3
Одинокая квартира напоминает картонную коробку, где помимо серых стен и пустоты ничего нет. Минимально обставленная комната, оснащённая самой необходимой мебелью: чёрным диваном, давно разложенным под постель, креслом у окна, походящем более на вешалку для одежды, ведь практически все вещи и бельё парня висят именно на нём, а не в шкафу с тремя полочками, который всё же имеется в квартире, правда, для другой цели — небольшого склада оружия; письменным столом с выдвижными ящиками, где хранятся папки с личными делами, и на котором пристроился террариум с питомцем, а также огромное окно, не завешенное никакой тканью. Светло днём, а ночью, если разместиться на полу, очень даже красиво: ночной город, усыпанный кучей огней от движущего транспорта; упокоенное под толстым слоем мрака лицемерия и филистерства, лишь приятная тишина с глухими отголосками мотора машин. Чонгук любит это время, любит искать на чёрном небе звёзды, которые давно утонули в большом городе под ярким светом вывесок, билбордов, желтых окон многоэтажек.
Он тоже сидит в одной из них, иногда выпускает серый дым из окна крохотной кухни, попутно наблюдая за миганием уличного фонаря. Дышит весенним воздухом, стоя по пояс голым, и просто наслаждается приятным пощипыванием на языке после крепких сигарет.
— Мар, ты мало ешь в последнее время, — подмечает он расстроено, склоняясь над «домом» любимой рептилии. — Если сдохнешь, похороню тебя в коробке. Как тебе такой вариант? Не резон умирать, правда? — просовывает руку под стекло и дотрагивается до её скользких чешуек, после чего легонько гладит, снова берясь ругаться на безответственное отношение к себе. А ящерица смотрит на него своими чёрными глазами, не имеющими зрачков, словно усмехаясь. Да, хозяин странный — просит заботиться о себе, когда сам забывает обработать свои незажившие раны и просто поесть по-человечески, а не давиться очередной порцией лапши из круглосуточного магазинчика у дома.
— Я спать. Если будешь специально звенеть своими чешуйками, то переедешь на кухню. Понял? — пригрозив напоследок, стучит пару раз пальцем по стеклу, после чего падает на постель в джинсах, совершенно не беспокоясь за неудобство во время сна. Завтра новый день, в котором придётся снова придумывать, что сказать, как повести себя в той или иной ситуации, — выбраться на сцену в качестве главного актёра, натянувшего на лицо противную маску.
***
Тот самый уголок в коридоре, скрывающийся от лишнего солнечного света и скопления шумных студентов, телефон в руках, от которого, как и раньше, нет никакой пользы. Чонгук, как и в первый день в университете, сидит на диванчике в любимом месте Кима и ждёт его появления. Где, как не здесь, он сможет снова заговорить с ним и попытаться продвинуть отношения? Не друг, так хоть хороший знакомый.
— Смотрю, ты прирос к моему дивану, — Ким плюхается на место напротив Чона и приподнимает одну бровь, пропуская слова приветствия.
— Их много здесь, — пожимает плечами в ответ он, кивая на соседние места отдыха. — И почему они пустуют, — скорее риторический вопрос, нежели всерьёз заданный задумчивому парню. Чонгук уже успел уловить себя на мысли, что, будь бы он настоящим студентом данного учебного заведения, он тоже бы приходил на переменах именно сюда, где немноголюдно и вполне себе комфортно.
— Сказать по секрету? — более тихо спрашивает Тэхен, приковывая к себе заинтересованный взгляд. — здесь нет людей, — с ухмылкой продолжает. — Вон того в очках, что выходит из двадцать четвёртой аудитории, на прошлой неделе освободили из-под стражи. Дурь студентам продавал на протяжении целых двух семестров, а, попавшись, воспользовался положением отца и теперь снова ошивается в университете, опять же толкая дурь студентам, — Ким не сплетничал, нет, скорее просвещал нового знакомого о месте и людях, с кем теперь придётся учиться. Ему самому неинтересна жизнь однокурсников, ведь всё, что находится в пределах корпуса — самое дно.
— А эта что уже сделала? — решает продолжить бессмысленную тему Чон, намереваясь растянуть на более длительное время разговор с его целью. Кивком указывает на скромную, на вид, девушку, что только что вышла из соседней аудитории, и ждёт от парня ответа.
— А что она? Вроде, ничего плохого не делает. Порнушку ведь дома снимать никто не запрещает, верно? — пожимает плечами он, насмешливым взглядом рассматривая издалека спину той самой девушки.
Всё, что он делает и говорит, совсем отличается от полученной информации в личном деле, где сказано, что в доме Ким — идеальный и всеми любимый сын, а в университете примерный студент, вытягивающий свою группу на лидирующую позицию в списке хорошистов. Да, Чонгук успел заметить его тягу к учёбе, которую он оправдал словами помощи отцу в будущем, но что касается прилежности и хорошего поведения — уж простите, оно далеко от примерного. В один момент Ким Тэхён казался высокомерным нарциссом, а в другой — обычным человеком, которого почему-то хотелось слушать. Просто сидеть рядом и слушать, снова ломая себе голову над раскрытием его характера. Получается слишком сложно.
— Только начал здесь учёбу и уже пары хочешь прогулять? — говорит он в белый потолок, когда, забросив сумку на плечо, уходит к лестничной площадке. Не ждёт, пока за ним последует новый знакомый, и даже не оборачивается, обращаясь к нему, а только громко напоминает о времени, что уже поджимает.
***
Около семи часов в душных аудиториях, в каждой из которых Чон сидел сзади, внимательно наблюдая за своей целью, а дождавшись перемены, подсаживался ближе и заводил бессмысленные темы, тянулись бесконечно. Парень чувствовал себя дураком полным, не знающим о чём вообще можно говорить с одногодками. Обсудить девушек? Нет, не та тема, которая заслуживает внимания. Может, поговорить о машинах, их марках, новинках года? Да нет, бред, Чонгук в этом не разбирается. Он ни в чём не разбирается, разве что в оружии и тихих местах в городе, где можно пострелять на досуге.
Скомканный комок бумаги, только что появившийся на его парте от руки Кима, привлекает внимание. Развернув мятый лист, брюнет пробегает взглядом по цифрам, а после, поняв, что это номер телефона, быстро вводит его в свой.
«Что?» — строчит сообщение, понимая, что без особой причины новый знакомый не дал бы ему свой номер.
«Я ухожу сейчас с этой нудной пары, так как тему знаю лучше, чем сам преподаватель. Летишь со мной?» — получив в ответ сообщение, Чонгук улыбается, мысленно отмечая очередную маленькую победу. Номер в кармане — значит, их общение продвигается.
— Преподаватель Пак, мне на консультацию пора, так что можно я уже пойду? — заявляет шатен, поднимаясь на ноги и собирая вещи в сумку, даже не удосуживаясь посмотреть на мужчину у доски. Тот мигом кивает, не ожидая никакого подвоха от лучшего студента, а после берётся читать лекцию. Вот только приходится снова делать паузу, так как внимание теперь полностью переключается на переведённого студента, который почему-то поднимается вместе с Кимом.
— А вы чего? — спрашивает он, снимая очки с переносицы.
— Действительно, чего это я? — с безразличием отвечает вопросом на вопрос Чон, проходя мимо вылупившего глаза мужчины. — До свидания, преподаватель.
Парень хлопает дверью и, остановившись у двери с обратной стороны, хмыкает.
— Оригинально, — подмечает Тэхён, забрасывая свою руку ему на плечо. — Наверное, поэтому, мне хочется общаться с тобой. Интересный ты парнишка.
А Чонгук даже не играл, он вёл себя так, как ведёт постоянно. Полное безразличие абсолютно ко всем вещам, холодный взгляд на девушек, что смотрят в аудиториях и пытаются крутиться рядом на переменах, немногословность и нечастое появление улыбки на лице. Он словно неодушевлённый предмет, робот, кукла. Ничего не знает и не умеет, кроме как убивать и, с недавних пор, врать.
Остановившись у машины, Ким утыкается носом в телефон и что-то выискивает, пока брюнет внимательно за ним наблюдает. Благо, тот не видит, ведь взгляд уж очень пронзителен. Чонгук постоянно изучает его, пытается найти слабые и сильные стороны. Но в конце концов на ум приходит только «странный», не более. Всё, что он делает, отличается от действий остальных студентов.
— Тэ, Тэ! — вдруг слышится женский голос, доносящийся из стороны здания университета.
— Я её убью когда-нибудь, честное слово, — раздражённо цокает Тэхён, наблюдая, как сестра несётся из своего корпуса к ним.
Колени обвязаны бинтом, поверх голубые наколенники; Чёрные шорты, мятая белая футболка с непонятным принтом и растрёпанные волосы — аутсайдер. Даже не копаясь в личном деле можно сказать, что друзей здесь не имеет, а на учёбу плевать хотела.
Джису остановилась, когда увидела рядом с братом того жестокого парня, что отнял у неё наушники и оставил маленькие ранки на коленках и ладонях. Девушка хмурится, вспоминая тот вечер, а когда замечает его полное безразличие, то начинает злиться. Может, стоило бы извиниться?
— У тебя ещё идут занятия, — устало поясняет Ким, обращаясь к сестре, — так чего здесь забыла?
— У тебя тоже идут занятия, — едко отвечает она, складывая руки на груди. — За собой следи лучше, братец.
— Достала, — цокнув, парень тянется за телефоном, что только что дал знать о входящем вызове. — О, отец, ты вовремя, — говорит уже в трубку он, бросая взгляд на сестру и отходя на несколько шагов от машины.
— Дебил, — шипит девушка, провожая его спину гневным взглядом.
На самом деле, Джису всегда расстраивалась, когда отец звонил именно брату, а не ей. Тот всегда узнавал у него новости, а у дочери порой забывал. Словно она скудное дополнение к семье, в которой только и ждут «коронации» сына. Отец желает видеть Тэхёна на своём месте в кабинете директора одного из самых крупных филиалов бизнеса. Уйма акций, каких-то ценных бумаг, договоров, накладных, которые они вместе с братом изучают дома, забывая, что рядом крутится девушка, ждущая к себе внимания. Разве сложно отвлечься и спросить как у неё дела, а не ругаться на несерьёзность и отвлечение от важных дел? Джису уже подзабыла, каково это быть частью семьи.
Пока брат разговаривает по телефону, девушка решает получить то самое «прости» от обидчика, не бросившего взгляда на неё всё это время. Стоит себе, голубей в небе считает, словно рядом столб, а не девушка, прожигающая в нём дыру. Неужели он не чувствует этого?
— Эй, — невежливо зовёт она его, делая пару шагов вперёд. Только вот незадача, Чонгук даже не дрогнул от голоса, лишь продолжил дальше наблюдать за птицами. — Ты глухой, что ли? Когда извиняться будешь? — взбесившись, Джису подходит впритык к парню и толкает его в плечо, отчего тот резко оборачивается и хватается за её запястье.
— Не смей трогать меня, — предупреждает Чонгук, медленно отпуская её руку и снова поворачиваясь спиной. Снова этот женский пол. Он ненавидит этих глупых, шумных созданий, и уж тем более не даст себя коснуться. Пусть лучше отойдёт, пока ноги целы.
— Как таких идиотов земля носит! — повышает голос она, быстро оббегая мужскую фигуру и останавливаясь напротив. Хватается за края его кожаной куртки и начинает трясти, снова осыпая того бранью.
А материться-то девочка умеет, жалко, что слушаться не хочет.
Убедившись, что брат девушки всё ещё разговаривает по телефону и на них не смотрит, Чонгук толкает Джису к машине с другой стороны.
— Я сказал, не трогай меня, — шипит, заламывая её руки за спину. — Чего вообще ко мне прицепилась? Приключений на задницу ищешь?
— Т-ты… чего это? — сглотнув, девушка дёргается. Испугалась. — Отпусти.
— Я не связываюсь с такими, как ты. С девушками у меня разговор короткий.
Джису снова дёргается, а после, бросив на него презренный взгляд, бьёт коленкой в пах, таким образом быстро освобождая себе путь. Чонгук тут же отпускает её и скручивается, не веря, что оказался в подобной ситуации. Шокирован. Никогда ещё не попадал в подобные передряги с женским полом, потому и не знает, как повести себя сейчас.
— Твою мать, — тихо ругается он, стискивая кулаки, — пристрелил бы!
— Теперь точно короткий, — напоследок бросает Джису и убегает к брату, который заканчивает разговор по телефону и направляется к своей машине.
Она прячется за широкую спину, в то время как брат просто закатывает глаза и сбрасывает её руки со своих плеч. Тэхён даже слушать её не хочет, ведь Джису — маленькая девочка, которая только под ногами крутится, не более. Глупость сестры порой переходит все границы, поэтому парень никогда не воспринимает её всерьёз. Слишком много чудит и выкидывает, огорчая тем самым всю семью.
— Чонгук, садись в машину. Прокатимся, — подаёт голос Тэхён, пропуская мимо ушей нытьё девушки.
— Тэ, ты меня вообще слышишь? Он не тот человек, с которым можно общаться, — в который раз повторяет она, цепляясь за его куртку.
— Так, мелкая, вот тебе деньги на такси, и катись, давай, домой. Тебя там отец с нравоучениями ждёт, — не выдержав, парень вытаскивает из кармана пару залежавшихся купюр и вручает сестре в руки.
Их отношения были не самыми лучшими, как понял Чонгук, наблюдая за братом и сестрой из окошка машины. Не сразу, конечно, он решился в неё сесть, однако, подумав, что таким образом сможет стать к нему ближе, уселся на переднее сидение и принялся покорно ждать. Напоминает собачонку, беспрекословно выполняющую приказы. Сказали — сделал, дали пинка — молча ушёл. И так всю жизнь.
— Достала уже, — продолжает возмущаться Тэхён даже в салоне авто. — Когда за голову возьмётся? Не обращай на неё внимания, всегда цепляется к моим знакомым.
— Неважно, — хмыкает Чон, решая посмотреть на девушку, усевшуюся на бордюре. Она показывает им, что обиделась. Джису — олицетворение нелепости и женской глупости. Чонгук век бы таких обходил.
— У моего знакомого сегодня небольшая вечеринка за городом, думаю, слетать туда. Ты как?
Тот пожимает плечами, не давая ясного ответа, отчего Ким хмыкает и отвечает согласием вместо него.
— Сейчас покатаемся, а к вечеру туда заедем. Там все свои будут, поэтому всё должно быть чётко.
— Мне твои «свои» ничего не говорит, — напоминает он о своём статусе «новичка», но не смеет отказываться, ведь вечеринка значительно продвинет их общение.
— Поверь, после этой ночки заговорит, — многозначительно улыбается Ким, заводя мотор. — Тебе будет весело.