| 6 глава |
Утро второго дня. Квартира Пака.
Первый луч утреннего солнца, пробиваясь сквозь щель в шторах, упал прямо на лицо Югёма. Мальчик медленно открыл глаза, ещё полный тёплых обрывков снов. Полусонный, он потянулся рукой к краю кровати, туда, где вчера вечером сидел дядя Юнги, обещавший не уходить. Но пространство было пустым, а простыня — холодной.
Мгновенная, леденящая паника сжала его маленькое сердце. *«Ушёл? Бросил? Как все…»* Не раздумывая, он сорвался с кровати и босиком выбежал из комнаты. Тишина в квартире была зловещей.
— Дядя… — прошептал он, и голос его задрожал. Слёзы, предательские и горячие, навернулись на ресницы.
И тут его нос уловил едва уловимый, но незнакомый аромат. Не папин завтрак, а что-то другое. Сгоревшее? Сладкое? Запах шёл с кухни. Югём, вытирая кулачками глаза, осторожно подкрался к дверному проёму.
Там, в лучах утреннего света, за столом, стоял Мин Юнги. Его спина была напряжена, а на лице — выражение предельной концентрации, будто он разрабатывал стратегию поглощения конкурента, а не пытался перевернуть подгорающий блин на сковороде. Взгляд его был прикован к кухонной утвари с таким же почтением, с каким он обычно изучал контракты.
Югём замер, наблюдая. Его страх начал медленно таять, заменяясь удивлением и любопытством. Он сделал неосторожный шаг, и скрипнула половица.
Юнги резко обернулся. Увидев заплаканное лицо мальчика в пижаме с динозаврами, его суровое выражение мгновенно смягчилось, сменившись беспокойством.
— Котёнок… Ты чего? Плакал? — он отставил в сторону лопатку и сделал шаг навстречу.
— Нет! — буркнул Югём, но его дрожащий подбородок выдавал его с головой. Не выдержав, он бросился вперёд и крепко обхватил Юнги за ноги, уткнувшись лицом в его домашние штаны. — Я думал, ты ушёл…
Сильные руки подхватили его, подняли и прижали к тёплой, твёрдой груди. Юнги обнял его, и это объятие было надёжным, успокаивающим.
— Я же обещал, что не брошу, — тихо сказал он, гладя мальчика по спинке. — Просто решил сделать сюрприз. Неудачный, судя по запаху. Иди, умойся, почисти зубки. Скоро будем завтракать.
— ЗНАЮ! Я сам! Я уже большой! — заявил Югём, отстраняясь и пытаясь выглядеть независимым, хотя его руки всё ещё цеплялись за подол рубашки Юнги.
— Тогда иди, — улыбнулся альфа.
Мальчик сделал несколько шагов к ванной, но замер на пороге. Он обернулся, и в его глазах светилась робкая просьба.
— Дядя Юнги… можно я вас ещё чуть-чуть пообнимаю?
Сердце Юнги ёкнуло от этой детской, чистой потребности в ласке. — Конечно, можно, — он распахнул руки.
Они простояли так несколько минут в тишине кухни, пока запах гари не стал совсем уж отчётливым. Югём наконец отпустил его и побежал в ванную.
— Вот же проказник, — пробормотал Юнги с улыбкой, глядя ему вслед. Улыбка тут же сменилась паникой. — Ай, чёрт!! Сгорело!
Он бросился к плите, где два «блина», больше похожих на угольные диски, дымились на сковороде. Юнги никогда не готовил. Его завтраки обычно состояли из эспрессо, приготовленного бариста, или вообще отсутствовали.
Позавтракав съедобными частями своего «кулинарного подвига» и йогуртами, они стали собираться.
— Дядя Юнги, а что мы будем делать после школы? — спросил Югём, завязывая шнурки (с пятой попытки).
— Котёнок, у меня работа, — ответил Юнги, поправляя галстук перед зеркалом. — Но ты будешь в моём офисе. Там есть диван, планшет, можешь рисовать, смотреть мультики. Делай что захочешь.
— Ура! — глаза мальчика загорелись при мысли о таком приключении.
На улице Юнги автоматически зашагал своим привычным, стремительным деловым шагом. Через несколько метров он услышал сзади запыхавшееся:
— Дядя… подожди…
Он остановился и обернулся. Югём, красный от старания, пытался поспевать, его маленькие ножки работали как пропеллеры. На лице Юнги мелькнуло понимание и легкая вина.
— Ах, да, извини, котёнок, — он вернулся, наклонился и взял маленькую тёплую ладошку в свою. — Пойдём в твоём темпе.
И они пошли. Не спеша. Так, как ходил шестилетний ребёнок, у которого полно времени, чтобы разглядеть каждую кошку, каждую яркую вывеску и каждый узор на асфальте. (Читатель мог бы спросить, почему такой богатый человек, как Мин Юнги, идёт пешком. Машина, верный серебристый Aston Martin, вчера вечером капризно заглохла и сейчас находилась в сервисе у лучшего механика города. Забрать её Юнги планировал как раз сегодня).
Подходя к зданию школы — невзрачному кирпичному строению, — Югём вдруг замер. Его пальчики сжали руку Юнги так крепко, что побелели костяшки.
— Что такое? — мягко спросил Юнги, наклонившись. Он увидел не страх, а скорее тяжёлую, знакомую тревогу в глазах мальчика.
— Ничего… Идём, — пробормотал Югём, делая шаг вперёд с видом солдата, идущего на поле боя.
Но как только они переступили порог, атмосфера изменилась. Шёпот, словно ядовитый ветер, понёсся по коридору. «Смотри, это же Пак… С ним кто?.. Боже, это Мин Юнги?!..» Взгляды — любопытные, завистливые, злые — цеплялись за них.
Юнги почувствовал, как рука в его ладони стала холодной и дрожащей. И он принял решение. Быстрым, уверенным движением он подхватил Югёма под мышки и водрузил его себе на плечи, как делал вчера. Мальчик взвизгнул от неожиданности. Вокруг воцарилась гробовая тишина. Даже учительница, выходившая из класса, замерла с открытым ртом.
— В нашей школе так не принято ходить! — наконец фальцетом провозгласила учительница, пытаясь восстановить порядок.
— Извините, мисс, — робко начал Югём сверху. — Мой дя…
— Я не имею права проводить своего сына до класса? — громко, чётко, с ледяной вежливостью перебил его Юнги. Его голос, привычный для залов заседаний, заполнил собой весь коридор. — Или у вас есть какие-то правила, запрещающие отцам проявлять заботу?
Учительница побледнела. — Н-нет, что вы… конечно…
— Тогда, будьте добры, не препятствуйте, — он бросил это не как просьбу, а как приказ, и двинулся дальше, неся на своих плечах ошарашенного, но сияющего теперь Югёма.
Войдя в класс, он вызвал эффект разорвавшейся бомбы. Тридцать пар детских глаз уставились на них, челюсти отвисли. Юнги аккуратно спустил мальчика на пол и присел перед ним на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. Он поправил ему воротник рубашки.
— Сынок, будь умницей, слушай учителя, — сказал он громко, чтобы слышали все. — Я за тобой зайду.
— Хорошо, дя… — Югём поймал его взгляд и, осмелев, выпрямил спинку. — Хорошо, отец!
Слово «отец», произнесённое звонко и уверенно, повисло в воздухе. Юнги почувствовал, как что-то тёплое и острое кольнуло его в груди. Он кивнул, встал и вышел, оставив за собой класс, взорвавшийся шепотом: «Это его отец?! Миллиардер Мин Юнги?!»
Но Юнги на этом не остановился. Он развернулся и направился прямиком в кабинет директора. Десять минут спустя оттуда доносились приглушённые, но очень выразительные раскаты грома. Когда Юнги вышел, его лицо было спокойно, а директор, бледный как полотно, судорожно кивал ему в спину. Отныне Пак Югём стал в этой школе не просто учеником, а почти неприкосновенной персоной.
Покидая школу, Юнги позволил себе редкую, хищную улыбку. У него был план. Сегодня вечером он заберёт Югёма не пешком и не на такси. Он заберёт его так, чтобы зависть и уважение в глазах этих мелких хамелеонов навсегда сменили насмешки.
***
Офис «Мин Корп». Утро.
Тэхён почти впорхнул в кабинет с планшетом в руках.
— Господин! Отличные новости! Пак Чимин успешно подписал все документы в Сан-Франциско. Всё прошло идеально. Ему можно вылетать обратно хоть сегодня.
Юнги, разглядывавший графики на мониторе, даже не поднял головы.
— Нет. Не нужно. Пусть… отдохнёт. Осмотрится. Культурная программа.
Тэхён моргнул. — Эм… ему так и передать? «Отдохните, осмотритесь»?
— Скажи, что возникли непредвиденные обстоятельства, требуется его присутствие там на полные четыре дня, как и планировалось изначально, — невозмутимо ответил Юнги, делая пометку на документе. — Подчеркни «непредвиденные» и «требуется».
— Хорошо… — Тэхён колебался. — Принести кофе? Без сахара, как вы любите.
— Нет, — отрезал Юнги. — Ты, извини, его делать не умеешь. Совсем.
— Но я старался… — начал было Тэхён.
— Нет, и всё. — Юнги махнул рукой. — Я хочу, чтобы это делал только… — он запнулся, и на мгновение его взгляд стал отрешенным, — …только Чимин~и.
— Чимин~и? — не удержался Тэхён, и на его лице мелькнула понимающая, почти умильная улыбка.
Юнги вздрогнул и сурово нахмурился. — Тебе послышалось. Иди, работай.
Тэхён, скрывая улыбку, поклонился и вышел. Он был почти счастлив. Кто-то наконец-то сумел пробиться сквозь ледяную броню его босса.
Как только дверь закрылась, Юнги откинулся в кресле. *«Что со мной происходит?»* — подумал он, глядя в потолок. *«Может, я…»*
Его размышления прервал оглушительный грохот — дверь кабинета распахнулась без стука, и внутрь ввалился, словно ураган, Ким Намджун.
— Братан! Привет!
— Ты с ума сошёл?! Не стучишь вообще?! — зарычал Юнги, вскакивая.
— Да расслабься! Я ненадолго, меня в машине ждут! — Джун махнул рукой. — Слушай, у нас тусовка планируется! Встреча!
— Встреча у тебя с твоим парнем? Ну и славно, — зевнул Юнги, делая вид, что снова погружается в бумаги.
— Да нет же, тупица! У нас! У тебя тоже! — Джун топнул ногой.
— Чего? А я-то зачем? — Юнги зевнул ещё раз, нарочито демонстративно.
— Как «зачем»? У тебя же нет никого! А у меня есть парень, а у моего парня есть друг. Отличный парень! Одинокий!
Юнги медленно поднял на него взгляд. — И…?
— Ой, да ты совсем тугодум! — закричал Джун. — Мы тебя с ним познакомим! Сводим! Мало ли!
— Нет! Не надо мне ничего! — Юнги замахал руками, как будто отгоняя назойливую муху. — Убирайся со своими свиданиями!
— Надо, Юнги! Надо! — Джун подошёл вплотную к столу. — Ты же не собираешься вечно ждать своего секретаря, пока он там разведётся со своим мифическим мужем?
— У него нет мужа, — тихо, но очень чётко произнёс Юнги.
Джун замер. — И… что? Но сын-то есть!
— А сын — это не проблема, — ещё тише сказал Юнги, и в его глазах мелькнуло что-то твёрдое.
— И что? — Джун не отступал. — Ты ему уже признался? В чувствах?
— Кому? — Юнги с наигранным непониманием почесал затылок.
— Ну, не сыну же, Боже! Секретарю своему!
— Нет, — честно ответил Юнги, опуская взгляд.
— И что ты ждёшь?! — взвыл Джун. — Признавайся, пока его не увели! Пока он в Америке не нашёл какого-нибудь ковбоя!
— Как только он вернётся, — вдруг твёрдо сказал Юнги, поднимая голову. В его глазах горела решимость. — Я всё ему скажу.
Джун отступил, поражённый. Он не ожидал такой прямоты. — Ну… ладно. Это твоё дело. Но мою встречу ты всё равно не отвертишь! Просто познакомишься с моим парнем! Пожалуйста!
Юнги вздохнул, сдаваясь. — Ладно, ладно. Только и всего. А кстати, который час?
Джун показал на свои часы. Юнги взглянул и ахнул.
— Чёрт! Опаздываю!
— Эй, куда ты?! — крикнул Джун ему вслед.
— А это я у тебя возьму! — на ходу Юнги ловко выхватил из нагрудного кармана приятеля стильные чёрные очки в тонкой металлической оправе.
— Эй! Это мои новые! Стой! Куда?!
— В школу! За сыном! — бросил Юнги уже из коридора и скрылся за углом.
Джун остался стоять посреди кабинета, медленно покачивая головой. — Школа… За сыном… Да ты совсем поехал, дружище. Но, чёрт возьми, наконец-то.
***
Школа. Конец занятий.
Югём вышел из здания в потоке других детей. На площадке перед школой царило необычное оживление. Собралась толпа — ученики постарше, родители, просто прохожие. Все смотрели в одну точку, щёлкали камерами телефонов. В центре этого ажиотажа, сверкая глянцевым лаком под осенним солнцем, стоял автомобиль. Не просто автомобиль. А низкий, агрессивный, похожий на хищника, готового к прыжку, чёрный Lamborghini Aventador.
Югём, протискиваясь сквозь толпу, замер, когда увидел его. Его глаза стали огромными. И тут дверь «Ламборгини» — та самая, знаменитая, поднимающаяся вверх — плавно взмыла, как крыло птицы.
Из машины вышел он.
Мин Юнги. Но не тот, что утром. Он был в идеально сидящем чёрном костюме, белой рубашке без галстука, и на переносице покоились те самые тёмные очки. Он выглядел так, будто только что сошёл со страниц журнала GQ или со съёмочной площадки голливудского боевика. Холодный, невозмутимый, абсолютно уверенный в себе.
Толпа ахнула. Послышались визги девочек-старшеклассниц. Югём стоял, не в силах пошевелиться, потрясённый до глубины души.
Юнги, не обращая внимания на толпу, сделал несколько неторопливых шагов. Его взгляд (скрытый за стёклами) нашёл в толпе маленькую фигурку в школьной форме. Он подошёл, снял очки, и его лицо озарила тёплая, предназначенная только для одного человека улыбка.
— Ну что, малыш, готов? Поехали домой? — его голос был спокойным и обыденным, будто он приехал на старой «Тойоте».
Он взял у ошеломлённого Югёма рюкзак (который выглядел теперь смешным и маленьким в его руке) и, обняв мальчика за плечи, повёл к машине.
— Да… отец, — тихо, но чётко ответил Югём, и в его голосе звучала неподдельная гордость.
Они шли сквозь строй заворожённых взглядов, шепотов и щелчков камер. Юнги шёл, высоко подняв голову, его осанка говорила сама за себя. Югём старался идти так же — прямо, не сутулясь, держась за его руку. В этот момент они действительно были похожи — не кровно, но духом: уверенный в себе альфа и его юный, начинающий походить на него отпрыск.
Дверь снова взмыла вверх, они сели внутрь. Когда дверь опустилась, изолировав их от внешнего мира, Югём наконец выдохнул. Он дышал громко и прерывисто.
— Ты в порядке? — тревожно спросил Юнги, заводя двигатель. Рев мотора мягко заполнил салон.
— Я… я забыл дышать, — честно признался Югём, всё ещё широко раскрыв глаза.
— Забыл дышать? — Юнги рассмеялся, и это был лёгкий, свободный смех. — Разве такое бывает?
— Ты был… такой крутой сегодня, — прошептал мальчик, глядя на него с обожанием. — Я тебя сначала даже не узнал!
— Крутой? — Юнги ухмыльнулся, включая передачу. — Да я всегда такой!
Машина плавно тронулась с места, мягко отъезжая от толпы, которая всё ещё не расходилась.
— Отец… — вдруг снова, совсем тихо, сказал Югём.
Сердце Юнги дрогнуло и забилось быстрее. Это слово, сказанное так естественно, обожгло его изнутри сладкой болью.
Мальчик тут же спохватился, его щёки залились густым румянцем. — Ой! Извини! Дядя Юнги! — он в смущении натянул капюшон своей куртки на голову, пытаясь спрятаться.
— Эй, что это? Сними! — приказал Юнги, но без злости.
Югём упирался, бормоча что-то неразборчивое, но в итоге капюшон был откинут.
— Сейчас едем ко мне в офис. Ты там отдохнёшь, а я доделаю дела, — сказал Юнги, направляя мощный автомобиль в поток машин.
Югём кивнул и принялся с восторгом разглядывать салон — кожаную отделку, светящиеся панели, миниатюрный экран. — Большая… И такая крутая…
Юнги снова надел чёрные очки, глядя на дорогу. В тёмных стёклах отражалось небо и небоскрёбы.
— Да, и водитель у неё — настоящий гангстер, — снова рассмеялся Югём, находясь под впечатлением от всего происходящего.
— Ага, — ухмыльнулся Юнги, — так что помни — ты теперь в полном распоряжении гангстера. Будь осторожен.
— Слушаюсь и повинуюсь, господин гангстер, — с комичной серьёзностью ответил Югём и вдруг надел свою собственную, детскую, чёрную бейсболку с логотипом какой-то мультяшной команды.
Юнги фыркнул. — И это ещё зачем?
— Я должен соответствовать твоему имиджу! — важно заявил мальчик, старательно надвинув кепку набекрень.
Юнги посмотрел на него — на это серьёзное личико, на смешную кепку, на светящиеся от счастья глаза — и почувствовал, как по его лицу растекается широкая, неподдельно нежная улыбка.
— Югём, — сказал он мягко, — ты всегда соответствуешь мне. Просто будь собой. И не переживай.
Мальчик взглянул на него, и его лицо снова залилось тёплым, розовым румянцем. Но на этот раз это был не стыд, а счастье. Он был счастлив здесь и сейчас, с этим невероятным человеком, который на эти несколько дней стал его целым миром. И, глядя на профиль Юнги, сосредоточенный на дороге, он понимал — этот человек счастлив тоже.
_______________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
_______________________________________