно. Летела, как фурия, расталкивая других парней. Не сбавляя шага, подошла вплотную.

– Жучка? – Вахит приподнял бровь, – Ты чего?

Она не ответила. Размахнулась и со всей силы ударила брата в плечо. Зима даже не шелохнулся, только сигарета выпала из пальцев.

– Ты с ума сошла? – он схватил ее за запястье.

– Это я сошла? – Арина вырвала руку, – Это вы с ума сошли! Вы! Оба! Устроили проверку? Драка до первой крови? Костю били?

– Аринка, – говорит Вахит, – Ты не понимаешь...

– Это я не понимаю? – она повысила голос, так, что пацаны у качалки обернулись, – Это я не понимаю? Вы привели человека, который ничего вам не сделал, никому не навредил, и заставили его драться. С малолеткой! Чтобы проверить? Что проверить? Насколько он умеет терпеть боль?

– Он сам согласился, – глухо сказал Валера.

– Он согласился, потому что вы не оставили ему выбора! – Арина шагнула к нему, – Ты, Валера, ты вообще кто такой? Какой тебе дело до моих друзей? Зачем ты лезешь?

Турбо промолчал. Только сдал челюсть. Вахит попытался взять сестру за локоть.

– Арина, хватит. Мы не враги ему. Мы просто хотели убедиться...

– Убедиться в чем? – она отшатнулась от брата, – А если бы в больницу попал?

– С ним все нормально, – сказал Вахит, – Пара синяков, не больше.

– А если бы было не нормально? – вздыхает Арина, – Мама болеет, я работаю за копейки, у нас денег нет на лекарства. А вы..вы вместо того, чтобы помогать, устраиваете драки с моим друзьям. Костя приехал из Москвы, бросил все, чтобы быть рядом. А вы его мордой об асфальт, – Арина замолчала, отводя глаза.

– Закончила? – лишь коротко спросил Турбо. Он даже не считает себя виноватым.

– Больше не надо меня защищать. Я вас не просила. Мне надоело, что вы лезете в мою жизнь!

Она посмотрела на Валеру, потом на брата. Слезы все-таки потекли, против ее воли, по щекам.

– Вы думаете, я не справлюсь? Думаете, мне нужны ваши разборки, ваши проверки, ваша защита? – голос дрогнул, – Я справлюсь. Сама, без вас. Поняли?

– Арин, – Вахит попытался взять ее за локоть, – Ты успокойся сначала.

– Не трогай меня! – она вырвала руку, – Еще раз вы тронете Костю..я уеду, поняла? Обратно в Москву.

Зималетдинова развернулась и пошла прочь. Быстро, не оглядываясь. Только плечи вздрагивали. Вахит сделал шаг за ней, но Валера схватил его за локоть.

– Она права, – тихо сказал Зима,– Мы перегнули.

– Нет,– пожал плечами Валера, закурив, – Мы сделали то, что должны были. Если она не понимает, значит это ее проблема.

***

Арина не уехала. Утром она вышла на кухню, поставила чайник, налила маме лекарства. Вахит сидел за столом, смотрел в кружку. Увидел сестру, хотел уже что-то сказать, но она прошла мимо, даже не взглянув.

– Арин...– начал он.

– Не разговаривай со мной, – сказала она ледяным голосом и ушла в свою комнату, закрыв дверь.

Вахит выдохнул, постучал костяшками по столу. Ничего не сказал, понял, что бесполезно. Так и пошло.

Арина выходила из комнаты только к маме. Разогревала суп, поила таблетками, укрывала одеялом. Вахита она не замечала. Даже когда он стоял в двух шагах, смотрел на нее виновато, переминался с ноги на ногу, она проходила мимо, будто его не существовало.

– Арина, ну хватит, – сказал он на третий день.

Она молча вымыла кружку, повесила на крючок и вышла. Валера появился на пятый день. Зашел в магазин, когда Арина была одна. Дядя Вадим ушел по делам, оставив ее за кассой. Колокольчик дзынькнул, Турбо переступил порог, и она сразу его увидела. Но сделала вид, что не замечает. Перебирала кассеты, раскладывала их по полкам спиной к нему.

– Жучка, – позвал он, но в ответ молчание, – Арина.

Она даже не повернулась. Валера постоял, сунул руки в карманы. Подошел ближе, но не прикасался.

– Я знаю, ты злишься. Имеешь право, – сказал он глухо, — Но мы не хотели тебя обидеть. Просто проверить надо было. По-другому у нас нельзя. Ты же знаешь.

Арина замерла на секунду. Потом взяла новую стопку кассет и продолжила раскладывать.

– Костя нормальным парнем оказался, – добавил Валера, — Не жаловался, дрался достойно. Мы его не тронем больше. Слово пацана даю.

– Ты сказал что хотел? – спросила она ровно, развернувшись к нему.

– Арин...

– Сказал. Иди.

Валера сжал челюсть. Хотел сказать еще что-то, но передумал. Кивнул, развернулся и вышел. Колокольчик дзынькнул. Арина выдохнула

Лена тоже пыталась поговорить с подругой. Пришла в магазин, защебетала, обняла.

– Арин, ну прости ты их, дураков. Они же хотели как лучше.

– Лен, не начинай, – устало сказала Арина, – Я не злюсь. Я просто..устала.

– Тогда поговори с ними.

– Не о чем.

Лена вздохнула, закусив губу. Туркина поняла, что сейчас лучше не настаивать. Чмокнула Арину в щеку и ушла, оставив на прилавке шоколадку.

– Это не от них, – крикнула она уже с порога, – Это от меня.

Арина улыбнулась уголками губ, но шоколадку не тронула.

Прошла неделя. Арина не разговаривала с братом. Он пробовал заводить разговоры: за ужином, когда мыла посуду, когда заходила в коридор. Она отвечала односложно или молчала. Вахит не выдержал, поймал ее за локоть у выхода.

– Аринка, хватит уже! Ну сколько можно?

– Отпусти, – сказала она тихо.

– Не отпущу, пока не поговорим. Что за обиды? Ты ведешь себя как ребенок.

– А вы с Валерой поступили как взрослые? – она вырвала руку, посмотрела брату в глаза, – Костю на встречу позвали, не спросив меня. Решили за меня. А теперь я должна делать вид, что все нормально?

– Никто не просит делать вид. Просто...

– Просто оставьте меня в покое, – перебила она, – Оба, понял?

Арина надела куртку и вышла, хлопнув дверью. Вахит остался стоять в коридоре. Потом прошел на кухню, налил себе чай, закурил в форточку.

– Не идет на контакт, – сказал он Валере вечером у качалки, – Вообще. Даже разговаривать не хочет.

– Пусть злится, – Валера затянулся, – Перебесится. Главное, что не уехала.

– Не уедет, – вздохнул Зима, – Маму не бросит. Но молчать может долго. Упрямая.

Арина действительно не уезжала. Но и не прощала. Она просто жила своей жизнью: ходила на работу, ухаживала за мамой, читала по вечерам, иногда пыталась писать стихи, но строчки не шли. Костя заходил в гости, помогал с продуктами, сидел рядом, когда она молчала. Не лез, не спрашивал. Ждал.

– Ты из-за них? – спросил он однажды.

– Не хочу говорить, – ответила Арина.

– Они хотели как лучше, – Костя пожал плечами, – Не держи зла на них.

Она посмотрела на него: на спокойного, надежного, совсем не такого, как ее брат или Турбо. И подумала: может, с ним и правда проще. Может, не надо с ним ссориться, доказывать, биться головой об стену. Он не проверяет, не защищает с кулаками, не лезет в душу. Просто есть. И этого достаточно.

Турбо заметил, что Костя стал появляться у магазина чаще. Провожал Арину до дома, иногда заходил в гости, сидел до вечера. Иногда целыми днями проводил с ней время в магазине. Валера видел как Арина улыбается, Костя что-то говорит, а она смеется. Он отворачивался, закуривал, старался не смотреть. Не получалось, все равно смотрел. И злился на нее, на Костю, на себя.

———————————————-

как вам глава? обязательно ставим звездочки, мне будет очень приятно.
мой тгк «викуша сочиняет» там будут все новости и выходе новых глав🫶🏻