Глава 11
Дверь в кабинет ректора была приоткрыта.
Студент, поднявший руку, чтобы постучать, замер на месте. Голос изнутри был слишком резким, слишком узнаваемым, чтобы не остановиться. Он не видел, что происходит в кабинете - массивный стол, высокие шкафы и тень от книжных стеллажей скрывали всё.
Зато слышал каждое слово.
- Вы должны научиться держать себя в руках, - голос Дерека Рейнора звучал холодно, выверенно. - В Академии Дорн нет места самовольству.
- Забавно, - ответила я. - Потому что именно на нём она и держится.
- Не дерзите.
- Ещё даже не начинала.
Я стояла напротив его стола, руки скрещены на груди, спина прямая. Внутри всё кипело. Не после боя. Не из-за Дьюка.
Из-за него.
- Вы постоянно указываете, кем мне быть, как двигаться, что говорить и когда молчать, - продолжила я. - Знаете, что самое смешное? Я всю жизнь только этим и занималась - была тихой. Удобной. Незаметной. Маленькая собачонка,которая должна слушаться.
Он поднял на меня взгляд.
- В Академии вы студентка, - жёстко сказал он. - А не бунтарь без прошлого.
- Ошибаетесь. Моё прошлое - это я. И мне осточертело делать вид, что его не существует.
Голос дрогнул. Не от слабости - от злости.
- Я достаточно терпела, чтобы однажды просто взорваться, - продолжила я, делая шаг вперёд. - И если вас это не устраивает - это не моя проблема.
В кабинете повисла тишина.
Рейнор откинулся в кресле, медленно выдохнул. Несколько секунд он смотрел в сторону, будто собирая мысли в кулак.
- Ваше поведение ставит под угрозу не только вас, - наконец сказал он. - Но и Академию.
- Потому что я не умею молчать?
- Потому что вы притягиваете проблемы, Дженнифер Маер.
Я усмехнулась.
- Значит, у нас это взаимно.
Он резко встал.
- И отдельно мы поговорим о вашем... звере, - его голос стал жёстче. - Волк вообще не должен находиться на территории Академии.
Вот тут я вспыхнула.
- Не смейте, - тихо сказала я. - Даже говорить о нём в таком тоне.
- Это дикое существо.
- Это живое существо, - перебила я. - И он сделал выбор. Не я его привела. Он сам пришёл. Сам остался.
Я сжала кулаки.
- Вы знаете, что это значит? Что впервые в жизни кто-то выбрал меня просто так. Не ради силы. Не ради выгоды. Не ради титулов и магии.
Я посмотрела ему прямо в глаза.
- Просто потому, что захотел быть рядом.
Рейнор замер.
На мгновение - совсем короткое - его лицо стало другим. Не ректором. Не судьёй. Человеком, который слишком хорошо понимал, о чём я говорю.
Но он быстро вернул маску.
- Благодарность не отменяет правил, - сухо сказал он. - И вы их нарушаете.
- Тогда, - ответила я устало, - накажите меня. Но не заставляйте снова быть тенью.
Я развернулась и пошла к выходу.
За дверью студент отшатнулся, сердце колотилось. Он видел только, как я вышла, с каменным лицом и высоко поднятой головой. Он не слышал, как в кабинете ректор долго стоял, не двигаясь, глядя в пустоту.
Зато он услышал достаточно, чтобы додумать остальное.
К вечеру Академия гудела.
- Ты слышал?
- Она опять была у ректора.
- Говорят, он её прикрывает.
- А волк? Ты видел, как он на неё смотрит?
Слухи обрастали подробностями, грязными намёками, абсурдными домыслами. Кто-то говорил о тайной связи. Кто-то - о покровительстве. Кто-то - о том, что ректор теряет контроль.
Я слышала это всё.
И, как всегда, не реагировала.
Для меня шёпот за спиной был привычнее, чем тишина. Люди всегда любили приписывать мне то, чего не понимали.
У Рейнора же не было на это времени.
Его стол был завален отчётами, схемами, магическими слепками. Капкан в лесу не давал покоя. Слишком сложный. Слишком чистый. Слишком умный.
Кто-то нарушил закон.
Кто-то действовал не из жадности, а из расчёта.
И чем глубже он копал, тем яснее становилось: это дело рук кого-то из империи. Маер станет для них помехой.
И именно это злило его сильнее всего.
Потому что он начинал понимать:
какой бы дерзкой и неудобной она ни была,
какой бы проблемой ни казалась...
Она была правдой в месте, построенном на компромиссах.
А правда - самая опасная из всех.