Сквозь дым и неон

Турбо не появлялся пару дней после того, как я вмазала ему по носу. Говорят, кость не сломала, но синяк такой, что, наверное, даже его кроссовки «Калоша» от стыда посерели. Когда он вернулся во двор, глаза у него были тяжёлые, будто всю ночь не спал. А рядом — Лилька. Она щебетала, строила глазки, крутилась рядом, как муха возле варенья, но Турбо держался от неё чуть дальше, чем обычно. Между ними будто что-то треснуло. Небольшая трещинка. Её почти не видно, но она есть.

— Всё по её вине, — сказал мне Марат, когда мы стояли у ларька. — Лилька ему наврала, а он — повёлся, слух пустил, и в итоге сам лоханулся. Он теперь злится, но не на неё — на себя. Только гордость не позволяет признать.

Я молча кивнула. Мне не нужно было объяснять, что там у них. Я видела сама: он уже не шепчет ей на ухо, не кидается обнимать сзади. И глаза у него, когда она смеётся, больше не смеются в ответ.

Вова вообще не церемонился.

— Лина мне как сестра. Захочет — будет здесь постоянно, — прямо сказал он Турбо на районе. Тот только челюсть сжал и ушёл, даже не ответив. Пацаны так не извиняются — гордость, как бетонная плита. Но внутри, я знала, его крутит.

Я старалась проводить больше времени с Универсамом. Пальто — оказался не просто шумным типом в кепке с прямым козырьком. Он реально был нормальный, умел слушать, шутил, защищал. Мы с ним часто оставались после тренировок, болтали, даже на районе тусили иногда вместе. Его слово весило, и это помогало мне хоть чуть влиться в круг.

Остальные относились по-разному. Кто-то начинал уважать за прямолинейность, кто-то просто наблюдал, кто-то — бурчал в спину. Но никто не лез в открытую. Все знали — я не из тех, кто будет терпеть.

Когда Пальто предложил пойти на дискотеку в ДК, я согласилась почти сразу.

— Только ты прикинься, как королева, — подмигнул он. — Вон у тебя то неоновое платье — самое то. Будем как светящиеся танки.

Я засмеялась. Внутри всё загорелось —не от парня, а от самого факта, что я иду с кем-то из Универсама. Это значило, что я уже часть. Или, по крайней мере, на пороге.
Вечером я натянула то самое платье. Короткое, кислотного цвета, на тонких лямках. Волосы собрала высоко, немного подвела глаза. Когда я вышла из подъезда — даже Пальто на секунду притих.

— Ну ты и... жгучая, — выдал он, протянув руку.

В ДК было шумно. Свет мигал, музыка резала воздух. Народ танцевал, курил в углах, пил алкоголь, кто-то щёлкал семечки прямо под стенкой. Мы ворвались внутрь — как  с другого измерения. Все обернулись. Я чувствовала взгляды, и мне это нравилось. Мы не были парой, точнее были парой ярких придурков, мы стали друзьями и не больше.

Но и Турбо был там. Он стоял у колонки, облокотившись, с Лилькой на плече. Она вся из себя — гламур, с новой помадой и серьгами-кольцами. Увидела меня — в глазах мелькнуло что-то ядовитое.

Турбо посмотрел на меня, и взгляд его пронзил насквозь. В нём было раздражение, злоба... и что-то ещё, странное, почти тёплое. Но он быстро отвернулся, сделал вид, что ему всё равно.

Андрей показал где круг Универсама.
— Ты в другие не ходи, украдут ещё.
— А в других кто? Спросила я .
— Возле нас Хади-Такташ, дальше Разъезд , держись нашего круга, в другие не ходи.
— Окей. Я подмигнула ему .
Через пару минут я услышала за спиной шепот.

— Слышал, эта вафлерша снова сюда приперлась?

— Да ладно, ты что, она ж Турбо вмазала...

— Так говорят, он сам подставился.

Я почувствовала, как всё внутри завибрировало. Это была та самая Лилька. Только она могла снова начать. Турбо, как марионетка, выполнял. И опять — слухи.

Пальто это тоже услышал. Он подошёл к Вове и Марату, сказал тихо. Те только кивнули. Вова развернулся и громко, на весь зал:

— Кто ещё раз про Лину брякнет — сам вафлёй станет. Раз и навсегда. Доступно объяснил?

Зал притих. Турбо сжал кулаки. Я смотрела на него — и не знала, почему он так. Почему вместо того, чтобы подойти и сказать всё в лицо, он опять играет в эти грязные игры
Я не выдержала.

Подошла вплотную. Он смотрел на меня с вызовом. Как будто просил — ну давай, сделай это.

— Ты думаешь, если спрячешься за Лильку, тебе всё сойдёт? — прошипела я. — Думаешь, ты король района?

Он ухмыльнулся:

— Нет, но точно не королева в кислотной тряпке.

И тогда я не сдержалась. Мой кулак сам пошёл вперёд, как будто жил отдельно от меня.

Хруст. Он схватился за нос. Второй раз за неделю.

— Это за вафлершу, — сказала я, разворачиваясь.

Марат и Вова стали между нами. Кто-то свистнул. Музыка продолжала играть, как будто ничего не случилось. Но все уже знали — что-то меняется. Медленно, но необратимо.

— Ты чё?! — закричала она, глядя на меня, будто я ей под дых врезала. — Ты видела, что сделала?! Ты совсем крышей поехала?!

Никто не вмешивался. Все стояли, наблюдая, как Лилька пытается отыграться за позор Турбо. Но Марат скрестил руки на груди и встал чуть ближе ко мне, как бы намекая, что я тут не одна. Он даже повернул голову в сторону Зимы, но тот уже вышел покурить. Пальто молча наливал себе лимонад, наблюдая. А Вова... Вова просто стоял с таким лицом, будто готов был в любую секунду выдернуть Турбо из толпы и навалять.

А я просто стояла. Прямая спина. Подбородок вверх. Ни капли страха. Не после всего, что они со мной сделали.

Потом вернулся Турбо. Отмахнулся от Лильки, как от назойливой мухи. Не сказал ни слова. Просто пошёл к Зиме, и они начали обсуждать что-то в углу, почти шепотом. Лилька осталась стоять одна, скривившись.

А я решила не стоять в сторонке. Подошёл Сутулый — парень из Универсама, всегда спокойный, с добрыми глазами.

Жду ваших звездочек и комментариев ❤️💋