Глава 10
Когда последние отблески заката коснулись окровавленного снега, армия Империи окончательно затихла. Звон бросаемого оружия сменился глухим ропотом и молитвами. Бывшие враги теперь стояли на коленях, склонив головы перед человеком, которого они всю жизнь считали проклятым.
Тэхён не сводил глаз с Императора, которого стража замка уже уводила в кандалах. Его лицо было бледным, как у призрака, а на челюсти перекатывались желваки. Я чувствовала, как его рука в моей ладони становится всё холоднее. Энергия, которую он высвободил, была слишком велика даже для его обновленного тела.
- Ты едва стоишь на ногах, - прошептала я, подхватывая его под локоть, когда он пошатнулся. - Пойдем в замок. Джихе присмотрит за солдатами, а нам нужно... тебе нужно исцеление.
Тэхён медленно повернул ко мне голову. В его фиолетовых глазах, подернутых дымкой истощения, промелькнула искра бесконечной нежности.
- Я в порядке, Дженни, - выдохнул он, хотя его голос дрожал. - Просто... непривычно. Тишина внутри. Пустота больше не кричит. Она... спит.
Мы поднялись в его покои. Слуги, всё еще испуганные, но преданные, уже разожгли камин и принесли горячую воду, и чистые бинты. Я выставила всех за дверь. Сейчас ему не нужны были посторонние глаза.
Тэхён тяжело опустился в кресло у огня. Его правая рука, которой он перехватил имперский луч, выглядела ужасно: черная, обугленная кожа до самого локтя, сквозь которую проглядывали серебристые прожилки его собственной магии.
Я опустилась перед ним на колени, дрожащими руками развязывая завязки его рукава.
- Почему ты это сделал? - спросила я, стараясь, чтобы мой голос не сорвался. - Ты же знал, что Скипетр Рассвета предназначен для уничтожения Пустоты. Ты мог просто увернуться.
Тэхён посмотрел на меня сверху вниз. Он протянул левую, здоровую руку и аккуратно заправил выбившуюся прядь моих волос за ухо.
- Он целился в тебя, Дженни. Я бы вытерпел тысячу таких ударов, лишь бы ты не почувствовала ни капли этой боли. Ты - мой якорь, помнишь? Если разобьется якорь, корабль уйдет на дно.
- Глупый герцог, - прошептала я, поднося его изувеченную руку к своим губам. - Теперь слушай меня. Я больше не буду просить. Я буду брать твою боль. Ты согласен?
- С тобой - на всё, - ответил он, переходя на «ты» так естественно, словно мы говорили так вечность.
Я закрыла глаза. Мой серебряный лотос на запястье отозвался мгновенно, наполняя комнату мягким, лунным сиянием. Я приложила свои ладони к его обожженной руке. Боль Тэхёна ворвалась в меня - острая, жалящая, как тысячи раскаленных игл. Я стиснула зубы, не позволяя себе вскрикнуть.
Под моими пальцами черная корка начала трескаться и осыпаться пеплом. Молодая, розовая кожа нарастала прямо на глазах, а серебряные нити моей магии вплетались в его каналы, заживляя разрывы. Тэхён глухо застонал, его голова откинулась на спинку кресла, а свободная рука вцепилась в подлокотник так, что дерево затрещало.
Когда я закончила, я была на грани обморока. Тэхён подхватил меня, перетягивая к себе в кресло. Я оказалась у него на коленях, прижатая к его груди. Его рука, теперь полностью зажившая, но покрытая тонкими белыми шрамами, нежно обнимала меня за талию.
- Ты спасла меня. Снова, - прошептал он мне в макушку. - Знаешь, Дженни... в той «книге», о которой вы с Джихе говорили... там было сказано, что я когда-нибудь почувствую тепло?
- Там было сказано, что ты принесешь себя в жертву ради чужого счастья, - я подняла голову, глядя в его глаза. - Но там не было ни слова о том, что ты будешь сидеть здесь, со мной, и планировать наше общее будущее.
Тэхён наклонился и поцеловал меня. На этот раз в поцелуе не было отчаяния или страха смерти. Это был вкус победы, облегчения и глубокой, всепоглощающей страсти. Его губы были мягкими, но требовательными. Он словно заново изучал меня, убеждаясь, что я настоящая, что я здесь.
- Я люблю тебя, - выдохнул он против моих губ. - Не потому, что ты моя Истинная. А потому, что ты - единственная, кто увидел во мне человека, а не проклятие.
Позже той же ночью, когда Тэхён уснул глубоким, це лительным сном, я не смогла сомкнуть глаз. Странное беспокойство гнало меня прочь из постели. Я накинула халат и вышла в кабинет.
Среди вещей, конфискованных у Императора, на столе лежал небольшой ларец из черного дерева. Он не был заперт магией - Тэхён уже развеял все чары. Внутри лежали старые свитки, но мое внимание привлекло нечто иное.
На самом дне лежал осколок зеркала, обернутый в простую мешковину. Когда я взяла его в руки, мое запястье обожгло.
Зеркало не отразило кабинет или мое лицо. В нем я увидела... свою комнату в Сеуле. Мой ноутбук, открытый на странице той самой книги. Кружку с недопитым кофе. И странную фигуру, стоящую у моего окна - человека в сером плаще, лицо которого было скрыто тенью.
- Ты думаешь, что победила сюжет? - раздался тихий, дребезжащий голос прямо из осколка. - Ты лишь создала новую ветку, дитя. Но у каждой ветки есть своя цена. Баланс требует жертвы. Если Тэхён выжил, кто-то другой должен занять его место в Бездне.
Я выронила осколок, и он с тихим звоном упал на ковер. Сердце колотилось в горле.
- Кто это был? - раздался за спиной холодный голос.
Я обернулась. Тэхён стоял в дверях спальни. Он был бос, в одних брюках, его торс был покрыт сетью белых шрамов и узоров Пустоты. Его взгляд был прикован к зеркальному осколку.
- Тэхён... я... я видела свой мир, - прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Тот голос... он сказал, что за твою жизнь кто-то должен заплатить. Баланс требует жертвы.
Тэхён подошел к столу, посмотрел на осколок, а затем резко раздавил его каблуком, превращая в пыль. Он обхватил мои плечи и встряхнул меня - не грубо, но властно.
- Посмотри на меня, Дженни. Слушай меня внимательно. Я больше не позволю никакой «книге» или «голосу» диктовать нам условия. Если Баланс хочет жертвы - пусть придет и попробует взять её у меня. Но я не отдам ни тебя, ни нашу жизнь.
Он притянул меня к себе, пряча мое лицо на своей груди.
- Мы не инструменты судьбы. Мы - её хозяева. Слышишь? Завтра мы объявим о создании Нового Порядка. Джихе возглавит Храм, я - Империю. А ты... ты будешь стоять рядом со мной. И мы найдем способ закрыть эту дверь в твой мир навсегда, чтобы никто не мог нам угрожать.
Я кивнула, впитывая его уверенность, но в глубине души затаился ледяной страх. Если Кай был лишь пешкой, а Император - ослепленным отцом, то кто на самом деле написал ту книгу? И почему мне кажется, что настоящая битва - не против армии, а против самой ткани реальности - только начинается?
- Я с тобой, Тэхён, - прошептала я. - До самого конца. Какой бы он ни был.
- Конец теперь выбираем мы, - ответил он, и в его глазах вспыхнуло серебряное пламя, которое он украл у моей магии. Он больше не был просто Герцогом Пустоты. Он становился чем-то гораздо более могущественным.