Глава 16
Офис Столичного Вестника
Стремительная походка Лин Акройд зазвучала барабанной дробью в ушах всей корректуры.
- Приближается зло! За работу! - приказала старшая смены, склоняя голову над уже вычитанной гранкой.
Журналистку недолюбливали за вздорный характер, непомерное самомнение и успешность. А ещё — за то, что она успевала всё и всех кругом контролировать. Единственная из журналистов, кто мог раз десять заглянуть в корректуру, ещё и перепроверить за ними, лучшими специалистами Вестника.
Мерзкая дамочка с длинным носом! Жаль, про нос - в переносном смысле.
Кроме вышеназванного, у коллектива была ещё одна немаловажная причина для ненависти к Лин.
До появления из ниоткуда выскочки Акройд «Столичный Вестник» считался респектабельной газетой и печатал «порядочные» новости, а сотрудники, от поломойки до высшего руководства, жили себе тихо–спокойно.
Однако всему хорошему рано или поздно приходит конец, и последние семь лет, а именно столько потребовалось бессовестной и беспардонной девице на то, чтобы перевернуть устои Вестника с ног на голову, соседи, знакомые, друзья, друзья друзей и едва ли не люди с улицы, завидев любого сотрудника газеты, требовали «горяченького».
Кому–то внимание нравилось, кому–то нет, но паршивка Акройд убедила руководство подписать со всеми соглашение о неразглашении информации и с тех пор страдали все. И те, кому хотелось поговорить, и те, кто и так с радостью молчал, лишь бы его не трогали, и — самое ужасное! - сотрудники других отделов!
В общем, если кто и любил фифу, то явно не коллеги, а владельцы газеты, ведь тиражи выросли до небывалых высот, равно как и доходы.
Лин Акройд умело лавировала между откровенной ложью и правдой, умудряясь быть везде и всюду, даже не чуралась забежать в корректорскую и «проверить свежим взглядом всё то, что они направили в её идеальном тексте».
— О, появилась. И снова в лимонном жёлтом. Кислятина. И почему мы не подмешали в чернила порядочную дозу яда? — со вздохом спросила старший корректор.
— Потому что, если и подмешивать, то не в свою, а во вражью смену, чтобы они пострадали, — ответила ей подруга и коллега.
У Вестника было две соперничающих между собой смены корректоров, притом соперничество возводилось в культ и доходило до абсурда. Единственным, в чём смены не соревновались и не спорили, а соблюдали полнейшее единодушие — это нелюбовь к фифе Акройд.
— Здравствуйте, девочки, всё готово? Дайте посмотреть, — сходу потребовала Лин гранки и, не дожидаясь, когда корректура откликнется, сама подхватила их со стола старшей. — Так, так, так, а это что? Кто дал новость про Чонгука с Лалисой Манобан в Баррагоре? — не своим голосом вопросила фифа Лин Акройд.
— Шеф принёс, — коротко отрапортовали корректоры.
— В печать не пускать! Я к главному!
Каблуки Лин в бешеном темпе застучали по офису в обратном направлении — журналист бежала, с лёгким скрипом закрылась дверь, и состоящая из четырёх человек первая смена корректуры Вестника недоуменно переглянулась.
— А что вообще происходит?
— У меня, кажется, галлюцинации.
— Нет. У нас всех галлюцинации.
— Думаете, нам показалось, что выскочка Акройд против публикации компромата?
— Нет, нам точно показалось! Не может такого быть. Или... или мы чего-то не знаем, девочки?
- Не знаем сейчас, узнаем потом, - флегматично откликнулась самая спокойная девушка из смены.
- Что ж ты за человек-то такой! - привычно возмутились в её адрес коллеги. - Ничего святого нет!
Академия Сантор.
Лалиса Манобан
Соён пообещала допросить меня вечером и убежала на импровизированный пикник с тортом, пока там всё не съели.
Я же сперва привела себя в порядок, затем собрала сумку и направилась в библиотеку, где первым делом под неодобрительным взглядом Монмара попросила у Зорга книгу о призраках. На удивление нужная информация нашлась в два счёта, осталось лишь узнать, где находится склеп с телом обиженного библиотекаря, а там уж найти к нему подход — дело техники.
— Я же говорила, она здесь! — раздалось спустя время от входных дверей вместе с топотом многочисленных ног.
— С едой нельзя! — взвизгнул Монмар. — Ничего лучшего не придумали, как пронести в обитель знаний жирный торт?! Вон! Вон отсюда!
Пришлось оторваться от домашнего задания и выйти к подругам. И парням, разумеется. Вот и сформировалась у нас компания. Хотели, называется, держаться подальше от принца! Три раза ха!
— Лалиса, умоляю, съешь ты свой кусок, не то мы все переругаемся, — Лиа посмотрела на меня несчастными глазами, всячески намекая, что она самый голодный человек в мире и ей вот прямо сейчас срочно нужно слопать что–нибудь питательное, желательно торт из лучшей кондитерской драконьего королевства, так что она готова взять на себя эту непосильную ношу, если я не в силах с нею справиться самостоятельно, на что она так отчаянно надеется.
Посмотрела на остальных. Парни сохраняли спокойствие, девушки же едва не дрожали при виде обычного треугольного кусочка бисквита с розовыми завитушками крема сверху.
— Что в нём такого особенного? — спросила подозрительно.
— Он такой вкусный! Просто великолепный! — заголосили девчонки. - Нежный, так и тает во рту! С хрустящими кусочками солёной карамели, орешками, воздушным кремом.
— А вы ели? Или они не поделились? — спросила у парней.
— Да, по кусочку. Больше не досталось, — грустно сообщил Субин. — Может, ты мне отдашь свой, а?
— Лалиса, он самый большой слопал! — закричали девчонки.
— Ешь лучше сама, — посоветовала Дженни, закатив глаза. Видимо, война за этот кусок ведётся давно. Обжоры!
— Я заберу и съем потом, ладно? — спросила осторожно. — Я там домашку делаю. Вам бы тоже, кстати, не помешало, уже темнеет и библиотека скоро закроется.
— Ночью сделаем! — отмахнулись ребята.
— Лалиса, давай я отнесу твой кусочек в общежитие, — предложила Соён, очень стараясь говорить спокойно, но никто из присутствующих не обманулся — слопает кусок, как только пропадёт из зоны видимости.
— Я тебя проведу! — сориентировалась тут же Джису.
— И я! И я! — раздалось со всех сторон.
Я посмотрела на торт. И почему все так любят сладкое? Вот был бы здесь кусок красного мяса с перцем и чёрной солью — другое дело.
— Может, мы угостим тортом кастеляна, а он нам выдаст самую красивую форму для полевой практики, ещё и в нерабочее время? — предложила я решение. Пока доставка непристойных книг из другого мира не поспела, стоит поддерживать его любовь всеми доступными методами, он ведь заведует не только одеждой, но и прочими нужными студентам вещами. — Ну давайте. Вы меня сегодня пугаете, честное слово. Сперва пирожки, затем торт. Если завтра выйдет новость в Вестнике, что аристократы Арратора самые голодные и несчастные в мире, это будет ваша заслуга.
- Уже вышла! Нам бояться нечего! - заявила Розэ, сделав шаг к сиротливому кусочку торта.
- Девочки, - укоризненно произнесла я. - Ну вы чего?
Жадины–говядины посмотрели друг на друга, на торт, на меня, ещё раз на друг друга и дружно перевели взгляд на Субина.
Дженни потупила взор, ножкой шаркнула смущённо, затем подняла зелёные глаза на его высочество, похлопала длинными ресницами.
— Да–а–а? — поторопил красавицу принц.
— Субин, а может, вдруг у тебя получится, я просто так, для сведения спрашиваю...
— Ну–у–у?
— Вдруг совершенно случайно есть возможность раздобыть ещё один такой торт? Или другой, но оттуда же. У нас ведь есть Чонгук, — намекнула она молчаливо ожидающему Субину, который едва не дрожал от сдерживаемого из последних сил хохота.
— Чонгук есть ещё сам у себя и, вы не поверите, не работает в службе доставки тортов, поскольку это не вопрос государственной важности, — заметил Чон с улыбочкой. — И, кстати, идёт в библиотеку делать домашнее задание, куда вы собираетесь уже давным давно.
— Ой, да что там тебе учиться! У тебя свой график, ты же почти все предметы уже изучал, — сдала с потрохами лучшего друга Джису. — Чонгусик, ну, пожалуйста!
— Не имею права, совсем не имею, мои дорогие девушки. Только по приказу или по дружбе с его высочеством и его личной просьбе. Так что строим глазки вон туда. — Он кивнул в сторону довольного принца.
— А что я? Я здесь вообще–то просто Субин, — тут же радостно открестился принц. — Такой же студент, как и все вы.
А лицо какое довольное! Вот уж, кому обучение в академии доставляет сплошную радость. Вроде как и со всеми, а пирожком всегда поделятся, ведь «это просто Субин», конечно. Из любви, да–да.
— Лалиса, ну попроси его! Пожалуйста! — вдруг обратилась ко мне Рюджин. — Он тебе не откажет!
— Кто? Субин? — удивлённо переспросила я. — С ним, вроде, Дженни уже общается.
— Чонгук, конечно!
Мы с Чоном уставились на неё одновременно, затем посмотрели друг на друга. Стоило разрядить обстановку шуткой, но как назло ничего путного не шло на язык.
— Анализ ситуации — это явно не твоё, Рюджин, — произнёс Чонгук. — Я в библиотеку.
Как только дверь его спиной захлопнулась, все демонстративно уставились на меня.
— Если кто не заметил, мы с Чоном друг друга терпеть не можем. Очень прошу не усугублять ситуацию подобными замечаниями, — попросила я подруг. — Нам и так непросто даётся цивилизованное общение. Если учесть, что он ещё и тренирует нас... В общем, прошу: не стоит.
— А как же... — начала Соён, переживая, что ей не выдадут порцию личной информации, но смолкла под заинтересованными взглядами общественности.
— Прости, дорогая, но я лучше пока воздержусь от откровенной беседы на этот счёт, так что пока оставляю тебе лишь второй вариант. Не обижайся, пожалуйста. Это убережёт тебя от допросов, — объяснила, что называется, в лоб, ещё и кивнула в сторону остальных девчонок.
— Какой второй вариант? — с любопытством спросила мою лучшую подругу Дженни. — Лалиса предложила тебе выбрать между двумя тайнами, да?
— Именно! — подтвердила Соён. — Жаль, первая так и останется тайной. Зная нашу дорогую леди Манобан.
— Лалиса, ты иногда невероятно жестокая, — посетовала Джису. — Так что за доступный вариант? Нам хоть про него расскажут? Хоть намекнут?
— Она сегодня познакомилась с правителем драконов, — выдала Соён, подмигнув мне.
Спасибо, дорогая. Тема Чонгук плюс Лалиса на сегодня точно закрыта.
Все одновременно набрали воздуха в лёгкие, чтобы начать допрос, поэтому я сработала на опережение.
— Но об этом я расскажу только после сделанной всеми домашней работы!
— Ну, Лалиса! — завопили девчонки разом, сходу изменив репертуар.
— В библиотеку!
Занимались мы почти до самого закрытия. Хорошо, Джису с Соён успели получить для всех форму, со слезами на глазах простившись с тортом. Из приятного — кастелян был весь наш. С потрохами. На веки вечные. О чём сам же и заявил.
Каюсь, подумала, что там было какое–нибудь особое зелье, но торт был в руках у Рюджин, а она носит специальные браслеты и не снимает их даже ночью. Если бы в произведении кондитерского искусства был хоть один лишний или подозрительный ингредиент, браслеты бы засветились белым. Это я запомнила ещё по ситуации в КАМ, когда нашей некромантке подсыпали рвотный порошок в компот, чтобы не пустить на свидание.
Весёлые были времена! Беззаботные, очаровательно–пустые и приятные. Отличный перерыв между усиленным домашним обучением и жестким боевым.
Впрочем, насколько тяжело нам будет в обучении и бою, мы ещё посмотрим. Пока всё было непросто, но и не невыполнимо.
Уже на пороге общежития, куда нас провели парни, Субин обратил внимание на мою нелюбовь к сладкому.
— Знаешь, Лалиса, ты меня сегодня удивила, по–настоящему удивила. Отказаться от шедевра кондитерского искусства, ещё и так спокойно, сдержанно, без истерики — это... Не могу подобрать слов. Никогда такого не видел, правда. Ты страшный человек! — сделал своеобразный комплимент его высочество.
— Просто наша Лалиса сильнее любой зависимости. У неё другая страсть — наука, — вступилась за меня Джису, ещё и спиной заслонила. — А называть страшной девушку нехорошо в любом смысле этого слова.
— Приношу свои искренние извинения!
Принц церемонно поклонился и отбыл со своей свитой, мы же постояли, глядя им вослед, дождались представления «зомби охраняют территорию», проверили, могут ли управлять ими наши девчонки и, довольные как семадцать почесанных и накормленных яблоками анкилотов, пошли к себе.
Беспрепятственно, правда, пройти не удалось. Наш этаж сегодня против обыкновения не пустовал. Одногруппницы висели в окнах, сидели на подоконниках, одним словом — ждали.
— Неужели соскучились? — пропела Дженни, первой поднимаясь по лестнице и оценивая ситуацию.
— Не то слово! Вот, наблюдаем за вашим общением с мужчинами, набираемся опыта, — ответила рыжеволосая Цыюй.
— В комплиментах, — добавила Джихё, мило улыбнувшись. — Страшный человек — это именно то, что желает услышать каждая девушка.
— Согласна, — безмятежно подтвердила я. — Когда тебя уважает принц — это безумно лестно. А всего–то и стоило отдать свой кусок торта сладкоежке кастеляну.
— Кусок торта из Баррагора, — вставила Соён с придыханием.
Пока завистницы хлопали глазищами, мы спокойно прошли в своё крыло.
— Что–то без огонька как–то поругались, — произнесла Дженни.
— Да мы и не ругались. Так, языки почесали, — заметила Минни. — Мне вообще Джихё в последнее время стала казаться нормальной. Она мне сегодня дала конспекты за первый курс.
— Ну вот! Только не говори, что мы теперь её любим! — обиженно попросила Джису.
— Не любим, но, может, не будем такими вредными? — осторожно предложила Минни.
— Она первая начала! Мы лишь поддерживаем репутацию, — не согласилась Джису.
— Я думаю, у нас слишком разные весовые категории, девочки, — заметила я. — С нашей стороны даже как–то некрасиво их обижать, Минни права.
— У них нет нашей закалки, так что я тоже согласна, — поддержала Дженни с тяжёлым вздохом. — Но мне так нравилось с нею пререкаться. В КАМ мы вечно язвили и соперничали, здесь же должны держаться вместе, а куда тогда сцеживать яд?
— Направь свои силы на ректора Кранстона, дорогая, — дала совет Рюджин. — Он с тобой в одной весовой категории. Ну, или почти в одной.