Глава 4
– Анестезия тут не поможет, Яна. – Марина стояла, уперев руки в бока. Она любила спорить не хуже Людовика. Иногда Яна считала, что Марина являлась родственницей Людовика, хорошо скрывающая свое родовое положение. – Анестезия лишь бы усугубила процесс, замедлив расчленение тела. Самоубийца не мог сам подвергнуться расчленению,полностью изрезав себя. Даже если бы Кристина и задумала самоубийство, у нее по любому имелся сообщник, который после самоубийства затолкал части тела в те места, где они были найдены. К тому же, потери крови еще никто не отменял. Твоя настойчивость поражает, Яна.
Дверь морга открылась. Людовик пришел к Марине, не дождавшись любимой напарницы.Шеннер не стучал. Он всегда входил без стука.
Перелистывая бумаги из архива, Яна посчитала Людовика безмозглым мужланом, не привыкшим считаться с личным пространством коллег. У Шеннера напрочь отсутствовали щедрость и благородство. Придя в морг, Людовик не вслушивался в разговор своих коллег. Он бежал впереди паровоза, так и не дождавшись возвращения Яны.
Сегодняшний день не стал исключением.
– Нашла глазки? – Спросил Людовик, повторив вопрос Лаврецкой.
Марина кивнула, закатив глаза. В первые месяцы Марина пыталась переучить Людовика.Она не раз повторяла как приятно здороваться и говорить по душам в рабочие дни, а не только расспрашивать коллегу о детективных делах и лежащих в морозильных камерах трупах.
Людовик не воспринимал нравоучения Марины всерьез. Он слушал их. Но слышал ли? Никто не знал.
Марина решила преподать Людовику урок. Вот уже несколько недель она разговаривает с Людовиком лишь по работе. Людовика эксперимент Марины никак не задел. Он даже обрадовался, чем обескуражил Яну.
Марина подошла к морозильной камере и выкатила окоченевший труп. Поманив напарника пальцем, Марина приоткрыла белую простыню ровно на столько, чтобы Людовик заметил иголку, оставленную в теле жертвы. Заметив не приятное зрелище, Людовик присвистнул. Простояв в молчании несколько минут, напарник отошел от шока.
– Непривычно и оригинально. – Прошептал осевшим голосом Шеннер. – Я такого цинизма на практике еще не видел.
Людовик не спешил закрывать бездыханное тело. Он осматривал на нем каждый шов,каждую царапину, попавшую в поле зрения.
– Причина смерти?
– Пулевое ранение.
– Уверена?
– Ты сомневаешься во мне Людовик? – Зло прошептала Марина, не веря собственным ушам.
– Кристина уже была при смерти, когда в нее стреляли. Пуля облегчила ее страдания,навсегда заставив несчастную закрыть глаза и, наконец, успокоится. – Вдруг выдал Людовик,показывая Марине на едва заметный шрам, проходящий по линии живота. – Школьница болела.Она страдала сильными болями. Ты делала вскрытие? Или осматривала девчонку поверхностно?
Яна обессиленно села на диван. Она предпочитала молчать, слушая разговор двух коллег.Яна еще слышала звук летящей пули и хлопок, напоминающий падение тела на кафельный пол.Лаврецкая прикрыла глаза. По ее расчётам с момента ухода школьницы в уборную и до объявления паники в кафе прошло примерно минут двадцать. Может тридцать. Яна прекрасно понимала, что новичок не мог расчленить тело за столь короткий промежуток времени. Ему понадобился час свободного времени, если не больше. Яна похолодела. Она начинала думать,что убийца, прежде чем расчленить тело, тренировался. На тренировки могли уйти целые годы.Но на ком он мог тренироваться? Вопрос пока оставался без ответа.
– Уловка сработала, Марина. – Продолжал Людовик. Яна не заметила, как раздумьями пропустила часть разговора. – Я сомневаюсь, что убийца находился среди посетителей кафе. Когда школьница пошла в уборную, за ней никто не последовал. Она на протяжении всего времени была одна. Это значит, что убийца сидел несколько часов в женском туалете, ожидая свою жертву.
– А та официантка, выходящая через парадный вход? Она не показалась тебе подозрительной?
– Женщина здесь не причем. Я уверен на все 100. – Продолжал стоять на своем Людовик.
Марина накрыло тело умершей школьницы простыней и затолкала обратно в морозильную камеру.
– Ты видела куда пришелся контрольный выстрел?
– Видела. И это меня настораживает. – Марина потерла рукой шею. – Ты не заметил отверстия от пули, потому что она прошла сквозь матку жертвы.
Яна сглотнула. Она переглянулась с напарником, поймав его взгляд.
– Разве такое возможно?
– Возможно, при хорошем и извращенном воображении. – Подтвердила Марина. Она встала, раздвинув ноги. Ее рука очутилась между ног, не доходя до влагалища. – Но только в том случае, если школьница доверяла убийце и знала, что выстрел в шейку матки способен уничтожить ее одним выстрелом.
– Мы имеем дело с педофилом?
– Нет. Она не потеряла девственность. Чиста и невинна.
– Тогда с кем же мы имеем дело? – Задумался Людовик, впервые не понимая, кого следует искать.
Марина пожала плечами. Предположения Марины вызывали восхищения и требовали поверхностного внимания. В ведении следственных экспериментов Марина участвовать отказалась. Она сразу сказала Варновски, что не станет ездить на место преступления для осмотра тела жертвы. Олег не настаивал. Его вполне удовлетворяла проделанная работа Марины в стенах офиса.
– Дождись следственного эксперимента Француа. Он скажет тебе сколько раз стреляли из пистолета и остались ли на нем отпечатки пальцев преступника.
Яна хмыкнула. Она потупила взгляд. Ей приспичило покинуть морг и прийти в свой кабинет. Яна не могла понять почему у нее возникло ощущение бегства. Сердце бешено заколотилось в груди.
Людовик мог разговаривать о трупе часами. Он входил в антураж так часто, что Яне становилось неинтересно находится рядом с напарником и слушать его причитания. Людовик никогда не выражал коллегам благодарность за проделанную работу. Он предпочитал работать один, частенько кидая Яну на полпути к разгадке.
– Француа сказал, что ему требуется больше времени. Он играл в игру и сказал, что, если остановится сейчас – потеряет важный порт, который завоевывал всю прошлую ночь.Варновски следует тщательнее наблюдать за своими подопечными. Он относится к вам слишком...мягко. – Людовик прервал размышления. Он обратился к Яне. – Собирайся. Я отвезу тебя домой. На сегодня наш рабочий день закончен.
Яна попыталась сопротивляться. Ей не нравилась перспектива провести весь оставшийся вечер с напарником. Она никого не впускала в свои апартаменты. Считала их надежным укрытием от бушующего снаружи мира. Яна думала, что если она впустит в дом кого-нибудь из коллег – то непременно обнаружит себя.
– Спасибо, но я поеду на метро. Тут станция неподалеку.
Обычно Людовик не спорил. Но сегодня уперся. Он хотел обсудить с Яной догадки, не предназначенные для чужих ушей. Ему не нравились образовавшиеся в жизни девушки не состыковки. Он боялся. Боялся, что, если отпустит Яну сейчас – живой уже не увидит.
– Ты поедешь со мной, Яна. Это не обсуждается! Если ты не хочешь, чтобы я не заходил к тебе домой, хорошо я настаивать не стану. Я могу отвезти тебя к себе. В моем доме мне скрывать нечего, да и женская рука мне не помешает.
– Ты правда думаешь, что я наступлю на одни и те же грабли Шеннер? – Вскипела Яна,посчитав предложение напарника наглым.
Яна брезгливо поморщилась. Она мечтала провести вечер в уединенном спокойствии. Еще с утра ее не покидали мысли полежать в ванной с горячей водой, а после устроить свидание в компании с книжкой. Дома она хотела абстрагироваться от жестокости внешнего мира. Побыть наедине с собой, не думая о трупах, убийцах и надзирателях.
– Ты притягиваешь неприятности. Они подстерегают тебя то тут, то там. Я не поверю ни на йоту, что ты оказалась в кафе, где произошло убийство случайно.
Яна оскалилась. Она не любила, когда ее вводили в заблуждение. Людовика никто не звал.Он мог спокойно подождать ее в кабинете у Француа, пока она не закончит в морге. Сам же ее туда и отправил! Он влез в разговор, заставил Марину снова выкатить труп и теперь, думая, что он старше, начал качать на Яну родительские права! Яна знала – убийство не ее вина. Оно случилось, потому что случилось. Яна лишь оказалась в неподходящее время не в подходящем месте. Только и всего.
– Во время обеда ты мог выбрать любое кафе. Любое! Кафе в Париже – тысячи! И сейчас ты решил упрекнуть меня в том, что, придя ко мне в мой законный перерыв, ты обнаружил труп школьницы? Серьезно Людовик? – Заметила Яна, все-таки не удержавшись. – Ты испортил мой перерыв на обед, не дал мне нормально поесть, из-за тебя я лишилась хорошего кофе, и, вместо того чтобы посочувствовать мне, ты решаешь спустить на меня все обвинения? А не напомнить ли тебе, что я собиралась отправиться в уборную, но посмотрев на расслабленного тебя, решила этого не делать?
– Твоя неуравновешенность Яна когда-нибудь тебя погубит. – Людовик покачал головой. – Не забывай, что я старше, опытнее и легко могу вывести тебя из себя. Тебе следует время от времени тренировать свои эмоции и держать их под контролем.
Людовик в открытую насмехался над Яной.
– Пижон!
– Камеристка.
Людовик взял скальпель, провел острием по руке. Из открытой раны полилась алая кровь.
– Я жду тебя наверху. Ты не сможешь соскочить. Не сможешь сбежать. Я перекрою все выходы из офиса, если это потребуется, но сегодняшнюю ночь и ближайший вечер ты проведешь со мной!
Людовик вышел из морга, громко хлопнув дверью. Яна вздохнула.
– Ненавижу его. – Пожаловалась Лаврецкая Марине. – Жаль я не могу поменять напарника.
– Ты единственная, кто может остановить Людовика. Олегу не понравится, если Шеннер выиграет пари.
– Пари? Что за пари? – Яна нахмурилась. О пари она слышала впервые.
– Николай с Людовиком заключили пари, когда его друг приглашал твоего напарника на работу. Людовик обязан продержаться с напарником год, после чего его повысят и он может рассчитывать на «свободное» плавание. – Преподнесла не самую приятную новость для Яны Марина. – Наш босс в курсе пари. Ты думаешь почему он не поменял тебе напарника? Николай держит Людовика в ежовых рукавицах Яна. Чтобы между вами не происходило, знай, ему в разы тяжелее.
Яна нахмурилась. Марина поняла о признала совершенный промах. Она заметила его.Отступать было некуда.
– Мда...недооценила я напарника. – Яна скрестила руки на груди. – И почему он вдруг решил приехать ко мне домой? Чем мне с ним заняться? Плакала моя вечерняя идиллия с ванной.
– Пригуби с ним бокал вина. Вынеси мозг, а потом, подарив малую надежду, выстави за дверь. И Людовик намек поймет, и ты довольной останешься.
– Марина, я не хочу никого впускать в свою жизнь. – Тихо, словно мышка, произнесла Яна. – Я не хочу, чтобы кто-нибудь пробивался в мою крепость. Стучал в нее... Я не готова Марина. Пока не готова.
– Людовик к тебе неровно дышит. Может дашь ему шанс?
– Шанс на что? Я неохотно открыла ему двери, пригласив войти. Вы же только и делаете,что разговариваете на рабочие темы. Он же не слепой. Все видит.
– Ты не замечала странного поведения у Людовика в последнее время? Не замечала, как он смотрит на тебя Яна? Ты нравишься Людовику. – Марина подошла к раковине и, включив воду, стала мыть грязные инструменты. – Помнишь содержание любовных романов, которые ты читала в детстве? От ненависти до любви всего лишь один шаг. Вы раньше ненавидели друг друга, а сейчас вашу дружбу не сломаешь и не разорвешь. Стоите друг за друга горой. Того и гляди скоро встречаться начнете
– Ты ошибаешься. Мы просто друзья. Ему наплевать на меня ровно настолько насколько мне наплевать на него. Кстати, мне начинает казаться, что он установил на мне жучок. Ума не приложу, где его искать. Чувствую – здесь что-то не чисто. Слишком часто мы стали пересекаться в людных местах вне рабочего времени.
– Людовик заботиться о тебе. Не вижу в его желании находиться рядом что-то плохого. – Марина выключила воду и вновь повернулась к подруге лицом. – Не забывай, что Шеннер дружит с Француа. Он мог попросить Француа включить GPS на твоем телефоне. GPS – подстраховка для изголодавшегося зверя. Он присматривает за тобой на расстоянии. Пытается защитить. Не каждый мужчина станет заниматься подобной ерундой. Это значит, что ты ему все-таки безразлична.
Яна почесала голову.
– Если я отыщу жучок, я устрою Француа темную. Его будет ждать не самая лучшая жизнь, а когда он признается...Я придумаю к тому времени что мне с ним сделать. – Пообещала Яна подруге. – Людовик пожалеет, что решил присматривать за мной с помощью слежки.
Марина закатила глаза. Она решила дать подруге сестринские наставления.
– Когда будешь разговаривать с Людовиком, попробуй уйти от рабочих тем. Поговорите о чем-нибудь кроме работы. Узнай о его жизни, прояви интерес. Так ты покажешь, что не знаешь о пари, да и уточнишь некоторые «секретные» подробности его личной жизни.
– Людовик работал во французской полиции и знаком с женщиной по имени Валентина,которая работает в кафе, где произошло убийство. – На автомате выдала Яна. – Людовик выдал все секреты, требовавшие внимания. Большего знать не хочу.
Прошлое еще свежо. Оно не отпускало. Крепче держало Яну, не давая ей вырваться на свободу. Яна не хотела расспрашивать Людовика о личной жизни, потому что знала – потом он расспросит ее.
– Ничего себе! – Присвистнула Марина. – И ты молчала? Когда узнала?
– Про его работу в полиции узнала на прошлой неделе, когда разбиралась с бумагами из архива. А с Валентиной познакомилась сегодня днем во время обеда.
– Людовик приходил не к тебе. Обидно! А я так надеялась на возрождающие чувства любви... - Марина вздохнула, показывая всем сердцем досаду Яне.
– Ты перечитала романов Марина. Спустись с небес на землю. – Посоветовала коллеге Яна.
Яна вышла из морга, не смея более задерживать девушку. Поднимаясь по лестнице Яна думала, как бы помягче проигнорировать настойчивый интерес Людовика к ее персоне. Как на зло, на ум ничего не приходило.