Цена твоего имени

Оливия

На следующее утро я пришла в офис раньше обычного.

Может, потому что почти не спала.

Может, потому что хотела избежать встречи с ним.

Я включила компьютер, разложила документы и сделала вид, что полностью погружена в работу.

Но сердце всё равно начинало биться быстрее каждый раз, когда открывалась дверь лифта.

И когда она наконец открылась снова...

Я сразу поняла.

Это он.

Шаги.

Спокойные.

Уверенные.

Я подняла глаза.

Грейсон Блэквуд вошёл в офис так, будто ничего не произошло.

И даже не посмотрел на меня.

Он просто прошёл мимо и остановился возле моего стола.

Я поднялась.

— Доброе утро, мистер Блэквуд.

Он посмотрел на меня.

И этот взгляд был... холодным.

Слишком холодным.

Как будто вчерашнего вечера никогда не было.

— Мисс Оливия, — сказал он ровным голосом.

Я почувствовала, как внутри что-то напряглось.

Он положил папку на стол.

— Напоминаю вам о субординации.

Слова прозвучали спокойно.

Но они ударили сильнее, чем крик.

Я моргнула.

— Простите?..

Он смотрел прямо на меня.

— То, что произошло вчера... — он сделал короткую паузу, — не должно повториться.

Моё сердце болезненно сжалось.

Я ничего не сказала.

Он продолжил тем же холодным тоном:

— Вы моя сотрудница, и на этом всё.

Внутри меня что-то тихо сломалось.

Я кивнула.

— Конечно, мистер Блэквуд.

Мой голос звучал спокойно.
Слишком спокойно.

Но внутри всё было совсем не так.

Потому что вчера вечером, когда он целовал меня...
мне казалось, что между нами произошло что-то настоящее.

А сейчас он говорил об этом так...
будто это была просто ошибка.

Тишина между нами затянулась.

Он смотрел на меня ещё несколько секунд, будто проверяя — сломаюсь или нет.

Я не сломалась.

По крайней мере, не снаружи.

— Хорошо, — коротко сказал он.

И отвернулся.

Просто... отвернулся.

Как будто разговор был закончен.
Как будто я больше не имела значения.

Я сжала пальцы в кулак под столом, чтобы не выдать себя.

Дыши.

Просто дыши.

— Документы на подпись у вас на столе, — добавила я ровно, уже отворачиваясь к компьютеру.

Работа.

Только работа.

Он ничего не ответил.

Я услышала, как открылась дверь его кабинета.
Как она закрылась.

Щелчок прозвучал слишком громко.

И только тогда я позволила себе на секунду закрыть глаза.

Глупо.

Это было глупо с самого начала.

Я сама это допустила.

Я сама поверила.

И теперь расплачиваюсь за это.

Я глубоко вдохнула, открыла файл на экране и заставила себя сосредоточиться.

Но строчки расплывались.

Потому что где-то внутри уже поселилось чувство, от которого нельзя было просто так избавиться.

Боль.
Тихая.
Упрямая.

И совершенно необъяснимая.

Строчки документа медленно выстраивались перед глазами, но смысл ускользал. Я читала одно и то же предложение уже в третий раз и всё равно не могла сосредоточиться.

Потому что мысли возвращались.

К нему.

К его голосу.
К его словам.
К тому, как легко он всё это обесценил.

«Ошибка.»

Я сжала пальцы сильнее, чем нужно, и быстро набрала несколько строк, просто чтобы занять руки.

Нужно взять себя в руки.

Это всего лишь работа.
Он всего лишь начальник.

И ничего больше.

Я почти убедила себя в этом, когда за стеклянной дверью кабинета мелькнуло движение.

Сначала я не придала этому значения.

Кто-то из сотрудников. Обычное утро.

Но шаги были слишком уверенными.

Слишком медленными.

Я подняла взгляд.

И в ту же секунду почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

Она.

София.

Она вошла так, будто всегда имела право здесь появляться. Без спешки, без лишних движений — идеально, выверенно, как и всё в ней.

Лёгкая улыбка коснулась её губ, но в глазах не было ни капли тепла.

Она даже не посмотрела на меня сразу. 

Высокая голубоглазая блондинка остановилась перед моим столом и внимательно посмотрела на меня.

— Значит... это ты.

Я нахмурилась, но почти сразу поняла, кто передо мной.

— Мы уже встречались, — спокойно сказала я.

София усмехнулась.

— О, конечно встречались.

Она медленно осмотрела меня с головы до ног, словно оценивая вещь.

— Благотворительный вечер.

Пауза.

— Секретарша мистера Блэквуда.

Слово прозвучало так, будто это было не должностью, а ярлыком.

В этот момент из кабинета вышел Грейсон.

Он остановился, увидев её.

— София.

Она сразу повернулась к нему и улыбнулась той самой безупречной улыбкой, которая так хорошо смотрится на фотографиях.

— Грейсон.

А затем снова посмотрела на меня.

И её взгляд стал холоднее.

— Честно говоря, — сказала она лениво, — я ожидала кого-то более... впечатляющего.

Она шагнула ближе.

— Ты просто секретарша.

— Такие, как ты, появляются рядом с успешными мужчинами постоянно.

Она наклонилась ближе.

— Но такие истории заканчиваются одинаково.

Пауза.

— Он всё равно выберет деньги.

Я подняла глаза.

И встретилась взглядом с Грейсоном.

Его лицо было абсолютно холодным.

— Мы обсудим это в моём кабинете, — сказал он Софии.

— Конечно.

Потом снова посмотрела на меня.

И тихо добавила:

— Не переживай.

Она слегка наклонила голову.

— Такие, как ты, быстро забываются.

Она развернулась и направилась к кабинету Грейсона.

А я осталась сидеть за столом.

С прямой спиной.

С спокойным лицом.

Но внутри всё неприятно сжималось.

Потому что хуже всего было не то, что она сказала.

А то... Что он ничего не опроверг.
_____
Грейсон

Дверь моего кабинета закрылась с тихим щелчком.

Я стоял у стола, не садясь. София медленно прошлась по кабинету, будто осматривая территорию, которая уже принадлежит ей.

Она остановилась у окна.

— Значит... — сказала она лениво. — Вот из-за кого весь этот цирк.

Я сжал челюсть.

— Закончила?

Она повернулась ко мне.

Её брови слегка поднялись.

— Что?

— Свой спектакль в офисе, — холодно сказал я. — Ты закончила?

На секунду её улыбка дрогнула.

— Я просто сказала правду.

— Нет, — мой голос стал тише. — Ты пришла сюда унизить мою сотрудницу.

София скрестила руки на груди.

— О, пожалуйста. Не говори так, будто она для тебя просто сотрудница.

Тишина в кабинете стала тяжёлой.

Я ничего не ответил.

И именно это ей и было нужно.

Она усмехнулась.

— Так я и думала.

Она медленно подошла ближе.

— Ты защищаешь её.

Я холодно посмотрел на неё.

— Я защищаю порядок в своей компании.

Она тихо рассмеялась.

— Лжёшь.

Я не двинулся.

София остановилась прямо перед столом и наклонилась вперёд, опираясь ладонями о его поверхность.

— Я видела, как ты на неё смотришь.

Мои пальцы сжались.

— Осторожнее, София.

— Нет, Грейсон, — её голос стал холоднее. — Это тебе стоит быть осторожнее.

Она выпрямилась.

— Потому что если мой отец узнает, что ты продолжаешь играть в эту маленькую офисную драму...

Она слегка пожала плечами.

— Все ваши контракты исчезнут быстрее, чем ты успеешь произнести её имя.

Я медленно вдохнул.

Вот оно.

Настоящее лицо этого разговора.

Контроль и ревность.

— Ты закончила? — спокойно спросил я.

Она наклонила голову.

— Почти.

София посмотрела прямо мне в глаза.

— Держись от неё подальше.

Пауза.

— Или я сама расскажу отцу, что происходит.

Тишина между нами стала острой.

Я медленно обошёл стол и остановился напротив неё.

— Послушай внимательно, София.

Мой голос был спокойным.

Слишком спокойным.

— Моя личная жизнь тебя не касается.

Она усмехнулась.

— Пока ты связан с моей семьёй — касается.

Я наклонился чуть ближе.

— Тогда передай своему отцу следующее.

Её глаза сузились.

— Что именно?

Я смотрел прямо на неё.

— Если он хочет, чтобы наши сделки продолжались...

Я сделал короткую паузу.

— Пусть перестанет лезть в мой офис.

Несколько секунд она просто смотрела на меня.

А потом её губы медленно растянулись в холодной улыбке.

— Интересно.

Она направилась к двери.

Но прежде чем выйти, остановилась.

И сказала тихо:

— Посмотрим, насколько далеко ты готов зайти ради секретарши.

Дверь закрылась.

Я остался один в кабинете.

Тишина вернулась.

Но внутри меня всё кипело.

Потому что в голове была только одна мысль.

Оливия.

И то, как она сидела за столом несколько минут назад.

С прямой спиной.

Спокойным лицом.

Как будто слова Софии её не задели.

Но я видел её глаза.

И именно поэтому мне хотелось разбить что-нибудь.

Я медленно провёл рукой по лицу.

— Чёрт...

Я должен держаться от неё подальше.

Это единственный способ защитить её.

Но проблема была в том... Что чем больше я пытался это сделать — тем сильнее думал о ней.

_____
Оливия

Я вышла из здания офиса почти последней.

День тянулся бесконечно. Каждая минута казалась тяжелее предыдущей. Слова Софии всё ещё звучали в голове.

«Такие, как ты, быстро забываются.»

Я старалась вести себя так, будто меня это не задело.

Но внутри всё неприятно ныло.

Я прошла несколько кварталов до автобусной остановки. Вечерний воздух был прохладным, и я плотнее завязала пальто.

Несколько человек уже стояли под тусклым фонарём.

Я села на холодную скамейку и уставилась на дорогу.

Честно говоря, больше всего меня ранило даже не то, что она сказала.

А то...

что он ничего не сказал в ответ.

Он не защитил меня.

Не остановил её.

Не сказал, что она не имеет права так говорить.

Я тихо выдохнула.

Конечно не сказал.

Он уже сделал свой выбор.

Контракты.

Деньги.

Семья Уитморов.

И я в этой истории просто... ошибка.

Я потерла пальцами виски.

— Отлично, Оливия... — пробормотала я. — Гениально.

Поцеловаться со своим боссом.

Лучшее решение в жизни.

Фары машины осветили остановку.

Я подняла глаза.

Чёрный Мустанг медленно остановился у обочины.

Сердце предательски дёрнулось. Почему то моя интуиция подсказывала что это Грейсон.

И через секунду из неё вышел Грейсон.

Отлично, моя интуиция во многих случаях меня не подводила, и это было с одной стороны даром и проклятием. В данный момент проклятием

Он закрыл дверь и посмотрел на меня.

Несколько секунд мы просто молчали.

— Ты серьёзно? — наконец сказал он.

Я нахмурилась.

— Простите?

Он кивнул на остановку.

— Автобус?

Я скрестила руки.

— У меня нет машины, если вы вдруг не заметили.

Его челюсть слегка напряглась.

— Почему ты здесь одна так поздно?

Я тихо усмехнулась.

— Кажется, это не входит в ваши должностные обязанности, мистер Блэквуд.

Слова прозвучали холоднее, чем я хотела.

Он сделал шаг ближе.

— Садись в машину.

Я покачала головой.

— Нет.

— Оливия.

— Нет, — повторила я.

Между нами повисла тишина.

Он смотрел на меня так, будто пытался что-то понять.

Или решить.

Я первая отвела взгляд.

— Вы уже достаточно ясно дали понять, что между нами должна быть дистанция.

Он резко выдохнул.

— Это не то...

Я перебила его.

— Всё нормально.

Я заставила себя пожать плечами.

— Вы правы. Я ваша секретарша.

Я повторила его слова.

— И на этом всё.

Он замолчал.И это молчание почему-то ранило сильнее, чем любые слова.

Я посмотрела на дорогу.

Автобус всё ещё не ехал.

— Просто... — тихо сказал он.

Я повернулась к нему.

— Просто что?

Его взгляд на секунду стал другим.

Мягче.

Опасно мягче.

— Просто садись в машину, — сказал он тише.

Моё сердце предательски дрогнуло.

Я быстро отвернулась.

— Нет.

— Почему?

Я посмотрела на него.

Прямо.

— Потому что завтра утром вы снова скажете мне о субординации.

Тишина.

— И знаете что? — тихо добавила я. — Я не хочу снова чувствовать себя идиоткой.

Его лицо стало жёстче.

Но в глазах мелькнула злость.

Я поднялась со скамейки.

В этот момент из-за угла наконец показался автобус.

— Мой транспорт приехал, — сказала я.

Он ничего не ответил.

Я прошла мимо него.

Но когда уже собиралась подняться в автобус, он тихо сказал за моей спиной:

— Это не так просто, как ты думаешь.

Я остановилась на секунду.

Но не обернулась.

Потому что если бы я посмотрела на него сейчас...

Я могла бы передумать.

И это было бы самой большой ошибкой.

Я поднялась в автобус.

Двери закрылись.

И когда он медленно тронулся с места, я всё-таки посмотрела в окно.

Грейсон стоял у своей машины.

Неподвижно.

С руками в карманах.

И почему-то выглядел так, будто этот разговор был для него таким же тяжёлым, как и для меня.