Песчинка

«Зеркало» не спало никогда. Оно дышало в такт серверам, переваривало терабайты данных, сканировало лица, голоса, шаги, номера машин, транзакции, звонки. Алия сидела перед ним восьмой час подряд, и её глаза уже не различали оттенков синего на экранах — только цифры, буквы, коды. Но она не могла уйти. Сегодня Джеха должен был получить доступ.

Юджин вызвала их обоих в свой кабинет рано утром. Джеха пришёл первым, Алия — через пять минут. Секретарь Ким стояла у двери, скрестив руки на груди, и смотрела на Алию с обычной смесью подозрения и презрения.

— Закрой дверь, — сказала Юджин. Она сидела за столом, бледная после дней в полиции, но с идеальной осанкой. Под глазами залегли тени, но губы были накрашены, волосы уложены. Она не позволяла себе слабости на людях. — Ким Джеха, ты хочешь узнать правду о сделке «Врата Кумар». Я дам тебе эту возможность.

— Почему сейчас? — спросил он.

— Потому что Пак Квансу объявил мне войну. Потому что Сонвон, мой родной брат, пытается отжать у меня «Зеркало». Потому что ты — единственный, кто может добраться до флешки раньше них. — Она подвинула к нему планшет. — Это ключ доступа к «Зеркалу». Полный. Без ограничений. Ты сможешь задавать любые вопросы, смотреть любые файлы. Но ты будешь делать это в присутствии Алии. Она проследит, чтобы ты не наломала дров.

Джеха взял планшет. Посмотрел на Алию. Та кивнула.

— Идём, — сказала она.

---

«Облако-9» встретило их мерцанием сотен экранов и гулом вентиляции. Алия провела Джеха к своему терминалу — в самую глубину зала, где никто не мешал. Секретарь Ким осталась снаружи, но Алия знала, что та следит через камеры. Она отключила звук в их секторе — якобы для конфиденциальности.

— Садись, — сказала она, указывая на кресло. — Я активирую голосовой интерфейс. «Зеркало» понимает корейский, но лучше формулируй вопросы чётко. Без лишних эмоций.

— Я умею, — он сел, положил руки на подлокотники.

Алия ввела длинный код, приложила ладонь к сканеру, потом глаз к другому. Экран перед Джеха засветился белым, потом на нём появился логотип JSS и надпись: «Добро пожаловать, Ким Джеха. Уровень доступа — абсолютный».

— Спрашивай, — сказала Алия.

— «Зеркало», — произнёс он в пустоту. — Что такое «Врата Кумар»?

Голос системы был женским, холодным, без интонаций.

«„Врата Кумар“ — кодовое название сделки по поставке вооружений в Ирак в период 2014–2015 годов. Участники: компания „Дэсон Индастриал“, правительство Южной Кореи, посредники — Пак Квансу и Чхве Юджин. Объём сделки — двести тридцать миллионов долларов США. Нарушения: уход от налогов, подкуп чиновников, сокрытие информации о летальных испытаниях оружия на гражданских»

Джеха сжал подлокотники.

— Кто ответственный за убийство Рании Ахметовой?

Пауза. Система перебирала данные.

«Рания Ахметова, гражданка Казахстана, наёмный переводчик, сотрудничала с ЧВК „Блэк Стоун“. Убита в городе Эль-Кут, Ирак, 15 марта 2015 года. Заказчик — Пак Квансу. Исполнители — двое наёмников, личность установлена. Причина — отказ Ахметовой предоставить компрометирующую информацию о Ким Джеха, а также её попытка предупредить объект о готовящемся убийстве»

Джеха закрыл глаза. Алия видела, как побелели его костяшки.

— Где флешка с доказательствами сделки «Врата Кумар»?

«Последнее известное местонахождение — порт Инчхона, склад № 7, тайник в бетонной плите под третьим стеллажом. Владелец флешки — сын президента, Ким Джинхёк. Флешка защищена тройным шифрованием»

— Ах ты сука, — прошептал Джеха. — Сынок президента. Конечно.

— Есть ещё вопросы? — спросила Алия.

— Да. — Он повернулся к ней. — «Зеркало», кто такая Ли Алия?

Алия замерла. Система молчала.

«Недостаточно данных. Объект появился в базе JSS шесть месяцев назад. Предыдущая биография отсутствует. Вероятность — фальсификация документов. Рекомендуется дополнительная проверка»

— Выключи, — сказал он Алии.

— Джеха...

— Выключи, я сказал!

Она нажала кнопку отключения голосового интерфейса. Экран погас. В «Облаке-9» стало тихо, только серверы гудели.

— Ты ничего не хочешь мне объяснить? — спросил он. — Откуда ты взялась? Кто ты на самом деле?

— Не сейчас, — она покачала головой. — Сначала флешка. Потом — может быть.

— Может быть?

— Я не готова, Джеха. Прости.

Он смотрел на неё долго, пристально. А потом его взгляд изменился. Стал мягче. Он смотрел не на неё — сквозь неё.

— Что? — спросила Алия.

— Ничего, — он отвернулся. — Покажи мне карту порта. Где склад № 7.

Она развернула экран. Порт Инчхона, трёхмерная модель, отмечены посты охраны, камеры, маршруты патрулей. Джеха изучал схему, но Алия чувствовала — он не полностью здесь. Его мысли где-то далеко.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Да. — Он поднял глаза. — Просто... ты напомнила мне одного человека.

— Ранию?

Он кивнул.

— В ней тоже было это. Смелость. Готовность умереть за других. Свет в глазах. Она тоже смотрела на меня так, будто я — не просто наёмник. Будто я — человек.

— Я не она, — сказала Алия.

— Знаю. — Он коснулся её пальцев, лежащих на столе. — Но ты похожа. И это пугает.

— Почему?

— Потому что я не хочу снова терять. — Он убрал руку. — Ладно. Работаем.

---

Следующие три часа они провели в «Облаке-9», прокладывая маршрут к флешке. Алия давала ему данные в реальном времени: когда меняется охрана, где слепые зоны камер, какой код от ворот. Джеха запоминал с первого раза, не переспрашивал.

— Ты идёшь завтра ночью, — сказала она. — В порту будет человек Пака. Не убивай его. Он может пригодиться.

— Почему ты так уверена?

— Потому что я вижу то, чего не видят другие. — Она крутила стилус. — Доверься мне.

Он усмехнулся.

— Я только и делаю, что доверяюсь тебе. И каждый раз это риск.

— Но пока работает, — она улыбнулась.

— Пока работает.

Они смотрели друг на друга. В полумраке «Облака-9», среди мерцающих экранов и гудящих серверов, между ними снова пробежало то, чему не было названия. Не любовь. Не дружба. Что-то большее.

— Алия, — сказал он. — Ты когда-нибудь расскажешь мне правду?

— Когда-нибудь, — ответила она. — Когда игра закончится.

— А когда она закончится?

— Скоро. — Она встала. — Иди. Отдыхай. Завтра трудный день.

Он встал, но не ушёл. Стоял, глядя на неё.

— Ты знаешь, что я думаю о тебе? — спросил он.

— Знаю, — она опустила глаза. — Ты думаешь, что я — ошибка. Что меня не должно быть здесь.

— Нет. — Он подошёл ближе. — Я думаю, что ты — подарок. Который я не заслужил.

Она подняла голову. В её глазах блестели слёзы — непрошенные, глупые.

— Не говори так, — прошептала она. — Пожалуйста.

— Почему?

— Потому что я не смогу уйти, если ты будешь так говорить.

Он взял её за руку. Сжал пальцы.

— А ты и не уходи. Оставайся. Здесь. Рядом.

— Я не могу, Джеха. Ты знаешь.

— Знаю, — он отпустил её. — Но мечтать никто не запрещал.

Он развернулся и вышел. Алия осталась стоять посреди «Облака-9», сжимая стилус так сильно, что пластик трещал.

— Мечтать, — повторила она. — О чём? О том, чего никогда не будет?

Она села в кресло, закрыла лицо руками. Стилус упал на пол.

---

На следующий день Джеха ушёл в порт Инчхона.

Алия смотрела на экран, где зелёная точка — его маячок — двигалась между контейнерами. Она видела, как он отключает охранников одного за другим, как крадётся к складу № 7, как вскрывает дверь.

— Давай, Джеха, — шептала она. — Давай.

Он нашёл тайник. Отодвинул стеллаж, отбил кусок бетона. Флешка — маленькая, чёрная, с золотым разъёмом — лежала в пластиковом пакете. Он взял её, сунул во внутренний карман.

И в этот момент завыла сирена.

— Чёрт, — выдохнула Алия. — Они знали.

Она видела, как к складу стягиваются люди Пака. Десять, пятнадцать, двадцать. Джеха выбежал через заднюю дверь, нырнул в лабиринт контейнеров. Алия отключала камеры на его пути, перенаправляла патрули, создавала ложные сигналы тревоги.

— Беги, — шептала она. — Беги, сукин ты сын.

Он бежал. Пули свистели мимо, но он не останавливался. Перемахнул через забор, упал в грязь, вскочил. Машина ждала в ста метрах.

Он успел.

Алия откинулась на спинку кресла, вытирая пот со лба. Пальцы дрожали.

— Жив, — сказала она. — Жив, чёрт возьми.

На экране маячок замигал — Джеха отключил передатчик. Алия улыбнулась. Он в безопасности.

Но в голове засел образ — когда он смотрел на неё вчера, в «Облаке-9», и видел не её. Ранию. Он искал в Алии ту, кого потерял. И она позволяла ему это.

— Дура, — сказала она себе. — Самая большая дура на свете.

Она взяла стилус, покрутила. Туда-обратно. Потом открыла графический редактор и нарисовала его лицо. Глаза, скулы, губы. Тени под глазами. Шрам на брови.

— Ты никогда не будешь моим, Ким Джеха, — прошептала она. — Но я всё равно буду рядом. Пока могу.

Она сохранила рисунок в зашифрованную папку. Пароль — его день рождения.

Конец тринадцатой главы.