Nebel

Лена задумчиво глядела в окно, положив руки на колени и сжимая в пальцах читательский билет. Ее до сих пор терзали мысли о том, что с ней будет после того, как Андрей обо всем узнает. Как он отреагирует?

Она понимала, что это совершенно не то, что должно ее волновать, не те вопросы, о которых она должна задумываться. У неё есть задание — следить за Лукасом Вайсом, и все что требуется от неё — получить от него информацию. А для этого надо работать и также работать над собой, своим поведением, своими словами и мыслями. Но Лена ничего не могла с собой поделать — тревожные мысли о беременности не покидали ее бедную головушку ни на секунду.

Она до сих пор не была у врача, хотя догадывалась, что сходить стоит. Хотя бы просто для того, чтобы узнать, что все в порядке. Из всех врачей она в этом городе знала только Киршнера, но боялась идти к нему — он бы все сразу рассказал Андрею. И не потому что он какой-нибудь борец за справедливость или что-то ещё, а потому что она — явная угроза операции. Именно она, Лена, может все сорвать со своей беременностью.

Но не так сильно Лена боялась похожа к врачу, как предстоящую встречу в кабинете у Киршнера, вот только без него, а уже с самим Андреем. Последнее число месяца нещадно приближалось, встречу никак нельзя было перенести или отменить, а Лена не знала, как ей уже скрывать живот — теперь не помогала даже многослойная просторная одежда. Только слепой бы не заметил, что она беременна.

Наконец раздался стук в дверь, и Лена поспешила в прихожую.

— Готовы?

На пороге стоял Лукас Вайс и, улыбаясь своей стандартной улыбкой, ждал ответа Лены. Ещё вчера вечером он предложил ей погулять утром, на что она согласилась, ведь понимала, что иного выбора у неё нет. Она кивнула и, надев пальто и закрыв за собой дверь, вышла из квартиры.

— Прекрасное утро, — произнёс он, как только они вышли на улицу. — И вы не менее прекрасны.

Ответив на любезность Лукаса улыбкой, Лена позволила подхватить себя под локоть и отвести в парк.

Она уже поняла, что Вайс не будет ее вербовать — ему нужен был ее муж, а точнее, избавиться от ее мужа. Если он знал или догадывался, что тот работает над Валленбергом, то просто решил убрать своего конкурента. А заодно и конкурента в любовных делах — Лена интересовала его явно только в этом плане. Радовало, что она была беременна — это спасало от его приставаний, и ему приходилось вести себя галантно рядом, смиряясь с ее положением.

Это существенно усложняло задачу по вытягиванию информации из него. Лена понимала, что он не выдаст ей никакой существенной информации, даже если она проведет с ним ночь. Вербовать он тоже ее не будет — из-за своего положения она слишком уязвима, поэтому он не станет рисковать своим положением. Да и зачем ему вербовать ее? С Валленбергом он справится сам, а шифровки или связь он ей не доверит — не такой же он идиот. Разве воспользуется ею как запасным каналом связи... Но до этого еще было далеко — он еще не настолько сильно ей доверяет. Разговоры о политике, которые он заводил с ней, были простыми разговорами — ему просто хотелось выговориться, поэтому он выговаривался Лене. Но и из этих разговоров Лена могла узнать кое-что важное для себя и передать это Андрею.

В парке они сидели уже около получаса и мирно беседовали о чем-то несущественном, когда Лена заметила, как недалёко от них у фонарного столба остановился мужчина в сером пальто и, засунув руки в карманы, глядел прямо на них. Она уже было подумала, что это Андрей опять подослал кого-то, чтобы следить за ней, как рядом шевельнулся Лукас, который тоже заметил незнакомца. Но, кажется, он узнал его.

— Прошу прощения, — произнёс Лукас, — мне нужно отойти на пару минут.

Вайс встал и решительно направился к незнакомцу, а через пару секунд они дружески пожали руки и стали тихо беседовать о чём-то.

Лена настороженно следила за этими двумя и, стараясь сделать это как можно незаметнее, пыталась по губам примерно разобрать, о чем они говорили. Но, как назло, оба все время вертели головами, поэтому понять хотя бы пару слов было очень трудно.Тут Лукас обернулся, второй тоже посмотрел прямо на неё и они оба направились в ее сторону. Лена внутренне запаниковала, но постаралась не подать виду. Чинно сложив руки на коленях и мило заулыбавшись, она смотрела на подошедших к ней мужчин.

— Здравствуйте, фрау?..

— Шнайдер.

Лена быстро оглядела оценивающим взглядом этого мужчину. Невысокий, с глубоко посажёными глазами, чуть приплюснутым носом и усталым взглядом. От него несет табаком, который она с легкостью узнала — это американский «Кэмел», которым всегда пахнет от Андрея. Догадаться, кем был этот мужчина, не составило особого труда.

— Это Ханс, мой хороший знакомый, — проговорил Лукас, пока мужчина осторожно пожал руку Лены.

— Неужели я наконец-то увидела вживую кого-то из ваших знакомых, — улыбнулась Лена.

— Он вас ни с кем не знакомит?

— Он даже не говорит мне, где работает.

— Старый хитрый лис, — усмехнулся Ханс. — Вы уж извините, но таковы издержки профессии.

— Да что же это за работа такая? — она улыбнулась. — Уж не шпионы ли вы часом?

Она уже и так знала ответ, но решила удостовериться. Конечно же, правду ей сейчас бы прямо они не сказали, но сказали бы лица этих мужчин — Лена уже научилась неплохо определять ложь. На мгновение, всего на мгновение она заметила, как что-то странное появилось на лицах мужчин — точка замирания. Это было что-то среднее между удивлением и растерянностью от того, что их застали врасплох. И хоть это длилось лишь мгновение — затем они оба одновременно рассмеялись, — но Лене вполне этого хватило, чтобы убедиться в своих догадках.

— Конечно же, нет, — Ханс качнул головой. — Мне кажется, после войны их и не осталось вовсе.

— Жаль, а я бы хотела познакомиться с настоящим шпионом, — мечтательно вздохнула девушка. — Пусть даже бывшим.

— Что ж, возможно, вообще желание когда-нибудь сбудется, — мужчина как-то странно улыбнулся. Лена поняла, что нащупала верную нить и надо дальше пытаться разрабатывать их, но Ханс уже прежним тоном проговорил: — Но пока вам придётся довольствоваться только этим старым лисом, который даже не признается, где он работает.

— Моя работа слишком скучна для тех, кто мечтает познакомиться со шпионом, — усмехнулся Лукас. — Так что я предпочту оставить все в тайне, не то фрау Шнайдер потеряет ко мне всякий интерес.

— Тогда не буду мешать вам, пока фрау Шнайдер окончательно не потеряла к тебе интерес, — Ханс беззлобно рассмеялся. Отсалютовав ей шляпой, он кивнул Вайсу и проговорил: — Встретимся у последней инстанции.

Мужчина пожал Лукасу руку и, развернувшись, пошел прочь — спустя минуту он уже скрылся из виду, покинув территорию парка и затерявшись среди улиц Будапешта. Лена, которая поднялась со скамьи и стояла рядом с Лукасом, провожала его взглядом и, вспоминая его последние слова, пыталась понять, что он имел в виду.

— Вы бы не хотели зайти ко мне? — неожиданно предложил Лукас, отвлекая ее от мыслей. Заметив замешательство на ее лице, смутился и быстро пояснил: — Мне кажется, вы замерзли. Я бы угостил вас чаем, чтобы вы согрелись.

Девушка заставила себя смущенно улыбнуться и быстро отвернулась, пряча взгляд. Это был отличный шанс попасть в квартиру Вайса — она надеялась найти там что-то, что даст ей хоть какую-то важную информацию для Андрея. Впервые за долгое время он предложил ей заглянуть в его дом, который явно хранил в себе много немаловажных тайн, так что соблазн был велик...

— Ох, простите, но я бы ещё хотела пройтись в библиотеку, — уже вновь посмотрев на него, улыбнулась Лена. — Боюсь, нам не по пути.

Она решила не рисковать. После ее вопроса про шпионов, после встречи с Хансом, она понимала, что может просчитаться и создать себе ненужные проблемы. Она не достаточно хорошо изучила Вайса, так что он может просто убить ее — а что его остановит? Он может попытаться избавиться от нее, как от ненужной свидетельницы, как попытался избавиться от Андрея. Возможно, он и не подозревает ее, но рисковать точно не будет.

К тому же, у неё уже были планы на сегодняшний день и менять она их не хотела.— Может, вечером? — предложила она, решив все же не отказываться от подаренного судьбой шанса заглянуть в квартиру к Вайсу.

Во всяком случае, к вечеру она хотя бы подготовится — она же не может пойти туда без какой-либо защиты. Даже простейший нож для масла, который она спрячет под юбкой, очень даже может ей помочь в крайнем случае. Да, возможно, все обойдётся, но Лена находится не в том положении, когда она может так безрассудно рисковать.

— Что ж, тогда увидимся позже, — Лукас подмигнул ей.

Лена деловито рылась в сумочке, исподлобья следя за Вайсом до тех пор, пока он не свернул за угол, скрывшись из виду. Только тогда она перестала искать что-то несуществующее в своей сумочке и, поправив причёску, направилась в сторону библиотеки.

Ещё вчера вечером Лене пришла в голову идея проверить читательский билет Лукаса. Возможно, он совершил опрометчивую ошибку, дав ей его в пользование. Конечно, он может ходить в библиотеку и за каким-нибудь Шекспиром или Кафкой, но она должна была удостовериться.

Пройдясь с его читательским билетом по книжным рядам и изучив корешки всех книг, которые значились в этом билете, Лена так ничего и не нашла. Пару английских детективов, томик философии и сборник стихов французских поэтов 18 века. В этом не было ничего предосудительного или подозрительного, но Лена не расслаблялась. Собрав все эти книги и взяв несколько дополнительных, первых попавшихся книг по биологии, она стала их штудировать, пытаясь заметить хоть что-то необычное или подозрительное. Она не отменяла тот факт, что если она чего-то не видит или не замечает, то не обязательно этого нет. Ей просто надо быть немного внимательнее.

Стены библиотеки девушка покинула ближе к обеду. Последний час она чувствовала какое-то недомогание, поэтому решила пойти домой. Хоть сегодня на улице и была приятная тёплая погода, располагающая к долгим прогулкам, но все же Лена приняла решение пересидеть дома, чтобы случайно не навредить ни себе, ни ребёнку.

Но почему-то недомогание лишь усиливалось — ее начало подташнивать и с силой тянуть низ живота, заболела поясница. Уже в трёх домах от своего дома Лена остановилась, ухватившись за фонарный столб, и попыталась перевести дух. Такое происходило с ней впервые.

От этой боли хотелось взвыть, но Лена из последних сил терпела, сцепив зубы. Не зря всё-таки ее учили терпеть — пожалуй, даже пытки Эрдмана были не такие ужасные, по сравнению с этим. Ни за что бы она не подумала, что беременность окажется таким тяжелым и малоприятным процессом...

Лене вдруг стало не хватать воздуха, закружилась голова. Чуть ослабив пояс на пальто, она распахнула его — почему-то показалось, что дышать так легче. Застудиться она не боялась — сегодня было довольно тёплая и безветренная погода, так что ни ей, ни ребёнку ничего не угрожало.

Ощущая, как внезапный приступ отступил и она снова чувствует себя нормально, Лена выпрямилась и не успела сделать нескольких шагов вперёд, как снова замерла на месте. Она заметила, что за ней все это время пристально наблюдала пара васильково-голубых глаз, высовывающаяся из-за страниц раскрытой газеты. Узнав в читающем на стоящей неподалеку скамье газету мужчине Андрея, девушка поджала губы, запахнула пальто и поспешила убраться с улицы.

Она поняла, что он все видел и обо всем догадался. Не стоило ей распахивать пальто... Но сделанного не воротишь, и Лена понимала, что скоро их ждёт серьезный разговор. И как оправдываться перед ним она тоже не знала. Она ведь чувствовала, что Андрей ее не поймёт, что заподозрит Лукаса и бог весть знает чего ещё надумает... а потом отправит ее назад в Советы. Поэтому ей надо было тщательно продумать, что во время этого разговора ему говорить и как убедить оставить при нем.

Но она не думала, что этот разговор состоится так скоро. Когда она пришла домой и едва закрыла за собой входную дверь, из комнаты вышел с недовольно скрещенными на груди руками Андрей и, серьезно глядя на неё, спросил:— Не хочешь мне ничего рассказать?