Ларец

  Дарси, из-за тошноты, осталась стоять у борта и, вцепившись в него обеими руками, как утопающий за соломинку, продолжала выворачивать желудок наружу. Она выпрямилась, кинула взгляд на горизонт и тут же отвернулась. Солнце слепило глаза, девушка терла так интенсивно, что вот-вот продавит их внутрь. Ещё на какое-то время перед глазами осталась темнота. Ходить прямо и не шатаясь она ещё не могла, но все же осмелилась немного пройти до капитана, чтобы попросить у того папиросу. Лоджер окинул её осуждающим взглядом, но сигарой поделился, прикурив от своей.

        —Так и будешь на меня зыркать? Я за «барана» не извинюсь, даже не жди, — сказала она вместо «спасибо».

        —Даже если я и баран, то не до той степени, чтобы надеяться на раскаяние такой хабалки, как ты, — беззлобно сказал он, посмеиваясь над тем как перекосило лицо Дарси, нос поморщился, а тонкие тёмные брови стали отдаленно напоминать молнии.

        —Это я хабалка? — этот вопрос мужчина оставил без ответа, можно сказать, тактично промолчал, пожав плечами, чтобы не стать Доминику братом не только по оружию, но ещё и по несчастью, и как он не светить подбитым глазом.

        —Наведайся к Педро, он знает как  помочь тебе с похмельем, — доброжелательно посоветовал капитан, морячка торопливо докурила, потерла виски и поплелась к камбузу.

  Натаниэль, заметив девушку припрятал со стола бутылочку вина, игриво завлекающую любого пьяницу своим ароматным наполнением. От её обоняния этот запах не скрылся, его ни с чем не спутать, да и на такое у Дарси нюх натаскан. Говард, сидящий в углу, поняв, что кто-то идёт всем телом свернулся, надеясь, что это не Рене. Кок же благоговейно варил привычную всем похлебку. Дарси уселась за стол, спрятала лицо за ладонями и сквозь них мученески простонала, проклиная все вокруг на чем свет стоял.

        —Говорят, ты знаешь чудо средство. Выручай-ка, друг, — любезно, с натянутой улыбкой, сказала девушка и глянула на повара, тот, сразу понял бы что ей нужно, по одному только виду морячки, даже если бы не знал, что совсем недавно происходило в этой комнате; кок взял кружку и наполнил её тёплой водой и щедро, от всей души, насыпал туда сажу.

        —Прошу, — размешав ложкой нехитрые ингредиенты напитка, мужчина передал его морячке.

        —Благодарю! — она взглянула на жидкость, глубоко вздохнула и разом опустошила сосуд. —Это не так уж и плохо на вкус, как я ожидала, — девушка смахнула капли, собравшиеся у рта.

        —Считай, это — цветочки, — Натаниэль поправил её рубашку и застегнул пуговицы, смущаясь её срамоты больше, чем сама морячка. — Кровь угря пришлась бы тебе по вкусу? — Дарси прикрыв глаза, отрицательно качнула головой, ощутив новый рвотный позыв.

        —Оливковое масло — ещё одно верное средство, — сказал Педро, а матрос взял крючковатый и затертый прибор, которым кок перемешивал сажу, налил ещё один спасительный эликсир с горкой, и, как ребёнку, погрузил в рот Дарси.

        —Молодец, — парень сдержался, чтобы не погладить её по голове, как собачку, боясь, что это не понравится буйной морячке.

        —Мерзость, — девушка запрокинула голову назад и, выпрямившись, потянулась к припрятанному Натаниэлем нектару.

        —А пить тебе не мерзко? — язвительно спросил зелёный, она удостоила его злобным взглядом.

        —Вино быстрее протекает,

        —В этом и проблема, — они могли бы стрелять в друг друга короткими, колкими фразами ещё долгое время.

        —Сегодня вечером будет представление, — влез в разговор кок. —Когда-нибудь сжигала русалку? — мужчина подмигнул ей.

        —Вас это, наверное, удивит, но ни разу, — морячка усмехнулась.

        —Тогда отставь пьянство, если хочешь не пропустить и главное запомнить это знаковое событие, — она смотрела на него, как бы без слов говоря «А ещё чего?».

        —А то так проспиртуешься, что сама ненароком вспыхнешь, — мрачно добавил Ниэль, Педро прыснул.

        —Эта сопля зелёная мне только что угрожала? — обратилась девушка к повару, в замешательстве пожимающему плечами, и мерно перевела взор на матроса, который неуверенно переминался с ноги на ногу, как бы сгибаясь под гнетом её взгляда, забивающего в землю, как молоток гвозди.

        —Ведёшь себя совсем как Доминик, я думал, ты не такая, — на лице Натаниэля читалось разочарование, он старался как мог не показывать страха хотя бы перед ней, чужачкой на борту "Цербера".

        —В жизни не слышала оскорбления грубее, это укол прямо в сердце. Туше, — морячка вновь начинала злиться, но не хотела, чтобы он думал, что эти слова задели её, потому свой тон она смягчила. —Зачем ты меня так обижаешь? — тут притворяться стало легко-легко, она даже мягко посмеялась, расслабившись всем телом, в такие моменты, она забывала о излюбленном способе коротания своей жизни.

       —Ты всё-таки хуже, — зелёный же был предельно серьёзен.

       —Твоя правда, — Дарси, полностью войдя в образ объекта своей ненависти, улыбнулась точь-в-точь как квартермастер улыбался ей.

  Зависла тишина, как паутина на потолке. Сделалось неловко. Морячка не переставала ухмыляться, нагоняя на Натаниэля жути. Кок глазами избегал эту сцену драмы, а Говард думал как тихонько покинуть спектакль.

        —До тебя не дошёл смысл моих слов, я гляжу, — капитан, вошедший в камбуз, ощутил жар накаляющейся обстановки. —Не думал, что возможно пропить мозги, но похоже ты это сделала. Скажу проще: возбухаешь тут — булькаешь на дне, — Дарси прыснула в сторону.

        —Кристально ясно, капитан, сэр, — она чуть не сорвалась на смех, но моментально посерьезнела. —Могу я пройти в свою каюту, капитан, сэр? — вместо ответа Лоджер коротко кивнул.

        —Там твоя кобылка щас либо дверь выбьет, либо сама копыта сбросит, — Спиро ходил по «Церберу» в поисках главаря, заметив его через проём ведущий на кухню, штурман застыл, придерживаясь за косяк, выглядел он совсем нездорово.

        —Моя?

        —Не со мной она ночь в одной койке провела, —ехидничал Макрис.

        —Ну неужели нельзя часок другой посидеть на жопе ровно? — ворчал капитан себе под нос.

  Свернув за угол Лоджер прислушался к тишине. Подумал: «Угомонилась», хотел было уйти, как с гортанным выкриком девушка с разбегу навалилась на створку, петли скрипнули, но не поддались, а по другую сторону — снова тишь.

         —Ты там хоть жива? — мужчина навострил уши.

         —Открывай, прокаженный! — грозно кричала Мария и, в подкрепление твёрдости своих слов, хлопнула ладонью о ненавистную ей дверь.

  Стоило Лоджеру отпереть замок, она шквалом обрушилась ему на грудь, колотила, куда дотягивались кулаки. Капитан поймал её проворные ручонки.

          —Я что тебе собака меня запирать? — она не унималась. —Это просто возмутительно!

          —Мы ещё не отплыли, уходи, — сказал он с такой сталью в голосе, что Мария замерла.

          —Не хочу! — тихо взвизгнула девушка.

          —Вот и сиди смирно, сколько мне потребуется, — теперь она даже забоялась, часто и прерывисто задышала, губа дрожит, глаза стекленеют, жалкий вид.

          —Я голодна, — заявила Мария и сморгнула слезы, плечи выпрямилась, взгляд больше не бегает, а губы растянулась в улыбке.

          —А я похож на повара? — мужчина размял руки и щёлкнул челюстью. —Кто не работает, тот не ест, — добавил он, остановив её прям перед собой, когда девушка собралась пройти.

          —Чем же я могу вам помочь, — чертовка облизнулась и невесомо коснулась пальчиком его торса.

          —Лично мне — ничем, — капитан сбросил с себя руку Марии, девушка фыркнула и поспешила удалиться, Лоджер проводил её смеющимся взглядом.

          —С-с-с, — вдруг тихонько зашипела Мэри, застыв на месте, по полу покатилось украшение, неловко выпавшее из кармана в самый неудобный момент.

          —Как ты это объяснишь? — мужчина поднял серьгу, девушка плавно повернулась.

          —А? Эти прелестные серёжки? — широкие, тёмные брови прыгнули вверх.

          —Да, как они оказались у тебя? — Мария открыла рот в попытке что-то сказать, обранила несколько несвязных звуков и заулыбалась.

          —Случайность! Да-да, это случайность, — она пожала плечами и склонила голову набок. —Да и к тому же, стал бы ты их носить? А вот мне они к лицу, смотри, — девушка вытащила вторую и приложила к уху. —Ну правда же мило? — Лоджер медленно качал головой, уголки губ Мэри спустились вниз. —Правда? — переспросила она.

           —Мило ли, что ты поимела наглости украсть у меня?

           —К чему это грубое слово «украсть»? Я лишь позаимствовала, на время, — Мария редко попадалась на воровстве и в таких ситуациях вела себя очень неуклюже, но фатум всегда был к девушке мягок.

            —Я бы мог применить и больше грубых слов по отношению к тебе, маленькой лгунье и воровке. И уж поверь, одними словами бы не обошлось, — начал капитан серьёзно и даже жутко, девушка судорожно сглотнула. —Но из уважения к твоей бабке и моему штурману, я прощу тебе эту глупую шалость, — она кинулась к нему на шею, шепча слова благодарности, словно никто её взаперти не держал. —Если вдруг это повторится, вылетишь отсюда, как из пушки,

            —Я никогда-никогда не забуду твоей доброты! — милая Мэри поцеловала Лоджера в щетинистую щеку, за малым не оставив вмятину. —Ты весь из себя такой серьёзный, злой морской волк, но на самом деле очень-очень добрый! —она ущипнула ту ямочку, которую только что чмокнула.

               ***

  Солнце припекало головы, океан блестел чистотой, ветер отмалчивался, лёгкие перистые облачка не спеша пересекали небо. Русалку, намертво замотанную в сеть, Исадор скинул с плеча прямо на твёрдую гальку, Ундина жалобно заскулила. Морская красавица пыталась ползти, тянула свои костлявые, когтистые лапы к воде, хотела позвать помощь, но не могла. Дарси наступила ей на руку и плюнула прям в волосы.

           —Умри, тварь, — морячка припомнила ей эти слова.

           —Ты таки нашла время для виндеты. Правда приятно? — обращаясь к Дарси, подплыла Медуза, хищным взглядом осмотрелась и наклонилась ближе к Ундине. — Ну очень симпатичные жабры, — женщина погладила морскую красавицу по щеке, та щёлкнула челюстью, за что тут же была наказана тяжёлой, нагретой цепью.  —Ну сучка, — Магдален покачала головой. —Я хотела быть с ней ласковой в последние её минуты,

           —Будет намного приятней, если тебя повяжут к палке с другой стороны, для равновесия, — Дарси даже не смотрела на Горгону.

           —Вижу, ты смертельно на меня взъелась, что же теперь у нас вражда? — а вот она не сводила с девушки глаз.

           —А ты хочешь дружить?

           —У меня не было подруг, — с мрачным весельем поведала Медуза.

           —Не уж то в работном доме у тебя не было ни одной приятельницы? Горгона, если ты пытаешься так меня разжалобить, я уже знаю, что твоим словам грош цена, — как бы морячка не хотела плясать под дудку Магдален, она это делала, незаметно для себя.

           —Ты можешь мне не верить, но я говорю правду. Никакой дружбы с конкурентками и быть не могло. Эти шмары травили друг дружку как крыс, как-то раз одной бедняжке ночью положили между ног улей, хотели ненадолго вывести из строя, а девчонка то того, померла на следующее утро, — женщина плотно сжала губы. —Совсем молодая была, всего-то пятнадцать годков,

           —А бежала оттуда ты с кем?

           —С теми же шмарами, — в голосе слышались саркастические нотки. —Мы объединились против общего врага, и только так у нас всё получилось, по одиночке каждая из нас всего-лишь кучка дерьма,

           —И вместе огромная груда. Что меняется?

           —Что хуже: встрять в маленькую, аккуратную кучу, или утонуть в говне? — морячка не успела ответить.

           —Баба-рыба, — торжественно обратился к русалке Исадор, растягивая каждый слог. —У тебя есть право на последнее слово! Я бы спросил твоё предсмертное желание, но у нас нет на это времени, — мастер хихикал.

           —Меня зовут Ундина! — устало выкрикнула она.

           —Да-да, мы это уже слышали. Разве это все, что ты хочешь сказать этому миру? — мужчина воодушевленно размахивал руками.

           —Вы все умрёте и будете гнить, моя гибель не сойдёт вам с рук, — сипела морская дева, осыпая всех проклятиями, пока Бартоломео тащил её к костру.

           —Жаль тебя конечно, со злобой на сердце подыхаешь, не дело это. Досада берёт, — Исадор задорно плёлся рядом.

           —Может, ты заткнешь хлебальник? — Морган помогал привязывать русалку. —Или окажешь честь сделать это мне?

           —Вы что все такие хмурые? И рожи поскривили как будто я какой-то псих. Никто не умер! — воскликнул он, а потом тише добавил: — Пока что не умер,

      
   А смертью уже пахло. И не метафорически. Без воды, на жаре Ундина гнила изнутри, вонь плотно засела в ноздрях. Поэтому, без лишних церемоний, был разведен огонь. Девица, привязанная к столбу, нечеловечески пищала и кричала, ощущая жар близкой гибели. Даже слез не было, русалка иссыхала. Волосы отсырели и горели плохо, хвост почернел и покрылся коркой. Глаза горели жёлтым.

   Капитан стоял на безопасном от огня расстоянии, следил за тем чтобы кострище не гасло. Процессия не была ему по душе, впрочем как и всем, кроме вечно возбужденного чудака Исадора. Рядом с Лоджером стояли Джон и Доминик, один, тот что выше высматривал что-то вдалеке, старался не обращать внимания на происходящее вокруг, а второй не мог устоять на месте, а потом замер и спросил:

            —Долго ей ещё жариться? — поинтересовался помощник капитана, устав от предсмертных стенаний русалки.

            —Надо чтоб наверняка сдохла, — в голубых глазах квартермастера отражалось пламя. —Живучая же тварь, — добавил он тише.

            —А чего это ты не околачиваешься рядышком с Дарси? Хочешь сохранить хоть один глаз? — сменил тему Джон, Доминик перевёл взгляд от морской девы на своего друга.

            —Ты бы вот так о себе заботился, братка, — со злобой сказал пират.

            —Устроишь ещё драку, и я тебе кадык вырву. Уяснил? — устало, но с угрозой говорил капитан.

            —Вообще-то ту драку... — он не успел договорить, как Лоджер схватил Доминика за грудки.

            —Видать не уяснил, — мужчина переместил обе руки на затылок квартермастера и наклонил его голову, чтобы их глаза были на одном уровне. — Для меня не имеет значения кто ударил первым, Дом, смекаешь? — в ответ он кивнул, глаза стали щенячьими.

             —Смекаю, — сказал пристыженный мужчина и поспешно отстранился, как только капитан его отпустил, он озирался вокруг, чтобы убедиться, что никто не увидел его позора, но от Дарси ничего не скрылось, их взгляды встретились и впервые морячка не наблюдала в глазах Доминика ни задора, ни веселья, ни даже злости.

             —Мы уходим уже завтра, — напомнил Джон, пытаясь разрядить обстановку. —Как думаешь, она придёт? — вопрос застал капитана в расплох, все это время он старался избегать мыслей о бывшей возлюбленной и не взращивать в себе надежду увидеться с ней и дочерью снова.

             —Я не могу знать, это её выбор, — морозно ответил Лоджер, ему хотелось бы скорее прекратить этот разговор.

             —Даже не попрощаешься с ней перед отбытием? — Джон старался быть как можно более мягким и не оказывать лишнего давления, пират долго молчал, его помощник даже утратил надежду на ответ, понимая, что переспрашивать не стоит.

             —Зачем? — грубовато и даже немного истерично, что совсем не свойственно капитану Канненгему, спросил он.

             —Быть может, вы больше никогда не пересечетесь,

             —Значит так тому и быть. — Лоджер вновь скрылся за стеной спокойствия и непоколебимости, как будто она и не давала трещину пару мгновений назад.
             

           ***

    
    Весь день Кара провела в постели дочери, охраняя её сон. Ведьме не верилось, что когда-то любимый ей мужчина всего в паре кварталов ждёт, когда она придёт ему на помощь, совсем так же как она все эти десять лет.

   Женщина смотрела на лицо дочери, подсвечиваемое закатным солнцем, пробивающимся сквозь занавески своими тёплыми лучами. Кара наблюдала за каждым малейшим изменением, за каждым вздохом и выдохом, за тем как она хмурится или легонько улыбается чему-то или кому-то во сне.

  Колдунья не понимала, почему с каждой секундой её доченька становится все старше, ей хотелось как-то это остановить, вмешаться в естественный порядок и навечно оставить Лиллиан ребёнком. Она возненавидела бы мать, если бы та обрекла её на вечное заточение в теле дитя и заперла как принцессу в башне. Даже во снах ей грезились приключения, полные опасностей, поджидающих за каждым углом, где нет места маленьким девочкам, вдали от родного дома и матери.

             —Ой, — Лили медленно поднялась, потеряно озираясь в темноте. — Долго я спала?

             —Долго, — сказала ведьма. — И крепко. Выспалась? — спросила она поправив растрепавшиеся волосы девочки.

             —Да. А мы не опоздали? — опомнившись, заволновалась Лиллиан.

             —Ещё найдётся время для маленького путешествия, — заговорчески сузив глаза, загадочным голосом сказала Кара.

              —Куда? — малышка встрепенулась, подскочила с кровати и пригладила мятое платье.

              —Сюрприз, — шепнула женщина. —Одевайся теплее. И не смотри на меня такими глазами, я не скажу куда мы идём,

              —Какими такими глазами? — девочка невинно похлопала ресницами.

              —Гипнотизирующими, —Кара подала дочери плащ и фонарь, отворила дверь, запуская внутрь ночную прохладу. —Геральт, — она подозвала чернокрылого друга.

              —Если это секретное место, почему не завяжешь мне глаза? — спросила Лиллиан, пока мать запирала дверь.

              —На то есть две причины: я хочу, чтобы ты запомнила дорогу, и вторая — ты бы всё равно подсматривала, — они переглянулись, девчонка мило улыбнулась и отвела глаза.

   Ворон не стал больше задерживаться на плече хозяйки и сопровождал путниц с воздуха, планируя между деревьев. Кара держала дочку за руку, переживая, что она может споткнуться о корни, торчащие из земли. Лиллиан никогда не была в лесу в тёмное время, ходила только днём и то вместе с матерью. Девочка жалась ближе к ведьме. Куда ни глянь, всюду духи, которые пугали и манили одновременно, от страха огонёк трясся в её руках.

              —Они тебя боятся? — Лили с восхищением посмотрела на маму, поняв, что сущности держатся на расстоянии от неё.

               —Можно сказать и так,

               —А когда мы придём? — поинтересовалась малышка.

               —Ты уже устала? Мы можем вернуться домой, — ведьма театрально развернулась на каблуках, в ответ Лиллиан отрицательно покачала головой.

               —Нет-нет, идём,

               —Идти тут недолго, — сказала Кара. —Ещё немного пути и мы наместе, терпение, дорогая, — наставляла женщина.

    Девочка умолкла, решив больше не донимать колдунью распросами, понимая, что она всё объяснит позже. Мать её не врала, спустя короткое время впереди показался старинный особняк, Лиллиан невольно открыла рот при виде него, расплываясь в удивлении, пара сверкающих глаз скользила по дому, цепляясь за каждый камушек.

               —Это то самое место, где я пропадаю ночами, милая. Ты хотела посмотреть, — сказала Кара, немного притормозив.

               —А внутри он такой же огромный? — Лили же ускорилась и почти тянула маму за собой.

               —Конечно, мне тоже раньше казалось, что изнутри он даже больше, — ведьма мягко посмеялась. — Когда-то я здесь жила,

                —Правда? — девочка обернулась на родительницу.

                —Правда-правда, — твёрдо качнув головой, подтвердила колдунья.

                —Да это же целый дворец! — воскликнула Лиллиан. —Ты была принцессой? Значит, я тоже принцесса?

                —Да милая, ты самая чудесная принцесса, — они замерли у порога, Кара погладила дочку по голове.

                —Заперто, — девочка потянула ручку двери. —У тебя есть ключ? — ведьма кивнула, провела рукой по воздуху, рядом с замком и тяжёлая створка со скрипом отворилась.

                —Входи, — женщина вывела Лиллиан из ступора и та, ничего не страшась, ступила в темноту. — Не боишься?

                —Нет, — твердо и бойко ответила девочка.

     Несколько остановок магических рук и все свечи зажглись, освещая лестницы, гобелены, картины и лепнину на стенах, расписные потолки, посеревший от пыли паркет из драгоценных пород дерева, на котором виднелись капли желтоватого воска. Спёртый воздух пах сыростью, ветхостью и травами: полынью и шалфеем.

               —Здесь все комнаты такие? Тут даже великаны могут жить ни капельки не стесьняясь! — Лили прошагала в центр зала, остановившись под люстрой. —Она так высоко, — малышка указала пальцем вверх. —Как её можно зажечь без магии? — мать девочки статно, с изящной осанкой, подошла к стене и повернула рычаг, трос удлинился и светильник оказался почти на уровне роста Лиллиан.

               —Всё очень просто, — добавила женщина к своим действиям, оглядевшись на механизм.

               —Куда идём дальше? — спросила девчонка.

               —Ты выбирай,

   Лили закрыла глаза ладонями и начала кружиться вокруг своей оси, пока не ощутила головокружения, а когда остановилась, первым, что перед ней очутилось была лестница, скругляющаяся к верху.

               —А что на втором этаже?

               —В основном спальни, портретная, кабинет, — Кара продолжала перечислять, но дочь её уже не слушала, мысленно представляя себя хозяйкой особняка.

               —Почему ты не осталась тут жить? — Ведьма привела девочку в свои покои, которые казались Лиллиан сказкой, светлые пастельные стены, выкрашенный в белый паркет, большая кровать с балдахином, деревянный конь и игрушечная копия дома.

               —Здесь слишком много места для  меня одной, — не до конца честно объяснилась колдунья, она не хотела рассказывать о ужасах, которые происходили в этом доме. —Но я постоянно сюда приходила. Однажды в особняк кто-то проник,
 
                —Кто? — сгорая от интереса, она прервала рассказ матери.

                —Терпение, Лили, — в который раз Кара напомнила дочери о том, чего юной леди очень не хватает. —Учись слушать до конца. Это была девушка, она бежала из деревни недалеко отсюда, её изгнали за колдовство. С тех пор стены этого дома принимают каждого волшебника или волшебницу,

                —А здесь таких много? —девочка продолжала гулять, но сейчас замерла и оглянулась на маму.

                —Да, нас таких много повсеместно. Никогда не знаешь, где можешь встретить колдуна, мы ведь ничем не отличаемся от других. На первый взгляд, — добавила Кара и подмигнула.

                —Мне совсем не хочется отсюда уходить, — Лили быстро перебирая ногами, миновала ступеньки возвращаясь к осмотру первого этажа, женщина неспешно шла следом. —Ой, а что это здесь, — она свернула к залу, где принято было проводить ритуалы, в этой части особняка воздух был другой, даже несколько гнилой и тошнотворный.

                —Грязь, не наступай, — сказала ведьма. —С прошлого раза тут никто не убрался,

                —Ух ты! Столько всяких штук! — девчонка рассматривала полки заваленные магической атрибутикой. —А для чего нужно это? — в её руке был металлический кубик с узорами на гранях.

                —Это головоломка, положи обратно,

                —Почему? — Лиллиан расстроилась, но послушалась маму, поспешно вернула куб наместо, и спрятала руки за спину.

                —В ней заперты опасные существа, нельзя их выпускать, — строго наказала колдунья.

                —А чем они опасны? — интерес преобладал над страхом, девочке пришлось приложить усилия, чтобы не тянуться к загадочной вещичке.

                —Они могут подчинять себе разум любого создания, управлять ими как марионетками,

                —И их нельзя убить, только запереть? — сделала вывод Лили.

                —Всё верно. Таких немало разбросано по миру. Были случаи, когда слишком самонадеянные люди думали, что смогут повелевать этими тварями, но не каждый, даже сильный маг, на такое способен, — Кара решила рассказать побольше, чтобы отбить у дочери всякое желание прикасаться к головоломке.

                —А ты смогла бы?

                —Мне это не нужно, — увернулась от вопроса колдунья. —Это слишком тёмные силы,

                —Ну конечно, ты же помогаешь людям, у тебя светлая магия, — девочка улыбалась, ей всегда хотелось так же как мать, помогать другим, использовать способности на благо.

                —Это не совсем так, милая. Между злом и добром нет грани, одно переходит в другое, иногда приходится избирать не самые светлые пути,

                —Сложно, — протянула Лили.

                —Да, принцесса, нелегко, — Кара принялась за уборку, руками вычищать всю эту кровь ей не хотелось. —И вообще, когда дело касается магии, нет ничего простого,

               —Ты это уже говорила, — девочка внимательно следила за тем, как огромная лужа на полу рассасывается, а флакончики с небольшого столика летят на полки.

               —А ты это ещё не усвоила, — ведьма оглянулась на дочку, которая так и осталась стоять на месте. —Она тебя зовёт, да? — вдруг женщина перевела тему, Лиллиан кивнула. —Эти существа умеют уговаривать, но никогда не нужно идти с ними на сделку, они врут,

               —Что будет если уничтожить головоломку?

               —Ты выпустишь этих тварей на свободу и у тебя не будет ловушки под рукой, чтобы снова их закрыть. Тебе не стоит так увлекаться этой вещью, — Кара шепнула пару непонятных слов и кубик испарился.

               —А откуда она здесь? — а интерес Лиллиан не мог пропасть так же по волшебству.

               —Моя мачеха увлекалась такими штуками, — женщина старалась не выдавать лишних подробностей.

               —И для неё это плохо кончилось? — девочка подошла поближе к матери, очарование новым, неизведанным местом угасало и Лили слышала все больше подозрительных шорохов и звуков, а из-за прохлады, гуляющей по стенам, по коже пробежали мурашки.

               —Уж точно ничем хорошим, — Кара умела говорить правду, но не открывать её полностью, с осторожностью увиливать от неудобных вопросов.

               —Кажется, тут кто-то есть, — девочка смотрела на потолок, указывая матери, что шум идёт сверху.

               —Неисключено, — ведьму же это несколько не тревожило.

               —Ты даже не пойдёшь проверить?

               —У меня есть дела по важнее, — колдунья собирала в сумку склянки, книжки, карты, маятники и особые камни.

               —Ну пожалуйста, мне страшно, — Лили вцепилась пальцами в мамину юбку.

               —А я то думала, ты уже ничего не боишься, — женщина погладила дочь по голове. —Если тебе будет от этого спокойнее, пойдём посмотрим, что у нас там,

               —Спасибо, — девочка отпустила подол, но крепко сжала руку Кары.

   Они неторопливо поднялись по лестнице, прошли по коридору в комнату прямо над залом, где собирались чародеи. Дверь скрипнула, Лиллиан спряталась за спиной матери, холодный ветер пролетел через проем, окно было открыто, возник сквозняк.

               —Странно, — буркнула колдунья. —Что-то здесь не так, — от этих слов девчонка только сильнее напряглась.

               —Что не так? — тоненьким, напуганным голоском спросила она.

               —На картинах висела ткань, кого-то сильно привлекли портреты, — Кара вошла в глубь комнаты, не слишком маленькой и не слишком большой.

               —Мамочка, — Лили ринулась следом, не желая отрываться от родительницы, та приняла её в свои объятья.

               —Не бойся, — ведьма гладила дочку по спине. — Похоже нас посетил воришка, но не успел ничего украсть, тоже нас услышал,

              —Это твоя мачеха? — девочка указала на самое последнее проявившееся тут полотно, портрет был написан чуть меньше пятнадцати лет назад, с тех пор Кара почти забыла как она выглядит. Образ тёти освежил не самые приятные воспоминания.

              —Да, это Петра,

              —Вы похожи, — Лили подвела мать ближе к картине.

              —Это все замечали, — женщина играла в гляделки с портретом, надо отдать должное художнику, взгляд такой же холодный и надменный, как и в жизни.

              —Где она сейчас?

              —Очень далеко, — сказала Кара почти шёпотом. —Не знаю, где точно, но очень далеко,

              —Солнце поднимается, — девочка подбежала к окну.

              —Да, долго мы уже тут. Готова идти?

              —Всегда готова, — губы Лили довольно расплылись в улыбке.

              ***

   С первыми лучами бриг оживился от сна, и команда принялась за работу. Необходимо было подготовить судно к отбытию, закончить ремонт и пополнение провизии с боевыми запасами.

    Капитан стоял на палубе, поглядывая на набережную, почти не слушая, о чем ему говорит Джон.

          —Чем дальше, тем все сложнее с этой шкатулкой. Думается мне, это не самая лучшая твоя идея, — помощник главаря вгляделся в опустошенные глаза друга. —Ты меня не слышал? — вопрос был скорее риторический.

          —У меня не бывает плохих идей,

          —Я тоже не могу смириться с тем, что его уже нет, но это не значит что нужно...

          —Значит, — резко перебил его Лоджер.

          —Ты всё-таки её ждёшь, — заключил Джон.

          —Она может быть полезной, потому и жду, — пират пытается убедить в этом скорее себя, чем собеседника, он даже говорил куда-то в сторону.

          —Не притворяйся, что Кара для тебя не важна,

          —Не тебе решать, что мне важно, а что нет. Не суй нос туда, куда не просят, — капитан окатил помощника таким ледяным взглядом, что тот чуть не покрылся коркой инея.

          —Эй, не горячись, — Джон положил руку на плечо друга и тоже ждал.

   Дарси намывала палубу. Девушка отказалась от помощи матроса, их отношения стали напряженными и ей не хотелось лишний раз проводить с ним время. Она устала от косых взглядов парня. Наверное, даже больше чем устала от Доминика. Тот же впервые за долгое время не пытался с ней заговорить, что не могло не радовать морячку. Квартермастер лишь внимательно за ней наблюдал.

           —Долго будешь проделывать во мне дыру? — сама от себя не ожидая, заговорила с ним Дарси.
  
           —У тебя достаточно интересующих меня дырок, — Доминик же так воодушевился, что у него появились силы на шутки.

           —Ты за своими следи, пока я тебя черенком от швабры не трахнула, — пригрозила девушка.

           —Ему понравится, — посмеиваясь, возник Морган. —Любит, когда баба командует, если понимаешь о чём я, — сказал он, подмигивая морячке.

           —А он делился с тобой своими фантазиями? — весёлым, немного охрипшим голосом протянула она.

           —Да у него ж на роже написано, —с язвительным прищуром отвечал абордажник.

           —Ох, расписал бы я твою рожу, Мелтон, — Доминик в агрессивном жесте размял пальцы.

           —Напиши "огромный елдак", — Морган провел пальцем по лбу.

       Квартермастер уже хотел было продолжить перепалку, но остановился, когда увидел женщину и маленькую девочку, поднимающихся на борт "Цербера".