Глава 6
Я быстро поняла одну простую вещь: в Академии Дорн выживают не самые сильные.
Выживают самые упрямые.
Первую неделю я почти не спала. Не потому, что было страшно - страх я давно научилась глушить. Просто здесь каждый день выжимал тебя до последней капли. Утро начиналось с физической подготовки, день продолжался теорией и практикой, а вечер заканчивался либо болью в мышцах, либо магическим истощением. Иногда - всем сразу.
И знаешь что?
Мне это нравилось.
Я шла по коридорам Академии, считая шаги, автоматически отмечая выходы, тени, повороты. Привычка. Когда ты выросла в доме, где любое неверное движение могло обернуться наказанием, мозг учится думать быстрее тела.
- Маер, быстрее!
Я не обернулась. Я и так была быстрее половины группы.
На занятиях по магии я почти не задавала вопросов. Не потому, что не понимала - наоборот. Я впитывала всё молча, жадно, как человек, который слишком долго жил впроголодь. Руны, символы, древние схемы связывания - всё это ложилось в голову с пугающей лёгкостью.
Интересно,- думала я, выводя очередную руну мелом, - они бы удивились, узнай, что я училась концентрироваться под крики и удары.
Ректор иногда присутствовал на занятиях. Никогда не вмешивался напрямую. Просто стоял у стены. Смотрел. Его взгляд был как заноза под кожей - не больно, но постоянно чувствуешь.
Я делала вид, что не замечаю.
На уроках по существам было хуже. Не потому, что материал сложный - а потому, что преподаватели говорили о них с уважением. С осторожностью. С тем трепетом, которого я никогда не слышала в голосах взрослых, когда речь шла о людях вроде меня.
- Волшебное существо не подчиняется силе, - повторял наставник. - Оно чувствует намерения. Страх. Ложь.
Повезло им,- мрачно думала я. - Я умею не бояться.
Физическая подготовка была моей стихией. Полосы препятствий, удары, падения, боль - всё это было знакомо. Моё тело помнило, как сжиматься, как уходить от удара, как терпеть. Когда другие задыхались, я продолжала. Когда кто-то плакал от усталости - я сжимала зубы.
Не из гордости.
Из принципа.
Иногда я ловила на себе взгляды. Дьюк Льюистон не скрывался. Он наблюдал открыто, будто изучал редкий экземпляр. Это раздражало. Не потому, что он был мужчиной - хотя и это тоже. А потому, что он думал, что может меня понять.
Не можешь,- мысленно бросала я, проходя мимо. - И не пытайся.
Однажды вечером, возвращаясь после занятий по рукопашному бою, я шла по восточному крылу. Там всегда было тише. Камень глушил шаги, факелы горели тускло. Я уже собиралась свернуть, когда услышала голоса.
- ...ты слышал? В этом году будет раньше.
Я замедлила шаг.
Не остановилась. Просто стала тенью.
- Говорят, половина курса не переживёт.
- Это если повезёт.
Сердце не дрогнуло.
Но слух обострился.
- Речь про Испытание Уз, - прошептал кто-то. - Три дня и три ночи. Без сна. Без помощи. Один на один с существом.
Я почувствовала, как внутри что-то холодно сжалось.
Вот оно.
- Это не просто приручение, - продолжал голос. - Это... разделение души. Человек отдаёт часть себя. Навсегда.
Я прикрыла глаза на мгновение.
Разделить душу.
Интересно, а если она и так уже треснула?
- Если зверь принимает, - шептал второй, - они становятся партнёрами. Связь. Узы. Кто-то слышит мысли, кто-то чувствует боль друг друга, кто-то начинает понимать язык существа.
- А если нет?
Тишина.
- Тогда либо зверь убивает человека... либо человек ломает зверя. Через силу.
Меня передёрнуло.
Не от страха. От отвращения.
Ломать, чтобы выжить,- подумала я. - *Знакомо.*
- Говорят, ректор прошёл это испытание с драконом.
Я замерла.
- С самым сильным. Огненным. Таким, что сам выбрал его.
Конечно,- я стиснула зубы. - Таким всегда везёт.
Я ушла тихо, не издав ни звука. Но внутри всё уже кипело.
Испытание Уз.
Три дня.
Три ночи.
И зверь, который заглянет тебе в душу глубже, чем любой человек.
В ту ночь я долго лежала, глядя в потолок. Воспоминания поднимались сами - запах сырого подвала, холодный камень под ладонями, чужое дыхание за спиной. Я сжала простыню до боли.
Если мне достанется существо,- думала я, - которое увидит это...
А потом пришла другая мысль.
А что, если оно поймёт?
Следующие месяцы стали адом - но контролируемым. Нас готовили к Испытанию так, будто заранее знали, кто не переживёт. Магия усложнялась. Руны становились древнее. Существоведение - жестче. Физические нагрузки - безжалостнее.
Я училась читать поведение зверей по движению хвоста, по дыханию, по взгляду. Училась не показывать эмоций. Училась драться так, чтобы встать первой.
И всё чаще ловила на себе взгляд ректора.
Он знал.
Я была уверена.
Знал, что я слышала.
Знал, что думаю.
Знал, что если кто и дойдёт до Испытания Уз - то я.
И больше всего меня бесило не это.
А то, что где-то в глубине души я ждала этого испытания.
Потому что если зверь сможет принять меня -
значит, я всё ещё целая.