25
Малик оставил нас наедине. Будто мысли мои прочитал!
- Гарри, прости, но я все слышала. Я, правда, не хотела подслушивать, но…
- Т-с-с, Сел, рано или поздно ты бы услышала это, так что не бери в голову.
- Хорошо. Предложи мне это еще раз.
- Что?
- Быть твоей.
- Селена Мари Гомес, ты согласна быть моей девушкой?
- Гарри Эдвард Стайлс, я согласна быть твоей скалкой в заднице.
- Хах, в таком случае ты только что согласилась преть в узких джинсах. Ух!.. – я сжала его зад.
- Ничего, как-нибудь переживу. А сейчас поехали домой. А-а, что ты делаешь?!
- Краду твое сердце и попку! Так что т-с-с там.
Хазз закинул меня себе на плечи и с ветерком отнес в машину. Прощание с Зейном где-то осталось позади нас. Но его улыбка до сих пор греет что-то внутри меня.
- Сел, знаешь, куда мы сейчас едем?
- В постель?
- Ахах, не совсем.
- Но сейчас утро, думаю, нас могут пристыдить случайные прохожие.
- Мы летим в США! Но сначала нужно заехать за кое-какими вещами к Найлу.
- Оки. Но в отеле мы обязательно скрепим нашу сделку, так сказать.
- Да-да.
- А еще я не отказалась бы побывать принцессой.
- Блин, Сел, это должен был быть сюрприз, этакое первое свидание.
- Уп-с!.. Давай, я отмотаю пленку назад и промолчу?
- Нет, так не пойдет. Диснейленд отменяется.
- Не-е-е-т! Гарри, я сама туда пойду.
- Не, в смысле мы пойдем туда, но как на второе свидание. А над первым я еще поломаю голову, только без предположений, окей?
- Хорошо-хорошо. Черт, Гарри, мне нужно срочно вернуться к Зейну!
- Нет, Селена, мы тогда на самолет опоздаем.
- Но я забыла там свой телефон и еще кое-что.
- Сейчас наберу Малика, чтобы он захватил твои вещи.
- Но Гарри, это кое-что – мой бюстгальтер.
- О, ну тогда я вызову такси, а ты потом с Зейном приедешь в аэропорт, – сказано – сделано.
- Хм, ты так спокойно реагируешь, как-то не похоже на тебя.
- Зато «кое-что», точнее сон без него, это в твоем стиле.
- Откуда ты знаешь?
- Сел, за это время я успел заметить, что даже если ты засыпаешь в лифчике, то на утро его уже нет. О, мы уже приехали, а такси уже ждет тебя.
Вот так вот! А Стайлс научился видеть дальше своего носа, даже страшно чуток, но совсем немножко.
Ой, мурашки пробежались по коже!.. К чему бы это? Как-то мне не по себе, будто дурное предчувствие.
Звоню, для приличия, и собираюсь войти, но дверь заперта. Неужели я опоздала? Быть этого не может. Еще слишком рано, я так думаю. Только хотела уйти, как услышала странный звук с кухни. Заглядываю в окно, а там Зейн с ножом в руке. Только он подносит лезвие к запястью, я начинаю тарабанить окно и не скупиться на нецензурную лексику.
Естественно, он испугался и выронил нож. Но быстро опомнился, поднял нож и сплюнул сигарету. Он снова приблизил острие, и ничего умнее, как выбить окно я не придумала. В итоге нож снова оказался около ног Малика, а я порезала ладони, и, кажется, еще что-то.
В такие моменты во мне просыпается супермен, ибо спустя несколько секунд я взобралась на подоконник, перелезла через оконную раму, стала на столешницу и спрыгнула с неё, оказавшись в несколько шагов от Зейна.
- Какого хрена ты творишь?!
- А что не видно? Вены пытаюсь вскрыть, – принюхиваюсь, всматриваюсь в его глаза, и - бинго! Он уже успел накидаться этой дряни.
- Ах ты, гребаный наркоман, я сейчас сама тебя задушу, если не выбросишь нож!
- Сел, если не сейчас, то потом я точно это сделаю.
- Уф! Почему? Ты можешь мне объяснить?
- А тебе не все равно?
- Нет, дебила ты кусок! Если ты до сих пор это не понял, то мне не все равно, и если тебе насрать на твою жизнь, то мне нет.
- Просто мне уже все осточертело, а еще я никому не нужен. Хотя нет, не так. Мне никто не нужен.
- Что? А как же семья, коллектив, Грейс, фанаты, я в конце концов?!
- Семья без меня не пропадет, в группе нет незаменимых людей, фанаты – сегодня они меня боготворят, а завтра и не вспомнят моего имени, Эстер – я наконец-то уйду к ней, а ты… ты мне безразлична.
- Возможно, ты во всем прав, но в последнем солгал и даже спалился. Ты не можешь быть равнодушным ко мне, иначе это было бы взаимно.
- Что ты этим хочешь сказать?
- То, что ты и сам прекрасно чувствуешь.
- Ничего я не чувствую, и ты не сможешь меня остановить.
- В таком случае, ты тоже не сможешь.
- Что не смогу остановить?
- Это...
- Ты чего вздумала?
- А что? Тебе можно, а мне шиш? Нет уж, милок, – я поднесла кусок стекла к запястью и слегка надавила.
- Селена, угомони свои нервы! Ты ведь убьешь себя.
- Да ладно! А я типа не знала и решила покататься на луне таким способом. И вообще, чего ты домогаешься? Если тебе плевать на меня, то мне тоже. Взаимность во всем, Зейни. С-с... – я еще сильнее надавила, и первые капли крови покатились на паркет.
- Ты не сделаешь это.
- Сомневаешься во мне?
- Уверен в себе. Да и ты не дура, и сейчас поймешь, что зря пустишь себе кровь. Ибо мне все равно. И тебе тоже.
- То-то, раз уж так, то до встречи у Грейс! Ах!.. – и кровь слабыми импульсами заструилась на пол.
- Черт, Селена! Что же ты наделала, глупенькая моя?..
Дальше я не особо вникала в его речь, ибо связь с реальностью гасла, как спичка. Уже второй раз я режу вены, и теперь оба мои запястья помечены. Теперь я знаю, насколько мне дорог Малик, а еще я знаю, как нужно резать сосуды, чтобы иметь максимум времени на спасение.
И сейчас я либо погибну, но вместе с Зейном, или же заставлю его ценить свою гребаную жизнь!
По ощущениям прошло не больше пяти минут с того момента, как я потерла сознание. Но на самом деле уже вечер новых суток. А это значит, что Гарри уже в Америке, а я до сих пор в Лондоне, и, чувствую, на неделю, не меньше. Ведь из-за эмоций я перестаралась и хорошо повредила себе руку.
Выхожу в коридор и боковым зрением цепляюсь за силуэт в соседней палате. Не может быть…
- Мисс, к нему пока еще нельзя!
- Почему? Что с ним?
- У мистера Малика отравление средней тяжести.
- А рука? Он не вскрыл себе вены?
- Нет, что вы! В отличие от вас, мисс, – хм, прижучила, сучка.
- А когда к нему можно?
- Завтра, возможно, я вам сообщу. Хорошо?
- Да, спасибо, буду очень благодарна вам.
- А теперь идите, отдыхайте.
- Да, конечно, – но сначала я дойду до назначенной цели. Малик Маликом, а трубы уже плавятся.