Глава 2
Ночь в Нурменгарде была черной, как душа дементора, но внутри самой высокой башни искрило от азарта. Два великих магов столетия, сидя на холодном полу, планировали банальный грабеж.
— Значит так, Гриндик, — Белла чертила пальцем по пыли. — Спускаемся в деревню. Ты берешь на себя топливо, я — одежду.
— «Топливо»? Блэк, ты пересмотрела магловских боевиков? — Геллерт фыркнул, поправляя обрывки рубашки. — Я возьму мясо, вино и что-нибудь приличное.
— Никакого «приличного»! Берем то, что долго живет. Сухарики, чипсы и... Доширак. Это такая лапша, Гриндик, она острая, как твои шпильки, и готовится за три минуты. Идеально для подполья.
— Доширак... — Гриндевальд поморщился. — Звучит как заклинание для вызова изжоги. Но ладно, я доверюсь твоему плебейскому вкусу.
- Сам плебей! - Белла сделала вид что обиделась - Вот куплю тебе розовое платье, фиг отвертишься!
- Только попробуй! - Геллерт сверкнул глазами, едва сдерживая смех - налысо подстригу!
-Ага, конечно! - Белла усмехнулась - пошли давай!
Они прокрались в деревню под покровом «Отвода глаз». В местном супермаркете Геллерт со знанием дела выбирал шнапс, огневиски и — под строгим взглядом Беллы — минералку с соком.
— Нам нужно поддерживать водный баланс, старик, — шептала она, исчезая в отделе одежды.
Геллерт, нагруженный бутылками и упаковками сырого мяса, нашел её через десять минут. Белла стояла посреди горы вещей и хищно усмехалась, запихивая в мешок что-то черное и звенящее.
— Белла... — он подозрительно прищурился. — Я вижу эту улыбку. Если ты выбрала мне костюм ростовой куклы, я клянусь, ты лысой станешь!
— Ой, не ной! — отмахнулась она. — Иди, возьми себе свои «тряпки для лордов», если так боишься.
Гриндевальд на всякий случай схватил с вешалки классическое черное пальто и брюки — «нормальную» одежду в его понимании, чтобы хоть как-то подстраховаться от безумия напарницы.
Вернувшись на базу, они первым делом занялись внешностью.
— Садись, — Белла зловеще щелкнула пальцами, вызывая на кончиках легкое свечение, заменяющее ножницы. — Я сделаю из тебя человека. Или хотя бы не фестрала. Главное, что не чучело из огорода Дамблдора.
— Только попробуй оттяпать мне ухо, и я тебе яду подсыплю! — Геллерт сел на табурет, напряженно выпрямив спину.
- Не страшно - хохотнула Белла.
Беллатриса действовала на удивление аккуратно. Она коротко обрезала его всклокоченную бороду, оставив лишь стильную щетину, и укоротила белые волосы, превратив их в стильный платиновый «ежик».
— Теперь твоя очередь, — Геллерт встал, рассматривая себя в осколке зеркала. — Теперь я хотя бы похож на того, за кем стоит идти на смерть. Иди сюда, ходячее недоразумение.
Он заставил Беллу сесть на пол. Используя мягкие, почти гипнотические движения рук, он начал магией распутывать колтуны Беллы, как невидимая расческа, возвращая её кудрям блеск, но оставляя ту самую дикую пышность.
— Твои волосы — это катастрофа, Блэк. Здесь узлы крепче, чем в министерских заговорах.
— Меньше слов, Гриндик! — буркнула она, зажмурившись.
- Как скажешь - Геллерт хмыкнул. Он оставил её узнаваемые буйные кудри, но теперь они лежали элегантным каскадом, подчёркивая её острые скулы.
— Всё, иди готовь, — скомандовала Белла, когда стрижка была закончена. — А я пойду наводить марафет.
Геллерт ушел к камину жарить мясо, ворча под нос про «упадок нравов».
Первым делом Беллатриса избавилась от остатков тюремного платья. В магазине она откопала вещи какого-то крутого стиля, и вещи подошли ей идеально.
Через полчаса, когда запах шкварчащей говядины заполнил комнату, Геллерт крикнул:
— Блэк! Иди есть, пока твои чипсы не отсырели. И я надеюсь, ты надела что-то, в чем не стыдно стоять рядом с европейским лидером.
Когда она вышла к нему, Гриндевальд едва не поперхнулся шнапсом.
Белла стояла перед ним, дерзко засунув руки в карманы широких серых джинсов, которые сидели на ней свободно, почти небрежно. На талии красовался черный кожаный ремень с заклепками, а с боков каскадом спускались тяжелые стальные цепи, которые тихо звенели при каждом её шаге. Она натянула черный кроп-топ с коротким рукавом прямо поверх облегающего лонгслива, что создавало крутой многослойный эффект. А на её ногах... массивные Нью Роки с огромными шипами.
— Что это за... магловский доспех? — Геллерт прищурился, разглядывая цепи. — Ты выглядишь так, будто собралась не мир захватывать, а на концерт какой-то запрещенной группы.
Беллатриса крутанулась на месте, и цепи хищно сверкнули в свете камина.
— Это называется «свобода», Гриндик. Володя – Геллерт скептически поднял бровь – Ладно, ладно, Воландеморт. В общем он любил бархат и маски, а я люблю металл и комфорт. В этих кросовках удобнее раздавать пинки, чем в твоих дурацких мантиях. Не переживай, Гриндик, ты еще свою одежду не видел, — Белла усмехнулась.
— Я тебя предупреждал, — Гриндевальд опасно сузил глаза, накладывая мясо. — Если там что-то странное, завтра ты проснешься абсолютно лысой. Я не шучу, Белла. Моё терпение короче, чем твоя совесть.
Беллатриса расхохоталась так, что эхо пошло по всему Нурменгарду, и бросила ему пакет. Геллерт скрылся в соседней комнате. Послышалось шуршание кожи, звон металла и тихая немецкая ругань.
— Блэк... тут узоры на штанах! - раздался голос Гриндевальда - И почему куртка такая тяжелая? Я что, байкер?
— Просто надевай и не воняй!
Когда он вышел, Белла замерла. Белые волосы, кожа, цепи и джинсы с графичным рисунком — Гриндевальд выглядел как рок-звезда темных искусств. Классическое пальто, которое он взял «на всякий случай», теперь казалось скучным мусором.
— Ну что, Гриндик, — Белла критически осмотрела его. — Ты теперь породистый индюк. Очень опасный и чертовски стильный.
— Вынужден признать... — Геллерт поправил воротник косухи, глядя на свое отражение в окне. — В этом удобнее двигаться. Но если Дамблдор увидит меня в этом, он умрет от смеха раньше, чем я успею произнести проклятие.
— Значит, это идеальный план! — Белла плюхнулась на пол рядом с тарелкой мяса и открыла пачку чипсов. — Садись, ешь своё мясо и не выпендривайся, вместо картошки у нас чипсы.
Они сидели на полу в самой охраняемой тюрьме мира, два опаснейших мага в истории, одетые как уличные хулиганы, и с аппетитом уплетали мясо, закусывая его чипсами со вкусом краба.
— Знаешь, — Гриндевальд отхлебнул шнапса, — чипсы — это величайшее достижение маглостроения.
— Я же говорила, — Белла подмигнула ему. — Дальше будет только веселее.