Глава 5
Три убывающих Духа Неба взошли в чистом ночном небе. Но их холодное сияние скрывалось от людского взора за чёрным дымом. Острые крыши военных шатров щетинились вокруг крепости лидеров. Посреди осиротевшего поселения возвышался, впечатляя своим титаническим радиусом, пень, что остался от Древа Грёз. Его обожжённая поверхность вся в зазубринах и шрамах от топоров ещё слабо мерцала под начищенными сапогами убийцы. Король Гридан III прикрыл лицо платком с кружевом тонкой работы. Свободную от труда руку он заложил за спину. Большой палец по привычке крутил на указательном крупный перстень с зелёным камнем. Но отдыхающей руке пришлось вскинуться к тлеющему телу Древа.
- И долго мне ждать, пока это окончательно сожгут?
- Простите, повелитель. Наши славные воины почти все топоры переломали об эту погань, - советник сплюнул на пень, - Теперь придётся ждать, пока обозы с фуражом подойдут, там часть снаряжения. Гонец уже послан в столицу с королевским указом выковать ещё партию топоров, с ними будут присланы и лучшие дровосеки.
Советник служил ещё отцу Гридана. Высушенный годами старик без подбородка, с длинным носом и нависающей верхней губой был похож на огромную крысу. Седой клочок волос, сохранившийся на затылке и за ушами, довершал сходство с грызуном. Как и длиннохвостый собрат, старик был готов сделать для короля что угодно, лишь бы оторвать шмат побольше. За то отец его и держал. Но, в отличии от покойного короля Родгада, да осквернит его прах самая грязная девка, Гридан ценил не подхалимство, а преданность. Такие, как советник, тут же продадут своего господина за выгодную кормушку.
Хоть старик и служил прошлому королю, когда Гридана и на свете не было, имени его новый король вспомнить никак не мог.
- Мы с самого начала пытались отламывать от ствола по кусочку, да в костёр, но его ствол крепче стали! Все пилы об него погнули. - Продолжал советник, - Хотели вгонять колья в трещины, да они в дерево врастают, стоит только моргнуть! Начали ствол водой обливать, чтобы мягче стал, так он выздоравливать стал. Я сначала решил, что дело в местных колодцах. Вода в них не один век корни омывала, так ведь и из наших бочек вода все сколы вылечивала! Огонь его не берет...
- Какое решение вы предлагаете, советник? -прервал его Гридан.
- Пока мы заливаем в трещины химический огнь и обрубаем ветви. Но даже с ними справиться не просто. Очень гибкие, сталь об них не так портится, но дело долгое...
- Вы уже подсчитали на сколько мы здесь задержимся из-за уничтожения Древа? - снова прервал король ровным безжизненным тоном.
Советник закусил нижнюю губку, нахохлился и стал потирать когтистые лапки. Он всегда так выглядел, когда впадал в размышления. Гридан был почти уверен, что в такие моменты советник отыскивает в голове не истину, а самый выгодный для своей шкуры ответ. Надо бы подыскать советника получше. За полгода правления молодой король не нашёл времени. Нужно было многое переменить в стране после разрушительного царствования вечно пьяного отца. А потом собрать военный поход. Хорошо, что Вольгот взял часть забот на себя.
- Думаю, за лето управимся! Как раз пригонят свежие запасы провизии, успеют подготовить новобранцев...
- Лето - слишком долго. Пока мы здесь нюхаем гарь от Древа Грёз, наши враги точат клинки.
- Я обязательно ускорю сжигание этой погани! - советник снова сплюнул под ноги, - Прикажу бить дровосеков кнутами, если понадобится, алхимики будут работать день и ночь, все топоры в королевстве пойдут в дело, - Гридан закрыл глаза, чтобы хоть так по-детски отгородиться от пустой болтовни, к счастью, советник это понял, - Я могу быть свободен, ваше величество?
Гридан махнул рукой, старик заковылял прочь. Стража помогла ему спуститься с пня. Тишина нарушалась лишь треском огромного кострища, в которое свалили отвоёванные у Древа ветви. Даже неугомонные попугаи затаились с тех пор, как появились новые соседи.
Король открыл глаза. Даже поваленное набок, Древо выглядело величественно. Оно навсегда погребло под собой несколько десятков лидерских домишек, которые стояли на этом самом месте несчётное количество веков. И могли простоять столько же. Пока Гридан не убедиться, что от Древа не осталось ничего, кроме пепла, он не покинет земли лидеров. Иначе всё придётся начинать сначала. Хитрый Дух Древа Грёз уже не раз уворачивался от карающей длани. Стоит оставить его в покое, он тут же даст росток и возродит магию.
Человечество уже давно неровня другим. Все расы, что сохранили дар магии, смотрят на людей, как на скот. Даже кентавры, которым не так давно дали свободу, и те задирают нос. И не зря. Прошлый король Родгад почти уподобился хряку. Гридан всё исправит. Будут ли эльфы такими же скрытными без своей магии? А может они играючи излечат смертельные раны? А может гномы будут ковать такие же лёгкие и смертоносные клинки без заговорённых печей? Или динолинские учёные будут творить чудеса без магических лабораторий? Малые расы и вовсе вымрут, стоит только подождать.
Из-за черного дыма выглянул красный Дух Неба. Темно-коричневые, алые и оранжевые полосы волнистыми поясами разрисовывали покровителя магии земли. Самый красивый Дух Неба, по мнению Гридана. Не честно, что он дал начало таким скучным ремёслам, как земледелие, гончарство и кузнечество. Ему полагалось бы покровительствовать искусству вместо брата - Духа воздуха. Столицу людского государства, где ветер свободно разгуливает в степях, назвали в честь него - Апинея. Словно услыхав своё прозвище, младший небесный житель выплыл из черноты. И осветил руины белизной почти идеально гладкого лика.
От размышлений Гридана оторвало острое ощущение голода. Время ужина давно наступило. Пришлось спуститься с останков Древа Грёз. Для удобства в пне высекли ступеньки. Гридан посчитал такое расточительство драгоценного времени и топоров уместным. Не карабкаться же королю на ствол, как мальчишке.
Гомон подвыпивших солдат докатился до Гридана. Надо приказать Вольготу найти другой способ коротать время. Иначе вояки сопьются прежде, чем сгорит последний кусок ненавистного исполина. Стражник подал коня под стать хозяину - такого же рыжего, изящного и неноровистого. Король степей взлетел в седло с лёгкостью, которую никак не ожидаешь от человека его характера. Такой мог бы ждать, пока слуги в идеально выстиранных и накрахмаленных воротниках найдут ровное место для переносных ступеней и всем миром буду держать коня, чтобы тот и дохнуть не смел, пока король примеряется сесть в седло. Гридан взял поводья без перчаток. Потомку степных воинов стыдно не иметь мозолей от лошадиной сбруи. Только высокородным дамам дозволено носить в седле перчатки. Несмотря на приверженность всему новому, молодой король чтил древнюю традицию в отличии от его отца, который за много лет до своей смерти наплевал на происхождение и набивал мозоли только о кубки с вином.
Ветер сорвал потускневшую листву с Древа. Белым вихрем он бросил её под ноги коня. Но благородное животное равнодушно прошуршало по ковру из мха и листьев. Гридан почувствовал запах жаренного на костре мяса за долго до того, как выехал из крепости. Лидерские коровы нашли последнее пристанище в желудках славных воинов. Эта смерть лучше, чем та, что приняли их хозяева. А вот и хозяева. На их телах уже пируют птицы и насекомые. Гридан не любит жестокости, но сейчас он должен править железной рукой. Чтобы воины пошли за королем, куда бы он не позвал. Чтобы потомки узнавали на портретах Гридана III, даже когда его кости рассыпятся в прах. Он начал писать историю, его почерк должен оставаться твёрдым до конца.
Солдаты, издали заметив всадника, вытянулись по струнке и вскинули кулак в воинском приветствии. Хмель не смог выбить из них многолетней солдатской выправки. Король кивал им в ответ, пока рысил до своего шатра. Стражники поприветствовали правителя и распахнули перед ним полог жёлтого шатра с чёрной тесьмой на швах. Гридан легко спрыгнул со спины скакуна, звякнув шпорами, которые никогда не пускал вход верхом на рыжем жеребце.
- Прикажите принести ужин в покои, - приказал король подоспевшему слуге. Тот быстро кивнул и увёл коня.
Посреди шатра горел очаг. Но в нем никогда не готовили. Гридан терпеть не мог, когда от его вещей пахло кухней. Рабыня в кожаных браслетах на руках и ногах сгорбилась у огня. Она начищала хозяйский сюртук из жёлтой шерсти с оторочкой из чёрного меха. Каменная пыль после короткого боя до сих пор витала в воздухе, и одежда требовала тщательного ухода дважды в день.
- Вещь, приготовь кофе.
Рабыня отложила работу в сторону и принялась копошиться в сундуке. Запах кофе Гридан не считал недостойным королевской особы, поэтому крепкий напиток постоянно кипел на очаге.
На столе в беспорядке лежали письма, карты и книги. Гридан зажёг свечи в лампах над столом. Безошибочно выудил из вороха бумаг карту ничейных земель. Достал из ящика чистый лист и набор для письма. Полог шатра распахнулся. В просвете показался раб с подносом, согнувшийся в поклоне пополам. Король позволил ему войти и принялся уже, наверное, в сотый раз изучать карту. Раб по прозвищу Котелок прислуживал в походе стряпчему. Насколько помнил Гридан, при дворе раб драил котлы на кухне. Старику повезло - его прозвище не изменилось от перемены работы. Вещь, которая теперь следила за порядком в шатре короля, раньше драила полы и меняла циновку в королевских покоях. Прежде её звали Щёткой. Хорошо обученные свободные слуги прибудут позже с фуражом. Пока королю придётся довольствоваться малым.
Почему-то раб не двигался с места, оглядывая шатёр. Гридан заметил это спустя несколько минут. Когда его отвлекло от работы нервное сопение Котелка.
- Чего тебе?
Раб снова согнулся пополам, задрав поднос над головой.
- Ваше высочайшее величество! Прикажите нижайшему рабу, куда поставить кушанье. Котелок не смел оставить кушанье в неположенном месте.
- Оставь там же, где и утром.
- Простите серого раба, величайший! Но то место занято.
Гридан нехотя отвлёкся от карты. На том угол стола, где Котелок утром ставил поднос, теперь громоздились книги по лидерским и эльфийским легендам. Если он прикажет Вещи переставить их, больше вовек не сыщет. На другом краю лежали уже вскрытые письма. На некоторые он ещё не успел ответить. Поколебавшись Гридан сделал выбор в пользу писем. Вещи было приказано сложить книги в ящик с остальными. Король не сводил с рабыни глаз, пока она укладывала "Легенды..." переплёт к переплёту с "Тактическими преимуществами внезапной и затяжной войны" с одного бока и "Лекарственными и ядовитыми растениями пяти земель" с другого.
- Поставь здесь.
Раб прошуршал передником к столу короля и тихо опустил поднос с куском мяса на рёбрах, свежем ржаным хлебом и соленьями. Из оттопыренного кармана фартука выудил бутылку из тёмно-зелёного стекла. Пока солдатня упивалась лидерской медовухой, для короля припасли вино из погребов покойного короля Родгада.
- Я ещё в Апинее приказал не брать вина, а ты мне его каждый вечер таскаешь!
Старик повалился на колени.
- Не вели наказать раба, о светлейший! - затараторил он, - господин Вольгот приказа каждый вечер носить к королевскому столу вино из величайших садов Ренока, где властвуют люди - раса всех рас!
- Вольгот из темников ушёл в стряпчие и теперь распоряжается моими трапезами?
Раб не отвечал. Он съёжился на коленях, ожидая удара. Гридан никогда не бил рабов, в отличии от отца, который считал день прожитым зря, если какой-либо неудачливый раб, оказавшийся в досягаемости королевской руки, не получал по уху, в живот или под зад. В книгах о великих полководцах и правителях молодой принц заметил сходство между людьми, которых разделяли века: народ шёл за тем, кого уважал и любил. А, подгоняемые хлыстом, могли восстать против тирании короля и растоптать его имя.
- Можешь идти, - сказал Гридан, - носи вино по приказу Вольгота, но не доставай его. Ты же не хочешь ослушаться королевского полководца?
Раб затряс головой. Кожаные браслеты на тощих запястьях задрожали. Вскочив на ноги, Котелок в глубоком поклоне попятился к выходу. Гридан приступил к ужину, когда раб скрылся за пологом шатра. Король не хотел ослаблять авторитет своего полководца даже в глазах невольников, но и самоуправства допустить не может. Придётся потолковать с Вольготом, чтобы перестал лезть не в свои дела. Но всё завтра.
Вещь поставила перед Гриданом чашку кофе. Без спроса. Вот к чему приводит хозяйская доброта. Король поднял взгляд на Вещь. Черноглазая женщина, ещё, вроде, молодая, по рабам не определить возраста, смотрела в упор. Лицо, изуродованное шрамом на правой щеке, выражало решимость.
- Дозвольте ничтожной рабыне просить, ваше высочайшее величество, - срывающимся голосом произнесла она.
Гридан смерил её усталым взглядом. Решила просить что-то серьёзное, раз позабыла о приличиях, да ещё и отрывает его от трапезы.
- Думаешь я снизойду до просьб невольницы, что едва не попортила важные бумаги невовремя подсунутым кофе? - голос молодого короля, как всегда, звучал ровно.
- Велите наказать серую рабыню, только выслушайте, величайший из живущих! - взмолилась Вещь, повалившись лицом на ковёр шатра.
- Ты прислуживаешь мне не первый год и знаешь моё доброе сердце. И вот так коварно им пользуешься, чёрная ты плесень.
- Рабыня согласна на любое наказание ради минуты внимания короля, для которого светят Духи Неба.
Гридан вздохнул и принялся за еду. Он ел немного быстрей, чем обычно. Просьба рабыни могла испортить аппетит. Да одна только мысль о рабских мольбах портила аппетит, поэтому король и спешил всё съесть, чтобы не растерять его окончательно. Вещь не шевелилась, пока с подноса не исчез последний солёный огурец.
- Ну что тебе?
Невольница приподнялась, чтобы господину не пришлось вслушиваться в бормотание, приглушённое ковром:
- Величайший из великих, дух и тело рабыни принадлежит вам. Рабыне нечего отдать лучшему из людей, кроме своей жизни...
- Я понял, дальше.
- Мужа Вещи Подковку боевой конь ударил в колено, - рабыня набрала побольше воздуха, будто собиралась нырнуть в самую тёмную пучину. Она подняла глаза на короля, - Подковка охромел, колено гноится. Рабы не сумеют помочь ему. Нужен королевский лекарь.
- Вещь, сейчас война. Да не просто князь на князя, а всеобщая, как в легендах. Скоро рабы будут стоить дешевле тряпья, в котором ты ходишь. Мне будут прислуживать сам король эльфов Имион! Как же его там величают?
- Светлейший...
- Нет, не светлейший, что-то про руки и справедливость.
Невольница не сводила глаз с короля. Уже поздно отступать. Либо она выпросит спасение для мужа, либо они уйдут друг за другом в Ледяную Тьму. Гридан по старой привычке хотел запустить длинные пальцы в волосы на висках, но вовремя опомнился. Рыжую гриву удерживал золотой обруч в виде ощеренных клыков, усыпанный агатами по бокам. Венценосная голова всегда должна быть в порядке, даже при невольниках. Поэтому государь принялся крутит перстень на указательном пальце, вспоминая прозвище короля лесов. Вещь знала, что в задумчивости хозяин может просидеть хоть до рассвета, позабыв обо всём, уж тем более о мольбах рабыни. Но и отвлекать короля от размышлений всё равно, что совать голову в петлю.
- Правоправящий! - по-мальчишески воскликнул король степей. Вещь вздрогнула. Ни благородная кровь, ни корона, ни свора учителей не могли изменить того, что правителю всего семнадцать лет.
Осмотревшись по сторонам, король заметил упавшую в поклоне рабыню и едва заметно скривился.
- Так что там с твоим мужем?
- Справедливейший из королей, мой Подковка верно служит венценосному семейству от рождения. Он хорошо ходит за конями, помогает лечить копытные хвори...
- Раз уж он так хорошо ходит за конями, почему его лягнули?
- Учёные звери волнуются, господин, рвутся в бой. Подковка хотел успокоить такого, нашептать добрых слов, но конь в молодой горячке не удержался. Загноившее колено скоро не даст работать Подковке и унесёт его в Ледяную Тьму. Спаси душу раба, величайший правитель!
- Раб, погибший при служении, ещё может надеяться на небесные Сады Духов Неба.
Вещь хотела возразить, что без Древа Грёз никому не попасть в Сады, тем более невольнику. Но рабыня и так едва не перешла грань дозволенного. Добрый король до сих пор слушает строптивицу вместо того, чтоб засечь её до смерти.
- Скажи, мудрейший, неужто рабыне не спасти то единственное сердце, что ей принадлежит?
Королевский лекарь был старшим над лекарями в походе. Он - самый учёный и толковый, подсказывал солдатским лекарям, выходцам из простого люда, и дозволял подсматривать за своей работай рабам, чтобы те сами себя лечили. Действительно, он один мог спасти ногу. Но допускать к нему рабов всё равно что сажать на чистокровного рысака лягушку. Но и Гридан пока не захватил ни одного невольника, да и захватит не раньше, чем через пару лет. Все рабы из королевского дворца отбирались по строгим правилам и малым числом, чтобы армию не объедали.
Снова перстень заплясал на указательном пальце. Король думал.
- Солдатский лекарь под присмотром королевского станет лечить Подковку, - наконец произнёс он. Рыдания сотрясли крепкое тело рабыни, - А тебя остригут налысо за своеволие. И будешь неделю есть треть порции. Коль было прошение, могла и учтивей себя вести. Будет впредь уроком.
Вещь стала многократно кланяться правителю, ударяясь лбом о толстый ковёр. На торгу лысые рабыни ничего не стоили. Обритая голова говорила, что таких ещё учить и учить розгами да пинками прежде, чем они станут хорошими рабами. В ближайшие годы Вещь точно не попадёт на трог - не до того сейчас хозяину. Да и потеря волос - самое меньшее на что она могла рассчитывать. А треть порции? При Родгаде бывало и хуже.
Гридан отпил дымящийся кофе с солью и молоком. Убедившись, что Вещь наконец научилась варить его сносно, король жестом приказал невольнице уйти. Женщина схватила с сундука неочищенный сюртук и юркнула вон из шатра. Теперь можно побыть в одиночестве. Гридан коснулся метки "Древо Грёз" на карте. Проклятущее дерево. Подобраться к нему было не просто. Людскую столицу и крепость лидеров разделяет пустыня. Вести через неё армию с грузом алхимического огня? Всё равно, что собственноручно перебить войско. Пришлось купить двадцать ладей в Реноке - единственном городе степных земель, где растут подходящие для кораблестроения деревья. Поганый лорд Ренока снова озолотился. Но не долго ему осталось жировать за счёт королевской казны. Степные племена будут терзать земли лорда Зрогода, чтобы ему некогда было вспоминать об оставленной без присмотра столице.
Полог шатра снова широко распахнулся. Нужно было приказать страже никого не впускать. И зашить полог изнутри. В походные покои короля вошёл Вольгот. Шлем в форме волчьей головы поблёскивал в его левой руке.
- Мой король, позвольте доложить.
- Слушаю.
- Вернулся отряд разведчиков. В лесу у ручья видели следы лидеров, но дальше след теряется.
- Ты говорил, что в ночь нападения никто крепость не покидал! - редкий королевский гнев стал закипать внутри.
- Так точно! Дозорные сторожили стены всю ночь. Я лично проводил обход вокруг крепости и проверял посты.
- Что тогда нашли разведчики у ручья в лесу?
- Следы лидеров, ваше высочество.
- Как это возможно?
- Может быть... - Темник стиснул шлем. Правая рука поскребла ежик на затылке, - может быть воздушные лидеры улетели в лес, когда тучи набежали.
- Улетели? Лидеры не летают, Вольгот! - Гридан напряжённо смял край карты.
- Тогда земляные лидеры смастерили тоннели прям под стеной и ушли. Они же это могут?
- Разве не твои разведчики обыскали крепость и не нашли ничего подозрительнее погреба с моченными яблоками?
- Именно так, милорд.
- Вольгот, напомни, что ты делаешь для короны?
- Командую армией вашего величества.
- Правильно. И каждый должен заниматься своим делом, особенно на войне. - Усилием воли он разжал пальцы, сжимавшие карту. -Поэтому ты, как командующий армией и отрядом разведчиков, докладываешь только то, что заешь. А не выдумываешь тоннели и полёты. Есть ещё сведенья от разведчиков?
- Нет, ваше высочество. - Военная муштра и происхождение облачили Вольга в дубовую кожу. Замечания, поучения и упрёки старших по званию вовсе его не обижали, а показывали путь к совершенству. - Есть сведенья о доспехах Гельсимфа.
- Они утратили силу?
- Нет. До сих пор прожигают кожу, дерево и металл. Но инструменты из кузницы лидера доспех не плавит.
- Значит упрячьте его в какой-нибудь лидерский сундук.
- Уже пробовали. Всё равно прожигает.
- Но ведь как-то Гель их хранил. Залезьте к нему в дом и найдите что-то подходящее. Мы не можем оставить валяться без присмотра древний магический доспех. Особенно, пока не все лидеры висят на стене. Найди их, Вольгот. И исправь ошибку. Можешь идти.
Темник отсалютовал, вскинув кулак, и вышел из королевского шатра. Король стал приглаживать мятый край. Теперь работу над планом нападения на эльфов придётся отложить. Подыхающее дерево успело разбросать плоды по лесу. Если в живых останется хоть один лидер, магия может снова вернуться в мир. Гридан хорошо усвоил уроки истории и учёл ошибки Тёмной Войны. Тогда Древо лишили сока, оно стало засыхать. Но лидеры с их неестественной связью с деревяшкой смогли вдохнуть в него жизнь и вернуть магию.
Мысли Гридана завихрились. Он искал ошибку в безупречном плане, который готовился много лет. Какая пешка разрушила партию?
Может, Вольгот - средний сын вождя большого племени кочевников. Король Родгад взял его мальчишкой на воспитание во дворец. По уговору к шестнадцати годам Вольгот должен был обучиться трём языкам, истории, географии, тактике, фехтованию, воинской дисциплине и куче других скучных по его мнению наук. Племя должно было получить лучшего вождя среди степных народов. До того времени степнякам было запрещено нападать на Апинею. А что потом? Король надеялся не дожить до тех дней, оставив головную боль на наследника. К счастью для Гридана, Вольгот решил отложить возвращение к родным и предложил им сорвать огорчение на отвратительно богатых оседлых соседях.
Молодой полководец пришёл на смену предшественнику одновременно с коронацией нового короля. Темник Родгада - сэр Фортон, был таким же пьяницей и развратником, как и старый король. В молодости, конечно, Фортон собирал все возможные турнирные награды, но не более того. Он забыл о своём кочевом происхождении и размяк, как оседлый.
Новый темник молодого короля служит верно, как пёс. Он рождён для боя. Гибкий, как степной кот, и свирепый, как росомаха, не слишком умен, что важно. Вольгот с молоком матери впитал правила жизни степняков. За это солдаты по началу его недолюбливали. Все они: деревенские мальчишки, беглые подмастерьи и седьмые сыны седьмых сыновей мелких знатных домов, - росли в ненависти к степнякам. Оно и понятно. Кочевники зачастую безнаказанно грабили и без того скудные земли. Но Вольгот быстро заслужил уважение среди солдат своей свирепостью к врагам и справедливостью к подчиненным. Даже ветераны королевской армии перестали плеваться за спиной у нового главнокомандующего.
Но пес, верный истинному степному волку, упустил добычу. О крысах, затесавшихся в стаю, и думать страшно. Они в любой момент готовы напасть серой бурлящей сворой. Придётся отлавливать их по одной. Даже в одиночку крысы могут отхватить жёлтыми зубами могучую волчью плоть. Поэтому Гридан будет убирать их тихо. По одной. "Враг не должен знать, что ты желаешь ему смерти, даже захлёбываясь кровью на твоих руках", - повторяла мать вместо сказки на ночь.
Родители многому научили Гридана. Но оставили его почти что ни с чем. Только любимым сыновьям в наследство достаются богатство, власть, замок, старая коллекция дорогих вин. Гридана же отец называл лохматым чудовищем и никак иначе. А всё потому, что единственный выживший наследник был слишком похож на мать. Такой же щуплый, рыжий, какой-то желтоглазый, меланхоличный. Король наплодил множество бастардов, и все как один были похожи на него, но умирали, не дожив до трех лет.
Мать Гридана была навязана королю бывшим лордом Ренока. Бедняга не оставил иных наследников, кроме трёх девчонок. Пришлось передать власть плодородного края старшему зятю. Зато средняя дочь угадила в королевы. Дрогана хорошо подходила на эту роль - тихая, бледная, с редким цветом волос. Такая хорошо смотрится на королевском троне и, сидя в тени, не лезет в политику. Но, разве в тени нельзя раскидывать паучьи сети?
Шум возни в становище вырвал короля из омута мыслей. Гридан прислушался. Не похоже на нападение. Он поспешил наружу.
Верный пёс короля собирал людей под знаменем. Чёрный волк, бегущий по жёлтой степи.
-Вольгот, у вас ночные учения?
- Нет, милорд. Я от вашего имени собираю новый отряд разведки, чтобы найти беглецов. Ваше величество не может ждать. Ночь - не препятствием для вашей стаи.
Пёс промахнулся на охоте, но снова погнался за дичью. Гридан потянулся взъерошить волосы, но пальцы коснулись тёплого металла клыкастой короны. Король должен быть мудрым. Всадники ночью на незнакомой земле скорее погибнут, чем поймают беглых лидеров. Но ронять авторитет темника перед армией - худшее из решений.
- Ты прав, Вольгот. Не зря я выбрал тебя темником. Но побережём силы наших солдат и коней. Лидеры - трусливые обезьяны. Скоро они сами вернуться к крепости и попадут в зубастую пасть людского народа. Сегодня ночью будет достаточно выставить часовых. Если до восхода солнца трусы не появятся, отряд лучших бойцов отправится в лес вытащить лидеров из крысиных нор. И вздёрнут их на стене!
По лагерю прокатился громогласный рёв. К уже собранным в поход воинам присоединились остальные несколько сотен солдат. Раззадоренные и опьянённые лидерской медовухой воины до рассвета сновали по становищу. Новый военный поход ожидался не скоро. А клыки требовали вражьей крови.