Chapter 10
When the Family Reunites
Джордж больше не мог терпеть. Он рвался к Норе, к её голосу, к её теплу. Комната, где его держали, стала ловушкой: он с размаху опрокидывал стул, книги падали с полок, вазы разбивались в щепки.
— Хватит! — крикнул отец, схватил его за плечо и дал пощёчину. — Ты ведёшь себя, как ребёнок! Семья важнее!
Джордж стиснул зубы, боль жгла щёку, но мысль о Норе была сильнее всего.
Несколько дней его держали в поместье. По утрам он просыпался один в большой кровати и тихо шептал:
— Я уже привык просыпаться рядом с тобой, Нора...
Мысли о ней заставляли сердце дрожать, руки сами тянулись к пустому месту рядом.
Когда бабушка объявила о вечере помолвки с Кэтрин, Джордж держал лицо каменным, но внутри бушевала буря. Кэтрин подошла к нему, в платье, сияющем на свечах:
— Мы будем наконец счастливы, Джордж, — сказала она, улыбаясь.
— Я тебя не полюблю, Кэтрин, — спокойно сказал Джордж. — Ни сейчас, ни когда-либо. Ни один титул, ни одно богатство не заставят меня любить кого-то, кроме...
— Ты обязан семье! — хмуро сказала Кэтрин. — Ты не можешь выбирать, что хочешь!
— Мне жаль тебя Кэтрин, ты навсегда останешься одна! — резко сказал он. — И я не могу заставить сердце изменять себе.
Он подошёл к дворецкому:
— Кузен просил, чтобы я забрал ключи от машины, — сказал он, улыбнувшись.
Дворецкий, не подозревая подвоха, протянул ключи.
— Мне нужно подышать, — сказал Джордж и вышел на террасу.
Ветер бил в лицо, сердце стучало, как барабан. Он посмотрел на перила... и с лёгким рывком спрыгнул в сад. Там уже ждала машина кузена. Завёл мотор, и ночь стала только одной дорогой к Норе.
Перед посольством стояли массивные ворота. Джордж резко повернул руль — металл заскрипел и с грохотом разлетелся в стороны. Машина взвизгнула, остановилась.
— НОРА! — крикнул он, выбегая.
И она появилась, словно вспышка света в темноте, с развевающимися волосами, слёзы на щеках. Сердце Норы ёкнуло: она вспомнила все их тайные встречи, все слова, все обещания, и слёзы ринулись сами собой. Она бежала к нему, руки обвили шею Джорджа.
Он прижал её к себе, лоб к лбу, дыхание смешалось.
— Джордж... — шептала она, всхлипывая. — Я думала, тебя не пустят...
— Я здесь. Я твой, — сказал он, сжимая её талию. — Пока дышу — твой.
Он наклонился и поцеловал её — долгий, тёплый поцелуй, полный обещаний и чувств, которые словами не передать. Он думал о каждом её взгляде, о каждом её движении, о том, как её руки мягко касаются его щёк.
Она думала о нём — о его тепле, о том, как он заставлял сердце биться быстрее, как его голос проникал в душу. Они были вместе в этом мгновении, и весь мир исчез.
Но внезапно раздался шум двигателя. Свет фар разрезал ночь, падая прямо на них. Из машины первой вышла женщина — сильная, сдержанная, с энергией, которая мгновенно притянула взгляд Джорджа.
Их глаза встретились. Он всё ещё держал Нору за талию, но внутри него замерло всё: страх, удивление и странное чувство узнавания.
— Неужели... — голос сорвался, едва слышно. — Это ты... мама?