Глава 4
Трио сгрудилось вокруг больничного столика.
— План такой, — начал Сириус, в нем проснулся старый мародер. — Завтра меня выписывают. Они вернут мне палочку, но она слабая, из Мунго. Нам нужно в Министерство. Склад конфиската находится на четвертом уровне.
— Слишком скучно, — перебила Белла. — Мы просто зайдем и разнесем там всё!
— И нас схватят через две минуты, — осадил её Гриндевальд. — Нужно использовать твое освобождение, Сириус. Ты пойдешь в Министерство «оформлять документы». Белла будет твоим «сопровождающим лицом» под оборотным зельем.
— А ты? — спросил Сириус.
— А я буду тем самым «магическим сбоем», который отвлечет всё внимание на себя в главном холле. Пока они будут ловить «неизвестного террориста» у фонтана, вы вскроете хранилище.
— Нет! — Белла ударила кулаком по столу. — Я хочу быть в центре заварушки! Пусть Сириус сам возится с бумажками, а мы с тобой, Гриндик, устроим им шоу!
— Белла, если мы устроим шоу вдвоем, прибежит Дамблдор, — напомнил Геллерт. — Нам нужны палочки до встречи с ним.
— Слушайте сюда, — Сириус, усмехнулся, он нашёл компромис. — Делаем так: я иду «жаловаться» на плохие условия в Азкабане в приемную. Это соберет толпу чиновников. В этот момент Гриндевальд устраивает «небольшой» фейерверк в лифтах — это заблокирует уровни и отвлечет внимание. Белла в это время проникает в хранилище через вентиляцию. Забирает палочки и мы встречаемся возле чёрного входа.
Гриндевальд кивнул, поправляя воротник куртки.
— Хаотично. Нагло. Безрассудно. Мне нравится – Беллатриса оскалилась, звякнув цепями.
— Идет. Сириус, с тебя — отвлекающий манёвр, с Беллы — палочки, с меня — заблокировать входы и выходы, а также привлечь внимание поломкой. Чувствую, завтрашний день Министерство не забудет.
Утро в заброшенной башне Нурменгарда было пропитано запахом крепкого шнапса, пыли и резким, бьющим в нос ароматом специй. Рассвет едва касался острых пиков австрийских Альп, когда Беллатриса Лестрейндж открыла глаза. Она встала и пошла проверять снаряжение.
Белла села на холодный каменный пол, прислонившись спиной к стене. Перед ней стояли её новые ботинки — массивные Нью Роки на огромной платформе, утыканные длинными стальными шипами. В тусклом свете они казались копытами какого-то демонического существа. Белла закинула ногу на колено и принялась затягивать шнуровку. Рядом стояла открытая пачка сухариков с хреном, которые Белла методично отправляла их в рот, наслаждаясь жгучим вкусом, помогающим окончательно проснуться.
— Эти шипы выглядят так, будто ты собираешься не палочки воровать, а вспахивать Министерство вместо плуга, — раздался сонный, но едкий голос из глубины комнаты.
Геллерт Гриндевальд поднялся с койки, потирая лицо ладонями. Его платиновый «ежик» волос был слегка взъерошен, но взгляд разноцветных глаз уже был острым, как бритва. Он натянул черную футболку, поверх которой накинул кожаную косуху.
— Завидуй молча, Гриндик, — Белла резко затянула последний узел на ботинке. — Если палочка меня не послушается, я просто проткну первого встречного этими шипами. Это надежнее твоей «высшей магии» в её нынешнем состоянии.
— Грубо, Блэк. Но эффектно, — Геллерт усмехнулся, застегивая ремень на своих штанах с графичными узорами. — Главное, не наступи мне на ногу, когда мы будем в барьере. Я не хочу оставить в Министерстве палец на память.
— Не обещаю! — Белла встала на ноги, и тяжелая платформа её обуви отозвалась глухими, тяжёлыми ударами о камни.
Они подошли друг к другу и взялись за руки. Белла почувствовала сухую и горячую ладонь Геллерта. В ту же секунду воздух вокруг них загустел, превращаясь в непроницаемый кокон. Они создали барьер невидимости и с тихим, почти неслышным хлопком они аппарировали к входу в Министерство Магии.
В главном холле было людно и душно. Под золотыми сводами сновали чиновники, а у фонтана дежурили мракоборцы. Сириус Блэк, одетый в чёрную рубаху и пиджак, бледный, осунувшийся, но привёвший себя в порядок, с глазами, в которых уже начал разгораться старый огонь, медленно шёл к стойке регистрации.
К нему тут же подскочил молодой клерк:
— Мистер Блэк! Поздравляем с официальной выпиской из Мунго! Как ваше самочувствие?
Сириус остановился. Он не кричал, не устраивал истерик, но его голос, ставший глубоким и вибрирующим от затаённой боли, разнёсся по холлу.
— Самочувствие? — Сириус горько усмехнулся, глядя клерку прямо в глаза. — Знаете, после десяти лет в ледяной дыре, где единственным твоим собеседником был дементор, я чувствую себя... пустым. Моя жизнь превратилась в пепел, пока вы здесь перекладывали бумажки и пили чай. У меня нет дома, у меня нет друзей. Мне вернули свободу, но забыли сказать, что мне с ней делать.
Люди вокруг начали замедлять шаг. Одна женщина остановилась, прижав руку к груди, двое мракоборцев у лифтов обернулись, привлеченные этой тихой, но мощной исповедью. Сириус продолжал говорить, его голос становился чуть громче, привлекая всё больше внимания. Он манипулировал тембром, добавляя всё больше разных эмоций.
Геллерт, стоя под барьером всего в паре метров от Сириуса, хмыкнул и сосредоточился. Белла почувствовала, как его рука стала ледяной. Гриндевальд едва заметно шевельнул пальцами другой руки. Воздух вокруг золотых решеток лифтов начал мелко дрожать. Прошло полминуты — тридцать томительных, наэлектризованных секунд.
Вдруг раздался жуткий скрежет. Металл лифтовых шахт заискрил, из щелей повалил густой фиолетовый дым. Раздался громкий хлопок, и по всему Министерству завыла сирена магической тревоги. Охрана, чиновники и зеваки, которые только что слушали Сириуса, с криками бросились в сторону поломки.
— Твой выход, — одними губами произнес Геллерт, разжимая пальцы.
Беллатриса, оставаясь скрытой остатками невидимости, рванулась к стене. Шипы работали как альпинистское снаряжение, позволяя ей двигаться с кошачьей грацией, они впивались в малейшие неровности каменной кладки, помогая Белле подняться к вентиляционной решетке под потолком. Одним мощным рывком она протолкнула решётку внутрь и скользнула в темный тоннель вентиляции.
Внутри было пыльно и душно. Белла ползла, стараясь не звенеть цепями. Пробиралась прямо над кабинетом Министра Магии, через решетку она видела, как тот что-то заполняет, и кидает нелестные комментарии в сторону дураков, которая без его помощи не могут справиться с лифтом. Он встал и пошёл к двери. Вдруг министр замер, прислушиваясь. Ему показалось что он услышал шорох.
— Кто здесь? — он подозрительно оглядел кабинет.
Белла замерла, вжавшись в металл. Министр постоял секунду, заворчал что-то про «крыс», и вышел из кабинета.
Беллатриса двинулась дальше. Наконец, она достигла хранилища конфиската. Отжав зажимы, она спрыгнула с трёхметровой высоты. Тяжелая подошва её ботинок с глухим стуком коснулась пола.
Вокруг тянулись ряды стеллажей. Белла шла вдоль них, и вдруг почувствовала странное притяжение. Она остановилась у большой черной коробки. Сбросив крышку, она увидела гору палочек. Белла погрузила в них руки, роясь, как в сокровищах. Спустя десять секунд её пальцы сомкнулись на чем-то колючем.
Это была темная палочка с острыми шипами на конце рукояти. На бумажке значилось: «Палочка из терновника с сердцевиной из сердечной жилы дракона». Белла почувствовала, как магия палочки отзывается на её магию. Палочка признала её.
Рядом лежала изящная черная, чуть ли не аристократическая палочка, на бумажке которой было написано: «Палочка из эбена с сердцевиной из волоса гривы кельпи».
— То, что надо для Гриндика, — прошептала она.
Уже собираясь убрать коробку, её взгляд нашарил необычное название. Она взяла палочку серого цвета и прочитала: «Палочка из орешника с сердцевиной из волоса гривы фестрала».
— Прихвачу для Сири, всё равно ему нормальную не дали, — усмехнулась Белла.
Прошла ровно минута и тридцать секунд с того момента, как Белла забралась в вентиляцию. Взмахнув новой палочкой, Белла заставила ящик задвинуться на место, оставив его лишь слегка приоткрытым. В пустоту между другими палочками она положила пожелтевший клочок бумаги, словно вырванный из старой книги, с одним-единственным словом, выведенным готическим шрифтом: «Mortem».
Она едва успела заскочить в вентиляцию, когда в хранилище вошли трое рабочих, бурно обсуждавших происшествие с лифтом. Белла беззвучно проползла обратно и через технический люк выскользнула на улицу у черного входа.
Там её уже ждали. Гриндевальд стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. Сириус, всё еще немного бледный, нервно поглядывал на дверь.
Белла спрыгнула на асфальт, и её ботинки громко лязгнули о камни.
— Заждались, мальчики? — Она хищно улыбнулась. Из её внутреннего кармана джинс торчали края палочек .