Марионетка

Little broken , always been,
A part of you belongs to me.
You were never mine to love,
But this all has made it easy for me...

Оказывается, он иногда все же двигается.
Бьякуя узнает об этом случайно. Просто проходя по коридору видит, как слуги столпились около окна и тихо шепчутся. Его приближения никто не замечает, от чего в глубине души ворочается неприятным комком недовольство, но то, что он видит в следующее мгновение, заставляет замереть статуей.
Юноша стоит напротив сакуры, подставив тонкую ладонь под опадающие лепестки. И те медленно, легкими росчерками ложатся на черное вафуку, скользят по ткани, путаются в волосах.
Риока отходит от сакуры, медленно, словно вспоминает, каково это - делать шаг за шагом.
Приближается к пруду с карпами, наклоняется, пальцы погружаются в прозрачную поверхность. Величавые рыбы стремятся к ним, касаются чешуйчатыми спинами. Он выжидает пару минут, после чего медленно выпрямляется и вновь отходит к каменной скамье.
И двигается - плавно, двигается -размеренно, двигается - величаво.
Словно не идет сам, а подчиняетсяневидимому ведущему.
От сдержанного кхеканья Бьякуи слуги бледнеют и рассыпаются во все стороны, вразнобой извиняясь перед главой клана.
А Бьякуя продолжает смотреть на вновь неподвижно сидящего на скамье Куросаки Ичиго, устремившего равнодушный взгляд куда-то в сторону.
Интересно...

Рыжеволосый юноша безразлично смотрит ему в лицо. Наверное, у него такого это обозначает вопрос: «Что тебе нужно?»
Бьякуя же просто продолжает протягивать ему руку.
И какая разница, что у окна столпились все слуги поместья Кучики, во все глаза наблюдающие за столь странной картиной? Как же, ведь их хозяин пытается растормошить непонятного риоку! Снова.
Вот только метод у него поменялся.
Вместо разговоров словно с самим собой - настойчиво протягиваемая рука и упрямый взгляд. И одно-единственное слово:
- Встань.
Рыжеволосый риока смотрит немигающе, равнодушно. Кто-то из слуг вздыхает, качая головой.
Нет, бесполезно. Никакой реакции у юноши, к которому все присутствующие уже начали испытывать симпатию с легкой примесью сочувствия и налетом жалости. Глава клана Кучики вновь потерпел неудачу.
А потому дружный вздох удивления вырывается у слуг, когда Куросаки Ичиго неожиданно поднимается с каменной скамьи.
Медленно. Неохотно.
Но - поднимается.
Протянутую руку он или не замечает, или просто игнорирует. Маловыразительный взгляд устремлен на лицо Бьякуи. Глаза широко раскрыты, и в заполнивших расплавленное золото радужки зрачках плещется пока еще смутное, но недоумение.
«Что я делаю?»
Бьякуя шагает назад, продолжая держать руку ладонью вверх, перед собой. Он не знает, почему Ичиго подчинился. Может, тело среагировало на приказ, а может, все же виновато зрелище требовательно протянутой ладони.
- Иди за мной.
И снова - шаг назад.
Куросаки следит за ним почти черными из-за заполнивших радужку зрачков глазами. Янтарные ресницы едва заметно подрагивают, а утонченные ноздри раздуваются, как у зверя, учуявшего чужой запах.
Он не шевелится.
Великий Король Духов, неужели на этом все? И на полный скрытой за властностью мольбы приказ в ответ только это - рефлекс тела? Неужели...
Шаг вперед. Резкий. Отросшие волосы качаются от движения, ноздри жадно втягивают воздух.
Бьякуя делает еще один шаг, продолжая смотреть в почерневшие глаза подопечного. И в этой шевелящей тьме в зрачках он замечает... Он видит...
Еще один шаг, уже без приказа. Тело Куросаки действует само по себе. Или же все же не тело, а сам он?
Они медленно бродят по саду поместья. Бьякуя старается не наткнуться на кусты, цветы, деревья, не залезть в пруд. Бьякуя тщательно следит за каждым движением Куросаки Ичиго.
И понимает: что-то изменилось.
И осознает: все же не зря.
Куросаки Ичиго еще не вернулся. В зрачках, во мраке которых теряется свет солнца, все так же плещется забвение, но все-таки...
Куросаки Ичиго началвыкарабкиваться. Неохотно, подстрекаемый настойчивостью Бьякуи - но выкарабкиваться.
«Марионетка» начинает проявлять свою собственную волю. Пока что слабую, похожую на покорное, раболепное подчинение. Но - волю.
А значит, надежда есть.

*"Слегка сломанная, какой всегда и была,
Частичка вас принадлежит мне.
Вы меня никогда не любили,
Но это сделало всё таким легким для меня..."