12 глава
О каком доме идет речь? Меня ведь прямо сегодня выгонят из общежития? Даня не может говорить о своем таунхаусе...
— Есть дом? Это где же? — мама скептически выгибает бровь. Не выдерживая взгляда Дани, пристально смотрит на меня.
Мне нечего ей сказать.
— Она живет со мной, — обрубает Даня. Я разрываю контакт с мамой и смотрю на парня, но он лишь сильнее сжимает мою руку, будто молча просит не вмешиваться.
— Живет? С тобой? — голос ее начинает набирать обороты. Сейчас начнут меня упрекать в аморальном поведении. Еще обзовут как-нибудь, а Милохин и так держится с трудом в рамках вежливого общения, я это чувствую.
— Молодой человек… — подключается папа. — Юлии только восемнадцать. У нее впереди учеба…
— Вы правы, — поднимаюсь на ноги. — Мне восемнадцать, и я сама могу теперь распоряжаться своей жизнью, — страшно было обрывать общение с родными, отказываться от дома, в котором выросла, но там так мало было счастливых мгновений, что я просто никогда не чувствовала себя там родной и любимой. — Я вам никогда не была нужна, — как бы больно ни было, я смогла это произнести вслух. Азамат и Даня все равно уже стали свидетелями некрасивой сцены.
— Юля, что ты такое говоришь? — папа был реально расстроен. Он взглядом требовал от мамы что-нибудь сделать.
— Я говорю правду, пап. Не оправдав ваших надежд, я стала вам ярмом на шее.
— Это не так… — папа чувствовал себя неуютно, а мама все сильнее поджимала губы. Ей было неприятно, что этот разговор происходит при посторонних, но она сама его начала.
— Вы можете не переживать за свою дочь, — Даня поднялся следом, положил руки на мои плечи, несильно сжав их. — Она ни в чем не будет нуждаться, — я не видела его лица, но уверена, что он смотрел на отца. — Юлия под моей защитой, и я никому не позволю ее обидеть, — а вот сейчас он, наверное, смотрит на маму, потому что крылья ее носа стали раздуваться, словно парус на корабле.
— Виктор звонит, — отец, достав звонящую трубку из кармана, обращается к матери.
Принимает вызов. Я внимательно слежу за выражением его лица. Неужели дядя тоже в курсе того, что вчера со мной произошло?
— Мы сами узнали только утром, Вить… — сглатывая, произносит отец. — Она в больнице… Да, с ней сейчас все хорошо… — смотрит на меня папа, а в глазах слезы. Наверное, дядя успел выяснить все подробности и теперь поделился ими с братом. Мне приятно, что дядя искренне обеспокоился моим самочувствием. Папа делится адресом клиники.
— Юлия, тебе сейчас нужно сделать кардиограмму и эхограмму, потом сходить на консультацию к кардиологу, — произносит Ромулов, как только отец заканчивает разговор. — Даня тебя проводит. А вы, будьте добры, покиньте клинику.
— А зачем к кардиологу? — спрашивает отец, но Азамат уже выходит из палаты. Я пожимаю плечами, когда взгляд папы останавливается на мне. — Виктор мне все рассказал, — отец смущен, а мне до сих пор за них стыдно.
— Пап, мне нужно идти. Поговорим об этом потом, — мне просто хотелось сбежать, чтобы не испытывать неловкости. Не нужны были теперь их понимание, сочувствие, раскаяние. — Вас Машка дома ждет, беспокоится, наверное, — не собиралась ерничать, но само как-то вышло. До сих пор обвинения сестры стояли в ушах.
— Юля, нам надо поговорить...
— Поговорим, пап, — накидывая свитер на плечи. — Потом поговорим.
— Юлия, ты должна вернуться с нами домой, — не выдержав, мама вновь пытается настоять на своем. — Мы обо всем поговорим, обсудим…
— Когда Юлия захочет с вами обсудить свою жизнь, мы пригласим вас к себе в гости, — встревает Даня, жестким тоном ставит всех на место. — А теперь попробуйте подумать о ней, а не о себе, — берет меня за руку и ведет к двери. — До свидания…
Данил
Не знаю, как я буду общаться с членами ее семьи. Они не вызывают ничего, кроме антипатии. Мои родители тоже далеки от идеала, особенно мать, поэтому наше общение сведено было к минимуму, но у меня был старший брат и сестра, которые стали мне настоящей семьей. С Юлей другая история. Машка та еще гадина, мягко говоря, я ее недолюбливал.
С кардиологом Юля не боялась оставаться наедине. Присоски – не иголки. Интересно, когда-нибудь этот страх исчезнет? Хотя лучше бы она больше никогда не болела.
Рыбка общалась с кардиологом, а я общался с братом. Марат позвонил сам. Он всегда в курсе того, что происходит в семье. Сейчас он с отцом Макара решал вопрос, как далеко и надолго упрятать утырков, напавших на Юлю. И сделать так, чтобы я до них не добрался.
— Помощь нужна? — поздоровавшись, спросил Марат.
— Нужна. Я хочу знать, кто поднял шум и почему так быстро подписали приказ на отчисление, — чем больше я об этом думал, тем больше вопросов появлялось.
— Данные Юлии скинь мне сообщением, я как раз еду туда, — не стал развивать тему. Если виновных найдут, Марат накажет без моей подсказки. — Привози домой, с Лерой познакомишь.
— Привезу…
***
Закончив обходить врачей и сдавать анализы, мы вернулись в палату и успели пообедать.
— Даня, я не могу переехать жить к тебе, — Рыбка первой заговорила на эту тему. Видимо, все это время только об этом и думала. Еще удивлялся, почему она молчит все время.
— Обоснуй.
— Что тут обосновывать? Это… это неправильно, что ли…
— Что нужно сделать, чтобы это было правильно? — хорошо, что у меня есть сестра и племянница. Марат на их примере частенько пытался объяснить мне «женское» поведение: страхи, сомнения, правила…
— Не знаю, — отводит взгляд в сторону.
Не хочет отвечать.
— Знаешь.
Молчу и жду, что она сама скажет. Не дождусь. Минут десять уже сидим в тишине. Рыбка мнет свои пальцы.
— Девушка не может переехать жить к парню, если…
— Если она ему не жена или не невеста? — прихожу на помощь, а то моя Рыбка сейчас себе еще какую-нибудь болячку заработает на нервной почве.
— Хотя бы девушка, — тихо, себе под нос. — Даня, я не хочу, чтобы ты подумал, будто я тебя вынуждаю…
— Юля, если бы ты мне не нравилась, ничего не было бы. Ты переезжаешь ко мне в качестве моей девушки. Я планировал это сделать чуть позже, но…
— Ты планировал?
— Думаешь, я всех подряд тащу к себе жить? — стараюсь сдержать усмешку.
— Нет. Просто… Мне кажется, я не готова.
— Рыбка, после того, что случилось утром, ты думаешь, я сразу потащу тебя в постель? — что скрывать, мне этого пипец как хочется.
— Не потащишь? — щеки краснеют, а взгляд такой… что у меня член моментом в камень превращается.
Совру, если скажу, что не думаю об этом. Когда она рядом, я думаю о сексе постоянно. Тренер меня прибьет, когда узнает, что я съехался с девочкой перед соревнованиями. Точно знаю, что не устою. Не получится у нас жить под одной крышей и не трахаться.
Чемпионат выиграю, а Рыбку нежно затрахаю…
— Дам несколько дней, — теперь мы пара, а в паре нужно быть максимально открытым, тогда меньше недопониманий и проблем.
Не думаю, что подержимся несколько дней. Рыбка с пол-оборота заводится, а я свои руки после утреннего дрочева точно не смогу держать от нее в карманах.
— Я не хочу возвращаться домой, — меня не беспокоит смена темы. В том вопросе все уже решено, я Рыбку не отпущу, будем жить вместе.
— И не надо. Главное, чтобы ты хотела жить со мной, — сажусь с ней рядом на диван, поднимаю и усаживаю на колени лицом к себе. Мы молчим, смотрим в глаза друг друга. Я знаю ответ, считываю его во взгляде, но хочу, чтобы она проговорила.
— Хочу, — тихо, но я гляжу прямо на нее и даже без звука мог бы считать ответ по губам. Вот и призналась. Теперь не сбежит. Рыбка еще не знает, что только что привязала себя ко мне.
— Я тебя не отпущу в море, золотая рыбка, будешь постоянно рядом, — подмигнув, зарываюсь пальцами в ее волосы, стягиваю с хвоста резинку.
— Исполнять твои желания? — улыбается Юля. Чувствую, как расслабляется.
— Будешь, — киваю. — А я буду исполнять твои, — притягиваю к себе и целую…
Юлия
Я все же въехала в дом Дани на следующий день. Мои вещи пока остаются у Ирки в комнате. Ее попросили освободить комнату, как только подписали приказ о моем отчислении. Подруга аккуратно все сложила в сумки и в чемодан, оставила вещи у себя.
Заехать в мою спальню, правда, никто не успел. При желании я могу прямо сейчас вернуться в общежитие, но как только я об этом заикнулась, Даня жестко меня оборвал:
— Мы будем жить вместе, рыбка. Вчера вроде обо всем договорились, отматывать назад не стану, — схватив за плечи, твердо произнес он.
И вот теперь с рюкзаком вещей, которые мне в клинику привезла подруга, и пакетом с лекарствами, которые прописали терапевт и кардиолог, я преступила порог дома Милохина.
Сердце от волнения сбивалось с ритма, а ведь врач сказал: никаких переживаний и потрясений. Как не тревожиться, если у меня и отношений никогда не было, а тут сразу – жить вместе? Ладно, три дня мы вполне неплохо уживались, а вчера и вовсе спали вместе на диване. Точнее, я уснула, когда Даня пошел провожать Демьяна, а проснулась в его объятиях.
— Занимай сразу мою комнату, — отбирая у меня рюкзак, Даня поднимается по лестнице наверх, таща
меня за собой.
Я и не думала, что в этот раз он позволит мне заселиться в другую спальню. Его комната мне сразу понравилась. Светлая за счет больших окон, хотя мебель и стены в основном в темно-серых оттенках.
— Здесь шкаф, — открывает дверцы. — Там уборная и душ, — указывает на дверь, которую можно найти только по черной ручке, а так она сливается со стеной. — Ты устраивайся, сейчас Златка подъедет, а мне с Макаром нужно отъехать, решить пару вопросов. Потом у меня тренировка.
Тренер два раза при мне звонил Дане. Не слышно было, о чем он говорил, но Милохин опускал голову и растирал нервно затылок.
— Ты сказал, что меня уже восстановили, — смотрю на часы в телефоне. — Я могла бы успеть на четвертую пару – и так много пропустила.
Как же я радовалась, когда Марат позвонил и сообщил, что произошла досадная ошибка, все виновные наказаны. Ректор лично позвонил мне спустя несколько минут и принес извинения, пообещал, что впредь таких недоразумений больше не произойдет, а я могу отдыхать и набираться сил, мои пропуски никак не скажутся на успеваемости и допуске к сессии, а комнате в общежитии в полном моем распоряжении.
— Юля, учеба с завтрашнего дня. Сегодня ты отдыхаешь. Через час привезут продукты, сложи, пожалуйста, в холодильник, — достает из шкафа свежую майку и ветровку, быстро переодевается.
— Можно пригласить Иру? — Злата хорошая девчонка, но мы с ней пока мало знакомы. Втроем нам должно быть веселее.
— Без Сахарова пусть приходит хоть каждый день, — застегивая ветровку.
«Ура!» — мысленно визжу от восторга. Славку я все равно не планировала звать, пусть с Ирой строят отношения, моя дружба с ним будет помехой.
Даня выходит из спальни, я иду следом, но в коридоре он притормаживает.
— Юль, меня не будет несколько часов, обещай, что ничего не произойдет, — хватает за талию и притягивает к себе. Вроде шутит, а смотрит так серьезно, что стукнуть хочется. Я что, ходячая катастрофа?
— Может, ты ко мне еще няньку приставишь? — фыркаю недовольно, пытаясь выбраться из его объятий, а Даня только улыбается. Так соблазнительно, что внутри все млеет.
— А двух разве не хватит? — у меня сначала глаза округляются, потом от возмущения рот открывается, когда понимаю, кого под няньками он подразумевает. Высказаться мне не позволяют. Милохин мигом запечатывает мне рот поцелуем. Если бы не сигнал автомобиля у ворот, чем закончился бы наш поцелуй, остается только догадываться. Я не заметила, как мы из коридора переместились в спальню и почти добрались до постели.
— Вызовы с незнакомых номеров не принимать, — строго произносит Милохин уже в дверях. Я киваю, потому что обещала ему, когда мы покидали клинику. Насколько я поняла, это связанно с теми подонками, которые меня опоили. Даня вчера минут двадцать разговаривал с моим дядей, именно он предупредил, что родственники отморозков сейчас будут делать все возможное, чтобы выйти на меня. Вряд ли они собираются извиняться, поэтому лучше не разговаривать с ними. — Будут звонить родители или сестра, лучше не брать трубку, — Даня не может мне запретить с ними общаться, но он до сих пор зол на мою семью. Сначала родители устроили скандал в клинике, вечером позвонила Машка и, будто не кричала на меня утром, взахлеб стала спрашивать, с кем из мажоров я замутила отношения.
Рядом сидел Даня, он, может, и не слышал ее слов, но отчетливо слышал мои.
— Ни с кем, Маш… С чего ты это взяла?.. Какое тебе дело, с кем я жить собралась? — уже злясь на сестру, потому что она меня стала упрекать в незрелости.
Только такая дура, как я, согласится съехаться с парнем без гарантий. Пусть сначала хотя бы машину подарит. — Я сама разберусь, Маша, как мне жить.
— Дай трубку, — Даня отобрал телефон: — Мария, привет. Это Данил Милохин. Помнишь? Рад, что узнала. Я тот парень, с которым встречается твоя сестра. Передай родным, что у нас все серьезно, и беспокоиться о Юлии не стоит. А сейчас извини, мы собираемся ужинать, — не прощаясь, он сбросил звонок.
А Машка теперь засыпала меня сообщениями:
«Когда ты пригласишь меня в гости?..»
«Как тебе удалось подцепить такого парня, ты его что – приворожила?..»
«Как он в постели?..»
«Он тебе уже что-нибудь подарил?..»
Машку не смущало, что я удаляла ее сообщения, не отвечая. Она продолжала засыпать меня вопросами, от которых мне стыдно было перед Даней, хотя он их и не видел…
***
Ирка стеснялась своего подбитого глаза, постоянно старалась прикрыть его ладошкой, когда мы со Златкой смотрели на нее. Любую девушку смущал бы такой вид. Я очень сожалела, что так все получилось.
— Ира, оставь свой глаз в покое, ты его только раздражаешь. В прошлом году я выглядела раз в десять хуже, — произнесла Злата, ставя перед подругой тарелку. Продукты действительно привезли, как и сказал Даня. Разложив все по местам, я хотела что-нибудь приготовить, но Златка с Макаром привезли роллы.
Чуть позже обязательно займусь готовкой, у Дани режим. Хотя непонятно, как он его последние дни соблюдает.
— В аварию попала? — спросила Ира Злату, наливая в пиалу соевый соус.
— Если бы… — на несколько минут мы забыли о еде, пока Злата рассказывала о том, что с ней случилось. Мы сидели и не дышали, слушая историю этой хрупкой девушки. — Хорошо, что в моей жизни был Макар. Без него я бы не справилась.
Эти слова отозвались во мне. То же самое я могла сказать о Дане. Сколько раз за последнее время он приходил мне на помощь?
— Он тебя очень любит, — притворно тяжело вздохнула Ира.
— Я его тоже. Хотя сначала мы не ладили. Я его даже ненавидела, — скорчила лицо, вспоминая прошлое. В это сложно было поверить. Злата не рассказывала, что между ними происходило, а мы не стали спрашивать, возможно, это очень личное.
— Я заметила, его в «Прогрессе» боятся, — Ире нравилась эта пара. Она нравилась многим. От них сложно было отвести взгляд. Отсюда такой интерес у подруги.
— Не без основания. Макар только с близкими добр, нежен, внимателен и заботлив. Он мне хищника напоминает, который на свою территорию никого не пускает, а кто пытается нарушить границы… — Злата не договорила, просто повела плечами. И без слов было понятно, что Макар не пощадит обидчиков…
В голове словно тумблер сработал.
— Злата, ты не знаешь, куда Даня с Макаром отправились? — взволнованно поинтересовалась, потому что в голову заползли нехорошие мысли.
— Не знаю, Юль, — мотнула она головой. — Думаешь, они пошли с твоими обидчиками разбираться? Это вряд ли. Их сначала Даня избил на стадионе, потом Макар добавил, когда тебя в больницу увезли. Сейчас они, насколько я знаю, задержаны, — последнюю фразу Злата произнесла неуверенно. У нее тоже появились сомнения.
Мне стало страшно, что с Даней может что-то случиться. Я не могла его потерять. Боялась открыто радоваться своему счастью, вдруг его не станет по какой-то причине. Я любила Милохина. Любила так, что сердце замирало, когда я о нем думала, вспоминала, представляла.
— Гаврилина, прекращай задавать панический тон нашему вечеру, — произнесла Ира, проглотив ролл. — Милохин твой не идиот, чтобы искать проблемы с законом. Сама подумай, у него, кроме этих отморозков, дел больше нет? — слова подруги немного успокоили.
Мы разговаривали обо всем. Обсуждали преподавателей, правила «Прогресса», возмущаясь, что девушкам на занятия нельзя ходить в брюках.
— Даня меня на выходных хочет познакомить с семьей, а я так нервничаю… — произнесла я, когда в беседе произошла пауза.
«Что-то мы заболтались», — подумала я, взглянув на часы. Скоро Даня вернется, а я не успела приготовить ужин.
— Зря переживаешь, — улыбнулась Злата, складывая пустые тарелки. Я направилась к холодильнику в поисках быстро готовящихся продуктов. Рыба подойдет… — Ты не представляешь, какие Милохины замечательные, — тем временем продолжала Злата. — Да и короли с их семьями просто нереальные. Я обожаю бывать у них в гостях.
В это время к воротам подъехала машина и посигналила.
— Короли? — переспросила удивленно подруга.
— Короли, короли, — засмеялась Златка.
— Мир королей – это отдельное государство. Со своими правилами и многочисленным населением, — ставя тарелки в раковину.
— Ты прикалываешься? — сморщив лоб, Ирка смотрела на Злату подозрительно.
— Ты ведь знакома уже с Азаматом и Маратом? — я лишь кивнула на вопрос Златы. — Вот они и есть короли, — улыбаясь. Наверное, я смогу понять, почему их так называют, но хотелось бы подробностей. — С остальными пятью предстоит познакомиться. Я вам потом расскажу, почему они короли, а сейчас мне нужно бежать, это Макар сигналит. Мы к его отцу в гости обещали заехать, — хватая сумочку, Златка умчалась, а на кухню через минуту вошел Даня с рассеченной припухшей губой…
Поздоровавшись с подругой, Милохин спросил:
— Все нормально? — наверняка по моему лицу видно, что я напугана, но при Ирке я не стала ничего спрашивать. Внутри все вибрировало от напряжения.
Он ездил на разборки? Была драка?
Мое воображение рисовало страшные картины, но я заставила себя улыбнуться и произнести:
— Угу. Сейчас быстро что-нибудь приготовлю.
— Я в душ, — целуя меня в висок, Даня уходит наверх. Ирка спешит в общежитие, отклоняет мое предложение еще немного задержаться.