Глава 10
Встречный ветер трепал рыжие волосы, хлестали по плечам кожаные шнурки шёлковой рубахи, конь, с бурлящей в жилах степной кровью, рвался под седлом. За лето гнедой любимец короля выгорел на солнце и стал отливать золотом. И, то ли соперники хотели как следует полюбоваться зрелищем, то ли боялись соревноваться с правителем, а Гридан летел на полном ходу в числе первых. Сквозь гул в ушах послышался приближающийся топот. Король оглянулся. Золотой клыкастый обруч на лбу надёжно удерживал рыжие вихры, не давая им заслонить властный взор.
Верхом на чалом скакуне нагонял правителя Вольгот. Он жался к шее коня, поблёскивая исподлобья чёрными глазами. Будучи мальчишкой, он всё детство показывал меланхоличному принцу, что такое азарт. Единственный, кто не опасался обыграть правителя. Благодаря другу Гридан ездил верхом не хуже степняков и не собирался отдавать победу в скачках. Король подстегнул скакуна, тот захрипел и прибавил ходу. Но чалый стремительно сокращал дистанцию. Скоро между ними осталась лишь половина лошадиного корпуса.
Кони прошли последний поворот ноздря в ноздрю и показались на радость зрителям, сгрудившимся неподалёку от финиша. "Нужно ударить Вольгота хлыстом. Тогда он потеряет равновесие и отстанет". Гридан вздрогнул, ужаснувшись собственным мыслям, затряс головой. Нет! Это не его мысли, это чёрная плесень, что поглотила его отца. Виной всему праздность, в которой король провёл почти всё лето. Скакун, учуявший замешательство всадника, сбавил ход, дав сопернику выйти вперед. Опомнившись, Гридан снова погнал во весь опор, но чалого было уже не догнать. Двигаясь с конём в одном ритме, будто часть его тела, Вольгот не оставил правителю шанса на победу.
Крепкая грудь чалого скакуна напоролась на тонкую цветочную цепочку финиша и с треском разорвала её. Последние цветы в этом году осыпались разноцветным дождём под копыта победителя. Спустя пару мгновений в полной тишине финиш пересек король.
Последний раз король Родгад соревновался ещё на турнире в честь дня рождения наследника. Но память о том дне до сих пор была свежа. Тогда с плеч слетело сразу три головы. Финишировавший четвертым Родгад мановением руки палача стал первым. Скольких зрителей, кинувшихся поздравлять не венценосного победителя, уволокли с трибун, до сих пор было неизвестно. Только после зачистки оставшемуся и перепуганному народу дозволили ликовать.
Гридан спрыгнул с седла. Оглядел окаменевшие лица.
- Что-то стряслось, пока я не восседал на троне?
Ковыляя, к королю поспешил советник, рядом семенил паж-мальчишка со шкатулкой на жёлтой подушечке наперевес.
- Ваше Величайшее Высочество, вы пришли вторым! - зашипел старый крыс.
- Я умею считать до двух, советник.
- Что нам делать?
-Наградить победителя! - нахмурился юный король.
На лбу советника проступил бисер пота. Он покосился на спешившегося Вольгота, нервно сглотнул. Кивнул пажу и двинулся к темнику. Остановился напротив, развёл когтистые лапки в стороны и заскрипел:
- Вольгот, сын Вола́та, темник королевской армии степного королевства. Отныне победитель турнира в честь падения Древа Грёз имени короля Гридана III!
Переглядываясь, зрители жидко зааплодировали. Но сияющая улыбка короля внушила уверенность - сегодня никто не исчезнет с трибун за поддержку неправильного победителя. Ликование окрепло и покатилось волной по толпе. Советник потянулся когтистой лапкой к шкатулке, паж раскрыл её и показал публике награду победителя турнира - позолоченную ветвь Древа Грёз. Оглушительное "Нет!", разорвало воздух. Толпа застыла. Тощая старческая кисть зависла над шкатулкой. Верхняя губа советника затряслась в испуге, обнажив крупные жёлтые зубы.
- Советник, вы буквально неделю назад сообщили, что Древо уничтожено, - тихий, леденящий душу тон Гридана. От него одновременно трясутся поджилки, но приходиться приблизиться, чтобы лучше расслышать.
- Так и есть, Ваша Светлость, - залепетал старик и невольно сделал шаг на встречу.
- Тогда что лежит в шкатулке?
Советник отдёрнул руку от награды, как от отравы.
- Ваше Величество, было принято решение подарить победителю скачек последнюю ветвь сгинувшего Древа. Мы...Мы думали, что вы станете победителем...
- И собственноручно сохраню Древу шанс на жизнь?
Глаза старого крыса забегали. Он судорожно искал в полысевшей голове, обрамлённой клоком волос мышиного цвета, правильный ответ. Чтобы остаться у сытной кормушки, всегда нужно знать правильный ответ.
- О, король из королей! Ваш советник позаботился о таком важном деле. Ваш кузнец собственноручно позолотил часть этой магической погани, чтобы оно точно, ну совсем никак не проросло!
- Это не просто погань, это хитрая и злобная погань, которая сделает всё, чтобы возродиться и отомстить. Сжечь её!
Старик от неожиданности подскочил на месте. Кажется, он и не заметил, как близко подошёл к королю. Советник выпрямился, попытался сохранить лицо перед собравшимися. Потёр когтистые лапки, по-крысиному облизнул пот над верхней губой, прикрикнул на пажа, чтоб тот "Пшёл прочь".
- А как же нам наградить победителя?
Но король уже отмахнулся от советника, как от назойливой мухи, и повёл чемпиона в лагерь, по-дружески обняв его за плечи. Тем временем на совершенно не запыхавшихся конях финишировали остальные участники скачек.
- Чего желает мой друг за свой фурор?
- Ваше Величество, не нужно наград. Я видел, вы поддались перед самым финишем.
- Да, твой конь не чета моему. Но от добротной кормёжки и спокойной жизни рыжий стал заплывать жирком. И уже не так легконог. Но, тем не менее, ты победил честно.
- Сейчас у меня есть всё, о чём желаю.
- Ваше Высочество, в лагерь прибыли обозы из Апинеи, - прервал разговор подоспевший солдат.
Гридан кивнул в ответ и прибавил шагу. У гружёных телег суетились рабы. Они взваливали на спины непомерно большие тюки и разбредались по становищу цепочками, как муравьи. Полевой стряпчий подгонял рабов кухонной тряпкой, главный конюх раздавал чёткие приказы, королевский лекарь, прежде чем впустить гружёных рабов в своё ароматическое царство, развязывал каждый мешок и проверял содержимое на вкус и запах.
- Это последний фураж перед походом? -спросил король у командующего разгрузкой бородатого и сурового, как степные ветра, сотника.
- Так точно, Ваше Величество. Наместник передал весть, что будет готовить подкрепление и отправлять сотников с отрядами уже на новую линию сражения.
- Ещё вести были?
- Гонец с посланием и просительница ожидают приёма.
- Спасибо за службу, сотник.
Бородатый вскинул кулак в знак верности и вернулся к работе.
- Нас прервали, Вольгот. С меня причитается. Или ты хочешь оставить короля в должниках?
- Иногда это может пригодиться, - лукаво блеснул чёрными глазами темник. Тут же сменил добродушие молодости на непроницаемость военачальника, вскинул кулак и попросил разрешение идти. Гридан отпустил его.
Праздник кончился, пора возвращаться к королевской личине. Советник еще долго провозиться на арене, потом пойдёт донимать кухарей. Что не пир, он суёт свой крысиный нос в чужие дела с указами и советами. Родгад, конечно, поощрял советника за тотальный контроль всех, до кого только могла дотянуться когтистая лапка. Гридан же считал, что лучше потратить годы на поиск преданных короне мастеров, чтобы и на кухне, и в кузне, и даже в алхимических лабораториях всё работало, как часы.
У королевского шатра под пристальными взглядами стражи ежилась Вещь с одеждой цветов правящего дома в руках.
- Выгуливаешь мой наряд?
Рабыня подалась вперед, многолетняя дрессировка заставляла её пасть ниц перед хозяином, но вовремя вспомнила, что руки заняты, поэтому просто низко поклонилась.
- Король из королей, советник запретил страже впускать рабов в ваши покои.
- На каком основании?
- Говорит, что сейчас в лагере много сброду. А перед походом многие рабы захотят обворовать Ваше Высочество и попытаются сбежать. Но Вещь всем духом предана наследнику степных земель, королю Гридану III, сыну Родгада...
- А где служанка?
- Готовит королевскую мантию к пиру по приказу советника.
Гридан сдержал раздражённый вздох, отдал страже приказ допускать Вещь в шатёр даже если советник именем короля прикажет иное. Не хватало ещё тратить время на такой пустяк. Ещё и служанка пропадает невесть где. Снова придётся переодеваться самому. Гонцу, конечно, не будет дело до того пахнет ли от короля конским потом или сушёным гиацинтом, но не пристало правителю показываться в свет, пусть даже собственной армии, в пыльных штанах и несвежей рубахе. Поэтому Гридан стянул через голову шёлк и принялся развязывать шнурки на штанах. Рабыня опустила глаза.
- Что там ещё за просительница?
- Какая-то верующая из столицы. Просит аудиенции.
- Верующая? Уже и сюда добрались
- Советник отправил её назад, но она осталась. Ждёт вас.
Гридан не сомневался, что верующая его ждёт. И будет ждать, пока её не примут, если потребуется, пойдёт за обозами аж до Элерегии. Так для её даже лучше. Будет потом рассказывать последователям о лишениях и опасностях в пути, раздувая свою значимость.
Люди, лишённые магии, не верили, что Духи до сих пор правят в мире, но на всякий случай побаивались. Когда-то небожители вдохнули жизнь в пустой мир, научили древние народы ремеслу и ушли в свои небесные покои. Им нет дела до лаберенеских склок и бед. Разве может вольный и гордый народ поклоняться тому, кому нет до него никакого дела. Вот и растут на почве степных земель, как сорняки, новые верования и учения. Одно было неизменным - каждый степной кочевник поклонялся мечу, луку и коню. Кто правит тремя звеньями силы - тот и вождь. От этого часто и плясали новые религии.
Короли разных эпох по-своему боролись с фанатиками. Одни заманивали во дворец самых воинственных, чтобы те расправлялись с соперниками от имени короля и не доставляли ему головной боли, другие развязывали войны против верующих и спускали на это всю королевскую казну, третьи дозволял свободно исповедовать, в честь чего подданные развязывали междоусобицы. Король Родгад упорно игнорировал религиозные течения, но приказывал казнить каждого просителя, что пришёл с проповедью.
- Вещь, пригласи гонца. Приму его здесь. А для приёма просительницы пусть подготовят трон.
Рабыня поклонилась остриженной головой королю в пояс, прикрытый только короткими бриджами, и вышла вон.
Когда Гридан облачил своё королевское величество, приглушённый плотной тканью шатра голос стражника оповестил о прибытии гонца. Гридан позволил его впустить. В покои как степной песок, просочился юнец с едва пробивающейся порослью на лице. Тёмные глаза, широкий нос, жёсткие волосы и просторный халат с множеством завязок выдавали в нём потомка кочевого народа. Парень вскинул кулак в воинском приветствии. Король кивнул.
- Ваше Высочество король Гридан III, вам послание от наместника, - гонец опустился перед королём на одно колено и протянул запечатанный конверт, измятый за время пути.
Король принял конверт и жестом отпустил гонца. Нечего ему смотреть, как правители составляют ответ на важное поручение. Гридан разломал оранжевую печать с бегущим серым волком - символом королевского наместника. И застыл. Одним из многих советов матери было - всегда приказывать прислуге вскрывать письма, даже от близких, так как враги всегда найдут способ до тебя добраться. Например, пропитают листы ядом. Пусть на троне в Апинее сидел дядя по материнской линии, но как раз оттуда и следовало ждать смертоносных посланий. Гридан выудил из-под вороха бумаг, карт и книг нож для бумаг. Приданное матери. Холодная рукоятка из огромной вытянутой жемчужины - гордости речного края, привычно легла в руку правителя. Он подцепил концом лезвия сложенный втрое лист, вытащил его из конверта на чистую плотную бумагу. Оглядел стол в поисках чего-то подходящего, чтобы раскрыть письмо. Не сыскав ничего лучше затерявшегося на столе после завтрака столового ножа, король развернул послание из столицы.
В письме помимо надежд о здоровье короля и восхвалении его военных успехов, дядя До́ргот писал, что подданные с надеждой смотрят на завоевания короля. Кочевники, прослышав об успехах, видимо, от Вольгота, и всё реже нападают на города и всё больше говорят о том, что хотят примкнуть к завоевательной войне. Гридана это не порадовало. Он по-прежнему надеялся на вольный народ. Ему нужна была их сила и необузданность дома для сдерживания непомерных амбиций лордов. Немедленно нужно обсудить это с советником. Нет. С Вольготом.
Как на зло за стенами шатра послышался голос старого крыса. Подозрительно рано он освободился. Пола шатра приоткрылась.
- Ваше Величество, советник прибыл, - объявил стражник. Как обычно, не дожидаясь приглашения, старик вошёл в королевские покои.
- Король из королей! Ваш верный слуга уповает, что не слишком огорчил вас эдаким недоразумением на скачках.
- Советник, вы вроде достаточно стары, чтобы застать окончание Тёмной Войны. И уж наверняка знаете, что началась она из-за недоразумения.
Старик поморщил горбатый нос. Король, как никто другой знал, что Тёмная Война окончилась сотни лет назад. Но крыс продолжил, как ни в чём не бывало:
- По вашему приказу кузнец уже занялся уничтожением последней ветви Древа Грёз. Он сплавит с её позолоту и передаст алхимикам для сожжения.
- Что с пнём?
- К счастью, проклятущая деревяшка раскидала свои корни не слишком далеко и прокопалась не слишком глубоко. Главный дровосек доложил, что из комьев земли выпотрошили самые мелкие корешки. Всё уже сгорело дотла в химическом пламени.
- Кроме последней ветви.
- Её торжественно сожгут на пиру.
- До сожжения не спускать с неё глаз. Если понадобится, самолично стойте над ней.
- Король не доверяет подданным?
- Пока по Лаберену ходит хоть один лидер, король не доверяет даже себе. Любой мой солдат может тайно работать на лидеров или даже быть им! Эти хитрые обезьяны сделают что угодно, лишь бы уберечь проклятущую магию.
- Ваше Величество не сможет сидеть у крепости остаток своих дней. Придётся двинуться дальше, как вы и планировали.
- Я ещё не решил, как мы проложим путь. Мне нужно ещё время.
- На пир в честь турнира как раз подоспели последние обозы из Апинеи, дожидаться больше нечего. Что стряслось? Прежде вы рвались в бой.
- Прежде я был уверен, что план сработал безупречно, но кому-то удалось улизнуть. Я не могу снова допустить ошибку.
- Нечего тут ошибаться. Пойдём через Тысячелетний лес. Наши разведчики прошли его вдоль и поперёк.
- В отличии от лидеров эльфы уже не так безобидны. Они готовились к бою всё лето. Стоит нам переступить границу лесных земель, тут же нагрянут ещё и кентавры, чтоб переломиться их горбатым спинам.
- Мы тоже готовились! Воины уже изнывают без боя. Лидеры не смогли надолго унять их задор, только раздразнили королевских псов слабостью и никчёмностью! - советник распрямился, чёрные бусинки глаз засверкали, - Лес поможет подобраться к эльфам незаметно. Многотысячна армия выйдет на рассвете у них прям перед носом.
- Наша армия растянется по лесу и падёт даже от мелкого отряда. Псы воюют только сворой, по одиночке их сметут. Я хочу пойти через дарёные земли. Копытные быстро падут в открытом бою с королевской конницей. А сопротивления на севере лесных земель мы почти, не встретим.
- Ваше Высочество, я видел много войн, - поучительным тоном начал он, - Количество и мастерство воинов решают в них всё. Тактика нужна только слабакам, оставшимся в меньшинстве.
Гридан понял, что спорить со старым крысом бесполезно. Он считает короля всего лишь разгорячённым юнцом, ни разу не вступившим в открытый бой, и смотрел на него с высока. Это было действительно так, но Гридан привык педантично готовиться, чтобы с первого же раза попасть в цель. И не собирался менять планов.
- Советник, я получил весть из дома, что думаете? - он указал ножом для бумаг на лист.
Советник самодовольно дёрнул нависшей верхней губой, важно прошёлся по плотному ковру, без опаски вцепился в письмо длинными когтистыми пальцами. Подслеповато несколько минут вчитывался. Задумчиво коснулся пальцем губ.
- Ну разве не замечательная новость? Мы можем спустить дикарей на кентавров, пока будем прорываться к Элерегии. Заключим длинноухих в огромный котёл и уничтожим! - старик жадно облизнул губы.
Старый крыс продолжал распинаться о будущих победах короля из королей, но Гридан его не слушал, а лишь следил за реакцией. Старик продолжал облизывать пересыхающие от пылких речей губы, но не умирал. Значит письмо не отравлено. Дядя Доргот ещё на стороне племянника, в королевском замке Гриданова Стена ещё не зреет заговор.
- Советник, - прервал монолог Гридан, - Что там за просительница?
- О, всего-то очередная верующая. Просит аудиенции. Я приказал выставить её из лагеря, но она возвращается, как вошь. Помогает рабам разгружать телеги, разговаривает с солдатами.
- Она одна?
- Да, шла за обозами от самой Апинеи. Набивает себе цену в глазах фанатиков. Ничего больше.
- Не думаете, что она может быть сейчас полезной?
- Да гнать её в пустыню хворостинами! Или казнить! - завизжал крыс.
Гридан кивнул и жестом отпустил советника. Старик, явно искренне уверенный в своей победе, самоуверенно покинул королевский шатёр.
Времени, чтобы отдышаться, не осталось. Монологи советника израсходовали его с лихвой. Нужно поскорее расправиться с просительницей и сесть за речь для королевского слова на пиру. Перед приёмом Гридану пришлось самостоятельно причесать волосы. В военном походе бывают лишения куда серьёзнее, чем нехватка горничных. От этой мысли юный король почувствовал себя взрослым и гораздо более серьёзным, чем от осознания того, что уничтожил целый народ и извёл магию.
___________________
В приёмном шатре, сотканном из полос всех цветов домов великих лордов степных земель, возвышался над присутствующими королевский трон. Советника убеждали, что король всего-то торжественно отправит просительницу восвояси, поэтому важному человеку в такой важный для короны день вовсе не обязательно тратить драгоценное время на выслушивание королевских титулов и короткого: "Вышвырнуть". Но старик, как истинная правая рука, нога, щека и ухо короля приковылял на аудиенцию. Как обычно, вручил королевский кнут и свиток, встал за плечом правителя. Гридан сдержано вздохнул, предвидя истерические визги и агрессивные выпады в сторону просительницы. Скорей бы подвернулся достойный кандидат на место советника.
- Введите просительницу, - проскрипел старый крыс.
Из залитого солнцем последнего дня лета в полутьму приёмного шатра вошли стражники. Между ними на две головы ниже мягко ступала женщина в голубой аскетичной туники в пол. Она слепо смотрела перед собой, привыкая к тусклому свету. А королю хватило времени её рассмотреть: обычные каштановые волосы, как у любой оседлой, раскиданные грязными шнурками по плечам, маленький рот, что очень ценят кочевники: "Чем меньше рот, тем меньше глупостей он скажет", - говорят они по такому случаю, лучики морщинок вокруг глаз и на щеках, на вид лет сорок пять, почти столько же, сколько могло быть королеве Дрогане.
- Ту́нгалаг, дочь Тунга́ра, родом из Дора́та, проповедующая веру в Единого, - объявил глашатай, - Тебя примет Гридан ӀӀӀ, сын Родгада, король степных земель, правитель Апинеи, верховный властитель королевской армии людей, завоеватель лидерских земель, единоличный уничтожитель Древа Грёз.
Просительница поклонилась королю так низко, что едва не коснулась носом собственных коленей. Но советник хмыкнул из-за королевского плеча, видимо, посчитав этого недостаточным для снисхождения к фанатичке.
- Ваша Светлость, о вашем подвиге уже слагают легенды. В столь юном возрасте вписать своё имя в историю красными чернилами, да и прибавить к нему добрый абзац. Ваш батюшка за всё правление такое не осилил.
- Твои речи - мёд, но он отравлен ядом, - вставил советник, стоило только Тунгалаг перерваться для вдоха, - Чего тебе надо, верующая? - последнее слово он произнёс, презрительно выделяя каждую букву.
- У Единого и короля степных земель одни цели. Я пришла предложить Вашей Светлости помощь последователей.
- Корона не принимает помощи от фанатиков.
- Советник, не спешите с заключением. Сейчас война, кто знает, сколько солдат останется в королевской армии через год, - начал король, - В чём суть вашего предложения, Тунгалаг?
- Для вас, Ваша Светлость, Тунга, - лучики улыбки у глаз и на щеках глубоко обозначились, - Я всего лишь исполняю волю Единого - передаю Его избраннику весть: "Иди и славь".
- На кой королю славить очередную выдумку? - вставил советник.
Тунгалаг приняла вид великого учителя, готового разъяснять неразумному ученику основы основ. Она подняла глаза к крыше цветастого шатра и напевно начала:
- Единый был всегда. Язычники, что славили магию, считают, что небесные ледяные глыбы давали им силы, но почему камню у нас под ногами должно быть всё равно, а камню над нашей головой обязательно нужно заботиться о непохожих друг на друга созданиях и что-то там им даровать? Лидеры сумели объяснить, как явились на свет динолины, раз те утверждаю, будто были на Лаберене прежде магии?
- Я не успел задать им этот вопрос.
- И вовсе не нужно, Ваша Светлость! Они бы вам не ответили и в лучшие свои времена. Всё просто - прежде магии был Единый. Он вдохнул жизнь в Лаберен. Древо Грёз - лишь часть его создания.
- А людей он обделил по своей милости? - фыркнул советник.
- Людей Он благословил. Посмотрите вокруг! Магические народы увядают. Чего только стоят останки лидеров на стене. А человек уже давно живёт без магии, мы уже научились. Тем же динолинам придётся прожить не одно поколение, чтобы оправиться. Потеря магии - благодать, а не кара. Пока народы скорбят на могиле Древа, у человечества есть шанс обратить на себя внимание, принести язычникам правду и обратить их в веру.
- Твои сказки ровно такие же, как у прочих фанатиков. Твоё время истекло, верующая.
- Советник, - рукоять королевского хлыста заскрипела в руках Гридана, - Мне нужно с вами посоветоваться.
- Покинь приёмный шатёр, фанатичка.
- Нет нужды, подойдите поближе, советник. Всего пара слов.
Старый крыс задрал горбатый нос, шелестя мантией, наклонился к королю, едва не ткнув его ухом в лицо. Гридана обдало запахом старости.
- Советник, только вашему опыту я могу доверять. Проследите, чтобы кузнец не оставил ни кусочка ветви, и ни один противник короны не подменил её на обычную валежину. Сегодня на пиру мы сожжём последний кусок Древа
- Ваше Высочество, там справятся и без меня, а кто считает иначе - полный идиот, - шёпотом, слишком громки для тайны, заключил старик.
- Я считаю иначе, советник.
Старый крыс поёрзал в дорогих одеждах. Чёрные бусинки забегали по углам.
- Король из королей, я...
- Вы проследите, я знаю.
Советник поклонился, метнул злобный взгляд на просительницу. Казалось, ещё мгновение, и он вцепится крупными пожелтевшими зубами ей в шею, чтобы наверняка быть уверенным, что проходимка не наболтает королю лишнего. Но сдержался. Он проковылял к выходу. Когда шелест мантии советника стих, король продолжил:
- Зачем мне славить твою веру, Тунгалаг?
- Всего лишь Тунга, Ваша Светлость. Это не моя вера, это правда о Едином, чей частью замысла вы являетесь.
- Частью замысла?
- Единый говорил, что придёт на Лаберен тот, кто сможет повести вперед человечество, тот, кто очистит Лаберен от слабости и научит жаждущих.
- И с кем же говорил Единый о таких вещах.
- С тем, кто слушает.
- А что Он говорит о лошадях и оружии? - Гридан улыбнулся одними уголками губ.
- Животные - его творения. А оружие - лишь средство.
- Сколько же того и другого нужно для господства на Лаберене?
- Ваша Светлость, Единый, господствует на Лаберене с тех пор, как создал его, - Тунгалаг снисходительно прокачала головой, - Ему нужен наместник, несущий истину, а не бахвальство.
- К моему отцу приходили десятки верующих, каждый предлагал своё учение и награду за прославление. Что можешь предложить мне ты, Тунгалаг?
- Бессмертие.
- Пахнет магией.
- Нужно ли колдовать, чтобы ваше имя передавалось из уст в уста до скончания веков?
- Моё имя и так у всех на устах.
- Лишь до тех пор, пока ваше империя не рухнула. Вы когда-нибудь умрёте, даже если завоюете весь свет. Стоит только вашим глазам сомкнуться, страну тут же начнут рвать на куски. Эльфы, гномы, динолины, даже малые расы попытаются, если не вернуть прежние земли, то прибрать к рукам другие.
- Что же ты предлагаешь?
- Объединить их не именем, но идеей. Идеи живут веками. Какая разница какого цвета глаза, есть ли хвост, если вы говорите об одном? Зачем делить общее, зачем убивать того, кто тебе брат по духу? И всё это единение под именем Вашей Светлости. Только представьте.
И Гридан представил. Имена героев легенд знает каждый, даже кочевник, необученный читать, а великие короли, что десятки раз объединяли земли людей, отвоёвывали куски сухой почвы ценой всего - живут только в разумах учёных людей, да в пыльных фолиантах. Юный король точно не хотел оказаться в таком фолианте, особенно после имени отца, который чудом туда угодил. В основном, как король, подающий надежды при восшествии на престол, но скоро всех безвозвратно разочаровавший.
- Твои речи действительно сладки, но полчища мошек потонуло в твоём мёде.
- Ваша Светлость, ваш разум крепок и полон сомнений, но очень хочет уверовать. Пусть пока не в Единого, но в бессмертие. Для каждого Единый подберёт повод примкнуть, каждый захочет потонуть в мёде.
Король остро ощутил, что хочет верить серым глазам просительницы, излучающим материнскую любовь и тепло, но разум сопротивлялся.
- Вскоре наша армия выдвигается, - неожиданно перевел он тему, - Я пока не решил, как поведу людей. Мой советник уповает на прикрытие Тысячелетнего леса.
- Ваш советник хочет играть по правилам эльфов, но проиграет. Люди верхом окажутся сильнее на одном поле с кентаврами. У них всего четыре ноги да одна жизнь, а добрый боевой конь с лютым всадником на спине - каждая деревня степных земель испытала на себе их силу. Да и до Элерегии от дарёных земель ближе и поселений меньше.
- Откуда это может знать деревенская баба?
- Деревенская баба всего-то слушает Единого, - смиренно опустила она голову, - А ещё Его последователи обучают новообращённых грамоте и наукам, - лукавая улыбка тронула маленький рот.
- Тунгалаг, я могу выделить для вас двух солдат для сопровождения в степные земли.
- Ваша Светлость, с вашего позволения, я предпочту остаться. Найдётся в лагере место для ещё одной пары трудолюбивых рук?
- Проблем не будет?
Верующая помотала сальной головой. Король завершил аудиенцию жестом. Женщина покинула шатёр. Кнутовище упало на королевские колени. Перстень нервно заплясал на пальце. Баба красноречивая, а значит опасная. Отпускать её нельзя. Убивать? Кто знает, что стоит за её плечами. Может ничто, может тьма разъярённых фанатиков. Оставлять у престола - всё равно, что спать со змеёй на шее. Но мать говорила: "Если нет иного выхода, лучше быть заклинателем змей, чем их добычей".
___________________
На бывшем пшеничном поле развернулся пир. Во главе стола восседали победители турнира. Чемпионы, поблёскивая золотыми ошейниками, хватали куски обожжённой на огне телятины, вгрызались в плоть, по подбородкам рукам до самых локтей тек сок в вперемешку с кровью, в глазах блестели искры опьянения. Медовуха лидеров давно иссякла, зато вино из Ренока текло рекой. Служанки уже утомились уворачиваться от похотливых лап, поэтому смиренно принимали шлепки пониже спины. Музыканты, сегодня утром прибывшие из Апинеи, не щадили инструментов.
Пир был в самом разгаре, когда на него явился король. Как известно, важные люди не опаздывают, они всегда являются вовремя, а уж когда настанет это "вовремя" вопрос последний. Хмель слетел с разгорячённых солдат. Стальная выправка вздёрнула их со скамей и заставила вскинуть кулак в воинском приветствии. Вольгот подвинулся, освобождая на скамье место для короля. Сегодня он будет сидеть наравне с победителями.
Королевскую мантию янтарно-жёлтого цвета с чёрным бегущим волком во всю спину придерживала Вещь. Воротник из чёрного волчьего меха лоснился в свете факелов. Клыкастая корона неизменно венчала рыжую гриву. Гридан прошёл между длинными столами в полой тишине. Он встал перед столом победителей, обернулся к собравшимся. Вещь привычным движением картинно уложила подол мантии у ног короля.
- Мои воины, моя стая! - армия отозвалась завыванием тысячи глоток. Им завторили перепуганные попугаи. Когда гул стих, король продолжил, - Сегодня мы чествуем лучших из лучших! Наш славный темник Вольгот стал победителем в скачках и стрельбе, - кулаки застучали по столу в знак одобрения, - Наши сотники доказали, что не зря занимают свой пост. Так сотник над разведчиками - чемпион в боях с мечом, а сотник второго пехотного отряда - лучший в бою с топором.
Плосколицый сотник разведчиков зарычал, заплёвывая стол ошмётками мяса, пехотинец лишь самодовольно сжал золотой ошейник. Разведчики и солдаты второго отряда впали в буйный экстаз, едва не перевернув столы. Они и прежде знали, что их сотники отличились на турнире, но услышать об этом из уст короля - такую историю уже можно рассказывать внукам.
- Но мы собрались здесь не только для того, чтобы почтить победителей, но и обсудить планы. Ваши клыки вырвали с корнем Древо Грёз, но поход по Лаберену только начался. Воины, уже через три дня мы выступаем на дарёные земли. И покажем кентаврам, что зверью место у ног хозяина! - столы заскрипели под напором кулаков, по белым скатертям разлилось бордовое вино, с тарелок посыпались фрукты, наваленные прежде живописной горой. Король достаточно раззадорил бойцов, теперь свора в нетерпении покатится через ничейные земли и вгрызётся в лошадиный бок дарёных земель.
- Ваше Высочество! - через поле к Гридану спешил советник, - Ваше Высочество! - король, упорно игнорируя крысёныша, проследовал к своему месту, - Ваше Вы-со-чес-тво! Мы же с вами обсуждали поход! Вы перечеркнули все планы. Это неприемлемо! - зашипел старик.
- Советник, я выслушал ваши рекомендации, всё обдумал и поступил...Иначе.
- Ваш многоуважаемый батюшка поставил меня советником ещё до вашего рождения! А при смерти он умолял заботится о вас и принимать важные решения! Вы ослушались меня!
- Интересно. Короля Родгада отравили. Служанка сказала, что он умирал в страшных муках, весь почернел, не мог вздохнуть, горлом пошла кровь. Как же он вас умолял? Неужто прям перед самым отравлением? - сидящие возле короля сотники навострили уши, - Советник, вы сознаётесь в государственной измене?
- Да как же? Я... Вы... - Старых крыс задохнулся в возмущении, выкатив бусинки-глаза, - Как вы смеете меня обвинять?! Я был предан короне с самого рождения! Мой отец служил советником вашему прапрадеду! Зарвавшийся мальчишка, мало отец порол тебя в детстве! Ни капли уважения к мудрости.
- Ваше Высочество, прикажете наказать? - Вольгот стиснул рукоять меча.
- Нет, Вольгот! Прояви уважение к мудрости! - король встретился взглядом с Тунгалаг. Лучики в уголках серых глаз обозначились в улыбке, - Я был не прав, советник. Даже короли совершают ошибки, на то им и советники, верно?
Старик гневно сопел крупным носом, выдвинув вперед то место, где у нормальных людей бывает подбородок.
- Прошу вас, не сердитесь на юнца. Давайте проведём церемонию сожжения последней ветви.
Старый крыс коротко кивнул, резко развернулся и ушёл. Вольгот, приподняв чёрную бровь, не сводил с короля глаз. Гридан ответил ему лишь лучезарной улыбкой.
Рабы стали собирать в центре пира кострище. Старик-алхимик в окулярах с десятком различных линз и с чёрным следом копоти возле уха вышел к публике с глиняным кувшином. По столам прокатился ропот. Солдаты королевской армии так и не привыкли к химическому огню. Слишком жарко горит, от воды только больше шипит и разгорается, ещё и вонь намертво въедается в кожу. К костру вальяжно приблизился советник. Тот же паж, с той же шкатулкой на жёлтой подушке семенил рядом. Дождавшись всеобщего внимания, старик дал знак пажу открыть шкатулку. Изящно зарылся в неё по самую кисть и извлёк на свет чёрную веточку. Продемонстрировал её всем собравшимся, передал пажу. Тот воткнул ветку в самую верхушку костра и попятился. Алхимик откупорил кувшин, занёс его над дровами. Вязкая зеленовато-жёлтая жидкость хлынула через край. Осушив кувшин до дна, алхимик легко чиркнул огнивом над дровами. Одной искры оказалось достаточно, чтобы дикое пламя вспыхнуло, озаряя бледные лица своры короля. Языки огня устремились к звёздам, будто хотели вмести с последним куском Древа поглотить Духов Неба. Скоро по округе потянуло запахом древесины, дыма и горелого масла.
- Так и думал, - буркнул под нос Гридан, - Вольгот, я буду ожидать советника у дома Гельсифа, на самом краю ямы.
Темник кивнул. Король приказал рабам седлать коня.
___________________
Когда Древа не стало, из-под его тени на суд неба показалась опустевшая крепость. Теперь по ночам она не испытывала нехватки света. Духи Неба и звёзды затапливали холодным сиянием осиротевшие улиц. Но этого было мало, чтобы заполнить необъятный провал посреди поселения лидеров. Почти весь мох, куски земли, обломки домов и пепел скинули в могилу Древа Грёз, но глубина её едва приподнялась.
Король Гридан любовался своим детищем. Если бы он был художником, то потратил ещё одно лето на зарисовку пейзажа: последний дом последнего верховного правителя у Дерва смотрит пустыми глазницами окон на то, что осталось от магии.
Наконец за спиной послышались шаги. Одни твёрдые и размашистые, другие шаркающие.
- Только полюбуйтесь, советник. Разве это не то место, где хочется остаться?
- Решили отдохнуть от толпы, король из королей? - послышался заискивающий тон.
- Да. Почти год назад я взошёл на престол. И Год выдался не простым. Столько сложных решений, отданных приказов, смертей.
- Молодому сердце вредно предаваться меланхолии, - проскрипел старик уже над ухом.
- А как иначе, когда вокруг столько предателей и заговорщиков, даже среди приближённых?
- Стервятники не разбирают чужих и своих. Не могут сразиться в открытом бою, вот и травятся мертвечиной.
- Хорошо, что вы заговорили об отравлении.
- Я не травил вашего отца, Ваше Величество,
- Знаю советник, знаю.
- Права не травил! С чего бы мне? - даже в полумраке было заметно, как затряслась нависающая верхняя губа.
- Не стоит волноваться, советник, - Гридан подошёл вплотную к старику и склонился над ним, заставив съёжится, - Лучше скажите мне, чем обычно пахнет алхимический огонь? - глаза советника забегали в поисках ответа, но скоро застыли, осознав, что ловушка захлопнулась, - Мало того, что вы предатель, так ещё и глупец.
- О чём вы? - уже всем телом сотрясался старик.
- Где ветвь, советник?
- Какая?
- Древо грёз не горит в обычном огне, даже с маслом! Как вы его окрасили? Неужто подмешали травы?
Старый крыс попятился, но тут же наткнулся на закрытую дублённой кожей грудь темника.
- Где ветвь?! - заорал в сморщенное лицо король.
- Ваше королевское Величество, простите старого дурня! Я доверился злобным алхимикам, а они обманули моё доверие! Прикажите казнить заговорщиков. Вольгот, сейчас же разыщите в кострище ветвь и передайте её королю лично в руки!
- Тише, советник. Не стоит распыляться. И отдавать приказы. За свою жизнь вы успели высоко подняться и прибрали к рукам моё королевство. Но я воспользуюсь вашим последним советом - казню заговорщиков.
Гридан кивнул Вольготу. Тот скрутил руку старика и повалил его на колени. Советник едва не рухнул в яму и на мгновение обрадовался, что его держат. Но тут же завопил с яростью крысы, загнанной в угол:
- Ты! Мерзкое отродье! Бастард рыжей шлюхи! Думаешь, твой отец был плохим королём? Ты - худшее, что случалось с Лабереном! Ты и месяца не продержишься у власти без моей помощи. Твоя свора тебя же сожрёт! А потом помочиться на твою безымянную могилу. Эта баба из Дората тебе башку песком набила? С твоим прапрадедом из дома Чёрных Волков ушла сила и разум. Остались лишь злость и безумие! Только я мог вернуть твоему имени величие! - меч Вольгота зашуршал в ножнах, сталь клинка заиграла в холодном свете, - Ваше королевское из королей! -смешал крыс всё в кучу, - Прошу! Не казните. Меня подставили! Я не травил вашего батюшку.
- Знаю, - Гридан положил руку в крупных перстнях на сухонькое плечо старика, - Его отравил я.
Кровь брызнула на королевскую мантию. Облысевшая голова со старческими пятнами и клочком волос мышиного цвета слетела с плеч и канула во тьму провала.
- И как же его звали? - вздохнул король и выпустил обмякшее тело, - Придётся спросить у дяди Доргота.
___________________
Спустя три дня становище снялось с насиженного места и вереницей обозов потянулось на север. Старик-алхимик случайно попал под колёса одного из них, как только под личным присмотром Его Величества сжёг настоящую последнюю ветвь Древа Грёз. Женщина в голубой аскетичной тунике уже не шла за обозами, а ехала верхом.