Глава 12
Коридор у библиотеки тонул в утренней дымке. Квартет забился в глубокую нишу за гобеленом, где пахло старой шерстью и пылью веков. Гермиона раскрыла пухлый том и, понизив голос до заговорщицкого шепота, начала:
— Геллерт Гриндевальд... Гарри, это имя до сих пор боятся произносить в Европе так же, как у нас имя Волан-де-Морта. Но он был совсем другим. Гриндевальд — это идеология. Он был невероятно красив, красноречив и обладал пугающим обаянием. В Дурмстранге его считали гением, но исключили за «черные эксперименты», которые выходили за рамки даже их терпимости к темным искусствам. Он верил, что магия — это дар, который дает право властвовать над миром «Ради общего блага».
— Отец говорил, он не прятался по подвалам, как Пожиратели, — вставил Рон, нервно оглядываясь. — Он выступал перед тысячами людей. Он создал целую армию «Аколитов». Это была настоящая мировая война магов, Гарри. Он строил тюрьмы для своих врагов, и самую страшную — Нурменгард — он построил в Австрии. Знаете, что на ней было написано? Тот же девиз: «Ради общего блага». Ирония в том, что в 1945 году, после величайшей дуэли в истории, Дамблдор победил его и запер в этой же самой башне.
— Пятьдесят лет и семь месяцев одиночного заключения, — добавила Гермиона, сверяясь с датами. — Сто восемь лет от роду. Казалось, он там и доживет свои дни, всеми забытый.
Драко, который до этого стоял, скрестив руки на груди, вдруг ехидно ухмыльнулся.
— Забытый всеми, но не Дамблдором. В узких кругах чистокровных семей, — он понизил голос, — всегда ходили... пикантные слухи. Поговаривают, что в молодости наш «великий светлый директор» и Гриндевальд были не просто друзьями. Мол, Альбус был настолько влюблен в Геллерта и его идеи, что готов был бросить всё и бежать за ним менять мир. Именно поэтому Дамблдор так долго тянул с той дуэлью. Он не мог поднять руку на того, кого... ну, вы поняли.
Гарри и Рон потрясенно уставились на Малфоя. Гермиона покраснела, но не стала спорить.
— Это только слухи, Малфой! — фыркнула она, хотя по её глазам было видно, что и она об этом читала. — В любом случае, Гриндевальд был эстетом. Он любил классическую музыку, дорогую одежду и безупречную латынь. Это объясняет надпись в небе. «Mortem» — это похоже его стиль.
Гарри сглотнул, пытаясь переварить информацию. Образ Дамблдора в его голове дал трещину.
— И что теперь? Если он сбежал, то он снова собирает армию?
— А вот тут самое интересное. Посмотрите, что они вынесли из Министерства. Грейнджер, ты любишь теорию, я — практику. Давай по списку.
Драко вытащил письмо Люциуса и развернул его так, чтобы все четверо могли видеть список.
— Смотрите сами, — прошептал он. — Эбеновое дерево и кельпи. Терновник и драконья жила. Орешник и волос фестрала.
Гермиона ахнула, закрыв рот ладонью. Гарри придвинулся ближе, глядя на три строчки, которые могли стоить им жизни.
— Эбен — это палочка для того, кто привык быть на вершине, — Драко ткнул пальцем в первую строчку. — Отец говорил, что такие палочки выбирают только тех, кто не боится быть один против всех. Это дерево для абсолютного лидера, для того, чья воля не гнется. Палочки с кельпи капризные и высокомерные.
– Эбен — это дерево одиночек – продолжила Гермиона – Тот, кто владеет такой палочкой, не нуждается в друзьях, ему нужны только последователи. А кельпи... признают только абсолютную власть. Это оружие для того, кто привык повелевать и чей разум острее бритвы. Это палочка лидера, который не терпит возражений. Она не будет работать у того, кто сомневается.
Гарри замер. Рон громко выдохнул. Никто не сомневался в том что эту палочку взял Гриндевальд.
– Вторая, — Драко ткнул пальцем в список, — Терновник и сердечная жила дракона. Терновник — это «боевое» дерево. Считается, что оно по-настоящему привязывается к хозяину только после того, как тот пройдет через смертельную опасность или огромную боль.
— У нас в семье говорили, что терновник по-настоящему слушается только того, кто прошел через ад и не сломался – прошептал Рон – Гарри, она чёрная, понимаешь? Не в смысле злая, а... колючая. Она любит тех, кто привык причинять боль или терпеть её.
— Жила дракона дает самую мощную магию, — быстро добавила Гермиона. — Она учится быстрее всех остальных, но она же и самая вспыльчивая. Также, она легче всех склоняется к Темным Искусствам. ей может владеть только человек с бешеной энергией, незнающий границ. В сочетании с терновником это палочка для того, кто живет на острие ножа. Владелец такой палочки — это сгусток ярости и безумия.
– Характер... как у Беллатрисы Лестрейндж – продолжил Драко – Но Белла — верная раба Тома. Она бы скорее откусила себе язык, чем пошла за Гриндевальдом, который всегда был соперником её хозяина за трон «Величайшего». Это не логично.
– Может они воровали по отдельности? – спросил Гарри – Хотя... Если судить по пророку, ограбление произошло за пару минут. Вряд ли по отдельности они бы успели.
– Это очень странно – согласился Рон – Какая там третья палочка?
— Орешник — самая капризная вещь на свете, — сказал Драко — Она связана с чувствами хозяина. Если он в стрессе — палочка может «выстрелить» сама. Она ищет кого-то эмоционального, глубокого. А волос фестрала... — он понизил голос до шепота, — это сердцевина для тех, кто видит грань. Кто не боится смерти, потому что она всегда рядом. Это палочка для того, кто потерял всё, но сохранил искру внутри.
— Это редчайшая комбинация - Гермиона выглядела удмвлённой – Я про такие ещё ни разу не слышала. Но по описанию... Эта палочка для того, кто был сломлен, но остался благородным. Тот, кто её выбрал, не хотел убивать, он хотел... защищаться и чувствовать контроль.
— Палочка для того, кто живет на грани, — закончил Драко. — Для того, кто видел слишком много потерь, но при этом эмоционально нестабилен.
– Это... Очень странные люди, не находите?
– Первая палочка точно у Гриндевальда. Вторая – у безумца. Третья – у сломленного рыцаря с искрой внутри – сказал Гарри.
– Но вопрос. Гриндевальду 108 лет. Он сейчас должно быть развалина – Драко нахмурился – он физически не смог бы пробраться в министерство.
– Дамблдору 110 лет, но он бодрый как в 50 – сказала Гермиона
– Сколько? – Рон округлил глаза.
– Но он не смог бы пробраться незамеченным! – воскликнул Драко, а затем продолжил спокойно – Он одинокий, истощённый заточением старик. Откуда в нём такие силы?
– Меня больше смущает другое. Насколько я могу понять по одной из книг, у Гриндевальда была гетерохромия.
– Это что? – спросил Рон
– Гетерохромия, это когда глаза разного цвета – объяснил Гарри.
– Так вот, если у него гетерохромия, то наверняка кто-то заметил бы старика с разными глазами. Вы знаете кого-то, кто был в министерстве в это время?
– Сириус! – воскликнул Гарри – Дамблдор отправит меня к нему послезавтра. Я могу спросить, не знает ли он, кто ходил в министер...
– В этом нет нужды, Поттер – прервал его Драко – Мой отец рассказывал, что твой крёстный устроил в тот день. У него были десятки слушателей, который вздыхали и соболезновали ему, несчастному, не знающему как жить.
– Вообще-то Сириус Блэк пережил 10 лет в Азкабане, из-за ложного обвинения в предательстве лучшего друга!
– Не 10 а 5, Грейнджер – сказал Малфой
– 10! Он попал в Азкабан 10 лет назад!
– Со вторым не спорю, но он провёл там не 10 лет. Во всяком случае не для него
– Гермиона, он прав – сказал Рон – мой отец рассказывал, в Азкабане время тянется в два раза быстрее, дементоры воруют у людей не только хорошие воспоминания, но и время. Поэтому стареют в Азкабане в два раза медленнее.
– Этого я не знала – задумавшись сказала Гермиона.
– Я думал ты всё знаешь – удивлённо сказал Гарри.
– Невозможно знать абсолютно всё – менторовским тоном сказала Грейнджер.
– Не суть важно – прервал начинающуюся перепалку Драко – Поттер, твоя задача – спросить у Блэка, не видел ли он в Министерстве подозрительных личностей, А в особенности стариков с гетерохромией.