Глава 34
Очнулась я не сразу.
Сначала был запах — травы, дыма, чего-то тёплого и живого. Потом — звук: глухое биение сердца, слишком ровное, чтобы быть моим. И лишь потом пришла боль. Тупая, вязкая, но... терпимая.
Я попыталась пошевелиться — и тут же раздалось раздражённое:
— Даже не думай.
Голос.
Знакомый. Слишком.
— Ты всегда так встречаешь девушек в бессознательном состоянии? — хрипло выдавила я. — Романтик.
Он резко выдохнул. Я почувствовала это кожей — я лежала у него на груди, укрытая плащом, а его рука лежала у меня на талии слишком... естественно.
— Ты была в шаге от смерти, — сказал он жёстко. — И всё ещё шутишь.
— Значит, я в порядке, — усмехнулась я, не открывая глаз. — Раз ты злишься.
Рука на талии напряглась.
— Ты не имеешь права так рисковать, — тихо, но опасно произнёс он.
Я наконец открыла глаза.
Мы были в какой-то комнате — походной, временной. Магические светильники. Лекарские символы на стенах. За спиной чувствовалась мощная, спокойная магия — его драконесса где-то рядом. Никс — далеко, но жив. Тайр... Тайр спал у двери, свернувшись клубком, но ухо его дёрнулось, стоило мне очнуться.
— А ты не имеешь права решать за меня, — ответила я, глядя прямо ему в глаза.
Он замер.
Между нами повисло напряжение — густое, горячее, как перед грозой.
— Я думал, что потерял тебя, — сказал он глухо. — Ты понимаешь это?
— А я потеряла себя там, — резко ответила я. — И ты пришёл слишком поздно, чтобы теперь читать мне нотации.
Это было несправедливо.
И мы оба это знали.
Он резко поднялся, отстраняясь, прошёлся по комнате, провёл рукой по волосам.
— Я перевернул половину империи, — сорвался он. — Я шёл по трупам, чтобы добраться до тебя!
— Значит, мы квиты, — тихо сказала я. — Я тоже через ад прошла.
Он обернулся.
Подошёл.
Слишком близко.
— Никогда, — прошептал он, — больше так не делай.
— Не приказывай мне, — ответила я, почти касаясь его губ.
Это было глупо. Опасно. Безрассудно.
Поэтому он поцеловал меня.
Не нежно. Не осторожно.Так, будто держался из последних сил — и отпустил.
Я вцепилась в его воротник, забыв про боль, про шрамы, про разум. Мир сузился до этого поцелуя — горячего, отчаянного, полного злости и желания.
Где-то за спиной Никс мысленно застонал:
— Ну наконец-то. Я уже ставки начал принимать.
— Заткнись, — рявкнула я мысленно, не отрываясь от ректора.
Он отстранился первым. Лоб ко лбу. Дыхание сбито.
— Это ошибка, — сказал он хрипло.
— Конечно, — согласилась я. — Самая большая.
— Ты моя студентка.
— А ты слишком хорошо целуешься для человека, который так считает.
Он фыркнул. Настояще. Живо.
— Ты сведёшь меня с ума.
— Уже, — ухмыльнулась я.
Тайр приоткрыл один глаз.
— Я, конечно, всё понимаю, — лениво протянул он, — но если вы собираетесь продолжать, предупредите. Я либо выйду, либо начну отпускать комментарии.
Мы расхохотались одновременно.
И именно в этот момент я поняла —между нами больше нет дороги назад.
Только вперёд.Через страсть.Через ссоры.Через опасность.
И, возможно, — через любовь, которую мы оба боимся назвать вслух.
После темницы жизнь не вернулась — она началась заново.
Академия встретила меня настороженно.Слишком много взглядов. Слишком резкие паузы в разговорах. Слишком вежливые преподаватели, которые раньше делали вид, что меня не существует.
Я шла по коридорам с высоко поднятой головой, будто не провела месяц на грани смерти. Будто шрамы под формой — просто тень. Тайр шагал рядом, ленивый и опасный, и этого хватало, чтобы ко мне не лезли напрямую.
Почти.
Ректор...Он изменился.
Нет — решился.
Впервые это случилось на третьем занятии после моего возвращения.
Аудитория была забита. Лектор бубнил про распределение магических потоков, я делала вид, что внимательно слушаю, когда дверь открылась.
Тишина упала мгновенно.
Он вошёл спокойно, уверенно, будто это было самым естественным поступком в мире — появиться посреди лекции. Плащ, перстень ректора, взгляд, от которого у половины студентов сбилось дыхание.
— Продолжайте, — коротко сказал он преподавателю.
И... сел.
Прямо на свободное место в последнем ряду.Рядом со мной.
Я даже не повернула головы.
Всем своим видом я транслировала: мне всё равно.Я — примерная студентка.Он — просто ректор.
— Ты серьёзно? — процедила я, не глядя на него.
— Очень, — тихо ответил он. — Мне стало интересно, как ты учишься.
— Ложь.
— Почти, — усмехнулся он.
Я сжала челюсть.
— Вы собираетесь делать это регулярно?
— Возможно.
— Вы провоцируете слухи.
— Пусть, — спокойно сказал он. — Я устал бояться того, что обо мне подумают.
Я резко повернулась.
— А обо мне вы подумали?
Он посмотрел прямо в глаза.
— Каждый день.
Сердце предательски дрогнуло.Я отвернулась, делая вид, что конспект важнее.
Слухи, конечно, поползли.Я гасила их как могла: холодным тоном, показным безразличием, язвительными замечаниями.
— Не льсти себе, — бросила я одной особо любопытной девушке. — Он так на всех смотрит.
Тайр потом долго смеялся.
— У тебя лицо врет хуже, чем у первокурсника на экзамене, — заявил он. — Но стараешься ты мило.
А потом появился Дьюк.
Он поймал меня во внутреннем дворе, когда я возвращалась после тренировки. Слишком близко. Слишком уверенно.
— Ты похорошела, — протянул он, преграждая путь. — Страдания тебе к лицу.
Я остановилась.
— Отойди.
— А если нет? — усмехнулся он. — Думаешь, твой ректор будет бегать за тобой всегда?
Я даже не успела ответить.
— Он не будет, — раздалось за моей спиной.
Голос — ровный. Холодный. Смертельно спокойный.
Дьюк обернулся.
Ректор стоял в нескольких шагах, руки за спиной, взгляд — как лезвие.
— Но я буду, — продолжил он. — Пока ты не усвоишь простую истину: к этой студентке ты больше не подходишь.
— Вы не имеете права, — выдавил Дьюк. — Это... личное.
— Именно, — кивнул ректор. — И именно поэтому — последнее предупреждение.
Воздух дрогнул.Даже Тайр приподнял голову, оскалившись.
Дьюк отступил. Быстро. Без слов.
Я повернулась к ректору.
— Вы только что сделали всё ещё хуже.
— Знаю, — спокойно ответил он.
— Тогда зачем?
Он посмотрел на меня так, что у меня перехватило дыхание.
— Потому что если я не начну защищать тебя открыто, — тихо сказал он, — тебя будут проверять снова и снова.
Пауза.
— А я больше не позволю.
Я фыркнула, пряча улыбку.
— Вы ужасный стратег.
— Зато честный, — усмехнулся он. — И, кажется, безнадёжно влюблённый.
— Вы это вслух сказали?
— Проверяю твою реакцию.
Я шагнула ближе.
— Реакция такая: если вы продолжите в том же духе, слухи станут последней нашей проблемой.
Он наклонился, почти касаясь лбом моего.
— Тогда придётся соответствовать.
Я рассмеялась — тихо, искренне.
А Тайр за спиной пробормотал:
— Ну всё. Пошли нормальные проблемы. Я доволен.