26
На следующее утро мне позволили навестить Зейна. Зашла я спокойно, села рядышком, но когда вместо приветствия услышала «лучше тебе уйти», меня бомбануло!
- Ах ты, иродова задница! Уйти? Мне? Я сейчас тебя так уйду, сволочь такая! На! *пощечина* Когда ты поправишься, я на тебе живого места не оставлю, уж поверь. Ты чего улыбаешься? До сих пор под наркотой?
- Нет, Сел, лучше. Я «под тобой», ты круче марихуаны, и никакой наркотик не сравнится с тобой. Ты невероятна, – язвишь? Это мой Зейн.
- Та пошел ты к черту! Ты когда таблеток успел нахвататься?
- Это была страховка, на случай, если духу не хватит вены вскрыть.
- И почему ты выжил?
- Ха, даже так?
- Ну, я не так хотела сказать, но суть не в этом. Так как?
- Я таблетками ошибся. Впер пол флакона слабительного, и меня всю ночь «носило», пока ты была без сознания от потери крови.
- Хах, так тебе и надо!
- Оно может и так, но ты реально повела себя безрассудно. Но убедительно, я до сих пор не могу прийти в себя.
- Зейн, я, если честно, сама не могу поверить, что сделала это. Но это значит, что мною руководило подсознание, и, надеюсь, хоть оно тебя убедило, что ты мне нужен.
- Более чем!
- Я вот не могу понять, как ты раньше этого не замечал? - и снова меня осенило. - А, черт, я ведь так была удручена Стайлсом, что тебе фактически не уделяла внимания. Хотя нет! Уделяла, да столько, что чуть со Стайлсом не порвала на почве постоянных ссор.
- Понимаешь, дело не в том, как много ты проводила времени со мной, дело в том, что я думал, что твое сердце забито одним Гарри, и это не могло меня не радовать.
- И как тебя понимать?
- А вот так, теперь я уверился, что не единым Стайлсом ты живешь.
- Да ладно! Америку открыл, Колумб хренов. Кроме тебя и Стайлса есть еще 7 миллиардов человек, так что мне есть с чего выбрать.
- Я в смысле, что ты тоже в меня влюблена.
- Чего?! Совсем наркоз в голову ударил?
- Сел, я же не говорю, что это плохо, просто это существенно упрощает мою жизнь.
- Зейн, а ты не подумал, что ты мой друг? А? И как же я тебе жизнь упростила?
- Теперь у меня появилась хоть какая-то цель в этом бренном существовании. И вот еще, на друзей так не смотрят и вены не режут.
- Малик, черт бы тебя побрал! Ух, да не люблю я тебя, и ты для меня существо бесполое, ибо друг, просто друг!
- Так я и не говорю, что ты любишь меня. Это нечто другое, то, что сильнее моего желания сдохнуть. Ведь я наконец-то нашел человека, своего человека, с которым у меня не просто взаимная тяга, а нечто большее. И я тоже в тебя влюблен, но это не та банальщина, что пять раз в неделю, нет. Между нами платоническая любовь.
- О, а об этом я не подумала. Но, думаю, это не так. Девушка не может быть влюбленной в двух парней одновременно.
- Но ты не простая девушка, и мы – не просто певцы. Нас объединяет то, что мы «не от мира сего», и нам даровано ощущать все оттенки любви. У нас не бывает раз и навсегда, мы влюбляемся, но не устаем, ибо не вешаем все чувства на одного человека, а равномерно распределяем по нескольким дарованиям. До встречи с тобой я думал, что Грейс - та единственная, но сейчас понимаю, что не все упокоилось вместе с Эстер. И это «не все» нашло смысл в тебе. И, кажется, есть потенциал и в Перри. Помоги мне полюбить её так, как ты любишь Гарри.
- Знаешь, с одной стороны ты назвал меня шлюхой и бисексуалкой, а так же намекнул на биполярность тебя и Стайлса. Но с другой стороны в твоих словах есть доля правды. Но я предпочитаю это называть настоящей дружбой, а не платонической любовью. Прости, но это слово никак не вяжется с тобой. И я бы с радостью тебе помогла с Перри, но не знаю как. Такому нельзя научить или даже показать. У нас со Стайлсом это зародилось само по себе, и составить хронологию или дать логическое объяснение я не могу. Это просто невозможно.
- Возможно, было бы желание. У меня оно возникло, ты заставила меня захотеть этого.
- Чего?
- Любить. Но по простому, как любит Золушка принца или Селена Гарри, ну, ты поняла. Я так устал от себя, что сил моих нет копаться в себе самостоятельно. Окружающие не понимают меня, но я их не виню. Сам того хотел, но не учел, что ценой этому есть одиночество. Тотальное. Была Эстер, и то она с натяжкой меня терпела, но не позволяла мне утонуть в своих грезах. А теперь ты, ради которой я хочу держаться на плаву.
- А не боишься, что ты потянешь меня ко дну?
- Думаю, мы уже убедились, что нет.
На этом наш разговор оборвался, ибо у Зейна начались процедуры.
***
Меня выписали спустя 10 дней, а Зейна уже через 2 дня, ведь работа не будет ждать. Жесть, я даже переживаю за него. Очень. После того разговора мы больше не имели возможности общаться. И все то время я пыталась отвлечься, но это не особо получалось. Хреновенько так.
Еще Гарри со своими звонками и попытками затащить меня в Скайп. Мне сейчас не до него. Я люблю его, но сейчас, правда, есть проблемы поважнее.
Например, Зейн, точнее, его «обратная сторона». Ведь я до сих пор в шоке от его откровения. Да, не спорю, есть у меня к нему теплые чувства, но никак не любовные! Это абсурд, раз, два, три – логика умри!
Я знала, что у каждого человека есть свои «ягодки», но не такие же!
Да, Зейн однозначно интроверт, а я, как экстраверт, не могла пройти мимо такого кадра. И не прошла, пригляделась, очаровалась и так жестко обломалась! Ведь он чокнутый!
Но грань между гениальностью и шизофренией слишком тонкая, чтобы быть замеченной простыми людьми. Не в этом ли фишка Малика? Он тонкий ценитель и неглупый знаток человеческих взаимоотношений и характеров. Зейн умеет сканировать человека и раскладывать по полочкам его скелеты и тараканов. Вот только судьба, сучка отборная, и с Зейном поступила, как с сапожником без сапог.
Не знаю, почему, но Малик совершенно не умеет держать себя в руках. Точнее твердо стоять на своих двух, ради себя. Если я эгоистка, и горжусь этим, то он альтруист и добряк. Малику нужна опора, точнее человек, ради которого он будет стоять. Зейн буквально нуждается в том, чтобы нуждаться в ком-то. Звучит не очень, но в полной мере объясняет его странности.
Вот только что мне делать со всем этим?
Была бы я умной, то бросила бы обоих. Была бы я меркантильной, то отстранилась бы от Зейна. Но я – это я, и во мне калейдоскоп всевозможных грехов и благородств. Так что от Гарри я не откажусь в любом случае, а Зейна попытаюсь принять таким, каков он есть. Ведь в этом заключается суть дружбы.
Во всех людях есть позитивные качества, в которые влюбляешься непроизвольно. Но со всеми не получится дружить, ибо демоны у всех разные, человеческие, когда ангелы – одинаково до тошноты идеальны.
Не за хорошее, а за плохое мы начинаем ценить человека. Ведь если ты сможешь смириться с его бесами, то ангелы сами благословят тебя.
Ох, решено, со Стайлсом продолжу начатое, а с Маликом начну нечто безумное, но многообещающее. Гарри я люблю за его нормальность, ведь вопреки переполненному ошибок прошлому и умопомрачительному настоящему он борется за меня и не устает доказывать свои чувства. А вот Зейна я попытаюсь принять за его безумие. Ведь сама такой породы. Он – моя сродная душа, и мы опровергнем аксиому, что одинаковые полюса – несовместимы. А что если размагнитить их? Думаю, будет весело.