Такова правда.

Глубокая ночь. Я ждала Хазал рядом с фирмой Диамана, уже готовая наблюдать за их проникновением, так как Феликса уже взяли на место охранника в архиве. Его смена должна была прийти через пятнадцать минут.

Я даже не знала, как, но Зак смог это организовать, и Феликс стал одним из охранников архива. Видимо, отношения между ним и Диаманом были хорошими, раз он так ловко и быстро смог это провернуть. Честно, я была в шоке.

Да и от меня не укрылось то, что с Хазал они очень спокойно разговаривают, хотя он — работник того, кто разрушил её семью. Видимо, у них не такие уж и простые отношения… но меня это уже не касается.

Моя задача — добыть нужные документы и материалы.

Феликс добыл доступ и уже был внутри фирмы. Осталось, чтобы Хазал с его помощью зашла и обыскала архив.

Через пятнадцать минут она всё-таки пришла, и они с Феликсом направились внутрь. Мы разговаривали через наушники.

— Ну как там? — спросила я, спокойно сидя на лавке и терпеливо их ожидая.

Хотя внутри была целая буря эмоций и переживаний. Особенно — что будет, если всё сейчас провалится? Если их спалят? Или что-то ещё пойдёт не так? Если их обнаружат, или Хазал оставит за собой след, или даже мелкие улики покажут, что она там была…

Тогда миссия провалена.
И её вообще могут арестовать за такое проникновение.

Но, ин ша Аллах, всё обойдётся, и они спокойно закончат эту операцию.

— Всё спокойно, так как все спят. Вот только нужно над камерами хорошенько поработать, и всё. Да, Зак?

Из наушника раздался голос Зака, который сидел за мониторами и удалял всю операцию, параллельно следя за остальными камерами, чтобы нас никто не спалил.

— Всё под контролем, Хазал. Главное — не сбиться с плана, не так ли? Давай, работай.

Сказал он и, закончив свою речь, принялся что-то делать за компьютером. Щёлканье клавиатуры так и раздражало меня — не знаю, сегодня меня раздражало всё, — но я терпела, пока они не выйдут оттуда.

Да и нужно ещё подготовиться к завтрашней встрече с Шоном. Вот надо же было ему взять и внезапно появиться в моей жизни — опять всё испортить решил?

Или снова распускать слухи, бесконечно повторять, что он был прав и всё такое? И, может, он и вправду меня любил… но сейчас мне точно не до этого.

И уж точно я не выйду замуж за такого, как он. Хотя… надеюсь, меня не принудят. Хотя кто меня вообще может заставить?

— Хазал, давай уже. Ты уже десять минут там. Нашла что-нибудь?

— Неа… только самые ненужные архивные дела. Сейчас попробую поискать в более старых. Сколько лет прошло с того случая, Ясмин?

— Двенадцать, — сказала я.

И впервые осознала, как же много прошло времени с того момента. Нет, я и раньше думала об этом, да и не раз… но сейчас — как-то по-другому.

Многие за это время заводили семьи, строили бизнес, просто жили… как Диаман, например.

А вот мой отец… из-за него потратил десяток, а то и больше лет в тюрьме. Просидел там, даже не имея надежды на большее, лишь доверяясь Аллаху.

У моего отца очень сильный иман. Я видела это каждый раз, когда мы встречались. При каждой встрече он никогда не показывал свою слабую сторону и всегда делал вид, что уже привык.

Хотя, как бы он ни скрывал… в его глазах читалась боль.

Боль того, что он сейчас не может быть рядом с нами.
Боль того, что он не смог прийти на свадьбу Фатимы и Керима.
Боль того, что он не смог увидеть своих внуков.
Боль того, что его обвинили ни за что.

Я видела эту боль в его глазах. И дело вовсе не в том, что я адвокат… нет. Я просто его дочь.

И этого достаточно, чтобы мы понимали друг друга без слов.

— Нашла!

Вдруг раздался резкий голос Хазал, который вывел меня из мыслей.

— Вот же дело того же года… запись помечена как «Скрытно» и…

Хотела продолжить Хазал, но Зак её перебил:

— Ну наконец-то. Но скажу кое-что: тебе, Хазал, нужно немедленно уходить. Возьми нужные папки и быстрее выходи отсюда. Мне пришёл сигнал, что скоро будет ночная проверка.

— Ночная проверка?!

Одновременно раздался голос Хазал и Феликса. И Хазал, сказав, что сейчас поспешит, вышла из разговора.

— Они всегда делают такую ночную проверку, чтобы такие, как вы, не бродили, — спокойно сказал Зак.

— А вот слабо было нам об этом раньше сказать? — раздражённо ответил Феликс.

— Я вообще думал, что ты об этом знаешь, — равнодушно сказал Зак.

Они оба замолчали.

Уже через несколько минут ко мне спешно вышла Хазал.

— Давай быстрее уйдём отсюда. Мне тут не нравится… надеюсь, Зак успеет стереть записи.

— Не волнуйся, ещё как успею, — раздался в наушнике его голос.

Тем временем мы с Хазал уже пошли домой. Лучше не спалиться, а посмотреть все документы в гараже.

Когда мы приехали туда, Хазал поставила всё на стол, и мы принялись за изучение дел.

— Как-то всё правильно… это что, настоящее дело, как ты думаешь?

— Не уверена. Зачем Диаману не стереть все документы, а взять и пихнуть их в архив?

— Не знаю… ну, может, они ему ещё пригодились бы.

— Но пригодятся они уже мне, — сказала я и начала собирать документы.
— Я посмотрю их ещё раз дома, — объяснилась я.

— А сейчас уже поздно. Мама наверняка волнуется, если, конечно, не спит. А как, кстати, Феликс? Так и останется там?

Спросила я, ведь что теперь ему делать? Вроде бы всё — миссия выполнена. Но не будет же он выходить так сразу — они точно что-то заподозрят.

— Да не, он там останется. Он как раз искал работу — вот и нашёл. Скажем, убил сразу двух зайцев, — улыбнулась Хазал.

Попрощавшись, мы обе разошлись по домам.

Домой я пошла не сразу — мне нужно было собраться с мыслями, где-нибудь посидеть и всё обдумать. Я пошла в магазин за напитком и своим любимым шоколадом.

Karam… как же давно было, что Кристофер подарил мне целую коробку шоколада. Да чтоб его… теперь даже мой любимый шоколад ассоциируется с ним. Дожили…

В магазине была странная тишина. Ну, круглосуточные магазины и так всегда тихие ночью, но всё равно было как-то некомфортно, поэтому я поспешила выйти.

Но рядом с одним стеллажом, рядом с напитками, я заметила Лею и какого-то парня среднего роста, который что-то рассказывал ей.

— Не понимаю, что теперь делать?

Сказал высокий парень с кофейными глазами и чуть кудрявыми волосами. Я видела их за стеллажами, но, думаю, они меня — нет.

— Я думаю, лучше поговорить об этом с братом.

— Ха, и думаешь, он поможет? А кто бросил её на произвол судьбы в  качестве суда?

Они разговаривают обо мне? О поступке Кристофера? О чём они? Кто вообще этот парень рядом с Леей?

— Перестань. У него были на это причины, и ты это знаешь. Только что сейчас делать? Я всё равно попытаюсь с ним поговорить.

— Лея, только не сделай хуже.

— Не сделаю. Мой брат может не очень любит тебя, но я его сестрёнка — как-нибудь попробую что-то сделать.

— Ладно, тогда увидимся. Мне на смену, иначе заметят.

На прощание обняв Лею, этот кучерявый ушёл. А я было уже хотела подойти к Лее и спросить всё — о чём они говорили, о чём она хотела мне сказать ещё тогда, когда мы встретились впервые за два года…

Но только я хотела пойти к ней, как встретилась взглядом с её братом, который, видимо, тоже хотел к ней подойти, но оценил ситуацию по-своему и подошёл к Лее уже сердито.

— Что ты опять ей хотела сказать, Лея Мартин?

Спросил он, и только тогда Лея заметила меня и слабо кивнула, будто бы в знак приветствия.

— Ничего. Я не знала, что она здесь. Я говорила с Заком.

Сказала Лея, и я остолбенела. С Заком? Тем самым?

— И о чём вы говорили, Лея? Я же сказал — без ночных встреч. Мама переживает и ждёт тебя дома, а ты…

Он повернулся в мою сторону. Ну и я хороша — стою и слушаю их разговор, вместо того чтобы уйти. Теперь ещё отчитываться мне не хватало перед этим хамом!

— А что я? — ледяным тоном спросила я.
— Ну? Что я, Кристофер Мартин? — подчеркнув его фамилию, сказала я.

— А ты свой нос не в своё дело суёшь — это раз…

— Кто-кто, но ты мне точно не указ — это два, — перебила его я.

— Если вы оба сейчас не прекратите, достанется нам троим — это три. Ясмин, думаю, тебе пора, — сказала Лея.

Я не поняла, о чём она.

— Думаю, пора вам, а я пришла за напитком, — сказала я и взяла первый попавшийся сок, направившись к кассе.

— Это бойкотированная фирма, бунтарка, — сказал Кристофер и потащил Лею вместе с собой.

Я посмотрела на то, что взяла. И вправду — бойкотированный сок.

Бунтарка… Последний раз он называл меня так два года назад. Как же знакомо и незнакомо одновременно это слово. Что опять нашло на этого папиного сыночка?

Я положила сок обратно, взяла холодный чай со вкусом персика и пошла на кассу.

Оплатив всё, я направилась домой. Сидеть у моря и раздумывать всё это уже не хотелось — раздумий и так прибавилось.

Нужно ещё переварить эту встречу… а это я смогу сделать только в своей кровати.

Столько всего нужно осмыслить. О чём говорили Лея и… Зак? Неужели это тот самый Зак? Или другой?

Как же жалко, что того Зака, который помогал нам, я не увидела. Нужно срочно попросить Хазал скинуть его фото.

Но вот о чём они говорили с Леей? Это всё слишком подозрительно. Нужно срочно идти домой и вообще рассказать об этом Хейли.

Когда я пришла домой, на пороге меня ждала мама. Всё, мне конец.

— Ясмин, где ты была посреди ночи? И почему заранее не сообщила мне?

Сразу завалила меня вопросами она.

— Извини, мам, мы просто засиделись с Хазал, изучая информацию.

Я не соврала — просто недоговорила правду. Интересно, что мама со мной сделает, если узнает, что я делала на самом деле?

— И нашли что-то?

Мама будто бы понимала, что я недоговариваю. Ну что я могу скрыть от этой мудрой женщины? Естественно, она опытнее меня… но и я не промах, всё-таки адвокат.

— Ну да, в архив заглянули… в кое-какой. Сейчас пойду в комнату, нужно изучить документы получше, — сказала я, снимая обувь и пальто.

— Нет, дочь, давай ты сегодня спи, а завтра вечером посмотришь. Не забывай, у тебя завтра встреча. И, пожалуйста, не разочаруй меня.

Сказала мама, а для меня эти слова были как выстрел. Не разочаровать её… о чём это она?

— В каком смысле, мам?

— Ясмин, ты поняла, о чём я. Пожалуйста, посмотри на Шона как на человека. Я очень надеюсь, что у вас всё получится. Он хороший мальчик.

Я просто промолчала на это и, кивнув маме, пошла в комнату.

О мама… о моя любимая мама… знала бы ты, насколько он для меня гнилой человек… насколько сейчас болит и ноет моё сердце… насколько при слове «любовь» моя душа горит…

Если бы только ты знала, мам…

Пожалуйста, прими моё решение как правильное… потому что я не хочу тебя разочаровать.

Но и принять его… я точно не смогу.