Там, где пахнет ромашками

Утро в Токийской школе дзюдзюцу выдалось солнечным. После вчерашней суматохи — телепортации, падения с неба, встречи с Годжо и его учениками — наступил день, который должен был определить их будущее в этом чужом мире.

— Все собрались? — громко спросил Ярик, оглядывая толпу в коридоре общежития.

— А где Лена? — спросил Алекс.

— Сейчас будет, — ответила Вика, застёгивая свою чёрную блузку. — Она сказала, что хочет выглядеть прилично для документов.

— Документы — это серьёзно, — кивнул Такемичи, поправляя воротник. — Нам выдадут паспорта? Мы же здесь нелегалы.

— Годжо обещал, — сказал Курама. — Сказал, что у него есть связи.

— Какие связи у мага в повязке на глазах? — фыркнул Дима.

— Лучше не спрашивай, — ответил Призрак, стоя у стены с закрытыми глазами.

Из комнаты вышла Лена.

Сегодня на ней было другое платье — небесно-голубое, с длинными рукавами и кружевным воротником. Волосы собраны в аккуратный пучок, шляпа в руках, на губах — лёгкая улыбка, такая же нежная, как её голос от ромашкового аромата.

— Простите, что задержала, — сказала она. — Готова.

— Идём, — скомандовал Алекс.

—

Здание школы дзюдзюцу оказалось огромным. Старые традиционные японские постройки сочетались с современными стеклянными блоками, и вся эта архитектура, казалось, дышала проклятой энергией. Годжо ждал их в приёмной — сидел за столом, закинув ногу на ногу, и листал какие-то папки.

— Опаздываете, — сказал он, не поднимая головы. — Но для первого дня прощаю.

— Мы не знали дорогу, — буркнул Дима.

— Теперь знаете.

Годжо поднялся, обвёл всех взглядом. Его ярко-синие глаза сегодня были открыты — без повязки, без очков. От этого взгляда мурашки бежали по коже. Лена отвела глаза.

— Итак, — начал он. — Сегодня вы станете официальными лицами в этом мире. Я подготовил документы — заявления на временное убежище, студенческие визы, паспорта нового образца. Магия, конечно, но легально. Никто не придерётся.

— То есть мы получим японские паспорта? — уточнил Алекс.

— Не совсем. Специальные удостоверения личности для иностранных магов. С ними вы сможете жить, учиться и работать здесь. Плюс — материальная поддержка от школы.

— И что мы должны за это? — спросил Курама.

— Учиться. Сражаться с проклятиями, если понадобится. И не устраивать межпространственные скандалы, — Годжо усмехнулся. — Садитесь. Документов много.

Большой стол в приёмной был завален бумагами. Ручки, печати, бланки. Вика села во главе, рядом — Ярик и Алекс. Остальные рассеялись по стульям.

— Заполняйте аккуратно, — сказал Годжо, раздавая каждому папку. — Имя, фамилия, дата рождения, место рождения — указывайте свой родной город. В графе «страна» пишите «другое измерение». Не пугайтесь, это не ошибка.

— Другое измерение, — повторил Дима, криво усмехаясь. — Звучит как бред сумасшедшего.

— В нашем мире это норма, — ответил Годжо.

Началось заполнение.

Алекс писал быстро, чётко, почти без помарок. Ярик — чуть медленнее, иногда отвлекался на Алекса, но справлялся. Курама сосредоточенно выводил буквы, двигая губами. Призрак молча заполнял свои листы, не глядя по сторонам. Даже Дима, несмотря на свою грубость, отнёсся к процессу серьёзно — не хотел остаться без документов в чужой стране.

А Лена писала как поэт.

Её почерк был красивым — плавные линии, изящные завитки, мягкие переходы. Она не торопилась, вдумчиво выводила каждую букву, будто создавала произведение искусства. Челка упала на глаза — она заправила её за ухо и продолжила.

Годжо смотрел на неё, скрестив руки на груди, и улыбался.

— Ты так красиво пишешь, — заметил он. — Как в старых свитках.

— Спасибо, — тихо ответила Лена, не поднимая глаз.

— Ты вообще вся красивая. Как картина.

Лена промолчала.

Ярик обменялся взглядом с Алексом — оба напряглись.

—

Документы заняли около часа. Годжо проверил каждую папку, поставил печать, приложил светящуюся сургучную каплю — магическую гарантию подлинности.

— Готово, — объявил он. — Теперь — форма.

— Форма? — переспросила Арина. — Та самая, как у учеников?

— Да. У нас есть униформа для девушек и юношей. Но... — Годжо бросил взгляд на Лену, и что-то в его глазах изменилось. — Для тебя, Лена, у меня есть особый вариант.

— Особый? — насторожилась Лена.

Годжо достал из шкафа свёрток. Развернул — это была... чёрная обтягивающая мини-юбка, длинные лаковые каблуки и белая полупрозрачная блузка без рукавов, больше похожая на нижнее бельё.

— Очень коротко, очень обтягивающе. Тебе пойдёт.

— Это... это не форма, — Лена отступила на шаг. — Это...

— То, что нужно, — закончил Годжо с улыбкой.

— Я не буду это надевать, — твёрдо сказала Лена. Её зелёные глаза смотрели прямо на Годжо, без страха, но с неодобрением.

— Почему? Ты красивая. Покажешь себя.

— Я не хочу себя показывать. Я хочу учиться.

— А я хочу, чтобы ты выглядела хорошо, — Годжо шагнул к ней. В его голосе появились стальные нотки. — Форма есть форма. Все девушки носят.

— Вы же сами сказали, что форма мне не понадобится, — напомнила Лена. — Вчера.

— Вчера я был не прав. Сегодня — прав.

— Сатору, — вмешался Алекс. — Может, не надо?

— Это не твоё дело, — отрезал Годжо.

Он подошёл к Лене вплотную, протянул руку к её плечу, чтобы развернуть её к зеркалу.

— Надень. Тебе понравится.

Лена отшатнулась.

— Нет.

— Я не спрашиваю.

— Я сказала — нет.

Годжо взял её за запястье. Не сильно, но властно. Лена дёрнулась, но он не отпускал.

— Не упрямься, — сказал он уже жёстче. — Маленькая капризная принцесса из другого мира думает, что может отказывать сильнейшему магу современности?

— Пустите, — голос Лены дрогнул.

— Пусти, — раздался голос с порога. Твёрдый, низкий, не терпящий возражений.

Все обернулись.

В дверях стоял мужчина лет двадцати с лишним — или чуть старше. Светлые волосы зачёсаны назад, строгий костюм, галстук, на запястье — часы. Взгляд серьёзный, даже суровый. Но не жестокий.

Нанами Кенто.

— Нанами? — удивился Годжо, отпустив руку Лены. — Ты что здесь делаешь?

— Услышал, что в школе появились новые ученики из другого измерения, — спокойно ответил Нанами. — Решил посмотреть. И вовремя.

Он посмотрел на форму в руках Годжо — на короткую юбку, каблуки, прозрачную блузку — и его брови сошлись на переносице.

— Это что, по-твоему, форма?

— А что? — Годжо пожал плечами. — Девушка красивая. Пусть выглядит.

— Сатору, — Нанами подошёл ближе. Его голос стал ледяным. — Ты сильнейший маг. Но это не даёт тебе права домогаться до учениц.

— Я не домогаюсь. Я предлагаю.

— Ты держал её за руку, когда она просила отпустить. Ты пытался навязать ей одежду, которую она не хочет носить. Это называется принуждение.

— Ты преувеличиваешь, — Годжо усмехнулся, но усмешка вышла натянутой.

— Я ничего не преувеличиваю, — Нанами сделал ещё шаг, оказавшись между Годжо и Леной. — Если я ещё раз увижу подобное, я доложу директору. И старейшинам. Твоё поведение уже давно вызывает вопросы.

Годжо скривился, но отступил.

— Ладно, — сказал он. — Играй роль борца за справедливость. Мне-то что.

— Именно, — Нанами повернулся к Лене. — Ты в порядке?

Лена кивнула, потирая запястье.

— Да. Спасибо.

— Больше он тебя не тронет.

Нанами оглядел остальных — Алекса, Ярика, Вику, Юки. Задержал взгляд на Диме — тот стоял, скрестив руки, с привычным выражением злобы на лице. Но ничего не сказал.

— Вам нужна нормальная форма, — сказал Нанами. — Для занятий и повседневной носки. Сатору, ты не против, если я сам выберу?

Годжо махнул рукой:

— Делай что хочешь.

Нанами кивнул и вышел.

Через десять минут он вернулся с несколькими комплектами одежды.

— Вот, — он протянул форму парням. — Чёрные штаны, белые рубашки, куртки. Классика.

— А девушкам? — спросила Арина.

— Девушкам — то же самое, — ответил Нанами, глядя на Лену. — Если они не хотят юбок.

Он вручил Лене свёрток.

— Чёрные брюки, удобные босоножки на низком ходу, чёрный ремень и... синяя рубашка. Как у меня.

Лена развернула вещи. Рубашка была мягкой, хлопковой, насыщенного тёмно-синего цвета — точно такая же, как на самом Нанами. Брюки — стрелки, идеальная посадка. Босоножки — на плоской подошве, с ремешками.

— Примерь, — сказал Нанами. — Если размер не подойдёт — заменим.

Лена ушла в примерочную.

—

Через несколько минут дверь открылась.

Лена вышла, и в комнате стало тихо.

Чёрные брюки сидели идеально — подчёркивали талию, но не обтягивали слишком сильно. Синяя рубашка была заправлена в брюки, рукава аккуратно закатаны до локтя. Чёрный ремень с серебряной пряжкой завершал образ. На ногах — удобные чёрные босоножки, совсем не похожие на те, которые предлагал Годжо.

Лена выглядела... элегантно. Не вычурно, не вызывающе. Строго, но женственно. Её бледная кожа и белокурые волосы красиво контрастировали с тёмной тканью, а зелёные глаза стали ещё ярче.

— Ну... как? — спросила она, слегка краснея.

Майки выдохнула:

— Вау.

— Классно, — сказал Курама.

— Очень стильно, — добавила Вика.

Юки захлопала в ладоши.

— Лена, ты как учительница! Красивая учительница!

Алекс смотрел на неё с теплотой. Ярик улыбнулся.

Даже Дима, который всегда находил повод сказать гадость, промолчал. Но выражение его лица было сложным — возможно, он впервые видел Лену не как «невинную дуру», а как... человека.

— Вам идёт, — тихо сказал Такемичи.

Годжо, стоявший в углу, был в шоке.

Его глаза расширились, рот приоткрылся. Он явно ожидал другого — яркого, сексуального, провокационного. А увидел... достоинство.

— Это... — начал он. — Это не...

— Достаточно, Сатору, — оборвал его Нанами.

Он подошёл к Лене. Его серьёзное лицо чуть смягчилось — едва заметно, но Лена почувствовала. Он поправил воротник её рубашки — аккуратно, не касаясь кожи, просто пригладив ткань.

— Сидит хорошо, — сказал он. — Если будет жать или натирать — скажешь.

— Спасибо, — прошептала Лена.

Нанами наклонился чуть ближе, так, чтобы слышали только они двое.

— Если Годжо снова пристанет — зови меня. Не бойся.

Лена кивнула.

Он заправил за её ухо выбившуюся челку — мягко, почти невесомо. Потом выпрямился, сдержал ухмылку (Лена заметила лёгкое движение уголков губ) и повернулся к остальным.

— Форма выдана. Паспорта будете получать завтра — сегодня они ещё оформляются. Вопросы есть?

Вопросов не было.

— Тогда расходитесь. Осваивайтесь.

И Нанами вышел, не оглядываясь.

—

Оставшуюся часть дня ребята провели в общежитии.

Алекс помог Лене развесить новую одежду в шкаф. Ярик принёс чай — нашёл в общей кухне пакетики с ромашкой, специально для неё.

— Ты как? — спросил он, протягивая кружку.

— Лучше, — ответила Лена. — Нанами... он хороший.

— Да, — согласился Алекс. — Годжо перегнул палку.

— Он всегда перегибает, — сказала Вика, сидя на подоконнике. — Я почитала про него в местной магической литературе. Годжо — сильнейший, но эксцентричный. Ему всё равно на правила.

— А мне не всё равно, — Лена отпила чай. — Я не игрушка.

Вика посмотрела на неё долгим взглядом.

— Знаешь, Лена, ты изменилась. Раньше ты бы просто промолчала и сделала, что просят. А сегодня ты сказала «нет».

— Сегодня я поняла, что молчать — хуже, — тихо ответила Лена. — Если бы я надела ту форму, Годжо подумал бы, что так можно всегда. А я не хочу, чтобы так можно было всегда.

— Умница, — сказала Юки, обнимая её.

—

Вечером пришло сообщение от Годжо (передал через Мегуми, потому что сам не явился):

«Паспорта готовы. Завтра в 9 утра в административном корпусе. Не опаздывать. И Лена — форма сидит на тебе лучше, чем та, что я предлагал. Ничего не говоря против, но ты выглядишь... по-другому. Продолжай в том же духе.»

Лена прочитала сообщение, усмехнулась и выключила телефон.

— Что там? — спросил Алекс.

— Ничего важного.

Она легла на кровать, посмотрела в потолок.

Синяя рубашка висела на стуле, напоминая о строгих глазах и твёрдых руках, которые поправили воротник, не коснувшись шеи. О челке, которую заправили за ухо так бережно, будто она была из хрусталя.

«Нанами Кенто, — подумала Лена. — Ты даже не знаешь, как сильно я благодарна. И как сильно хочу, чтобы ты всегда был рядом».

Она закрыла глаза.

За стеной слышался смех Юки и Майки — они учили японские слова по фразам из аниме. Вика диктовала им произношение. Курама спорил с Призраком, кто сильнее — местные маги или их собственная Вика с её чёрной магией.

Это был обычный вечер.

В чужой вселенной.

Но свой.

—

Когда все уснули, Лена встала, подошла к окну. Над Токио сияли огни — миллиарды электрических глаз, смотрящих в ночное небо. Где-то там, далеко-далеко, остался её дом — навсегда. Но здесь, в этой новой реальности, были люди, ради которых она готова была жить дальше.

— Я справлюсь, — прошептала она. — Мы все справимся.

Луна выглянула из-за облаков, осветив её бледное лицо. На губах заиграла лёгкая улыбка.

Завтра — новый день. Документы, паспорта, знакомство с учителями. Обучение пока не началось, но оно было уже близко.

А значит, близко была и встреча с теми, кого она ждала.

Сукуна. Махито. И снова — Нанами.

— Посмотрим, что готовит мне эта вселенная, — сказала Лена. — Посмотрим.

Она вернулась в кровать, укрылась одеялом и заснула.

Сны её были светлыми и тихими — как ромашковое поле под летним дождём.