Любовь?
Чем вы готовы пожертвовать ради того что любите? Стоит ли любовь жизни, и если да то чьей? Можно ли лишить кого-то жизнь во имя того что любишь ты? Правильным ли будет этот поступок?
На размышления не осталось ни минуты, бешеная вспышка адреналина, злость, агрессия, труп на мокром асфальте, дрожь, слезы, паника, выдох. Это именно то что описывает этот вечер в особой точности.
В состоянии аффекта делались и не такие вещи, он уверен. Сожалений нет, но почему что-то внутри говорит что стоило остановиться раньше? Даже не для себя, а для него.
**
Чимин сидит поджав колени и спрятав лицо меж них. Сколько он так сидит - сам сбился со счету. Холодно, странное чувство тревоги, вины и сомнения не покидают уже вторые сутки.
- Я прошу тебя, поешь хоть немного. - Парень нежно погладил Чимина по ноге ставя рядом с ним тарелку с разогретой едой. - Мне физически больно смотреть на тебя в таком состоянии.
- Юнги, ты не понимаешь... - Чимин поднял голову, слезы стекали по его щекам, смешиваясь с грязью и кровью на рубашке. - Если тебя не будет, то и я существовать не смогу... - Его голос дрожал, словно каждое слово обжигало горло. - Но что мы сделали... Это же... убийство.
Юнги сел рядом, обхватив его плечи. Его пальцы впились в ткань куртки, будто он боялся, что ветер унесёт их обоих в никуда.
- Они хотели тебя сломать, - прошептал он, глядя в стену, за которой слышался отдалённый гул машин. - Ты думаешь, я мог просто смотреть?
- Нет! - Чимин резко вырвался из его объятий, вскочив на ноги. - Но ты мог остановиться! Ты... ты бил его, даже когда он уже не дышал... - Он замолчал, сжав кулаки. Воспоминания всплывали обрывками: мокрый асфальт, хрипы, красное пятно крови под фонарём...
Юнги встал, медленно приближаясь. Его тень накрыла Чимина, но в глазах не было угрозы - только боль.
- А если бы он выжил? - спросил он тихо. - Он бы нашел тебя снова. Или нас. Ты хочешь этого?
Чимин отвернулся. Где-то за окном скрипнула ветка - оба вздрогнули. Сердце колотилось в унисон, как тогда, в ту ночь.
- Мы должны уехать, - Юнги схватил сумку с едой и тёплым одеялом, брошенную в углу. - Говорят, полиция уже проверяет заброшки в этом районе.
- Куда? - Чимин засмеялся горько. - У нас нет денег. Нет друзей. Ты думаешь, мы просто исчезнем?
- Да! - Юнги резко повернулся, и в его голосе впервые прозвучала ярость. - Я заставлю нас исчезнуть. Потому что... - Он замолчал, глотая воздух. - Потому что ты - единственное, что у меня есть. И я не позволю никому...
Он не договорил. Снаружи раздался грохот - как будто кто-то перевернул мусорный бак. Оба замерли. Юнги схватил нож со стола, пальцы белели от напряжения.
- Спрячься в подвале, - приказал он, толкая Чимина к люку в полу. - Не выходи, пока не услышишь наш сигнал.
- Нет! - Чимин вцепился в его рукав. - Я не оставлю тебя одного!
Их взгляды встретились. В тишине прозвучало хриплое:
- Вы тут, да? - Голос за дверью был грубым. - Вижу свет...
Юнги толкнул Чимина к люку, шепча:
- Сиди тихо и не вздумай высовываться пока я не скажу.
Дверь с треском распахнулась